Решение по делу № А40-272055/2024 от 26.02.2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Москва

Дело № А40-272055/24-147-1858

26 февраля 2025 г.

Резолютивная часть решения объявлена 24 февраля 2025года

Полный текст решения изготовлен 26 февраля 2025 года

Арбитражный суд в составе: судьи Дейна Н.В. единолично

При ведении протокола секретарем Багдасарян М.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению ООО "ИМАКО" (690001, ПРИМОРСКИЙ КРАЙ, Г. ВЛАДИВОСТОК, УЛ. КАПИТАНА ШЕФНЕРА, Д. 2, КАБИНЕТ 15, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 03.03.2017, ИНН: <***>)

к ЦАТ (109028, МОСКВА ГОРОД, ЯУЗСКАЯ УЛИЦА, 8, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 19.12.2002, ИНН: <***>)

об обязании возвратить излишне взысканных таможенные платежи по декларациям на товары № № 10009100/240624/5036550, 10009100/290624/5038656, 10009100/030724/5040260, 10009100/180624/5034391, 10009100/180624/5034400 в размере 908 041,94 руб.

при участии:

от заявителя – ФИО1 (паспорт, диплом, по дов. от 15.02.2024 г.)

от ответчика – ФИО2 (паспорт, диплом, по дов. от 16.01.2025 г.)

УСТАНОВИЛ:

ООО "ИМАКО" (далее – Декларант, Общество, Заявитель) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением об обязании возвратить Центральную акцизную таможню возвратить ООО «ИМАКО» излишне взысканные таможенные платежи по декларациям на товары №№ 10009100/240624/5036550, 10009100/290624/5038656, 10009100/030724/5040260, 10009100/180624/5034391, 10009100/180624/5034400 в размере 908 041,94 руб..

Представитель заявителя поддержал заявленные требования.

Представитель заинтересованного лица возражал против удовлетворения заявленных требований по доводам, изложенным в отзыве.

Рассмотрев материалы дела, исследовав и оценив представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд считает иск подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ООО «Имако» в Акцизный специализированный таможенный пост (центр электронного декларирования) Центральной акцизной таможни поданы декларации на товары (далее - ДТ) №№ 10009100/240624/5036550, 10009100/290624/5038656, 10009100/030724/5040260, 10009100/180624/5034391, 10009100/180624/5034400 на товары, ввезенные на таможенную территорию ЕАЭС по контракту от 23.03.2023 № IPHF 23/03-2023, заключенному с компанией Dalian Haifeng International Trading Co., Ltd (далее - Контракт), на условиях поставки FCA Хуньчунь.

Декларант определил и заявил таможенную стоимость спорных товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами в соответствии со статьей 39 ТК ЕАЭС.

В подтверждение заявленной таможенной стоимости декларантом при подаче ДТ были представлены документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, а именно: Контракт, дополнительные соглашения к контракту, приложения к Контракту, инвойсы, упаковочные листы, товарно-транспортные накладные, документы по перевозке партий товара.

24.06.2024 по ДТ № 10009100/240624/5036550, 29.06.2024 по ДТ №10009100/290624/5038656, 04.07.2024 по ДТ №10009100/030724/5040260, 18.06.2024 по ДТ №10009100/180624/5034391, 18.06.2024 по ДТ № 10009100/180624/5034400 в соответствии со статьей 325 ТК ЕАЭС у декларанта запрошены дополнительные документы и сведения в подтверждение заявленных сведений о таможенной стоимости товаров.

В ответ на вышеуказанные запросы таможенного органа по ДТ №№10009100/240624/5036550, 10009100/290624/5038656, 10009100/030724/5040260, 10009100/180624/5034391, 10009100/180624/5034400 декларантом с помощью обмена электронными авторизированными сообщениями в ЕАИС «АИСТ-М» направлены дополнительные документы и сведения, подтверждающие таможенную стоимость ввозимых товаров, в том числе экспортная декларация страны отправления с переводом на русский язык, ведомость банковского контроля по состоянию на 14.08.2024, переписка по вопросу предоставления прайс-листа.

В связи с недостаточностью представленных документов и пояснений таможенным органом на основании пункта 15 статьи 325 ТК ЕАЭС 14.09.2024 по ДТ №10009100/290624/5038656, 28.06.2024 по ДТ №10009100/180624/5034391, 21.09.2024 по ДТ№10009100/030724/5040260,28.08.2024поДТ№ 10009100/180624/5034400 запрошены дополнительные документы и сведения.

В установленные таможенным органом сроки декларантом с помощью обмена электронными авторизированными сообщениями в ЕАИС «АИСТ-М» предоставлены запрашиваемые документы и сведения.

Таможенным органом 18.09.2024 по ДТ №№ 10009100/240624/5036550, 10009100/180624/5034391, 10009100/180624/5034400, 26.09.2024 по ДТ №10009100/290624/5038656 и 07.10.2024 по ДТ №10009100/030724/5040260 приняты решения о внесении изменений (дополнений).

Во исполнение указанных решений таможенного органа Общество оформило корректировку таможенной стоимости и доплатило таможенные платежи в размере 908 041,91 руб.

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения в Арбитражный суд г. Москвы с рассматриваемым заявлением.

Как разъяснено в п. 34 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 N 49 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза", с учетом установленных Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 35 и часть 1 статьи 46) гарантий защиты права частной собственности при излишнем внесении таможенных платежей в связи с принятием таможенным органом незаконных решений по результатам таможенного контроля, а также при истечении срока возврата таможенных платежей в административном порядке заинтересованное лицо вправе обратиться непосредственно в суд с имущественным требованием о возложении на таможенный орган обязанности по возврату излишне внесенных в бюджет платежей в течение трех лет со дня, когда плательщик узнал или должен был узнать о нарушении своего права (об излишнем внесении таможенных платежей в бюджет).

При этом обращение в суд с имущественным требованием о возврате таможенных платежей, поступивших в бюджет излишне, не предполагает необходимости соблюдения административной процедуры возврата. Заявленное требование должно быть рассмотрено судом по существу независимо от того, оспаривалось ли в отдельном судебном порядке решение таможенного органа, послужившее основанием для излишнего внесения таможенных платежей в бюджет.

Согласно п. 15 ст. 38 ТК ЕАЭС в случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса, применяемыми последовательно.

В случае если для определения таможенной стоимости ввозимых товаров невозможно применить статьи 39, 41 - 44 настоящего Кодекса, определение таможенной стоимости товаров осуществляется в соответствии со статьей 45 настоящего Кодекса.

Отличие уровня таможенной стоимости от имеющейся в распоряжении таможенного органа информации о стоимости идентичных/однородных товаров, ввозимых на таможенную территорию ЕАЭС в сопоставимый период времени, не может являться основанием для принятия решения о внесении изменений (дополнений) в ДТ.

В соответствии с пунктом 5 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 № 42 (далее - Положение № 42), при проведении контроля таможенной стоимости товаров, в том числе после их выпуска, выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров при сопоставимых условиях их ввоза может являться одним из признаков недостоверного определения таможенной стоимости товаров.

Данное положение корреспондирует разъяснениям Верховного суда РФ, изложенным в абзаце 3 пункта 10 Постановления Пленума ВС РФ № 49, в соответствии с которым отличие заявленной декларантом стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, может рассматриваться в качестве одного из признаков недостоверного (не соответствующего действительной стоимости) определения таможенной стоимости, если такое отклонение является существенным.

Следовательно, отклонение уровня таможенной стоимости от имеющейся ценовой информации может послужить основанием для проведения таможенного контроля в любой непротиворечащей закону форме, в то время как основанием для принятия решения о несогласии с избранным декларантом методом определения таможенной стоимости являются доказательства документального неподтверждения, количественной неопределенности или недостоверности цены сделки, полученные таможенным органом в ходе такой проверки.

В рассматриваемом случае таможенным органом такие доказательства не представлены.

Кроме того, использование сведений об уровне цен товаров того же вида и класса при таможенном оформлении на территории ЕАЭС для оценки действительной стоимости ввозимого участником ВЭД товара без конкретных сведений об условиях формирования стоимости сделки при приобретении сравниваемых товаров во внешнеэкономических условиях не отвечает общим принципам применения методов определения таможенной стоимости, закрепленных в статье 38 ТК ЕАЭС.

Информация, содержащаяся в базах данных ДТ, носит учетно-статистический характер и не обладает необходимыми признаками, установленными законом, позволяющими использовать ее в качестве основы для определения таможенной стоимости по методам по цене сделки с идентичными или однородными товарами.

В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

То обстоятельство, что определенная декларантом таможенная стоимость товаров оказалась ниже ценовой информации таможенного органа, само по себе не влечет внесение изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, поскольку не названо в законе в качестве основания для совершения указанного действия.

Довод таможенного органа о непредставлении декларантом прайс-листа продавца товаров, предназначенного неопределенному кругу покупателей, а также документов, подтверждающих принадлежность товаров продавцу на праве собственности не может являться самостоятельным и достаточным основанием для принятия решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, и приведен без анализа представленных в ходе таможенного контроля документов и сведений.

В качестве основания принятия обжалуемых решений о внесении изменений (дополнений) в ДТ №№ 10009100/240624/5036550, 10009100/290624/5038656, 10009100/030724/5040260, 10009100/180624/5034391, 10009100/180624/5034400 таможенным органом указано на непредставление документов, позволяющие определить порядок формирования цены, публичную оферту, адресованную неопределенному кругу лиц. Также таможенный орган указывает на непредставление прайс-листа продавца товаров и непредставление документов, подтверждающих, что товары принадлежат продавцу товаров - компании Dalian Haifeng International Trading Co., Ltd на праве собственности.

Прайс-листы адресованы неопределенному кругу лиц и содержат публичную оферту, не исключают возможность достижения между продавцом и покупателем согласия об иной цене товара, отличающейся от цены, содержащейся в таких прайс-листах (прейскурантах), с учетом условий поставки и отдельных факторов экономического характера (количество поставляемого товара, скидки, обусловленные снижением его востребованности на потребительском рынке на момент заключения и в ходе исполнения контракта, распределение обязанностей по доставке товара, связанных с ней расходам, риска гибели, порчи товара, изменение обстоятельств, касающихся производства товаров).

Прайс-лист является дополнительным и не подменяет коммерческие документы сделки, согласованные и подписанные сторонами.

Прайс-лист производителя не относится к документам, выражающим ценовое содержание сделки, не относится к обязательным документам, представляемым вместе с ДТ, и представляется в случае, если представленных документов недостаточно для принятия решения в отношении заявленной стоимости согласно пункту 2 Перечня документов и сведений, подтверждающих заявленную таможенную стоимость. С наличием либо отсутствием публичной оферты не связаны основания, исключающие применение основного метода оценки таможенной стоимости.

Таким образом, не представление публичного прайс-листа не свидетельствует о недостоверности сведений о таможенной стоимости и не может рассматриваться как уклонение декларанта от подтверждения таможенной стоимости при наличии иных документов, предоставленных в таможенный орган.

Кроме того, таможенным органом по существу не было оспорено соответствие ценовых характеристик из представленного прайс-листа, лишь формальное несогласие с его содержанием.

Приводя данный довод, таможенным органом не учтено, что в соответствии с пунктом 2.3 Контракта цена каждой партии товара согласуется в Приложениях на поставку, являющихся одновременно прайс-листами продавца. Также в ходе таможенного контроля декларантом представлена переписка между Обществом и продавцом товаров - компанией Dalian Haifeng International Trading Co., Ltd по вопросу предоставления прайс-листов и документов, подтверждающих право собственности на продаваемый товар, в соответствии с которой продавец товаров отказался от предоставления запрашиваемой информации, сославшись на коммерческую тайну, указав, что цена продажи формируется по результатам переговоров с каждым покупателем индивидуально, что согласовано сторонами в пункте 2.3 Контракта. На основании данной переписки декларантом неоднократно представлены таможенному органу соответствующие пояснения.

Пунктом 10 Положение № 42 предусмотрено, что в качестве объяснения причин, по которым документы и (или) сведения, запрошенные таможенным органом у декларанта при проведении контроля таможенной стоимости товаров, не могут быть представлены и (или) отсутствуют, рассматриваются представленные декларантом письменные пояснения, подтверждающие, что лицо, располагающее запрошенными документами и (или) сведениями, отказало декларанту в их предоставлении или запрошенный документ не существует или не применяется в рамках сделки.

При этом, в силу положений пункта 12 Постановления Пленума ВС РФ № 49 предъявляемые к декларанту требования по подтверждению таможенной стоимости должны быть совместимы с коммерческой практикой.

Довод таможенного органа о том, что представленные экспортные декларации не подтверждают сведения о стоимости товаров, заявленные в ДТ №№10009100/290624/5038656, 10009100/030724/5040260, 10009100/180624/5034391, 10009100/180624/5034400 в силу несоответствия условий поставки не обоснован и не может являться основание для принятия обжалуемого решения.

При этом документ "экспортная декларация" не содержит информацию, позволяющую провести всесторонний комплексный анализ факторов ценообразования у конкретного экспортера.

Экспортная декларация является документом, оформляемыми продавцом - то есть иностранным контрагентом Общества, и ответственность за непредставление данного документа не может быть переложена на российского резидента.

Кроме того, в абзаце 3 пункта 13 Постановления Пленума ВС РФ N 49 отмечено, что непредставление декларантом дополнительных документов (сведений) обосновывающих заявленную им стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о корректировке таможенной стоимости товара, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

Таким образом, таможенная стоимость ввозимых товаров и сведения, относящиеся к ее определению, основываются на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Приводя довод о несоответствии условий поставки в ДТ (БСАХуньчунь) условиям поставки в экспортных декларациях КНР (FOB), таможенным органом не учтено, что сведения в экспортных декларациях КНР соответствуют данным товаросопроводительных и коммерческих документов в части наименования транспортного средства, веса, количества товаров, описания товаров, стоимости за единицу, отправителя, производителя, получателя товаров, номера контракта, что позволяет однозначно идентифицировать представленные документы КНР с поставками товаров по ДТ №№ 10009100/290624/5038656, 10009100/030724/5040260, 10009100/180624/5034391, 10009100/180624/5034400.

Между тем, в соответствии с пунктом 22 Правил заполнения таможенных деклараций КНР, предусмотренных Приложением к Объявлению Главного таможенного управления КНР (ГТУ КНР) № 18-2019 «О внесении изменений в «Таможенные правила КНР о заполнении деклараций на товары при импорте и экспорте» от 22 января 2019 г. (применяется с 1 февраля 2019 г.1), в графе «условия поставки» на основании условия фактической сделки о цене ввозимых или вывозимых товаров указывается условия поставки (способ сделки), выбранные в соответствии с «Таблицей кодов для условий поставки», определенной таможней.

Согласно разъяснениям представителя ФТС России в КНР, изложенным в письме от 17.11.2022 № 25-13-15/1275 «О направлении информации», которым до таможенных органов доведены пояснения о сопоставлении типов сделки, предусмотренных китайским классификатором, используемом при таможенном декларировании в КНР, с терминами Инкотермс тип сделки FOB, применяемый по китайскому классификатору, соответствует терминам FCA, FAS.

При этом, отказывая декларанту в применении первого метода таможенной оценки на основании вышеприведенного довода таможенный орган в ходе таможенного контроля не установил, каким образом несоответствие условий поставки влияет на документальное подтверждение цены сделки, учитывая, что сведения в представленной экспортной декларации КНР полностью соответствуют данным товаросопроводительных и коммерческих документов в части наименования транспортного средства, веса, количества товаров, описания товаров, стоимости за единицу, отправителя, производителя, получателя товаров, номера контракта, полностью соотносятся со сведениями о товарах, заявленными в ДТ, и позволяют однозначно идентифицировать экспортную декларацию с настоящей поставкой товара. Оснований полагать, что экспортные декларации касаются иных товаров не имеется, поскольку идентифицируется с товарами, заявленными в спорных ДТ, по их описанию, количественным характеристикам, сведениям о контейнерах, транспортном средстве, товаросопроводительным документам.

Довод таможенного органа о документальном неподтверждении величины транспортных расходов, включенных в структуру таможенной стоимости товаров в ДТ №№ 10009100/180624/5034391, 10009100/180624/5034400 в силу отсутствия в представленных документах указания на географический пункт пересечения границы, противоречит представленным декларантом документам.

В соответствии со сведениями 17 графе в ДТС-1 № 10009100/180624/5034391 в структуру таможенной стоимости включены транспортные расходы в размере 20 000 руб. Так, в подтверждение транспортных расходов по ДТ № 10009100/180624/5034391 декларантом представлены следующие документы: международная товарно-транспортная накладная (CMR), договор на перевозку грузов автомобильным транспортом от 11.08.2024 № 16-23, счет на оплату от 11.06.2024 № 53, платежное поручение от 20.06.2024 № 167, акт выполненных работ от 20.06.2024 № 53.

Перевозка товаров, сведения о которых заявлены в ДТ № 10009100/180624/5034400, осуществлялась на трех автотранспортных средствах, в соответствии со сведениями в графе 17 ДТС-1 в структуру таможенной стоимости включены транспортные расходы в сумме 60 000 руб. до места прибытия на территорию ЕАЭС пос. Краскино. В подтверждение транспортных расходов по ДТ декларантом представлены следующие документы: международные товарно-транспортные накладные (CMR), договор оказания услуг перевозки от 11.08.2024 № 16-23, счета на оплату от 12.06.2024 № 54, от 14.06.2024 №№15, 16, платежные поручения от 20.06.2024 №№ 168, 169, 170, акты от 21.06.2024 №54, от 21.06.2024 №№ 16, 17.

В выставленных за услуги перевозки товаров счетах перевозчика отдельно выделена стоимость автоуслуг по территорию КНР до места прибытия на таможенную территорию ЕАЭС от г. Хуньчунь до пгт. Краскино в размере 20 000 руб. Указанное в счетах место прибытия на территорию ЕАЭС пгт. Краскино соответствует сведениям о месте прибытия в международных товарно-транспортных накладных, в графе 30 ДТ и в графе 17 ДТС-1.

При таких обстоятельствах включенные в структуру таможенной стоимости дополнительные начисления к цене сделки являются количественно определенными и документально подтверждены представленными декларантом документами.

Довод таможенного органа о несоблюдении декларантом структуры таможенной стоимости противоречит представленным декларантом документам и пояснениям.

Довод таможенного органа о несоблюдении декларантом структуры таможенной стоимости сводится к утверждению о непредставлении декларантом документов о наличии/отсутствии лицензионных и иных подобных платежей за использование результатов интеллектуальной деятельности.

Декларантом в ответ на запрос документов и(или) сведений по каждой ДТ представлены пояснения о том, что какие-либо лицензионные платежи, роялти и какие-либо иные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности Обществом не уплачивались. Дополнительно в ответ на запросы таможенного органа по каждой ДТ декларантом представлены пояснения продавца товаров об отсутствии лицензионных платежей, подлежащих включению в структуру таможенной стоимости.

Обществом товар приобретен у продавца Dalian Haifeng International Trading Co., Ltd, правоотношения с которым урегулированы Контрактом, в соответствии с котором приобретение товара не ставится в зависимость от уплаты лицензионных и иных платежей, доказательств обратного таможенный орган в ходе проведения таможенного контроля не установил.

При принятии обжалуемых решений таможенным органом не учтено, что декларантом представлены все необходимые документы, выражающие существо сделки и подтверждающие порядок согласования условий сделки, а содержащаяся в представленных документах ценовая информация является количественно определяемой и соотносимой с представленными коммерческими и товаросопроводительными документами.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», по смыслу пункта 3 статьи 438 ГК РФ для целей квалификации конклюдентных действий в качестве акцепта достаточно того, что лицо, которому была направлена оферта, приступило к исполнению предложенного договора на условиях, указанных в оферте, и в установленный для ее акцепта срок. При этом не требуется выполнения всех условий оферты в полном объеме.

Согласно пункту 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

В соответствии с пунктом 9 Постановления Пленума ВС РФ № 49 при оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса судам следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара.

Пунктом 1.2 Контракта установлено, что наименование, цена за единицу, количество поставляемых товаров в каждой партии, условия поставки, условия оплаты должны быть согласованы обеими сторонами и указаны в приложении, которое является неотъемлемой частью Контракта.

Согласно пункту 2.3 Контракта цена каждой партии товара согласуется в Приложениях на поставку, являющихся одновременно прайс-листом продавца.

В подтверждение согласования существенных условий сделки декларантом представлены:

- по ДТ № 10009100/240624/5036550: Контракт, Приложение к Контракту от 17.06.2024 № 2, в котором согласована поставка товаров на сумму 206607 кит. юаней на условиях поставки FCA Хунчунь, заявление на перевод от 24.07.2024 № 28 на сумму 206607 кит. юаней;

- по ДТ № 10009100/290624/5038656: Контракт, Приложение к Контракту от 17.06.2024 № 3, в котором согласована поставка товаров на сумму 134 274 кит. юаней на условиях поставки FCA Хунчунь, заявление на перевод от 24.07.2024 № 29 на сумму 134 274 кит. юаней;

- по ДТ № 10009100/030724/5040260: Контракт, Приложение к Контракту от 17.06.2024 № 4, в котором согласована поставка товаров на сумму 75 770 кит. юаней на условиях поставки FCA Хунчунь, заявление на перевод от 24.07.2024 № 30 на сумму 75 770 кит. юаней;

- по ДТ № 10009100/180624/5034391: Контракт, Приложение к Контракту от 17.06.2024 № 1, в котором согласована поставка товаров на сумму 82 477,5 кит. юаней на условиях поставки FCA Хунчунь, заявление на перевод от 02.07.2024 № 25 на сумму 82 477,2 кит. юаней и заявление на перевод от 24.07.2024 № 27 на сумму 69 959,3 кит. юаней (из которых согласно информации в графе «назначение платежа по ДТ №10009100/180624/5034391 - 0,3 кит... юаня);

- по ДТ № 10009100/180624/5034400: Контракт, Приложение к Контракту от 25.05.2024 № 2, в котором согласована поставка товаров на сумму 249 222,5 кит. юаней на условиях поставки FCA Хунчунь, заявление на перевод от 02.07.2024 № 26 на сумму 249 222,5 кит. юаней.

Представленные заявления на перевод соотносятся с поставками товаров по ДТ №№ 10009100/240624/5036550, 10009100/290624/5038656, 10009100/030724/5040260, 10009100/180624/5034391, 10009100/180624/5034400 по сумме и назначению платежа (номеру контракта, инвойсов на поставки).

В представленной декларантом ведомости банковского контроля в разделе II «Сведения о платежах» под номерами 97, 98, 100, 101, 102 отражены платежные операции от 02.07.2024 на сумму 82 477,2 юаней и 249 222,5 юаней, от 24.07.2024 - на сумму 206607 кит. юаней, 134 274 кит. юаней, 75 770 кит. юаней, а в разделе III «Сведения о подтверждающих документах» под номерами 51, 52, 53, 48, 49 указаны ДТ №№10009100/240624/5036550, 10009100/290624/5038656, 10009100/030724/5040260, 10009100/180624/5034391, 10009100/180624/5034400, подтверждающие ввоз на таможенную территорию Евразийского экономического союза в рамках исполнения Контракта товаров, соответственно, на сумму 82 477,2 юаней, 249 222,5 юаней, 206607 кит. юаней, 134 274 кит. юаней, 75 770 кит. юаней. Следовательно, указанная Обществом в графах 22, 42 ДТ №№ 10009100/240624/5036550, 10009100/290624/5038656, 10009100/030724/5040260, 10009100/180624/5034391, 10009100/180624/5034400 стоимость товаров совпадает с ценой, указанной в коммерческих документах, и, как следствие, с ценой, подлежащей уплате продавцу, согласно формулировке пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

В случае возникновения сомнений в достоверности содержащихся в ведомости банковского контроля сведений соответствующая информация об оплате товаров и ведомость банковского контроля могли быть запрошены и получены таможенным органом непосредственно от уполномоченного банка в соответствии с частью 2 статьи 242 Федерального закона от 03.08.2018 N 289-ФЗ "О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации".

Более того, Центральная акцизная таможня определила таможенную стоимость спорных товаров на основании статьи 45 ТК ЕАЭС, что противоречит требованиям действующего законодательства.

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС в случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 ТК ЕАЭС, применяемыми последовательно.

При этом могут быть проведены консультации между таможенным органом и декларантом в целях обоснованного выбора стоимостной основы для определения таможенной стоимости ввозимых товаров, соответствующей статьям 41 и 42 настоящего Кодекса. В процессе консультаций таможенный орган и декларант могут обмениваться имеющейся у них информацией при условии соблюдения законодательства государств-членов о коммерческой тайне.

При невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса в качестве основы для определения таможенной стоимости товаров может использоваться либо цена, по которой оцениваемые, идентичные или однородные товары были проданы на таможенной территории Союза, в соответствии со статьей 43 настоящего Кодекса, либо расчетная стоимость товаров в соответствии со статьей 44 настоящего Кодекса. Декларант имеет право выбрать очередность применения указанных статей при определении таможенной стоимости ввозимых товаров.

В рассматриваемом случае консультации о выборе стоимостной основы и метода таможенной оценки с декларантом не проводились, что лишает таможенный орган права ссылаться на отсутствие у него необходимой ценовой информации.

Аналогичные выводы содержатся в п. 15 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 26.11.2019 № 49 при рассмотрении споров, связанных с правильностью выбора и применения метода определения таможенной стоимости, судам следует учитывать, что декларанту должны быть предоставлены установленные законодательством (статья 325 Таможенного кодекса) возможности представить дополнительные документы, сведения и пояснения, касающиеся заявленных сведений о таможенной стоимости товаров.

Довод таможни об отсутствии у него сведений для применения ст. 43-44 ТК ЕАЭС, не соответствует действительности, так как декларант предоставил все документы, подтверждающие стоимость реализации спорных товаров.

На основании п. 1 ст. 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со ст. 40 ТК ЕАЭС, при выполнении определенных условий, перечисленных в п. 1 ст. 39 ТК ЕАЭС.

В результате проверки таможенной стоимости таможенный орган ни одного из обстоятельств, препятствующих определению таможенной стоимости товаров по методу сделки с ввозимыми товарами, не установил.

Согласно изложенным в п. 34 постановления Пленума ВС РФ от 26.11.2019 N 49 выводам заинтересованное лицо вправе обратиться в суд с имущественным требованием о возложении на таможенный орган обязанности по возврату излишне внесенных в бюджет платежей в течение трех лет со дня, когда плательщик узнал или должен был узнать о нарушении своего права (об излишнем внесении таможенных платежей в бюджет).

Таким образом, исследовав и оценив в порядке ст. 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в их взаимосвязи и совокупности, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства и руководствуясь приведенными положениями действующего законодательства, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Судом проверены все доводы ответчика, однако они не опровергают установленные судом обстоятельства и не могут являться основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований. При этом неотражение в судебном акте всех имеющихся в деле доказательств либо доводов лиц, участвующих в деле, не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.10.2017 N 305-КГ17-13690).

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ расходы по госпошлине подлежат отнесению на ответчика.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167, 170, 176, 198, 201 АПК РФ суд

РЕШИЛ:

Обязать Центральную акцизную таможню возвратить ООО «ИМАКО» излишне взысканные таможенные платежи по декларациям на товары №№ 10009100/240624/5036550, 10009100/290624/5038656, 10009100/030724/5040260, 10009100/180624/5034391, 10009100/180624/5034400 в размере 908 041,94 руб. в установленной таможенным законодательством порядке и сроки.

Взыскать с Центральной акцизной таможни в пользу ООО «ИМАКО» 50 402 руб. оплаченной госпошлины.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

Судья:

Н.В. Дейна