ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-38522/2025

г. Москва Дело № А40-283550/24

15 октября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 01 октября 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 15 октября 2025 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ивановой Е.В.,

судей Поташовой Ж.В., Федоровой Ю.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Державиной Т.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на решение Арбитражного суда города Москвы от 11 июня 2025 года по делу № А40-283550/24,

о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «К-Маркетинг», о взыскании с ФИО1 в пользу ООО РПК «Прогресс» в порядке субсидиарной ответственности денежных средств в размере 9 356 661 руб. 56 коп.,,

при участии в судебном заседании согласно протоколу судебного заседания,

УСТАНОВИЛ:

ООО РПК «Прогресс» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ФИО1 (далее - ФИО1, ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «К-Маркетинг» (ОГРН <***>, ИНН <***>) и взыскании денежных средств в размере 9 356 661 руб. 56 коп.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 11 июня 2025 года исковые требования удовлетворены, ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «К-Маркетинг», с ФИО1 в пользу ООО РПК «Прогресс» взыскано в порядке субсидиарной ответственности денежные средства в размере 9 356 661 руб. 56 коп.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик (далее - апеллянт) обратился в суд апелляционной инстанции с жалобой, согласно которой просит судебный акт отменить, в удовлетворении требований отказать.

В материалы дела от Истца поступил отзыв по доводам жалобы, который приобщен к материалам дела.

Судом в материалы дела приобщен отзыв истца на апелляционную жалобу.

В судебном заседании представитель апеллянта поддержал доводы жалобы, просил ее удовлетворить, в иске отказать.

Представитель истца против удовлетворения жалобы возражал, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Законность и обоснованность обжалуемого решения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда города Москвы от 02 мая 2023 года принято к производству заявление ООО РПК «Прогресс» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «К-Маркетинг», возбуждено производство по делу № А40-91062/23-81-24Б.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23 мая 2023 года в отношении ООО «К-Маркетинг» введено наблюдение, требования ООО РПК «Прогресс» включены в третью очередь удовлетворения реестра требований кредиторов ООО «К-Маркетинг» в размере 2 820 000 руб. долга.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21 сентября 2023 года требования ООО РПК «Прогресс» включены в третью очередь удовлетворения реестра требований кредиторов ООО «К-Маркетинг» в размере 7 509 816 руб. 80 коп. долга и 8 994 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.01.2024 производство по делу № А40-91062/23-81-24Б по заявлению ООО РПК «Прогресс» о признании ООО «К-Маркетинг» несостоятельным (банкротом) прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве.

ООО РПК «Прогресс» наделено правом на обращение в суд с данным заявлением вне рамок дела о банкротстве в соответствии с пунктом 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «К-Маркетинг» ФИО1 являлся генеральным директором и единственным участником должника с 21 мая 2013 года по настоящее время, в связи с чем, является контролирующим должника лицом по смыслу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01 июля 1996 года № 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В силу норм пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется.

Конкурсный управляющий, либо кредиторы не обязаны доказывать их вину как в силу общих принципов гражданско-правовой ответственности (пункт 2 статьи 401, пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и специальных положений законодательства о банкротстве.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года №53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение 5 сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В качестве вредоносных сделок, совершенных ответчиком, истец указывает на перечисление должником в пользу ФИО1 денежных средств в сумме 6 244 882 руб.; на перечисление должником в пользу ООО «Армия детства» денежных средств в сумме 4 252 000 руб.; на перечисление должником в пользу ФИО2 денежных средств в сумме 815 252,74 руб.

Возражая против указанных доводов истца, ответчик в материалы дела представил отзыв, а также копии документов в обоснование доводов о возмездности совершенных должником перечислений.

ФИО1 в материалы дела представлены договоры займа № 12/08 от 12 августа 2016 года и № 01/02 от 01 февраля 2018 года, № 4 от 14 ноября 2013 года на основании которых ФИО1 был предоставлен заем своему подконтрольному обществу - ООО «К-Маркетинг» для пополнения оборотных активов, согласно представленному акту сверки взаимных расчетов общая сумма займов составила 17 317 204 руб. 76 коп.

Из представленных в материалы дела платежных поручений, приходных ордеров и выписки по счету следует, что ответчиком на расчетный счет должника были внесены денежные средства по договорам займа.

По условиям договора займа № 4 от 14 ноября 2013 года срок возврата установлен 31 декабря 2013 года, условиям договора займа № 12/08 от 12 августа 2016 года срок возврата займа установлен до 12 августа 2017 года, по условиям договора займа № 01/02 от 01 февраля 2018 года срок возврата займа установлен до 01 августа 2021 года.

Судом установлено, что спорными платежами ООО «К-Маркетинг» возвращены заемные денежные средства ФИО1 в период с 18 января 2018 года по 10 июня 2022 года, тогда как обязательства ООО «К-Маркетинг» перед ООО РПК «Прогресс» по договору № 76 от 09 ноября 2018 года в сумме 1 537 838 руб. наступили 01 августа 2019 года; по договору № 88 от 26 декабря 2018 года в сумме 299 693,80 руб. наступили 30 мая 2019 года; по договору № 76 от 22 ноября 2019 года в сумме 3 000 000 руб. наступили 10 марта 2020 года, в сумме 2 672 344 руб. наступили 20 ноября 2021 года; по договору № 33 от 24 августа 2020 года в сумме 2 820 200 руб. наступили 01 апреля 2021 года.

В соответствии с положениями Закона о банкротстве кредиторами признаются лица, имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих по трудовому договору (статья 2).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса. К видам возможного финансирования должника контролирующим лицом данным Обзором отнесены: - финансирование, оформленное договором займа, - финансирование, осуществляемое путем отказа от принятия мер к истребованию задолженности, - финансирование, оформленное договором купли-продажи, подряда, аренды и т.д.

В соответствии с пунктом 3.1. Обзора контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

В пункте 4 названного Обзора указано, что очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. Правовые подходы, касающиеся очередности удовлетворения требования контролирующего лица, изложенные в настоящем обзоре, применимы и в ситуации, когда финансирование предоставляется несколькими аффилированными по отношению друг к другу лицами, в отдельности не контролирующими должника, но в совокупности имеющими возможность влиять на должника так же, как контролирующее лицо, если только они не докажут, что у каждого из них были собственные разумные экономические причины предоставления финансирования, отличные от мотивов предоставления компенсационного финансирования, т.е. они действовали самостоятельно в отсутствие соглашения между ними, а их поведение не являлось скоординированным.

В пункте 3.2. названного Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц разъяснено, что невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом, или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника.

Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

В силу пункта 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

В рассматриваемом случае на момент осуществления возврата займов в пользу ответчика ООО «К-Маркетинг» находилось в состоянии имущественного кризиса, поскольку как указано выше, неисполненные обязательства ООО «К-Маркетинг» перед ООО РПК «Прогресс», впоследствии включенные в реестр, возникли с 01 августа 2019 года и в последующем лишь нарастали и увеличивались.

При указанных обстоятельствах, учитывая конкретные фактические обстоятельства настоящего спора, арбитражный суд приходит к выводу о том, что перечисление ООО «К-Маркетинг» в пользу своего руководителя и единственного участника денежных средств в счет погашения задолженности по займу, которое подлежало удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, при наличии неисполненных обязательств перед независимым кредитором ООО РПК «Прогресс» привело к преимущественному удовлетворению требований ответчика, что свидетельствует о причинении вреда имущественным правам ООО РПК «Прогресс».

Аналогичная ситуация сложилась и при перечислении ООО «К-Маркетинг» в пользу ООО «Армия Детства» денежных средств в сумме 4 252 000 руб.

Судом установлено, что между ООО «К-Маркетинг» (заемщик) и ООО «Армия Детства» (займодавец) был заключен договор займа № 1 от 01 декабря 2020 года на сумму 5 000 000,00 руб. на срок до 01 декабря 2025 года под 1% годовых.

Из представленных в материалы дела платежных поручений следует, что ООО «К-Маркетинг» перечислило на расчетный счет ООО «Армия Детства» в счет выдачи займа денежные средства в общем размере 4 228 000 руб. в период с 25 декабря 2020 года по 04 января 2021 года, из которых было возвращено 606 605 руб., задолженность по указанному договору составила 3 645 394 руб. 90 коп., сведения о принятии мер по ее взысканию в материалах дела отсутствуют.

Как следует из материалов дела и установлено судом, на момент выдачи займа ООО «Армия Детства» руководителями заемщика и займодавца выступало одно и то же лицо – ответчик по настоящему делу ФИО1, что свидетельствует об аффилированности ООО «К-Маркетинг» и займодавца ООО «Армия Детства».

В рассматриваемом случае на момент осуществления возврата займов в пользу ответчика должник находился в состоянии имущественного кризиса, поскольку как указано выше, неисполненные обязательства должника перед ООО РПК «Прогресс», впоследствии включенные в реестр, возникли с 01 августа 2019 года и в последующем лишь нарастали и увеличивались.

Данное обстоятельство также свидетельствует о том, что денежные средства в период имущественного кризиса были выведены на аффилированное лицо, меры по взыскании задолженности предприняты не были, обратного в материалы дела не представлено, что свидетельствует о причинении вреда имущественным правам независимого кредитора ООО РПК «Прогресс».

Кроме того, ООО «К-Маркетинг» в пользу ФИО1 были перечислены денежные средства в общей сумме 1 303 000,00 руб. в счет арендой платы по договорам аренды транспортных средств, а также в пользу ФИО3 в размере 600 000 руб.

Между тем, ответчиком не представлено убедительных доводов и доказательств подтверждающих, в связи с чем в хозяйственной деятельности ООО «К-Маркетинг» возникла необходимость арендовать транспортные средства, равно как ответчиком не раскрыта экономическая целесообразность заключения спорных сделок, сведений о том кто, когда и в каких целях пользовался транспортными средствами и как это было связано с деятельностью ООО «К-Маркетинг» не представлено.

Суду первой и апелляционной инстанций не представлено убедительных доводов, подтверждающих потребность в транспортных средствах, а равно сведения о том, почему руководителем избрана именно эта модель получения необходимого ресурса, тогда как более эффективно и менее затратно было бы компенсировать сотрудникам расходы на принадлежащие им транспортные средства, используемые ими же.

Таким образом, действиями ответчика по перечислению в свою пользу и пользу подконтрольного ему ООО «Армия Детства» денежных средств должника в общем размере 10 496 882,00 руб., в том числе в счет погашения задолженности по займу, которое подлежало удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, а также действиями по аренде транспортных средств (в размере 1 903 000 руб.) причинен вред имущественным правам независимого и единственного кредитора ООО РПК «Прогресс».

В рассматриваемом случае указанных денежных средств было достаточно для погашения требования данного кредитора, составляющего 9 356 661 руб. 56 коп.

При этом оснований считать действия ответчика по перечислению денежных средств в пользу ФИО2 вредоносными у суда не имеется, поскольку в материалы дела представлены доказательства выдачи должнику займа. Доказательства аффилированности ФИО2 по отношению к должнику или ответчику в материалы дела не представлены.

Оценивая применительно к пункту 23 Постановления № 53 влияние факта перечисления денежных средств в общем размере 10 496 882,00 руб. (возврат займа аффилированному лицу) и 1 903 000 руб. (оплаты аренды) на неплатежеспособность ООО «К-Маркетинг», суд первой инстанции верно исходил из размера требования истца, подтвержденного вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда города Москвы от 16 декабря 2022 года по делу №А40-246248/22, от 25 января 2023 года по делу №А40-246244/22, от 08 февраля 2023 года по делу №А40-246255/22, от 03 апреля 2023 года по делу №А40-246260/22, которая составляет 9 356 661 руб. 56 коп.

Перечисление спорных денежных средств в счет погашения задолженности по займам, которое подлежало удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, очевидно привела к полной невозможности удовлетворения требования истца.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд первой инстанции пришёл к верному выводу о том, что действия учредителя и руководителя ООО «К-Маркетинг» ФИО1 привели к полной невозможности удовлетворения требований кредиторов, в связи с чем, указанное лицо подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

При этом, доводы представителя ответчика о том, что причиной объективного банкротства ООО «К-Маркетинг» послужила несостоятельность основного его контрагента отклоняется, поскольку не подтверждена документальными доказательствами.

Помимо прочего, как следует из искового заявления, ФИО1 передал временному управляющему по электронной почте учредительные документы, бухгалтерский баланс, таблицы о дебиторской и кредиторской задолженности. Указанное означает, что обязанность по передаче документации со стороны ответчика исполнена.

Между тем, истец не дал пояснений относительно того, какие затруднения возникли вследствие ненадлежащего исполнения ответчиком обязанности по передаче документации; какие именно документы не позволили сформировать конкурсную массу; не представил доказательств того, что непередача документов затруднила проведение процедуры банкротства.

В данном случае отсутствуют основания для утверждения о том, что конкурсная масса не сформирована вследствие непередачи документации по вине ФИО1, поскольку производство по делу о банкротстве прекращено из-за отсутствия финансирования.

В отношении доводов истца о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве, следует отметить следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, в том числе если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 указанного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых названным Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с п. 4 ст. 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом). Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими кредиторами, то есть долгами, возникшими после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу вышеприведенных норм, правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в связи с неподачей заявления о признании должника банкротом обладают те кредиторы, обязательства перед которыми образовались после истечения срока на подачу заявления о признании должника банкротом.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, общество связывает возникновение обязанности у ответчика обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 30 апреля 2023 года, поскольку истец пришел к выводу о том, что признаки банкротства организации возникли уже на конец 2022 года.

Между тем, доказательства наличия у должника перед истцом задолженности, возникшей после 30 апреля 2023 года (дата, определенная истцом в качестве окончания срока для исполнения обязанности руководителя должника по подаче заявления в суд), в материалы дела не представлены.

Доводы апеллянта, что судом не установлена дата объективного банкротства подлежит отклонению, так как в данном случае в указанной части требований (привлечение за неподачу заявления) судом отказано.

Установление даты объективного банкротства в рамках рассмотрения апелляционной жалобы ответчика правового значения не имеет, так как судебный акт в части отказа в удовлетворении требований не обжалуется.

Оценив представленные доказательства, коллегия приходит к выводу, что сделки должника, совершенные в предбанкротном состоянии безусловно, имеют признаки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве и статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. В результате совершения подозрительных сделок лишилось активов должника, за счет которых могли быть удовлетворены требования кредитора.

Коллегия считает, что действия контролирующего должника лицом в предбанкротном состоянии общества, были направлены исключительно на вывод ликвидных активов общества, в целях неисполнения обязательств перед независимыми кредиторами, путем инициирования процедуры банкротства общества.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд не определил момент возникновения у должника признаков объективного банкротства, не установил причины появления признаков несостоятельности, не исследовал причинно-следственную связь между вменяемыми сделками/действиям и банкротством должника, отклоняются, как противоречащие установленным по делу обстоятельствам.

Таким образом, заявителями доказаны значимые для разрешения дела обстоятельства: неисполнение обязанности по передаче документации должника (объективная сторона правонарушения); вина субъекта ответственности, исходя из того, что ответчики не приняли все меры для надлежащего исполнения обязанностей, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации); наличие причинно-следственной связи между неисполнением обязанностей и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Определяя размер субсидиарной ответственности, суд исходил из следующего.

Пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве предусмотрено, что если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

На момент завершения рассмотрения настоящего дела процедура банкротства ООО "К-Маркетинг" несостоятельным (банкротом) прекращено на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве.

Пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

С учетом изложенного, суд взыскал с ответчиков в пользу заявителя денежные средства, в размере их требований, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Несогласие подателя жалобы с выводами суда первой инстанции, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не подтверждает нарушений норм материального и процессуального права.

Выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и оснований для его отмены апелляционная инстанция не усматривает.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 11 июня 2025 по делу№А40-283550/24 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: Е.В. Иванова

Судьи: Ж.В. Поташова

Ю.Н.Федорова