Судья Богданов Д.А. дело №22-762/2023

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

город Салехард 17 августа 2023 года

Суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе председательствующего судьи Скрипова С.В.,

при секретаре судебного заседания Бибиковой Д.Д.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным представлению прокурора г. Ноябрьск ЯНАО Полуяхтова С.А., жалобам осужденных ФИО1, ФИО2 и защитника Лысенко В.Р. на приговор Ноябрьского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 22 мая 2023 года, по которому

ФИО1, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимая,

осуждена по ч. 2 ст. 303 УК РФ к ограничению свободы сроком на 1 год 6 месяцев.

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимый,

осуждён по ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 303 УК РФ к ограничению свободы сроком на 1 год;

Осуждённым установлены ограничения и возложены обязанности в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ:

- не изменять места жительства, а также не выезжать за пределы территории муниципального образования г. Ноябрьск без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы,

- являться на регистрацию в указанный орган один раз в месяц в установленные им этим органом дни.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении осужденных отменена.

Разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Огласив существо обжалуемого приговора, доводы апелляционных представления и жалоб, заслушав выступления прокурора Мухлынина А.Л., просившего приговор изменить по доводам апелляционного представления, а в удовлетворении жалоб - отказать, осужденных ФИО1 и ФИО2, защитника Лысенко В.Р., просивших приговор отменить по доводам апелляционных жалоб, суд

УСТАНОВИЛ:

По приговору суда ФИО1 признана виновной и осуждена за фальсификацию доказательств по уголовному делу, являясь лицом, производящим дознание, а ФИО2 - за содействие ФИО1 в фальсификации доказательств по уголовному делу лицом, производящим дознание, путем предоставления информации и устранения препятствий.

Согласно приговору, при изложенных в нем обстоятельствах, преступление совершено в период с 24 апреля 2020 года по 23 мая 2020 года в городе Ноябрьск Ямало-Ненецкого автономного округа.

В апелляционном представлении прокурор г. Ноябрьска Полуяхтов С.А. считает приговор подлежащим изменению в связи с неправильным применением уголовного закона, повлекшим назначение чрезмерно мягкого наказания. По мнению прокурора, совершенное ФИО2 и ФИО1 преступление напрямую связано с занятием ими должностей в правоохранительных органах, однако суд не мотивирован свой вывод об отсутствии оснований для назначения дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти.

В апелляционной жалобе осуждённая ФИО1 просит приговор отменить, производство по уголовному делу прекратить за отсутствием в ее действиях состава преступления. Указывает о безупречной службе в органах внутренних дел с 1 декабря 2009 года, за что неоднократно поощрялась, наличии на иждивении троих детей, двое из которых являются несовершеннолетними, воспитываемых ей одной.

В судебном заседании осуждённая ФИО1 доводы апелляционной жалобы дополнила, указав об отсутствии у неё мотивов для совершения преступления, поскольку с участниками производства по уголовному делу она знакома не была и объективно выполняла свою работу. Служебная проверка не выявила нарушений в её действиях. В настоящее время она уволена со службы в полиции по собственному желанию.

В апелляционной жалобе осуждённый ФИО2 просит приговор отменить, производство по уголовному делу прекратить за отсутствием в его действиях состава преступления. Указывает о беременности супруги, службе в органах внутренних дел с 2014 года, наличии поощрений за добросовестное исполнение служебного долга.

В судебном заседании осуждённый ФИО2 доводы жалобы дополнил, сообщил об отсутствии у него мотива для выгораживания Свидетель №1, которого он знал по службе как лицо, ранее совершавшее преступления и испытывавшее к нему (ФИО2) неприязнь в связи с прежним задержанием. Он выполнял свою работу, установил причастность З. к расследуемым событиям, после чего доставил их в здание полиции. По поводу необходимости одному из них взять вину на себя он с задержанными не общался. Указанный следователем мотив - взять вину Свидетель №2 на себя, чтобы оградить Свидетель №1, имеющего судимость, от ответственности и устранить тем самым препятствия в расследовании, - является надуманным, поскольку оба брата были судимы и никаких препятствий в расследовании не существовало. В настоящее время он уволен со службы в полиции по собственному желанию и смысла в назначении дополнительного наказания нет.

В апелляционной жалобе защитник Лысенко В.Р. считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым, а изложенные в нём выводы суда не соответствующими фактическим обстоятельствам уголовного дела. В обоснование доводов указывает, что допрошенные свидетели и другие представленные стороной обвинения доказательства не подтверждают виновность осуждённых, судебное разбирательство проводилось с обвинительным уклоном, государственный обвинитель проигнорировал факты психического воздействия со стороны должностных лиц следственного комитета как на несовершеннолетнего свидетеля Свидетель №3 и его законного представителя, так и на свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №6 и других. Судом необоснованно взяты в основу приговора показания свидетелей, данные на стадии предварительного следствия, а не в ходе судебного разбирательства. Протоколы предъявления для опознания Свидетель №2 и Свидетель №1, протокол очной ставки между несовершеннолетним свидетелем Свидетель №3 и подозреваемым Свидетель №2 не могут считаться сфальсифицированными, поскольку следственные действия производились с участием защитника, протоколы подписаны участниками проведенных следственных действий, не высказавшими замечаний. Какие-либо последствия от действий ФИО1 при составлении протоколов не наступило и, даже в случае наличия каких-либо нарушений, эти действия являются малозначительными. В основу обвинения составленные ФИО1 протоколы взяты не были и не являлись единственными доказательствами по уголовному делу. Судом не указано какие препятствия в расследовании уголовного дела решила устранить ФИО1 по предложению ФИО2 путем якобы фальсификации доказательств, однако это признано мотивом действий осужденных. При таких обстоятельствах, с учётом положений ст. 14 УПК РФ, ФИО1 и ФИО2 подлежат оправданию ввиду отсутствия в их действиях состава преступления, заключает защитник.

В судебном заседании защитник Лысенко В.Р. доводы жалобы дополнила, считала, что свидетели Свидетель №3 и Свидетель №5 неверно истолковали действия осужденных по разъяснению им их процессуальных прав и прядка проведения опознания, восприняв эти разъяснения как указание о необходимости опознать кого-то конкретного. Избранный братьями З. способ защиты, согласно которому они вводили следствие в заблуждение относительного того, кто из них похитил телефон потерпевшего, и меняли свои показания, не может быть вменен ФИО2 и ФИО1 в вину. Для опознания Свидетель №3 сначала был представлен Свидетель №2, которого свидетель опознал как лицо, похитившее телефон. Но при последовавшим сразу за этим опознанием с участием Свидетель №1 свидетель заколебался, поскольку, по мнению защитника, он оказался в растерянности, так как не мог гарантированно вспомнить кто именно из братьев похитил у него телефон. При этом свидетель опознал и Свидетель №2, и Свидетель №1 как лиц, ворвавшихся к нему в квартиру. Следователь Свидетель №9 был заинтересован в получении определенных доказательств от свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №5, оказании давления на З., о чем последние сообщали суду, так как он одновременно расследовал и уголовное дело о хищении сотового телефона и другого имущества из квартиры Свидетель №3, и настоящее уголовное дело о, якобы, фальсификации доказательств по первому уголовному делу. Сторона защиты до направления уголовного дела в суд не знала об этом факте и была лишена возможности заявить отвод следователю по мотивам его пристрастности.

В возражениях на апелляционное представление прокурора защитник Лысенко В.Р. просит оставить его без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных представления, жалоб и возражений, выслушав стороны, суд приходит к выводам об отмене приговора ввиду несоответствия изложенных в нём выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела (п. 1 ст. 38915, пп. 1-3 ст. 38916 УПК РФ) и постановлении по делу нового оправдательного приговора (ст. 38923 УПК РФ), по следующим основаниям.

ФИО2 и ФИО1 обвинялись органом предварительного расследования и были признаны судом первой инстанции виновными в фальсификации ФИО1, как лицом, производящим дознание, доказательств по уголовному делу по факту хищения сотового телефона у Свидетель №3, при пособничестве оперуполномоченным ФИО2 путем предоставления информации и устранения препятствий.

Суд в приговоре, находя предъявленное ФИО2 и ФИО1 обвинение обоснованным, признал доказанным совершение преступного деяния при ниже изложенных обстоятельствах.

23 апреля 2020 года в ОМВД России по г. Ноябрьску поступило сообщение Свидетель №5 о том, что неизвестные лица в <адрес> открыто похитили у несовершеннолетнего Свидетель №3 принадлежащий ей мобильный телефон марки «<данные изъяты>». При этом Свидетель №5 сообщила о возможной причастности к совершению преступления Свидетель №1 и Свидетель №2

24 апреля 2020 года ФИО2, являясь оперуполномоченным, в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий установил местонахождение Свидетель №1 и Свидетель №2 и доставил их в помещение ОМВД России по г. Ноябрьску. В ходе устного опроса Свидетель №1 сообщил оперуполномоченному ФИО2 о своей причастности к хищению имущества Свидетель №5 и попросил ФИО2 предпринять все возможные действия, направленные на то, чтобы за совершение указанного преступления к уголовной ответственности был привлечен Свидетель №2, не имеющий судимости. В тот же день не позднее 14 часов 22 минут ФИО2 из иной личной заинтересованности согласился на просьбу Свидетель №1, в связи с чем у него возник умысел, направленный на искажение истинных обстоятельств совершенного преступления и сведений о лице его совершившем, реализуя который он в период времени с 14 часов 22 минут до 15 часов 25 минут умышленно составил машинописное объяснение о причастности Свидетель №2 к хищению имущества Свидетель №5, после чего собранные материалы проверки были направлены в следственный отдел ОМВД России по г. Ноябрьску.

15 мая 2020 года в 15 часов 00 минут ФИО1 по результатам рассмотрения поступивших материалов проверки вынесла постановление о возбуждении в отношении неустановленного лица уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ, и приняла его к производству, приступив тем самым к его расследованию в форме дознания.

22 мая 2020 года не позднее 14 часов 50 минут ФИО2 в здании ОМВД России по г. Ноябрьску предложил ФИО1 фальсифицировать доказательства по уголовному делу, на что последняя согласилась. Согласно достигнутой договоренности ФИО2 должен был предоставлять ФИО1 информацию об обстоятельствах совершенного преступления, выбранной участниками уголовного судопроизводства позиции, а также о достигнутых договоренностях между ним и участниками уголовного судопроизводства, содействовать искажению истинных обстоятельств совершенного преступления, путем уговоров устранять препятствия в ходе расследования уголовного дела, выразившиеся в даче участниками последовательных и не противоречащих друг другу показаний. В свою очередь дознаватель ФИО1 должна была проводить следственные и процессуальные действия, направленные на фальсификацию доказательств, а также при необходимости склонить несовершеннолетнего свидетеля Свидетель №3 и его законного представителя Свидетель №5 к даче заведомо ложных показаний.

22 мая 2020 года ФИО1 вызвала Свидетель №5 и ее несовершеннолетнего сына Свидетель №3 для производства следственных действий с их участием, о чем сообщила ФИО2 В тот же день не позднее 15 часов 40 минут ФИО2 и ФИО1 в помещении ОМВД России по г. Ноябрьск умышленно, путем уговоров, склонили потерпевшую Свидетель №5 и несовершеннолетнего свидетеля Свидетель №3 к даче последним заведомо ложных показаний о причастности Свидетель №2 к открытому хищению мобильного телефона.

После этого, 22 мая 2020 года в период с 15 часов 40 минут до 15 часов 55 минут ФИО1 в помещении ОМВД России по г. Ноябрьску предъявила несовершеннолетнему свидетелю Свидетель №3 для опознания Свидетель №2 По результатам опознания Свидетель №3 не опознал Свидетель №2 как лицо, совершившее открытое хищение мобильного телефона, но ФИО1 составила протокол предъявления лица для опознания, в который умышленно внесла заведомо ложные сведения об опознании Свидетель №3 в Свидетель №2 лица, открыто похитившего у него мобильный телефон, удостоверила сфальсифицированный протокол своей подписью и приобщила его в качестве доказательства к материалам уголовного дела.

22 мая 2020 года в период с 16 часов 00 минут до 16 часов 40 минут ФИО1, продолжая преступные действия при пособничестве оперуполномоченного ФИО2 предъявила несовершеннолетнему Свидетель №3 для опознания Свидетель №1, которого Свидетель №3 опознал как знакомого ему человека, не сообщая при этом о каких-либо действиях Свидетель №1 в период открытого хищения мобильного телефона. По окончании следственного действия ФИО1 составила протокол предъявления лица для опознания, в который умышленно внесла заведомо ложные сведения о том, что свидетель Свидетель №3 опознал Свидетель №1 как лицо, не совершавшее открытое хищение имущества, удостоверила своей подписью сфальсифицированный протокол и приобщила его в качестве доказательства к материалам уголовного дела.

23 мая 2020 года в период времени с 10 часов 10 минут до 10 часов 50 минут ФИО1, находясь в помещении ОМВД России по г. Ноябрьску, провела очную ставку между несовершеннолетним свидетелем Свидетель №3 и подозреваемым Свидетель №2, поле чего умышленно внесла в протокол очной ставки заведомо ложные для нее показания несовершеннолетнего свидетеля Свидетель №3 о совершении Свидетель №2 открытого хищения мобильного телефона марки «<данные изъяты>», удостоверила сфальсифицированный протокол очной ставки своей подписью и приобщила его в качестве доказательства к материалам уголовного дела.

Данные выводы суда первой инстанции не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, сделаны без учета обстоятельств, которые существенно влияют на разрешение вопроса о виновности подсудимых.

По смыслу уголовного закона, в случае фальсификации доказательств лицом, производящим дознание, объективная сторона преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 303 УК РФ, состоит, в частности, в умышленном приобщении к уголовному делу в качестве доказательств заведомо поддельных предметов и документов; внесении в процессуальные акты, являющиеся источниками доказательств, заведомо ложных сведений (п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2022 года №20 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях против правосудия»).

Объективная сторона преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 303 УК РФ, характеризуется активными действиями, которые выражаются в подделке или фабрикации вещественных доказательств, протоколов следственных действий, собирании названными способами и представлении доказательств, заведомо для виновного не соответствующих действительности.

Проверив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции установил следующие обстоятельства настоящего уголовного дела, не позволяющие исключить сомнения в виновности подсудимых и прийти к непоколебимому выводу о наличии в их действиях состава преступления.

В заявлении о преступлении, поступившем от Свидетель №5 23 апреля 2020 года в дежурную часть ОМВД России по г. Ноябрьск, последняя сообщила, что в период времени с 12 апреля 2020 года на 13 апреля 2020 года двое неизвестных лиц в <адрес> похитили у несовершеннолетнего сотовый телефон «<данные изъяты>», а из квартиры телевизор и мультиварку. Несовершеннолетний Свидетель №3 и заявитель Свидетель №5 находились в п. Ханымей Пуровского района ЯНАО, в связи с чем опросить их не представлялось возможным. Для проверки по заявлению была направлена следственно-оперативная группа из пяти человек, в состав которой входил оперуполномоченный ФИО2 (т. 1 л.д. 155).

В тот же день оперуполномоченным ФИО2 был выявлен факт сдачи похищенного сотового телефона в ломбард Свидетель №1, о чем ФИО2 указал в рапорте на имя начальника ОМВД России по г. Ноябрьск (т. 1 л.д. 157).

Исходя из полученной предварительной информации об участии в совершении преступления Свидетель №1 (К.) и Свидетель №2 (А.), последние были задержаны оперативными сотрудниками, которым дали объяснения о совершении хищения сотового телефона Свидетель №2

22 мая 2020 года несовершеннолетний Свидетель №3, с участием законного представителя Свидетель №5 впервые был допрошен дознавателем ФИО1, которой рассказал о том, что 11 апреля 2020 года в квартиру по месту его жительства ворвались трое ранее незнакомых ему лиц кавказской национальности. Под предлогом поиска наркотиков, кавказцы стали обыскивать квартиру, а один из них, которого называли «Кума», потребовал от Свидетель №3 разблокировать и передать ему («Куме») сотовый телефон <данные изъяты> в корпусе красного цвета. Парень, которого называли «Свидетель №6», взял лежавшие на столе документы на телефон. В квартире он видел телефон так же в руках третьего парня, по имени «А.». Когда кавказцы покидали квартиру телефон, несмотря на его неоднократные просьбы, ему не вернули (т. 1 л.д. 183-186).

Таким образом, преступление не было совершено в условиях очевидности. На первоначальном этапе расследования у полиции имелась информация о причастности к совершению преступления ранее незнакомых Свидетель №3 и Свидетель №5 лиц кавказской национальности. При проверке сообщения о преступлении ФИО2 была установлена возможная причастность к преступлению братьев З., которые заявили о совершении хищения телефона Свидетель №2 В результате допроса Свидетель №3 не была исключена возможность совершения преступления как Свидетель №1, так и Свидетель №2, о совместных противоправных действиях которых по вторжению в жилище, проведению в нем «обыска» и хищению находившегося там имущества заявил допрашиваемый.

Вопреки изложенному судом в приговоре о заинтересованности ФИО2 и ФИО1 в обеспечении уклонения Свидетель №1 от уголовной ответственности, подсудимый ФИО2 прямо указал в своём рапорте именно на Свидетель №1, как на лицо, причастность которого к совершению преступления им установлена, а показания свидетеля Свидетель №3, данные в присутствии законного представителя Свидетель №5, о передаче им телефона Свидетель №1 по требованию последнего - отражены подсудимой ФИО1 в протоколе допроса.

Никакие из представленных доказательств и иные материалы дела не свидетельствуют о наличии у подсудимых ФИО2 и ФИО1 достоверной информации о совершении преступления кем-то конкретным из неизвестных лиц, вторгшихся в квартиру по месту жительства Свидетель №3 в апреле 2020 года.

Предложение задержанным сознаться в совершении преступления под весомостью имеющихся против них улик, вероятно сделанное кем-то из сотрудников полиции, не является недозволенным способом ведения расследования, включая случаи, когда на самом деле неоспоримых доказательств причастности конкретного лица к преступлению у правоохранительных органов ещё не имеется.

Избранный Свидетель №1, Свидетель №2 и Свидетель №6 способ защиты, заключавшийся в решении сообщить сотрудникам полиции о совершении преступления Свидетель №2, сам по себе не свидетельствует о какой-либо договоренности названных лиц с ФИО2 или ФИО1, наличии заинтересованности подсудимых. Будучи введёнными в заблуждение Свидетель №1, Свидетель №2 и Свидетель №6 подсудимые ФИО2 и ФИО1, даже в случае сообщения им Свидетель №3 и Свидетель №5 о совершении преступления Свидетель №2, не могли в момент рассматриваемых событий достоверно знать о ложности данной информации и внести в процессуальные акты, являющиеся источниками доказательств, заведомо ложные сведения или пособничать этому.

Обнаружение такой информации вовсе не способствовало достижению якобы преследуемой ФИО2, по версии следствия и суда первой инстанции, цели устранения препятствий в расследовании. Напротив, выявившиеся противоречия первоначально добытых сведений о причастности к преступлению Свидетель №1 с показаниями Свидетель №1, Свидетель №2 и Свидетель №6, не разрешенные при допросе Свидетель №3, видевшего в день совершения преступления названных лиц впервые, обоснованно и в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона послужили основанием для проведения дознавателем ФИО1 таких следственных действий, как предъявление для опознания и очная ставка.

Суд апелляционной инстанции отвергает доказательства, представленные стороной обвинения и приведенные в обвинительном приговоре суда в подтверждение вины подсудимых ФИО2 и ФИО1, по следующим мотивам.

Обосновывая наличие у ФИО2 договоренности с З-выми о принятии на себя вины в совершении преступления Свидетель №2, следователь в обвинительном заключении и суд в приговоре сослались на показания Свидетель №1, отраженные в протоколе допроса от 3 июля 2020 года и оглашенные в судебном заседании (т. 1 л.д. 221-229). Как указано следователем в обвинительном заключении (т. 5 л.д. 135) и судом приговоре (т. 7 л.д. 128), Свидетель №1 практически сразу сознался в совершении хищения сотового телефона им, однако по предложению ФИО2 он и Свидетель №2 решили сообщить о совершении преступления Свидетель №2, у которого не было непогашенных судимостей. Такое изложение показаний противоречит содержанию протокола допроса Свидетель №1 от 3 июля 2020 года. Так, согласно протоколу допроса, Свидетель №1 сообщил следователю, что на вопросы сотрудников полиции сознался в совершении хищения имущества из квартиры, в том числе телефона, втроем. В отделе полиции сотрудник по имени Эдик предложил им с братом «загрузиться», то есть взять кому-то вину в совершении преступления на себя.

Данные показания Свидетель №1 в судебном заседании не подтвердил, заявив об оказанном на него давлении сотрудниками Следственного комитета, но суд принял их в основу приговора, найдя согласующимися с другими исследованными доказательствами.

Вместе с тем, Свидетель №1, Свидетель №2 и Свидетель №6 неоднократно давали показания в ходе предварительного расследования и судебных разбирательств о том, что они сами договорились чтобы вину в хищении сотового телефона взял на себя Свидетель №2, сотрудники полиции от них этого не требовали и не были осведомлены об их договоренности (т. 7 л.д. 25 оборот - 29, 40 оборот - 43, т. 2 л.д. 3-7, 11-13, т. 3 л.д. 25-28, 29-32).

Подсудимые ФИО2 и ФИО1 так же отрицали и отрицают наличие сговора с З.. Не следует этого достоверно и из иных представленных суду доказательств.

Как указано выше, предложение сотрудников полиции сознаться в совершении преступления не является незаконным способом расследования.

Далее, в обоснование обвинения о внесении ФИО1 при пособничестве ФИО2 заведомо ложных сведений в протоколы опознания свидетелем Свидетель №3 подозреваемых Свидетель №1 и Свидетель №2, суду были представлены и приняты судом в основу приговора сами протоколы названных следственных действий (т. 1 л.д. 187-190, 191-194) и показания свидетелей Свидетель №8 и Свидетель №4, данные в ходе предварительного расследования (т. 2 л.д. 208-211 и т. 2 л.д. 168-173, соответственно).

Однако, отражённые в протоколах результаты опознания соответствуют объективным данным - приобщенным к протоколам фотографиям, на которых зафиксировано, как Свидетель №3 указывает рукой сначала на Свидетель №2, а затем на Свидетель №1, опознавая их среди разных схожих по внешним признакам лиц. Что же касается показаний свидетелей Свидетель №8 и Свидетель №4, данных в ходе предварительного расследования о несоответствии изложенных в протоколах пояснениях Свидетель №3 действительности, поскольку свидетель молчал, то вопреки изложенному судом в приговоре эти показания свидетели в судебном заседании не подтвердили. Свидетель Свидетель №4 на вопросы государственного обвинителя пояснил, что хотя Свидетель №3 и молчал при опознании Свидетель №2, на вопрос дознавателя ФИО1 показать кого из опознаваемых он знает и кто «это сделал» указал на Свидетель №2 (т. 7 л.д. 34 оборот - 38). А свидетель Свидетель №7, отвечая на вопросы суда после оглашения показаний заявил, что Свидетель №3 опознал Свидетель №1 показав на него пальцем и пояснив о присутствии того в квартире в момент хищения телефона (т. 7 л.д. 24-25 оборот).

С учетом содержания заданных Свидетель №3 вопросов и полученных ответов, данных суду показаний свидетелей Свидетель №8 и Свидетель №4, суд апелляционной инстанции не усматривает поводов на основании представленных стороной обвинения доказательств признать протоколы опознания свидетелем Свидетель №3 подозреваемых Свидетель №1 и Свидетель №2 сфальсифицированными. Уголовно-процессуальный закон не запрещает свидетелю ответить на вопрос жестом, если исходя из содержания вопроса интерпретация этого жеста очевидна, а дознавателю - отразить полученный очевидный ответ в протоколе следственного действия в соответствии с заданным вопросом. Не следует при этом упускать из вида проведение опознания Свидетель №1 после опознания Свидетель №2

Какой-либо оценки протокола очной ставки между свидетелем Свидетель №3 и подозреваемым Свидетель №2, в фальсификации которого подсудимая ФИО1 по приговору признана виновной, или иных представленных в данной части обвинения доказательств, суд не привёл. Представляется, что свои выводы о виновности ФИО1 в фальсификации названного протокола суд построил исключительно на показаниях свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №5 о сообщении им подсудимыми о признании Свидетель №2 своей вины в совершении преступления и просьбе дать соответствующие показания. В данной части суд апелляционной инстанции исходит из отсутствия достоверных доказательств о заведомой для ФИО2 и ФИО1 ложности информации о совершении преступления Свидетель №2 при наличии противоречий в показаниях Свидетель №3 о незнакомом ему ранее лице, похитившем у него сотовый телефон.

Остальные изложенные в приговоре доказательства - подтверждающие факты участия ФИО2 и ФИО1 в расследовании уголовного дела, их должностные полномочия, осуждение Свидетель №1 за хищение сотового телефона «<данные изъяты>» у Свидетель №3, - не имеют значения для анализа представленных подсудимыми в уголовное дело процессуальных актов, являющихся источниками доказательств, на предмет наличия в них заведомо ложных сведений. Установленные данными доказательствами обстоятельства сторонами не оспариваются.

Таким образом, в приговоре не указано юридически значимых оснований, по которым при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов о виновности подсудимых, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие. Вместо этого, суд исказил в приговоре содержание отдельных доказательств и уклонился от надлежащей оценки некоторых из них.

При таких обстоятельствах, у суда апелляционной инстанции имеются неразрешимые на основе представленных стороной обвинения доказательств сомнения в виновности подсудимых ФИО2 и ФИО1 в инкриминируемых им преступлениях, в силу ст. 14 УПК РФ исключающие постановление по делу обвинительного приговора. Представленными доказательствами не установлено наличие в действиях ФИО2 и ФИО1 состава преступления, в связи с чем они подлежат оправданию на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ с признанием права на реабилитацию.

Мера пресечения в отношении ФИО2 и ФИО1 по приговору не избиралась.

Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в порядке, установленном ст. 81 УПК РФ.

С учетом оправдания подсудимых в полном объеме, доводы апелляционного представления прокурора о несправедливости назначенного наказания отклоняются

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38928 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Приговор Ноябрьского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 22 мая 2023 года в отношении ФИО1 и ФИО2 отменить, постановить по делу новый приговор.

Оправдать ФИО1 по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 303 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ - ввиду отсутствия в деянии подсудимой состава преступления.

Оправдать ФИО2 по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 303 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ - ввиду отсутствия в деянии подсудимого состава преступления.

В соответствии с ч. 1 ст. 134 УПК РФ признать за ФИО1 и ФИО2 право на реабилитацию, разъяснив, что после вступления приговора в законную силу они вправе требовать возмещения имущественного и морального вреда, связанного с уголовным преследованием, восстановления трудовых прав в порядке, предусмотренном ст. ст. 135, 136 и 138 УПК РФ.

Вещественные доказательства:

- копии материалов уголовного дела №12001711492000480 хранить при уголовном деле;

- системный блок с инвентарным номером <данные изъяты>, хранящийся в камере хранения вещественных доказательств Ноябрьского МСО СУ СК РФ по ЯНАО, возвратить в ОМВД России по г. Ноябрьску.

Апелляционное представление прокурора оставить без удовлетворения.

Кассационная жалоба (представление) на настоящий апелляционный приговор может быть подана в порядке, предусмотренном главой 471 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев с момента его провозглашения через суд первой инстанции для рассмотрения по правилам ст.ст. 4017 - 4018 УПК РФ. В случае пропуска указанного срока обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба (представление) может быть подана непосредственно в тот же суд кассационной инстанции для рассмотрения по правилам ст.ст. 40110 - 40112 УПК РФ.

В случае кассационного обжалования судебного решения, оправданные вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, о чём им следует указать в своей кассационной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесённые другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий подпись