Дело № 2-42/2023
УИД 22RS0069-01-2022-002300-49
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
20 октября 2023 года Барнаул
Ленинский районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе
председательствующего судьи Никуловой Л.В.,
при секретаре Шипулиной Н.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании завещания К. удостоверенное нотариусом ФИО3, недействительным.
В обоснование заявленных требований указано, что д.м.г. умерла бабушка истца К.., проживавшая по адресу: "адрес". Истец является наследницей по закону первой очереди по праву представления.
После ее смерти открыто наследство в виде квартиры по адресу: "адрес"
Завещание К. удостоверял нотариус ФИО3.
Наследство открыто нотариусом ФИО4
При жизни бабушка болела гипертонией, вследствие чего страдала потерей памяти. При обстоятельствах потери памяти неоднократно переписывала завещание. Так, завещание в первоначальном виде было написано на ФИО5.
Вследствие потери памяти завещание было переписано на внука К.. - ФИО2
Затем в него вновь вносились поправки в виде добавления истца ФИО1 в качестве второго наследника.
После этого, двоюродный брат истца, являющийся вторым наследником по завещанию ФИО2 посредством манипуляций, давления и введения в заблуждение, воспользовался расстройством памяти К.. и убедил ее вновь изменить завещание, исключив истца ФИО1 из числа наследников. Таким образом, завещание в последнем варианте было составлено в пользу ФИО2
Считает, что данное завещание является недействительным, поскольку составлено гражданином, не способным понимать значение своих действий и руководить ими, вследствие преклонного возраста и имеющихся заболеваний, связанных с расстройством памяти, а также находившимся под влиянием заблуждения.
Истец в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрении дела извещен надлежаще. Представитель истца в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивал.
Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований. Полагал, что заключение эксперта является неверным. Пояснил, что К. была полностью адекватна и понимала значение своих действий.
Третье лицо нотариус ФИО3, третье лицо нотариус ФИО4 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.
В силу ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.
Выслушав пояснения представителя истца, ответчика, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.
В судебном заседании установлено, что истец ФИО1, ответчик ФИО2 являются внуками К.., которая являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: "адрес".
д.м.г. нотариусом ФИО3 удостоверено завещание № К.., согласно которому К.. завещала квартиру по адресу: "адрес", ФИО2.
Указанное завещание подписано К.
К. умерла д.м.г..
В установленный срок с заявлениями о принятии наследства к нотариусу обратились истец ФИО1, ответчик ФИО2.
В силу ст. 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.
В соответствии с п. 1 и п. 5 ст. 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.
Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.
В соответствии со ст. 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).
Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.
Оспаривание завещания до открытия наследства не допускается.
Не могут служить основанием недействительности завещания описки и другие незначительные нарушения порядка его составления, подписания или удостоверения, если судом установлено, что они не влияют на понимание волеизъявления завещателя.
Недействительным может быть как завещание в целом, так и отдельные содержащиеся в нем завещательные распоряжения. Недействительность отдельных распоряжений, содержащихся в завещании, не затрагивает остальной части завещания, если можно предположить, что она была бы включена в завещание и при отсутствии распоряжений, являющихся недействительными.
Недействительность завещания не лишает лиц, указанных в нем в качестве наследников или отказополучателей, права наследовать по закону или на основании другого, действительного, завещания.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» Сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.
В соответствии с п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Допрошенная свидетель Т.. в судебном заседании д.м.г. пояснила, что в д.м.г. и в д.м.г. замечала, что с К.. что-то не так. Она говорила, что пела песни со своим мужем, хотя он давно умер, теряла паспорт, не могла найти. В силу возраста уставала, у нее была сердечная недостаточность.
Свидетель Т.., допрошенная в судебном заседании д.м.г., пояснила, что На последнем дне рождения у К.., у нее была путаная речь, тряслись руки. По телефонному разговору перескакивала с одной темы на другую. Замечала у К.. потерю памяти. При разговоре отвечала не на те вопросы, которые ей задавались.
Свидетель Щ. пояснила, что последние два года перед смертью у К.. стала пропадать память, спрашивала свидетеля кто она. Говорила про соседей, которые громко слушали музыку, хотя было тихо, тряслись руки, паспорт теряла. В конце д.м.г. свидетель возила истца и К.. к нотариусу, чтобы оформить завещание. Когда нотариус поговорила с бабушкой, то отказал в выдаче доверенности, так как бабушка была в неадекватном состоянии. Когда приехали, бабушка спросила где они, зачем они здесь.
Свидетель Л.. пояснила, что К.. сама себя обслуживала, ходила в магазин, готовила еду, нормально себя вела, посещала больницу, Саша ей помогал. С возрастом появилась забывчивость, но она адекватная совершенно была, нормально говорила, расспрашивала как дела. Свидетель пояснила, что присутствовала при составлении завещания. К. сидела в кресле и обычно разговаривала с нотариусом, свидетель сидела на диване, Саша стоял. Они сидели просто разговаривали, потом К.. подписала завещание. К.. была в здравии до последней минуты.
Свидетель Г. пояснил, что был соседом умершей К... Она была нормальная, адекватная, ходила сама в магазин, рассказывала ему про блокадный Ленинград, про детдом. Говорила что ее беспокоит давление. С памятью у нее было все нормально. Если свидетель занимал у нее деньги, то она все помнила, никуда не записывала. На здоровье особо не жаловалась, говорила что голова побаливает.
Свидетель Д.. пояснила, что истец является ее дочерью. Когда свидетель приезжала к К.., та ее не узнавала. В декабре К.. как-то непонятно держала голову, что-то было с рукой. Говорила, что ее газом травили, то спать не давали. Говорила, что надо дверь закрыть на ключ, если к ней приходили.
Свидетель М.. пояснила, что К.. рассуждала адекватно, вкусно готовила. Руки, голова не тряслись.
Свидетель И. пояснила, что психических отклонений у К.. не замечала, она вязала на спицах, не заговаривалась. В д.м.г. выходила на улицу гулять. До последнего выписывала газету «Вечерний Барнаул».
Свидетель А. пояснила, что К. готовила, у нее была хорошая память, не заговаривалась. Из болезней были давление, проблемы со щитовидной железой, сахарный диабет.
В своем ответе на запрос, нотариус ФИО3 указала, что д.м.г. ею было удостоверено завещание от имени К. на дома по адресу: "адрес". При составлении завещания в комнате находилась только К., которая выразила желание завещать принадлежащую ей квартиру ФИО2. На все вопросы отвечала четко и после беседы с нотариусом К.. лично подписала завещание. Видеозапись не производилась.
Согласно заключению комиссии экспертов КГБУЗ «Алтайская краевая клиническая психиатрическая больница имени Эрдмана Ю.К.» от д.м.г. №, основными признаками «<данные изъяты>» у К. как это следует из материалов дела, были астенические нарушения, недомогание, головокружения, перепады АД, не полная ориентация (т.н. пространственно-временная), эмоциональная слабость, личностная упрощенность, волевая недостаточность, зависимость поведения, выраженное снижение памяти (более на текущие события), галлюцинаторно-бредовые включения (травят газом). Течение заболевания носило прогрессирующий характер, как это следует из медицинской документации. Галлюцинаторно-бредовая симптоматика с д.м.г.. ограничивалась малым масштабом и проявлялась галлюцинаторными переживаниями и бредовыми идеями отравления и ущерба (газом травили, спать не давали, слышала гудки, музыку в голове, казалось, что звонит телефон, писала заявления в милицию на соседей, считала, что они решили завладеть ее квартирой, несколько раз меняла телефон в доме). При этом у К. сохранялись простые навыки общения («у меня стоит кардиостимулятор, была у терапевта, выписали таблетки»), автоматизированные поведенческие стереотипы (смотрела телевизор, сидела на лавочке), сохранялась способность отвечать на элементарные, шаблонные вопросы («нормально себя чувствую»), то есть сохранялся внешний психический облик - «фасад личности». Наличие выраженных когнитивных расстройств и значимых галлюцинаторно-бредовых нарушений так же подтверждают разнородные свидетельские показания (в том числе информация со слов внука на приеме у психиатра д.м.г.. о том, что бабушка бестолкова, разговаривает по пульту от телевизора, как по телефону), так и пояснения истца и свидетеля Д.. в судебном заседании о факте отказа нотариусом ФИО4 в нотариальном действии К.. в период, следующий после подписания завещания на дому, когда она, со слов истца и свидетеля пояснила, что «я никогда не была в суде», «где мы, а зачем мы здесь», и данные медицинских документов (предъявление жалоб на запах газа в доме при наличие электроплиты, использование диктофона), а в д.м.г.. беспричинный уход из больницы (не дообследовавшись и не забрав документы) по поводу перенесенной травмы плеча, а в последующем самовольным снятием гипса, не противоречат сведениям о сохранном «фасаде» личности. Таким образом, с учетом закономерностей клинической динамики имевшегося психического расстройства, сохранности лишь «фасадных» личностных проявлений психической деятельности, наличия нарушений эмоционально-волевой регуляции и значимых расстройств памяти, а также проявлений практической несостоятельности и недостаточной критичности, на момент составления завещания д.м.г.. К.. не могла понимать значение своих действий и руководить ими.
Оценив заключение комиссии экспертов по правилам ст. ст. 59, 60, 67, 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает, что выводы экспертов являются ясными, полными, обоснованными, носят согласованный характер, не противоречат исследовательской части заключения, эксперты предупреждены об уголовной
ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.
У суда нет оснований сомневаться в компетентности и беспристрастности экспертов, проводивших судебно-психиатрическую экспертизу в отношении К.., а потому принимает указанное заключение комиссии экспертов в качестве доказательства по данному делу.
Суд, основываясь на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся и перечисленных выше доказательств, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого из них в отдельности, их достаточность и взаимную связь, полагает установленным то обстоятельство, что на момент составления завещания состояние К.., в котором она находилась при составлении завещания д.м.г., лишало ее способности понимать значение своих действий и руководить ими.
То обстоятельство, что нотариусом была проверена дееспособность К.. на момент составления завещания, на что указано в тексте завещания от д.м.г., не может явиться основанием для опровержения данных медицинских документов, выводов заключения судебно-психиатрической экспертизы, поскольку нотариус, не обладает необходимой специальной квалификацией для оценки состояния здоровья лица, обращающегося за совершением нотариальных действий.
На основании вышеизложенного, исковые требования ФИО1 о признании недействительным завещания, подлежат удовлетворению.
Руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 удовлетворить.
Признать недействительным завещание К., удостоверенное д.м.г. нотариусом Барнаульского нотариального округа ФИО3, зарегистрированное в реестре №.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Барнаула Алтайского края в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья Л.В. Никулова
Мотивированное решение составлено 27 октября 2023 года.