ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Москва

13 ноября 2025 года Дело № А40-244841/15

Резолютивная часть постановления объявлена 29 октября 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 13 ноября 2025 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Морхата П.М., Усачевой Е.В.,

при участии в заседании:

от ФИО1: ФИО2, доверенность от 11.11.2024;

от ФИО3: ФИО4, доверенность от 20.10.2025;

от должника: ФИО5, доверенность от 24.06.2025;

от финансового управляющего должника: ФИО6, доверенность от 23.07.2025;

от ФИО7: ФИО8, доверенность от 12.04.2022; ФИО9, доверенность от 12.04.2022;

рассмотрев 29 октября 2025 года в судебном заседании кассационные жалобы

ФИО1, ФИО3

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда

от 15 августа 2025 года

о признании недействительной цепочки сделок, состоящей из договора купли-продажи от 18.10.2013, заключенного между ФИО10 и ФИО3, договора купли-продажи от 24.09.2019, заключенного между ФИО3 и ФИО11 (в настоящее время ФИО1), применении последствий недействительности цепочки сделок в виде возврата недвижимого имущества, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер: 77:07:0013004:4156, в конкурсную массу должника ФИО10, в случае невозможности возврата упомянутого имущества в конкурсную массу в натуре возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества,

и кассационную жалобу ФИО3

на определение Девятого арбитражного апелляционного суда

от 12 августа 2025 года

об исправлении опечатки в резолютивной части постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.08.2025

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО10,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18.09.2019 ФИО10 (далее - должник) признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим должника утвержден ФИО12

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.11.2022 финансовым управляющим должника утвержден ФИО13

В Арбитражный суд города Москвы 02.10.2023 поступило заявление ФИО7 о признании недействительной цепочки сделок, состоящей из договора купли-продажи от 18.10.2013, заключенного между ФИО10 и ФИО3, договора купли-продажи от 24.09.2019, заключенного между ФИО3 и ФИО11 (в настоящее время ФИО1), применении последствий недействительности цепочки сделок в виде возврата недвижимого имущества, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер: 77:07:0013004:4156, в конкурсную массу должника ФИО10, в случае невозможности возврата упомянутого имущества в конкурсную массу в натуре возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества (с учетом принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнений).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22 января 2025 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15 августа 2025 года (с учетом определения от 12 августа 2025 года об исправлении опечатки в резолютивной части постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.08.2025) определение Арбитражного суда города Москвы от 22.01.2025 отменено, заявленные требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО1 и ФИО3 обратились с кассационными жалобами, в которых просят постановление отменить и оставить в силе определение суда первой инстанции.

ФИО3 также подана кассационная жалоба на определение Девятого арбитражного апелляционного суда от 12 августа 2025 года об исправлении опечатки в резолютивной части постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.08.2025.

Заявители жалоб считают судебные акты незаконными и необоснованными, как принятые с неправильным применением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители ФИО1, ФИО3 и должника поддержали доводы кассационных жалоб.

Представители ФИО7 и финансового управляющего должника возражали против удовлетворения кассационных жалоб.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, устанавливая правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии постановления и определения, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным им по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, и исходя из доводов, содержащихся в кассационных жалобах, суд кассационной инстанции пришел к выводу о том, что обжалуемые постановление и определение апелляционного суда подлежат отмене в связи с неправильным применением норм права с оставлением в силе определения суда первой инстанции.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, между ФИО10 (продавец) и Брилкои? И.С. (покупатель) 20.08.2013 заключено соглашение о намерениях купли-продажи объекта недвижимости по адресу: <...>, согласно которому стороны договорились, что стоимость квартиры составит 45.000.000 руб., ФИО3 передает ФИО10 денежные средства (аванс) в размере 1.000.000 руб. путем перечисления денежных средств на счет продавца в ОАО «Альфа-Банк».

Впоследствии, между ФИО10 (продавец) и Брилкои? И.С. (покупатель) заключен договор купли-продажи от 18.10.2013 в отношении квартиры по адресу: <...>.

Согласно пункту 1.3 договора, квартира приобретается за счет кредитных средств, предоставленных КБ «ЛОКО-Банк» в соответствии с кредитным договором от 18.10.2013 № КРФ-2013/44.

В соответствии с кредитным договором покупателю предоставляются денежные средства в размере 40.000.000 руб., в том числе на приобретение квартиры в размере 23.000.000 руб. и на ремонт квартиры (неотделимые улучшения) в размере 17.000.000 руб.

Согласно пункту 2.1 договора, оплата цены квартиры осуществляется покупателем за счет кредитных средств, предоставляемых покупателю по кредитному договору, указанному в пункте 3.1 договора.

Согласно пункту 2.2 договора, расчет между сторонами производится через банковскую ячейку, арендованную в КБ «ЛОКО-Банк».

В подтверждение факта оплаты аванса в материалы дела представлены следующие доказательства:

1) платежное поручение от 26.08.2013 № 70 о перечислении ФИО3 на счет ФИО10 суммы в размере 1.000.000 руб., с назначением платежа «оплата по соглашению о намерениях купли-продажи объекта недвижимости № 1/20-08-2013 от 20.08.2013»;

2) платежное поручение от 23.09.2013 № 39 о перечислении ФИО3 на счет ФИО10 суммы в размере 3.500.000 руб., с назначением платежа «оплата по соглашению о намерениях купли-продажи объекта недвижимости № 1/20-08-2013 от 20.08.2013»;

3) расписка ФИО10 от 20.08.2013 о получении наличных денежных средств в размере 500.000 руб., с указанием «в качестве аванса по соглашению о намерениях купли-продажи объекта недвижимости № 1/20-08-2013 от 20.08.2013».

В подтверждение факта оплаты оставшейся стоимости недвижимого имущества ответчиком в материалы дела представлены расписки ФИО10 от 28.10.2013 о получении наличных денежных средств в размере 23.000.000 руб. за квартиру и 17.000.000 руб. за неотделимые улучшения квартиры.

Судом первой инстанции установлено, что в подтверждение финансовой возможности ФИО3 приобрести спорное имущество им в материалы дела представлен кредитный договор от 18.10.2023 № КРФ-2013/44, заключенный между Брилкои? И.С. и КБ «ЛОКО-Банк».

Согласно пункту 1.1 кредитного договора банк предоставляет заемщику денежные средства на срок с даты предоставления кредита, определяемой в порядке указанном в разделе 2 договора, по 18.10.2018 или до даты наступления одного из отлагательных условии?, указанных в пункте 1.4 договора, в размере 40.000.000 руб., а заемщик пользуется кредитом и выплачивает банку проценты за пользование кредитом по ставке 16 процентов годовых в порядке и на условиях, предусмотренных договором.

Согласно пункту 1.2 договора кредит является целевым и предоставляется заемщику исключительно в целях приобретения по договору купли-продажи квартиры, приобретаемой на средства кредита, предоставляемого КБ «ЛОКО-Банк», с ипотекой в силу закона от 18.10.2013 у ФИО10, оформления в собственность и ремонта квартиры по адресу: <...>.

Суд первой инстанции установил, что денежные средства в размере 40.000.000 руб. предоставлены в пользование ФИО3, что подтверждается расходным кассовым ордером от 18.10.2013 № 8647.

Право собственности ФИО3 на квартиру и ипотека КБ «ЛОКО-Банк» в отношении квартиры зарегистрированы 25.10.2013.

Судом первой инстанции также установлено, что задолженность ФИО3 перед КБ «ЛОКО-Банк» погашена в 2016 году, обременение в виде ипотеки в отношении квартиры прекращено 29.11.2016.

ФИО7 оспаривает цепочку сделок по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Судебное оспаривание сделок должника является одним из механизмов пополнения конкурсной массы.

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» указано, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации требуется выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Таким образом, сделки, совершенные за пределами периода подозрительности и оспариваемые на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, могут быть признаны недействительными, если доказано наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы квалификации сделки в качестве подозрительной.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 32) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена; в частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации; при наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, и иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом); с целью квалификации спорной сделки как недействительной, совершенной с намерением причинить вред иному лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о факте злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, а также притворных сделок, то есть сделок, которые совершаются с целью прикрыть другие сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации); совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся; поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом; суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию управляющего может быть признана недействительной совершенная до (после) возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 10 Постановления № 32).

Обязательным признаком сделки для целей квалификации сделки как ничтожной по пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность сделки на причинение вреда кредиторам, под чем, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. При этом для квалификации сделки как недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом контрагентом, выразившемся в заключении спорной сделки, при этом для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации требуется выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции, не соглашаясь с выводами суда первой инстанции, не учел, что фактическая аффилированность сторон сделки не исключает того, что она совершена добросовестно.

Судом первой инстанции установлено наличие финансовой возможности ФИО3 приобрести спорное имущество.

Так, в материалы дела представлен кредитный договор от 18.10.2023 № КРФ-2013/44, заключенный между ФИО3 и КБ «ЛОКО-Банк» на сумму 40.000.000 руб., что в том числе подтверждено расходным кассовым ордером от 18.10.2013 № 8647.

Право собственности ФИО3 на квартиру и ипотека КБ «ЛОКО-Банк» в отношении квартиры зарегистрированы 25.10.2013.

Исследовав доказательства в их совокупности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в материалы дела представлены доказательства, подтверждающие финансовую возможность ФИО3 приобрести спорное недвижимое имущество у должника по цене 45.000.000 руб.

При этом, суд первой инстанции отметил отсутствие доказательств обратного, а также указал на отсутствие заявлений о фальсификации со стороны лиц, участвующих в деле.

Таким образом, суд первой инстанции заключил, что ФИО3 произведена оплата стоимости спорного имущества, доказана финансовая возможность его приобрести.

Ссылка кредитора на налоговые декларации ФИО3, свидетельствующие, по мнению заявителя, о невозможности ФИО3 погасить кредитные обязательства, обоснованно отклонена судом, поскольку данные обстоятельства не опровергают факт наличия у ФИО3 денежных средств вследствие получения кредита по договору от 18.10.2023 № КРФ-2013/44.

При этом налоговые декларации не могут служить исчерпывающим доказательством отсутствия у ФИО3 финансовой возможности для оплаты стоимости спорного имущества. В частности, получение кредита по договору от 18.10.2023 № КРФ-2013/44 свидетельствует о наличии у ФИО3 денежных ресурсов на момент заключения договор купли-продажи. Это обстоятельство имеет первостепенное значение для оценки финансовой состоятельности ФИО3 и не может быть нивелировано представлением налоговых деклараций, которые лишь отражают информацию о налоговых обязательствах, но не предоставляют полной картины финансового состояния.

Более того, кредитные обязательства ФИО3 перед банком погашены в 2016 году, обременение в виде ипотеки в отношении квартиры прекращено, что подтверждено ответами из банка и Роскадастра.

Заявленный кредитором довод о транзитном характере перечисления денежных средств также отклонен судом первой инстанции как необоснованный и документально неподтвержденный.

ФИО7 не доказано, а судом не установлено каких-либо признаков злоупотребления правом в действиях должника и ФИО3 при заключении оспариваемой сделки, умышленности и направленности действий поименованных лиц на причинение вреда иным лицам, в том числе кредиторам должника, оспариваемыми сделками.

Довод заявителя об аффилированности сторон сделки, в отсутствие обстоятельств, свидетельствующих о причинении вреда имущественным интересам кредиторов должника, обоснованно отклонен судом как не имеющий правового значения, поскольку не является самостоятельным основанием для признания сделок недействительными.

Также суд первой инстанции правомерно указал, что сам по себе факт регистрации ФИО10 в спорной квартире до ноября 2016 года не подтверждает того, что квартира фактически из владения должника не выбывала.

Доказательств того, что сделки имеют иные основания для оспаривания по статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, выходящие за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве, не установлено.

С учетом возмездного характера сделки отсутствуют правовые основания и для признания оспариваемых сделок недействительными на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кредитор ФИО7 также просила признать недействительным договор купли-продажи от 24.09.2019, заключенный между ФИО3 и ФИО11, как часть цепочки сделок должника.

Относительно данной сделки суд первой инстанции правомерно исходил из того, что заключенный через 6 лет после первой сделки договор купли-продажи от 24.09.2019 между ФИО3 и ФИО11 в отношении квартиры по адресу: <...>, с учетом доказанной добросовестности первого приобретателя имущества, не может расцениваться в качестве элемента цепочки сделок, направленных на вывод активов должника во вред имущественным интересам кредиторов. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Таким образом, с учетом добросовестности ФИО3 при покупке спорной квартиры оспариваемые сделки не могут рассматриваться в качестве элемента цепочки сделок, направленных на вывод активов должника во вред имущественным интересам кредиторов.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, вопреки выводам апелляционного суда об обратном, правомерно исходил из пропуска ФИО7 срока исковой давности.

Согласно положению пункта 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве, с заявлением об оспаривании сделки должника вправе обратиться конкурсный кредитор, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов.

При этом для конкурсных кредиторов, подающих заявление об оспаривании сделки, срок исковой давности по смыслу статьи 213.32 Закона о банкротстве не может начать течь ранее включения их требований в реестр требований кредиторов должника, поскольку их право на подачу такого заявления может быть установлено, исходя из размера кредиторской задолженности, которая устанавливается судом при рассмотрении таких требований.

Настоящее дело о банкротстве возбуждено определением Арбитражного суда города Москвы от 18.01.2016 по заявлению ФИО10

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.02.2016 в отношении ФИО10 введена процедура реструктуризации долгов гражданина.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве, неплатежеспособность это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При вынесении определения Арбитражного суда города Москвы от 15.02.2016 судом уже были установлены признаки неплатежеспособности ФИО10, тем более ФИО7 доподлинно было известно о неплатежеспособности ФИО10 01.04.2016, когда ею было направлено требование о включении в реестр требований кредиторов должника, которое определением Арбитражного суда города Москвы от 03.06.2016 признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

При этом, следует учитывать, что срок исковой давности для оспаривания сделок должника начинает течь для кредитора не с момента, когда им установлена неплатежеспособность должника, а когда он узнал или должен был узнать о совершении сделки.

Суд первой инстанции установил, что кредитору ФИО7 стало известно о спорной сделке, совершенной в октябре 2013 года, из представленного в материалы дела протокола очной ставки, проведенной в рамках уголовного дела № 11901450001000184.

Так, из текста протокола очной ставки от 07.03.2019, подписанного ФИО7, следует, что ФИО10, отвечая на один из вопросов следователя, в частности, пояснила, что произвела отчуждение принадлежащей ей квартиры по адресу: <...>.

Таким образом, учитывая, что кредитор ФИО7 узнала о спорной сделке не позднее 07.03.2019, а обратилась с настоящим заявлением только 02.10.2023, суд первой инстанции обоснованно заключил, что заявление подано по истечении срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворения заявления.

Поскольку судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства дела и дана надлежащая правовая оценка представленным доказательствам и всем доводам сторон, следует признать, что выводы суда первой инстанции сделаны при полном выяснении обстоятельств, имеющих существенное значение для дела.

Принимая во внимание изложенное, суд кассационной инстанции считает, что у суда апелляционной инстанции не имелось оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Данные обстоятельства свидетельствуют о несоответствии постановления суда апелляционной инстанции статье 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем оно подлежит отмене, как подлежит отмене и определение об исправлении опечатки.

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15 августа 2025 года и определение Девятого арбитражного апелляционного суда от 12 августа 2025 года по делу № А40-244841/15 отменить.

Определение Арбитражного суда города Москвы от 22 января 2025 года по делу № А40-244841/15 оставить в силе.

Председательствующий-судья В.В. Кузнецов

Судьи П.М. Морхат

Е.В. Усачева