Решение по делу № 2-2718/2025 от 08.08.2025 - о признании заключения об итогах расследования факта смерти сотрудника незаконным, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда.

04RS0018-01-2025-002842-72

Мотивированное решение изготовлено 08.08.2025г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 июля 2025 года г. Улан-Удэ

Октябрьский районный суд г. Улан-Удэ в составе председательствующего судьи Кузубовой Н.А., при секретаре судебного заседания Долонове Ц-Н.Б., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-2718/2025 по исковому заявлению ФИО1, одновременно представляющей интересы несовершеннолетней ФИО2, ФИО3 к ФГКУ «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии РФ по РБ» о признании заключения об итогах расследования факта смерти сотрудника незаконным, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

Обращаясь в суд, истцы просят признать незаконным заключение об итогах расследования факта смерти сотрудника №6 от 04.10.2024г., утвержденное врио начальника ФГКУ «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Республике Бурятия» (далее по тексту ФГКУ «УВО ВНГ России по РБ» ) в части признания факта смерти подполковника полиции ФИО4 наступившей не при исполнении служебных обязанностей в период прохождения службы, признать гибель подполковника полиции ФИО4 наступившей при исполнении им служебных обязанностей в период прохождения службы в войсках национальной гвардии РФ, взыскать с ФГКУ «УВО ВНГ России по РБ» в пользу истцов в равных единовременное пособие с учетом индексации в размере 4937171 руб., а также компенсацию морального вреда в сумме 300000 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что ФИО4 занимал должность начальника финансово-экономического отдела ФГКУ «УФО ВНГ России по РБ». ДД.ММ.ГГГГ. он был направлен в служебную командировку сроком с ДД.ММ.ГГГГ для проверки финансово-хозяйственной деятельности ОВО по Баргузинскому и Курумканскому районам.

В период указанной служебной командировки ФИО4 погиб в результате наезда служебного автомобиля во время отдыха. Оспариваемым заключением смерть сотрудника не признана наступившей при исполнении служебных обязанностей. Истцы, являющиеся супругой и детьми погибшего сотрудника полиции полагают указанное заключение незаконным, поскольку в период наступления смерти ФИО4 находился в служебной командировке, все время нахождения в которой признается выполнением сотрудником служебных обязанностей. Поскольку причина и обстоятельства смерти ФИО4 не входит в перечень оснований, при которых не признается факт наступления смерти при выполнении служебных обязанностей, учитывая, что время служебной командировки относится к служебному времени со дня убытия и до возвращения, включая время отдыха, выводы ответчика об отсутствии оснований для признания смерти ФИО4 наступившей при исполнении им служебных обязанностей являются незаконными.

В судебное заседание истцы ФИО5 С,Б. и ФИО3 не явились, просили о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Представители истцов ФИО6 и ФИО7 в судебном заседании исковые требования поддержали, суду поясни, что смерть ФИО4 наступила в период его нахождения в служебной командировке, время на протяжении которой признается служебным временем со дня убытия до дня возвращения. Поскольку обстоятельства смерти ФИО4 не включены в перечень оснований, при которых не признается факт наступления смерти сотрудника полиции при выполнении служебных обязанностей, исходя из системного толкования действующего законодательства, смерть ФИО4 подлежит признанию как наступившей при исполнении служебных им обязанностей.

Представитель ответчика ФИО8 в судебном заседании исковые требования не признал, суду пояснил, что поскольку смерть ФИО4 наступила в ночное время вне населенного пункта, в который он был направлен в служебную командировку, не связана с осуществлением службы, а также наступила не при непосредственном исполнении служебных обязанностей, смерть сотрудника ВНГ не может быть признана наступивший при исполнении служебных обязанностей. Просил в иске отказать.

Выслушав сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п.п. б п. 9 Указа Президента РФ №157 от 05.04.2016г. «Вопросы Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации» до вступления в силу соответствующего федерального закона на лиц, имеющих специальные звания, переведенных в Федеральную службу войск национальной гвардии Российской Федерации, распространяются положения федеральных законов от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации".

В силу ст. 68 Федерального закона от 30.11.2011г. №342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" обязательное государственное страхование жизни и здоровья сотрудника органов внутренних дел и выплаты в целях возмещения вреда, причиненного в связи с выполнением служебных обязанностей, осуществляются на условиях и в порядке, которые установлены законодательством Российской Федерации.

Согласно ст. 43 Федерального закона от 07.02.2011 N 3-ФЗ «О полиции» (далее по тексту ФЗ «О полиции») жизнь и здоровье сотрудника полиции подлежат обязательному государственному страхованию за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета на соответствующий год.

Обязательное государственное страхование жизни и здоровья сотрудника полиции осуществляется на условиях и в порядке, установленных Федеральным законом от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы".

Согласно ч. 3 указанной статьи членам семьи сотрудника полиции и лицам, находившимся на его иждивении, выплачивается единовременное пособие в размере трех миллионов рублей в равных долях в случае гибели (смерти) сотрудника полиции вследствие увечья или иного повреждения здоровья, полученных в связи с выполнением служебных обязанностей, либо вследствие заболевания, полученного в период прохождения службы в полиции.

Членами семьи и лицами, находившимися на иждивении погибшего (умершего) сотрудника полиции (гражданина Российской Федерации, уволенного со службы в полиции), имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 3 настоящей статьи, считаются, в том числе, супруга (супруг), состоявшая (состоявший) на день гибели (смерти) в зарегистрированном браке с погибшим (умершим); несовершеннолетние дети погибшего (умершего), дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях по очной форме обучения.

Таким образом, юридическим фактом, с которым Федеральный закон связывает право членов семьи и лиц, находившихся на иждивении сотрудника, на получение единовременного пособия, является его гибель (смерть) вследствие увечья или иного повреждения здоровья, полученных в связи с выполнением служебных обязанностей, либо вследствие заболевания, полученного в период прохождения службы в полиции.

Судом установлено, что истцы ФИО1, ФИО2, <данные изъяты> и ФИО3, <данные изъяты>. вправе претендовать на получение единовременной выплаты в связи со смертью ФИО4 в случае ее наступления при исполнении последним служебных обязанностей. Указанные обстоятельства подтверждаются свидетельством о заключении брака серии <данные изъяты> свидетельствами о рождении ФИО2, <данные изъяты> серии <данные изъяты> ФИО3, <данные изъяты> серии <данные изъяты> справкой ФГБОУ ВО «Бурятский государственный университет им. Д.Банзарова» от 14.01.2025г.

Проверяя доводы истца и возражения ответчика относительно наличия оснований для признания смерти сотрудника ВНГ ФИО4 как наступившей при исполнении им служебных обязанностей, суд исходит из следующего.

Обстоятельства смерти ФИО4 установлены приговором Баргузинского районного суда РБ от 19.12.2024г., согласно которого смерть ФИО4 наступила на берегу р. Баргузин ДД.ММ.ГГГГ. в период времени с 03-30 час. до 04-05 мин. в результате действий ФИО9, который, находясь в состоянии алкогольного опьянения, сел в автомобиль марки УАЗ Патриот с г.<данные изъяты>, проявляя преступную небрежность, и совершил наезд на ФИО4, находившегося в палатке, в результате чего последний от полученных травм скончался на месте. Указанные обстоятельства наступления смерти ФИО4 сторонами не оспариваются.

Как следует из заключения эксперта №86-2024, состояние алкогольного опьянения ФИО4 не установлено.

При этом судом установлено, что в момент наступления смерти ФИО4 находился в служебной командировке, что подтверждено приказом ФГКУ «УВО ВНГО России по РЮБ» №6954 от 12.09.2024г., служебным заданием и отражено в заключении об итогах расследования факта смерти сотрудника, согласно которого подполковник полиции ФИО4 в соответствии со служебным заданием с 12.09.2024г. совместно с подполковником ФИО10 находился в служебной командировке по проверке финансово-хозяйственной деятельности в ОВО по Баргузинскому и Курумканскому районам – филиала ФГКУ «УВО ВНГ России по РБ».

Порядок и условия направления сотрудников Росгвардии в служебные командировки регулируется Приказом Росгвардии от 26.12.2018г. №667 «Об утверждении порядка и условий направления (командирования) военнослужащих и лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальные звания полиции, войск национальной гвардии Российской Федерации в служебные командировки» (далее по тексту Порядок №667).

Согласно п. 96 Порядка №667 на военнослужащих (сотрудников), находящихся в служебной командировке, распространяется регламент служебного времени (режим служебного времени, правила внутреннего распорядка) центрального аппарата, воинской части (организации), в которые они командированы.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 ФЗ от 30.11.2011г. №342-ФЗ служебным временем признается период времени, в течение которого сотрудник органов внутренних дел в соответствии с правилами внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа, подразделения, должностным регламентом (должностной инструкцией) и условиями контракта должен выполнять свои служебные обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с федеральными законами и нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел относятся к служебному времени.

Режим служебного времени сотрудника органов внутренних дел устанавливается правилами внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа, подразделения. Особенности режима служебного времени сотрудника могут определяться законодательством Российской Федерации, должностным регламентом (должностной инструкцией) и контрактом.

Правила внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа, подразделения утверждаются в порядке, определяемом федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел (ст. 54 ФЗ от 30.11.2011г. №342-ФЗ).

Приказом ОВО по Баргузинскому и Курумканскому районам- филиала ФГКУ «УВО ВНГ России по РБ» №103 от 28.06.2024г. утверждены правила внутреннего служебного (трудового) распорядка, согласного которым рабочий день в Отделе установлен с 08-00 часов до 17-30 час. с обеденным перерывам с 12-30 час. до 14-00час.

Судом установлено, что смерть ФИО4 наступила в ночное время – с 03-30 час. до 04-05 час., т.е. за пределами рабочего времени, установленного Правилами внутреннего служебного распорядка ОВО по Баргузинскому и Курумканскому районам- филиала ФГКУ «УВО ВНГ России по РБ», куда был откомандирован ФИО4 Соответственно, оснований полагать, что смерть ФИО4 наступила при исполнении им служебных обязанностей, не имеется.

Согласно ч. 3 ст. 68 ФЗ от 30.11.2011г. №342-ФЗ сотрудник органов внутренних дел независимо от места нахождения и времени суток считается выполняющим служебные обязанности в случае, если он: 1) совершает действия по предупреждению и пресечению правонарушений, оказанию помощи лицам, находящимся в беспомощном состоянии либо в состоянии, опасном для их жизни или здоровья, иные действия в интересах общества и государства; 2) следует к месту службы, командирования, медицинского освидетельствования (обследования) или лечения и обратно; 3) находится на лечении в медицинской организации в связи с увечьем или иным повреждением здоровья (заболеванием), полученными при выполнении служебных обязанностей; 4) захвачен и содержится в качестве заложника; 5) участвует в сборах, учениях, соревнованиях или других служебных мероприятиях. Однако, указанных обстоятельств при рассмотрении дела не установлено и на наличие таковых сторона истца не ссылалась.

Ссылки представителя истца ФИО6 о том, что причины и обстоятельства смерти ФИО4 не входят в перечень оснований, при которых не признается факт наступления смерти при выполнении служебных обязанностей (ч. 4 ст. 68 ФЗ от 30.11.2011г. №342-ФЗ) не могут быть приняты во внимание.

В данном случае, исходя из системного толкования вышеприведенных норм действующего законодательства, распространяющего действия на спорные правоотношения, при разрешении вопроса о выплате членам семьи умершего сотрудника органов внутренних дел единовременной выплаты, предусмотренной ст. 43 Ф «О полиции» юридически значимым является разрешение вопроса, наступила ли смерть сотрудника при исполнении им служебных обязанностей. Поскольку указанных обстоятельств в ходе проведения расследования факта смерти ФИО4 не было установлено, соответствующие выводы правомерно включены в заключение №6 от 09.10.2024г. и основании дл их признания незаконными не имеется.

Само по себе нахождение ФИО4 на момент смерти в служебной командировке не является безусловным основанием для признания наступившей в указанный период смерти как наступившей при исполнении служебных обязанностей. В данном случае судом установлено, что смерть наступила на берегу р. Баргузин, куда ФИО4 для проведения отдыха выехал за пределами рабочего времени по собственной инициативе, не исполняя служебные обязанности. Обстоятельств того, что смерть ФИО4 связана с исполнением им служебных обязанностей также не установлено.

О необходимости соблюдения мер личной безопасности, правил дорожного движения и т.д. ФИО4 был предупрежден, о чем свидетельствует карта индивидуальной воспитательной работы, инструктаж по поведению сотрудника в служебной командировке ФИО4 также был пройден 11.09.2024г.

Иных оснований, по которым оспариваемое заключение №6 от 09.10.2024г. об итогах расследования факта смерти сотрудника может быть признано незаконным, судом не установлено. Соответственно, исковые требования в соответствующей части, равно как и требования о признании смерти ФИО4 как наступившей при исполнении им служебных обязанностей, с учетом установленных обстоятельств, удовлетворению не подлежат.

Ввиду отказа в удовлетворении основных исковых требований, исковые требования о выплате истцам единовременного пособия и компенсации морального вреда, являющиеся производными от основных исковых требований, удовлетворению также не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ

Исковые требования ФИО1, одновременно представляющей интересы несовершеннолетней ФИО2, ФИО3 к ФГКУ «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии РФ по РБ» о признании заключения об итогах расследования факта смерти сотрудника незаконным, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Бурятия через Октябрьский районный суд г. Улан-Удэ в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Н.А. Кузубова