Решение по делу № А41-72032/2024 от 25.03.2025

Арбитражный суд Московской области 107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва https://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации РЕШЕНИЕ

г. Москва

25 марта 2025 года Дело № А41-72032/24 Резолютивная часть объявлена 17 марта 2025 года

Полный текст решения изготовлен 25 марта 2025 года

Арбитражный суд Московской области в составе судьи Фищевой А.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем Ларионовым Е.А., рассмотрел в открытом судебном заседании дело № А41-72032/2024 по исковому заявлению ИП ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) к ИП ФИО2 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) об обязании прекратить дальнейшее незаконное использование товарного знака № 747981 в отношении услуг 41 класса МКТУ; о взыскании компенсации в размере 600 000 руб.,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО3 дов. от 26.08.2024, диплом, паспорт РФ, от ответчика: лично ФИО2, паспорт РФ.

УСТАНОВИЛ:

ИП ФИО1 (далее – истец) обратилась в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к ИП ФИО2 (далее – ответчик) об обязании ответчика прекратить дальнейшее незаконное использование товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 747981 в отношении услуг 41-го класса МКТУ, о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 747981 в размере 600 000 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что ответчик допустил нарушение исключительных прав истца на товарный знак путем использования обозначения сходного до степени смешения с товарным знаком истца, при оказании услуг однородным услугам 41-го класса МКТУ:

в названии обучающего тренинга по английскому языку; в названии учебного пособия по английскому языку;

в доменном имени сайта http://let-me-speak.ru, предлагаемому услуги по обучению по английскому языку;

в названии информационно-обучающего Youtube-канала https://www.youtube.com/channel/UC3SJSALYODRu_wmzQR9QGDA, продвигающего услуги по обучению английскому языку;

в названии информационно-обучающего сообщества в социальной сети «Вконтакте» - https://vk.com/lmspeak, продвигающего услуги по обучению английскому языку;

а также непосредственно на самом сайте http://let-me-speak.ru.

Согласно письменным правовым позициям ответчика, последний против удовлетворения заявленных требований возражал, поскольку:

используемое ответчиком обозначение (логотип) обрел свой вид в 2013 году, а учебное пособие напечатано в 2014 году, то есть намного ранее даты предоставления правовой охраны (даты приоритета) товарному знаку истца;

тренинг ответчиком был проведен всего два раза в сентябре 2014 года и весной 2015 года, и в дальнейшем в отношении образовательных услуг не использовался;

с 2015 года ответчик поменял свой основной вид деятельности, подлежащий указанию в государственном реестре индивидуальных предпринимателей, с преподавания на рекламные услуги, которые и оказывает по настоящий день;

истец и ответчик не являются конкурирующими субъектами, поскольку деятельность истца ведется в основном в городе Минеральные воды, в то время как деятельность ответчика направлена на потребителей из Москвы;

размер заявленной к взысканию компенсации нечем не обоснован, поскольку ущерб истцу не причинен, не доказан, не рассчитан;

используемые истцом и ответчиком обозначения (логотипы) не являются сходными до степени смешения;

действия истца по предъявлению настоящих исковых требований являются злоупотреблением правом и направлены на получение выгоды за его счет.

Помимо прочего ответчик заявил ходатайство о вызове в суд патентного поверенного ФИО4

В судебном заседании представители истца и ответчика поддержали свои правовые позиции, изложенные в иске и отзыве на него, а также в иных письменных правовых позициях.

Изучив материалы дела, оценив фактические обстоятельства и доказательства, представленные в материалы дела, суд установил следующее.

Обращаясь с заявленными требованиями, истец указал на то, что является правообладателем исключительных прав на товарный знак « » по свидетельству Российской Федерации № 747981, зарегистрированного 21.02.2020 с датой приоритета от 31.07.2019 в отношении услуг 41-го «академии [обучение]; информация по вопросам воспитания и образования; организация и проведение образовательных форумов невиртуальных; организация и проведение семинаров; проведение экзаменов; тьюторинг; услуги образовательно- воспитательные; услуги образовательные, предоставляемые школами; услуги репетиторов, инструкторов [обучение]; языковые курсы» Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее – МКТУ). Срок действия товарного знака продлен до 31.07.2029.

Обращаясь с заявленными требованиями, истец указал на то, что в январе 2024 года выявил факт использования ответчиком в сети «Интернет» обозначения сходного до степени смешения с товарным знаком истца при осуществлении деятельности однородной услугам 41-го класса МКТУ:

в названии обучающего тренинга по английскому языку; в названии учебного пособия по английскому языку;

в доменном имени сайта http://let-me-speak.ru, предлагаемому услуги по обучению по английскому языку;

непосредственно на самом сайте http://let-me-speak.ru.

Поскольку используемые истцом и ответчиком обозначения являются сходными, а истец своего разрешения на использование товарного знака или обозначения сходного с

ним до степени смешения не давал, последний направил в адрес ответчика досудебную претензию.

Поскольку направленная претензия оставлена без удовлетворения, истец обратился в суд с рассматриваемым исковым заявлением.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном названным Кодексом.

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1484 ГК РФ.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего

разрешения любым способом, не запрещенным законом и не противоречащим существу исключительного права на товарный знак.

Исходя из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 59 - 62, 154, 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), в настоящем деле в предмет доказывания по требованию о защите исключительных прав на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ. В свою очередь, ответчик должен представить доказательства соблюдения требований гражданского законодательства при использовании объектов интеллектуальных прав.

Принадлежность истцу исключительных прав на товарный знак « » подтверждается выпиской из Государственного реестра товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (регистрация № 747981).

Проанализировав представленный в материалы дела протокол автоматизированной фиксации информации от 15.04.2024 № 1713205146 суд установил, что в названии обучающего тренинга по английскому языку, в названии учебного пособия по английскому языку, в доменном имени сайта http://let-me-speak.ru и на самом сайте, в названии информационно-обучающего Youtube-канала (https://www.youtube.com/channel/UC3SJSALYODRu_wmzQR9QGDA), в названии информационно-обучающего сообщества в социальной сети «Вконтакте» (https://vk.com/lmspeak) ответчик использует обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком истца, а именно: « », а также его словесный элемент «Let me speak».

Методология определения сходства сравниваемых обозначений и вероятности их смешения в гражданском обороте определена Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными Приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее – Правила № 482) и пунктом 162 Постановления № 10.

Согласно пункту 41 Правил № 482 обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Сходство обозначений для отдельных видов обозначений определяется с учетом требований пунктов 42 - 44 настоящих Правил № 482.

В силу пункта 42 Правил № 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в приведенном пункте Правил № 482, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Как разъяснено в пункте 162 Постановления № 10, установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Как следует из материалов дела, товарный знак в защиту которого предъявлены исковые требования является комбинированным, состоит из словесных элементов «Letﹾs Speak», выполненных оригинальным шрифтом буквами латинского алфавита черного цвета, расположенных по центру обозначения, неохраняемого словесного элемента «Лингвистическая школа», выполненного по центру в нижней части обозначения буквами кириллического алфавита красного цвета, а также изобразительного элемента в виде глобуса, выполненного в голубом цвете в центре которого расположены словесные элементы «Letﹾs Speak», а под его основанием неохраняемый словесный элемент.

Проанализировав товарный знак истца, суд установил, что его сильным элементом является словесный элемент «Letﹾs Speak», поскольку именно на нем акцентируется внимание потребителей за счет его центрального расположения в обозначении по отношению к неохраняемому словесному элементу и изобразительному элементу и легкости его восприятия потребителями услуг. Словесный элемент «Лингвистическая школа» является неохраняемым и относится к слабым элементам обозначения. Изобразительный элемент, несмотря на его значительное расположение, также относится к слабым элементам ввиду его фонового расположения, при этом его выполнение в виде глобуса лишь усиливает значение словесного элемента «Letﹾs Speak» как сильного элемента.

Используемое ответчиком обозначение « » состоит из словесных элементов «Let me speak», выполненных оригинальным шрифтом буквами латинского алфавита, при этом буквы «е» в слове «Let» и «а» в слове «speak» выполнены с использованием изобразительных элементов, а также словесных элементов «Английский без акцента» выполненных буквами кириллического алфавита. Обозначение используется в черно-красном цвете. Анализ данного обозначения на предмет выявления сильного элемента показал, что сильным элементом является словесный элемент «speak», поскольку он расположен большим шрифтом, именно на нем акцентируется внимание потребителей, словесные элементы «Английский без акцента» являются слабыми элементами поскольку выполнены в левом нижнем углу обозначения и меньшим шрифтом по отношению к иным элементам обозначения и указывают на деятельность, конкретный получаемый результат.

Таким образом, сопоставив товарный знак и используемое ответчиком обозначение с учетом выявленных сильных

элементом по фонетическому, семантическому и графическому критериям, суд установил, что обозначения обладают:

высокой степенью сходства по фонетическому критерию за счет тождества сильных элементов «SPEAK» и элемента «LET», являющегося сильным элементом товарного знака и слабым элементом обозначения ответчика и сходного звучания сильных элементов сопоставляемых обозначений. Имеющиеся различия (Английский без акцента/Лингвистическая школа) не являются существенными и не приносят качественно нового восприятия обозначений;

определенной степенью семантического значения, поскольку словесные элементы «Letﹾs Speak»/«Let me speak» в переводе с английского языка означают «Давайте разговаривать»/ «Дайте мне сказать», а «Лингвистическая школа» и «Английский без акцента» указывают на направленность деятельности сторон, что свидетельствует о наличии подобия заложенных в обозначениях понятий и идей;

низкой степенью по графическому критерию ввиду наличия изобразительного элемента и различной цветовой гаммы в товарном знаке истца, вместе с тем обозначения включают в себя тождественные элементы «SPEAK» и «LET», выполненные буквами латинского алфавита.

По мнению суда, общее зрительное впечатление производимое сопоставляемыми обозначениями является сходным за счет наличия в них сильных тождественных элементов, несмотря на наличие в них таких отличий как изобразительные элементы, словесные элементы выполненные буквами кириллического алфавита.

Обобщая вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что сравниваемые обозначения ассоциируются друг с другом в целом, несмотря на их отдельные отличия, в связи с этим, являются сходными на основании пункта 41 Правил № 482, так как обозначения обладают определенной степенью сходства с учетом вышеприведенных результатов определения сходства сравниваемых обозначений и вероятности их смешения в гражданском обороте и разъяснений, изложенных в пункте 162 Постановления № 10.

При анализе возможности смешения учитывается не только степень сходства сравниваемых обозначений, но и однородность товаров, в отношении которых охраняются товарный знак истца и использовано обозначение ответчиком.

Как следует из пункта 45 Правил № 482, при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю. При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки.

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).

Признаки однородности товаров подразделяются на основные и вспомогательные. К основным признакам относятся: род (вид) товаров; назначение товаров; вид материала, из которого изготовлены товары. Остальные признаки относятся к вспомогательным.

Чаще всего основанием для признания товаров однородными является их принадлежность к одной и той же родовой или видовой группе. При определении однородности товаров с учетом их назначения целесообразно принимать во внимание область применения товаров и цель применения.

Правовая охрана товарному знаку истца предоставлена в отношении образовательных услуг 41-го класса МКТУ. Как следует из зафиксированного истцом нарушения, ответчик использовал сходное обозначение в рамках оказания образовательных услуг при организации учебного тренинга.

Изложенное свидетельствует о том, что деятельность ответчика в рамках которой использовано сходное обозначение является однородной услугам 41-го класса МКТУ, для которых охраняется товарный знак истца. Степень данной однородности суд определяет как высокую.

При этом суд принимает во внимание изложенные в пункте 162 Постановления № 10 разъяснения о том, что смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Резюмируя изложенное, суд приходит к выводу о наличии вероятности смешения потребителями в гражданском обороте сопоставляемых обозначений за счет определенной степени сходства обозначений и высокой степени однородности товаров, для которых использовалось обозначение ответчиком и предоставлена правовая охрана товарному знаку истца.

Принимая во внимание представленные сторонами противоречащие друг другу исследования о наличии (отсутствии) сходства между сопоставляемыми обозначениями, суд обращает внимание на то, что специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется (пункт 162 Постановления № 10).

Таким образом, утверждения ответчика о том, что используемые обозначения не являются сходными, не могут быть приняты во внимание, с учетом вышеприведенного анализа сходства обозначений, основанного на методологии определения сходства сравниваемых обозначений и вероятности их смешения в гражданском обороте.

Аргументы ответчика о том, что используемое им обозначение разработано им и используется с 2013 года, не может быть принято во внимание, так как нарушение исключительных прав зафиксировано ответчиком в апреле 2024 года.

Исходя из даты фиксации нарушения, суд отклоняет доводы ответчика о том, что с 2015 года спорное обозначение им не используется, а основной вид деятельности ответчика, согласно выписке из единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, являются рекламные услуги. Так, в материалы дела не представлены доказательства того, что ответчик соответствующие услуги фактически не осуществляет (при этом сайты на которых зафиксированы нарушения активны по настоящий момент).

Подлежат отклонению доводы ответчика о том, что истец и ответчик осуществляют свою деятельность в разных регионах страны (Москва/ Минеральные воды), поскольку правовая охрана защищаемого истцом товарного знака распространяется на территории всей Российской Федерации, а не в пределах одного конкретного региона.

Доказательств правомерности использования ответчиком сходных обозначений в отношении однородных услуг в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, суд признает доказанным факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на защищаемые товарные знаки.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных этим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Как отмечено в пункте 61 Постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Как указано в пункте 62 Постановления № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 3 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 3 части 5 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Исследовав материалы настоящего дела, исходя из заявленного истцом расчета компенсации, обстоятельств допущенного нарушения с учетом отсутствия доказательств привлечения ответчика за нарушение исключительных прав иных правообладателей, суд приходит к выводу о том, что 15 000 руб. компенсации отвечает критериям разумности, обоснованности и соразмерности компенсации последствиям нарушения, исходя

По мнению суда, такой размер компенсации соответствует степени вины нарушителя и установленным обстоятельствам, не влечет недобросовестного обогащения истцов, а также избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, при этом, безусловно, лишает последнего стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности.

В остальной части размер заявленной истцом компенсации признается судом чрезмерным и не подлежащим удовлетворению.

Кроме того, суд полагает подлежащим удовлетворению требование истца о запрете ответчику использовать обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком, зарегистрированным истцом и защищенным свидетельством Российской Федерации на

товарный знак № 747981 в отношении услуг «академии [обучение]; информация по вопросам воспитания и образования; организация и проведение образовательных форумов невиртуальных; организация и проведение семинаров; проведение экзаменов; тьюторинг; услуги образовательно-воспитательные; услуги образовательные, предоставляемые школами; услуги репетиторов, инструкторов [обучение]; языковые курсы» 41-го класса МКТУ.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном этим Кодексом, требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия.

В пункте 57 Постановления № 10 разъяснено, что в случае нарушения исключительного права правообладатель вправе осуществлять защиту нарушенного права любым из способов, перечисленных в статье 12 и пункте 1 статьи 1252 ГК РФ, в том числе путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих исключительное право, в частности о запрете конкретному исполнителю исполнять те или иные произведения.

Требование о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, в силу подпункта 2 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ может быть предъявлено не только к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, но и к иным лицам, которые могут пресечь такие действия.

Такое требование может быть удовлетворено только в том случае, если противоправное поведение конкретного лица еще не завершено или имеется угроза нарушения права. Так, не подлежит удовлетворению требование о запрете предложения к продаже или о запрете продажи контрафактного товара, если такой принадлежавший ответчику товар им уже продан. Требования об общем запрете конкретному лицу на будущее использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (например, о запрете размещения информации в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе сети «Интернет») также не подлежат удовлетворению. Такой запрет установлен непосредственно законом (абзац третий пункта 1 статьи 1229 ГК РФ).

Таким образом, меры, предусмотренные статьей 1252 ГК РФ (в том числе требование о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу нарушения), являются мерами защиты нарушенного интеллектуального права и применяются в связи с конкретным нарушением. Абстрактный запрет установлен непосредственно законом.

Следовательно, требование правообладателя о пресечении действий, нарушающих право, в силу закона может быть предъявлено только к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним. Иными словами, данный способ защиты права предусмотрен для длящегося или незавершенного правонарушения и такие меры являются мерами защиты нарушенного интеллектуального права, поэтому применяются в связи с конкретным правонарушением.

В то же время абстрактные требования об общем запрете конкретному лицу на будущее в любое время использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации в силу закона удовлетворению не подлежат, поскольку удовлетворение такого требования также влечет нарушение принципа исполнимости судебного акта, так как привлечение ответчика к ответственности за каждое последующее правонарушение возможно только посредством предъявления нового иска, а не путем предъявления к исполнению исполнительного листа, содержащего абстрактный запрет.

Указанная правовая позиция изложена в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 18.12.2020 по делу № А40-262864/2019.

Как указано выше, представленными в материалы дела доказательствами подтверждается использование ответчиком обозначений, сходных до степени смешения со спорными товарными знаками в сети Интернет (http://let-me-speak.ru, Youtube-канала https://www.youtube.com/channel/UC3SJSALYODRu_wmzQR9QGDA,

https://vk.com/lmspeak) в отношении образовательных услуг по английскому языку.

Доказательств прекращения данного нарушения на момент рассмотрения спора ответчиком не представлено, в связи с чем, соответствующее требование истца подлежит удовлетворению.

Ходатайство ответчика о вызове в суд патентного поверенного не подлежит удовлетворению исходя из предмета настоящего спора, подлежащих доказыванию обстоятельств и заявляемой ответчиком цели вызова поверенного, не имеющей отношения к обстоятельствам спора.

Поскольку удовлетворение требования истца о взыскании компенсации в меньшем размере, чем была им изначально заявлена, является частичным удовлетворением иска, то расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению по правилам абзаца второго части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Руководствуясь статьями 110, 156, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

исковое заявление ИП ФИО1 удовлетворить частично.

Запретить ИП ФИО2 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) использовать обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком, зарегистрированным истцом и защищенным свидетельством Российской Федерации на товарный знак № 747981 в отношении услуг «академии [обучение]; информация по вопросам воспитания и образования; организация и проведение образовательных форумов невиртуальных; организация и проведение семинаров; проведение экзаменов; тьюторинг; услуги образовательно-воспитательные; услуги образовательные, предоставляемые школами; услуги репетиторов, инструкторов [обучение]; языковые курсы» 41-го класса Международной классификации товаров и услуг.

Взыскать с ИП ФИО2 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) в пользу ИП ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 747981 в размере 15 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 375 руб.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Десятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Московской области в течение месяца со дня принятия решения.

Судья А.В. Фищева