78RS0007-01-2023-000402-79 г. Санкт-Петербург
Дело № 2а-2708/2023 02 октября 2023 года
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Колпинский районный суд города Санкт-Петербурга в составе
Председательствующего судьи Ильиной Н.Г.,
При ведении протокола помощником судьи Никитиной Д.А.,
Рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО1 ФИО5 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФСИН России о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания,
Установил:
ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области и просит взыскать с ответчика компенсацию за ненадлежащие условия содержания в суме 350000 рублей, указывая, что в период с 18.06.1999г. по 18.01.2000г. содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, условия содержания были ненадлежащими, камеры не были оборудованы столом и скамейками с числом посадочных мест по числу лиц, содержащихся в камере, отсутствовали шкаф для хранения продуктов, вешалки для верхней одежды, полка для туалетных принадлежностей, зеркало, емкость с питьевой водой, радиоточка, тазы для стирки, отсутствовала вентиляция, полы не имели покрытия. Санузел не был огорожен, в камере водились насекомые, со стен и потолка сыпалась штукатурка. Камеры были значительно перенаселены. Постельные принадлежности были выданы не в полном объеме, грязные и порванные, в камере стояли клубы дыма, при этом истец не курил. В камере отсутствовала горячая вода, в душевых оборудование было неисправно.
В ходе судебного разбирательства судом к участию в деле в качестве административного соответчика привлечена ФСИН России.
Административный истец принимал участие в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, заявленные требования поддержал, указал, что с 2000 года освобождался из мест лишения свободы.
Представитель административных ответчиков в судебное заседание явился, возражал против заявленных требований, указывая на пропуск истцом срока на обращение в суд.
Суд, изучив материалы дела, заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, приходит к следующему:
Согласно части 1 статьи 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.
В соответствии со статьей 227 КАС РФ суд удовлетворяет требования о признании незаконными решения, действия (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если признает оспариваемые решения, действия (бездействия) не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца.
Таким образом, для признания действий (бездействия), решений должностного лица незаконными необходимо одновременное наличие двух условий: несоответствие действий (бездействия), решения закону или иному нормативному правовому акту и нарушение оспариваемым действием (бездействием), решением прав и законных интересов административного истца.
Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.
Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.
При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.
Соответствующая правовая позиция нашла отражение в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2017 № 84-КГ17-6.
Согласно части 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.
С введением в действие ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации действующее законодательство предусматривает восстановление нарушенных прав лица, содержавшегося под стражей с нарушением условий такого содержания, путем взыскания в его пользу специального вида компенсации за нарушение таких условий. До данного регулирования решался вопрос о взыскании компенсации морального вреда. Однако, настоящая компенсация неразрывно связана не только с самим фактом нарушения условий содержания под стражей, но и с нарушением личных неимущественных прав лица, и (или) посягательством на иные нематериальные блага, обусловленным неправомерными действиями (бездействием), в свете этого имеет однородную природу с компенсацией морального вреда, требуя от суда не только оценки конкретных незаконных действий органов и лиц, допустивших нарушение условий содержания под стражей, но и соотнесениях их с тяжестью причиненных страданий с учетом индивидуальных особенностей лица. Тем самым суд должен учесть фактические обстоятельства дела, принять решение в соответствии с принципами разумности и справедливости.
В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.
Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, статья 7 Федерального закона от 26 апреля 2013 года N 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статья 99 УИК РФ).
В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).
Таким образом, исходя из вышеприведенных разъяснений, суду надлежит оценить соответствие условий содержания истца требованиям, установленным законом, а также дать оценку таким условиям, исходя из невозможности допущения бесчеловечного или унижающего достоинство человека обращения.
Согласно ч. 1 ст. 74 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее – УИК РФ) исправительными учреждениями являются исправительные колонии, воспитательные колонии, тюрьмы, лечебные исправительные учреждения. Следственные изоляторы выполняют функции исправительных учреждений в отношении осужденных, оставленных для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию, осужденных, в отношении которых приговор суда вступил в законную силу и которые подлежат направлению в исправительные учреждения для отбывания наказания, осужденных, перемещаемых из одного места отбывания наказания в другое, осужденных, оставленных в следственном изоляторе или переведенных в следственный изолятор в порядке, установленном статьей 77.1 настоящего Кодекса, а также в отношении осужденных на срок не свыше шести месяцев, оставленных в следственных изоляторах с их согласия.
Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в статье 7 установлено, что следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы относятся к местам содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых.
Согласно ст. 23 названного Федерального закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин). Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. По заявлению подозреваемых и обвиняемых радиовещание в камере может быть приостановлено либо установлен график прослушивания радиопередач. В камеры выдаются литература и издания периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенные через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольные игры. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 названного Федерального закона.
Судом установлено, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области по адресу: <...>, в период с 18.06.1999г. по 18.01.2000г.
В спорный период времени действовали Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденные Приказом МВД РФ от 20.12.1995 N 486.
Согласно справке ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области за период содержания ФИО1 предоставить архивную информацию по камерным карточкам о номерах камер, их площадях и оснащенности, количестве лиц, содержащихся в данных камерах, не представляется возможным, в связи с тем, что срок хранения камерных карточек за указанный период истек. В подтверждение указанной информации административным ответчиком представлены акты на уничтожение документов (л.д. 27-33). Таким образом, установить, в каких камерах содержался ФИО1 в спорный период времени, не представляется возможным.
Вместе с тем административными ответчиками в материалы дела представлены справки, из которых следует, что камерные помещения по адресу: <...>, где содержался административный истец, имели площадь 8 м. кв. и были оборудованы спальными местами по количеству лиц, содержащихся в камере, столом; санитарным узлом; водопроводной водой, которая соответствовала санитарным нормам и подавалась централизовано из городской сети (в виду отсутствия горячей воды в камерные помещения выдавались водонагревательные приборы), полкой для продуктов, вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; настенным зеркалом; светильниками ночного (40Вт) и дневного (60-75Вт) освещения, также предусмотрено естественное освещение (окно); розетками для подключения электроприборов, вентиляционной отдушиной; радиодинамиком, централизованным отоплением. Пол камер был застелен линолеумом. Камерные помещения оборудованы отдельно стоящим унитазом со сливным механизмом. огражденным от жилого помещения камеры, что обеспечивало приватность. Камеры находились в удовлетворительном техническом и санитарном состоянии. Имелась естественная постоянная вентиляция, которая обеспечивала доступ воздуха через оконные проемы камер. Принудительная вентиляция осуществлялась через вентиляционные шахты, которыми оборудованы камеры учреждения.
Специального порядка раздельного содержания под стражей курящих и не курящих лиц не предусмотрено. При наличии возможности данные лица содержатся раздельно.
Камеры оборудованы санитарным узлом: унитаз, бачок со сливным механизмом, раковина (все находилось в исправном состоянии). Санитарный узел расположен на уровне пола, в удаленном месте камеры и отдален от стола на расстоянии не менее 2-х метров, огражден перегородкой, изготовленной из древесно-стружечной плиты в металлическом каркасе, высотой 1 метр 50см., что обеспечивало приватность.
Камерные помещения имели стены и потолок, находящиеся в нормальном техническом состоянии (пригодны к использованию по функциональному назначению без проведения ремонта, имели незначительные дефекты отделки), и которые соответствовали требованиям СНиП 3.04.01-87 «Изоляционные и отделочные покрытия».
Также камерные помещения имели полы с линолеумным покрытием, что не противоречит СНиП 2.03.13-88, предусматривающим, в том числе, линолеумные полы в жилых помещениях (комнатах в квартирах, общежитиях, спальных комнатах в интернатах, номерах в гостиницах, домах отдыха и т.п.).
С целью предупреждения возникновения инфекционных заболеваний в учреждении ежемесячно проводились профилактическая дезинфекция, дезинсекция и дератизация. Санитарная обработка камер проводилась ежемесячно, по эпидемическим показаниям при выявлении насекомых и грызунов.
Камеры проветривались, имелась постоянная естественная вентиляция, которая обеспечивала доступ свежего воздуха через оконные проемы камер. Принудительная вентиляция оборудована и осуществлялась в соответствии с требованиями «Норм проектирования следственных изоляторов и тюрем МинЮста России» СП 15-01 через отверстие вентиляционной шахты размером 25*25 см, которыми были оборудованы все камеры учреждения. Принудительная вытяжная вентиляция была обеспечена круглосуточно. Находилась в технически исправном состоянии.
ФИО1 не реже одного раза в неделю имел возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут, душевые были оборудованы вешалками для переодевания, 5-ю кабинами с распылителями, резиновыми ковриками. Постельное белье заменялось в день помывки.
Суд не усматривает оснований для взыскания компенсации по вышеизложенным обстоятельствам, поскольку обстоятельства дела свидетельствуют о том, что условия содержания истца в исследуемой по данным доводам части в целом соотносятся с требованиями Правил внутреннего распорядка.
Согласно пункту 5 статьи 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» норма санитарной площади в камере на одного человека составляет 4 кв.м.
Однако, какие-либо доказательства в подтверждение нарушения нормы санитарной площади при рассмотрении спора не представлены и в связи с тем, что административный истец длительное время не обращался за защитой своих прав, представлены быть не могут по объективной причине, не зависящей от воли административного ответчика.
Как установлено материалами дела ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области не представлены справки количественной проверки лиц, содержащихся под стражей и отбывающих наказание, в связи уничтожением, ввиду истечения срока хранения.
Согласно части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.
В то же время, в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания” разъяснено, что проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.
Исключение из указанного правила предусмотрел федеральный законодатель в Федеральном законе от 27 декабря 2019 года N 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» для лиц, подавших в Европейский Суд по правам человека жалобу на предполагаемое нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, в отношении которой не вынесено решение по вопросу ее приемлемости или по существу дела либо по которой вынесено решение о неприемлемости ввиду неисчерпания национальных средств правовой защиты в связи с вступлением в силу настоящего Федерального закона (180 дней со дня вступления в силу настоящего Федерального закона).
Изложенное свидетельствует о том, что за компенсацией, установленной Федеральным законом от 27 декабря 2019 года N 494-ФЗ в порядке, предусмотренном статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, вправе обратиться любое лицо, оспаривающее условия содержания и находящееся на момент вступления в силу указанного Закона в местах лишения свободы, а также в течение трех месяцев после освобождения (но не ранее 27 января 2020 года), либо независимо от указанных обстоятельств в течение 180 дней, начиная с 27 января 2020 года, в случае подачи в Европейский Суд по правам человека жалоб на нарушение условий содержания, по которым не принято решение.
В силу статьи 95 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицам, пропустившим установленный настоящим Кодексом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен. В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, пропущенный процессуальный срок не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.
Частью 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации предусмотрено, что пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска.
Административный истец, реализуя свои права по собственному усмотрению, обратился в суд лишь в 2023 году, заявив о событиях 1999-2000 гг., то есть по истечении более чем двадцати лет после событий, с которыми административный истец связывает причинение ему вреда. При этом в своих объяснениях административный истец указал, что с 2000 года неоднократно освобождался из мест лишения свободы, ранее не знал о том, что его права нарушаются, и о том, что он имеет право обратиться в суд за восстановлением своих нарушенных прав. Сведения о том, что административный истец обращался в Европейский Суд по правам человека, отсутствуют. Таким образом, установленный статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации срок обращения в суд им пропущен, доказательств уважительности причин пропуска срока истцом не приведено, основания для его восстановления судом не установлены.
При таких обстоятельствах суд не находит оснований для удовлетворения требований административного истца.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.175-180, 227.1 КАС РФ, суд
РЕШИЛ:
Требования административного иска ФИО1 ФИО6 оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья Н.Г. Ильина
Решение изготовлено 02.11.2023