АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Седова, 76, г. Иркутск, Иркутская область, 664025,

тел. <***>; факс <***>

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Иркутск Дело № А19-21637/2024

26.02.2025

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 12.02.2025.

Решение суда в полном объеме изготовлено 26.02.2025.

Судья Арбитражного суда Иркутской области Пенюшова Е.С., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Кузьминой С.А., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ИНДИВИДУАЛЬНОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЯ ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>)

к МИНИСТРЕСТВУ ИМУЩЕСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 664007, ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ, Г. ИРКУТСК, УЛ. КАРЛА ЛИБКНЕХТА, Д.47), МИНИСТЕРСТВУ ФИНАНСОВ ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 664027, ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ, Г. ИРКУТСК, УЛ. ЛЕНИНА, Д.1, К.А)

о взыскании 5 000 000 рублей,

при участи в судебном заседании:

от истца: ФИО2, паспорт, доверенность, диплом;

от Министерства: ФИО3, удостоверение, доверенность, диплом;

от Минфина: ФИО4, удостоверение, доверенность, диплом;

установил:

ИНДИВИДУАЛЬНЫЙ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ ФИО1 (далее – ИП ФИО1) обратилась в Арбитражный суд Иркутской области с исковым заявлением к МИНИСТРЕСТВУ ИМУЩЕСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ (далее - Министерство), МИНИСТЕРСТВУ ФИНАНСОВ ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ (далее - МИНФИН ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ) о взыскании 5 000 000 рублей - компенсации морального вреда, причиненного незаконным изъятием объектов недвижимости и недобросовестным ведением переговоров.

В обоснование исковых требований истец указал, что в результате недобросовестного ведения переговоров по изъятию имущества, а также ввиду незаконного изъятия данного имущества Министерством причинены истцу нравственные страдания. ИП ФИО1 является пенсионером, ветераном труда. Вследствие незаконных действий Министерства причинены нравственные страдания; пострадали честь и достоинство как надежного арендодателя (в части взаимоотношений с арендатором ООО «ЛДЦ»). В результате пережитых нравственных страданий здоровье ИП ФИО1 ухудшилось, иммунитет снизился, она дважды переболела коронавирусной инфекцией COVID-19. Ввиду необходимости возмещения убытков ООО «ЛДЦ» существенно снизился уровень жизни истца.

Истец в судебном заседании первоначально предъявленные требования поддержал, в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) заявил об уточнении исковых требований, предъявив наряду с первоначальными требованиями о компенсации морального вреда, требование о компенсацию за нарушение деловой репутации в размере 5 000 000 рублей.

Рассмотрев заявление истца об уточнении исковых требований, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции", исходя из которых, изменение предмета иска означает изменение материально-правового требования истца к ответчику. Изменение основания иска означает изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование к ответчику.

По смыслу части 1 статьи 49 АПК РФ не допускается одновременное изменение предмета и основания иска, являющееся, по существу, предъявлением нового требования. Соблюдение данного запрета проверяется арбитражным судом вне зависимости от наименования представленного истцом документа (например, уточненное исковое заявление, заявление об уточнении требований). В частности, суд не принимает изменения требования о признании сделки недействительной в связи с нарушениями, допущенными при ее заключении, на требование о расторжении договора со ссылкой на нарушения, которые были допущены при исполнении сделки.

Исходя из положений статьи 49 АПК РФ и приведенных разъяснений Высших судебных инстанций, увеличение размера исковых требований не может быть связано с предъявлением дополнительных исковых требований, которые не заявлены истцом в первоначальной редакции искового заявления (пункт 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46).

Как следует из материалов дела, при обращении в арбитражный суд с настоящим иском предпринимателем предъявлено требование о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным изъятием объектов недвижимости и недобросовестным ведением переговоров, при этом в заявлении об уточнении исковых требований от 12.02.2025 (то есть спустя 5 месяцев с момента обращения в арбитражный суд с настоящим иском) предъявлено новое требование о взыскании компенсации за нарушение деловой репутации в размере 5 000 000 рублей, которое в первоначальной редакции иска не предъявлялось, в связи с чем, суд квалифицирует указанное требование как дополнительное (новое) требование, которое в силу правил статьи 49 АПК РФ принятию в качестве уточнения иска не подлежит.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 11.05.2010 № 161/10, отказ суда в принятии уточнений исковых требований не влечет за собой отказ в предоставлении истцу судебной защиты, так как последний не лишен права на обращение в суд с новым (самостоятельным) иском, содержащим такие требования.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что в принятии уточнений исковых требований, изложенных в заявлении от 12.02.2025 в части требования о взыскании компенсации за нарушение деловой репутации в размере 5 000 000 рублей, следует отказать, поскольку истцом фактически заявлено дополнительное (новое) требование, при этом суд разъясняет, что отказ в принятии уточнений исковых требований не препятствует повторному обращению в суд с указанными требованиями.

Министерство исковые требования оспаривало, в отзыве на иск указало, поскольку требование истца основано на незаконном изъятии объектов недвижимости и недобросовестном ведении переговоров, то есть связано с нарушением имущественных прав истца при реализации предпринимательской деятельности, а действующим законодательством Российской Федерации компенсации морального вреда на случай нарушения имущественных прав, связанных с предпринимательской деятельностью, не предусмотрена, настоящий иск удовлетворению не подлежит.

МИНФИН ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ исковые требования не признал, что данный иск связан с компенсацией морального вреда индивидуальному предпринимателю и связан с незаконным изъятием объектов недвижимости, которые истец использовал при осуществлении предпринимательской деятельности, извлекал прибыль. Ссылка истца на то, что ИП ФИО1 является пенсионером и ветераном труда не имеет отношения к рассматриваемому делу, так как в данном случае иск заявлен индивидуальным предпринимателем, осуществляющим предпринимательскую деятельность - самостоятельную, осуществляемую на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Позиция истца, изложенная в иске, о незаконном изъятии объектов недвижимости свидетельствует о том, что истец полагает, что нарушены его имущественные права, а не личные неимущественные, при этом истцом не конкретизированы нематериальные блага, личные неимущественные права, которые, по его мнению, нарушены и повлекли нравственные страдания. По смыслу статей 151, 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред может быть причинен только гражданину, поскольку таковым согласно содержащейся в статье 151 ГК РФ норме являются физические или нравственные страдания, причиненные действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, при этом положения указанных норм не предусматривают возможность компенсации морального вреда, причиненного индивидуальному предпринимателю при осуществлении предпринимательской деятельности в связи с нарушением имущественных прав.

Судебные акты по рассматриваемому спору опубликованы на официальном портале "Картотека арбитражных дел" (http://kad.arbitr.ru.) в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Исследовав материалы дела, заслушав представителей сторон, суд установил следующее.

Как следует из искового заявления, Министерством имущественных отношений Иркутской области 03.04.2020 произведено фактическое изъятие земельного участка с кадастровым номером 38:27:000112:65 в г. Шелехове Иркутской области и расположенной на нем ЛЭП с кадастровым номером 38:27:000000:4201, принадлежавших ИП ФИО1 (далее - Истец).

На протяжении почти двух лет (до 17.01.2022) Министерство недобросовестно проводило переговоры относительно заключения соглашения об изъятии указанных объектов недвижимости, тем самым, вводило истца в заблуждение по вопросу позиции ответчика о мирном урегулировании спора.

В ходе судебного разбирательства по делу № А19-13455/2021 Министерство заявило об отказе от урегулирования спора в добровольном порядке и предъявило встречное исковое заявление о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 38:27:000112:65.

Данные обстоятельства подтверждены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Иркутской области от 30.11.2022 по делу № А19-13455/2021, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 31.03.2023 и постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 29.06.2023.

Из пояснений истца следует, что в результате незаконного изъятия земельного участка:

1) предприниматель лишена законно приобретенного в собственность земельного участка;

2) демонтирован объект недвижимости, расположенный на данном участке (ЛЭП с кадастровым номером 38:27:000000:4201), принадлежавший истцу;

3) произведено отключение электроснабжения нежилых помещений по адресу: <...>, арендованных ООО «ЛДЦ», в результате чего ИП ФИО1 вынуждена компенсировать причиненные арендатору убытки;

4) истец вынужден в срочном порядке принимать меры и нести затраты по организации нового подключения электроснабжения арендованного ООО «ЛДЦ» здания;

5) ответчик Министерство длительное время вводило истца в заблуждение относительно возможности урегулирования спора мирным путем, в дальнейшем недобросовестно отказавшись от такого урегулирования, в результате чего ИП ФИО1 пришлось участвовать в длительном (почти 3 года) судебном разбирательстве по делу № А19-13455/2021;

6) Министерством подан необоснованный встречный иск о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 38:27:000112:65 от 31.12.2019 № Ю/14, заключенного между ИП ФИО1 и Администрацией Шелеховского городского поселения;

7) ИП ФИО1 по формальным основаниям (срок исковой давности) оказалась лишена возможности понудить Министерство к проведению установленной законом процедуры изъятия объектов недвижимости и их обмена на земельные участки с кадастровыми номерами 38:27:000102:43, 38:27:000102:623, поскольку введена в заблуждение Министерством, в том числе путем личных встреч представителей сторон, переписки, относительно якобы добросовестного ведения переговоров по заключению соглашения об изъятии;

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 30.11.2022 по делу № А19-13455/2021 в связи с нарушением процедуры изъятия земельного участка с Министерства в пользу ИП ФИО1 взыскано 7 000 795 рублей 35 копеек – убытков, в том числе:

- убытки в размере рыночной стоимости снесенного по заданию Министерства имущественных отношений Иркутской области в апреле 2020 года сооружения электроэнергетики, кадастровый номер 38:27:000000:4201, протяженностью 171 метр, наименование: Внешнее электроснабжение ООО «ЛДЦ», адрес: <...> «а», в сумме 390 000 рублей;

- убытки в виде упущенной выгоды, причиненные ООО "ЛДЦ" изъятием и фактическим демонтажем объекта электроэнергетики истца, в сумме 3 832 000 рублей;

- убытки, связанные с подключением к новому объекту электроэнергетики помещений, расположенных по адресу: <...>, в размере 55 013 рублей 38 копеек;

- убытки в размере земельного налога по земельному участку с кадастровым номером 38:27:000112:65, уплаченных истцом за апрель 2020 года - декабрь 2021 года в размере 33 781 рубля 97 копеек.

- убытки в размере рыночной стоимости земельного участка с кадастровым номером 38:27:000112:65 в сумме 2 690 000 рублей.

По мнению истца, недобросовестное ведение переговоров со стороны Министерства подтверждено судебными актами по делу № А19-13455/2021 и является противоправным поведением, повлекшим причинение ИП ФИО1 морального вреда и нравственных страданий.

Поскольку судебными актами по делу № А19-13455/2021 установлено, что Министерство является причинителем вреда, умышленно совершившим противоправные действия, повлекшие причинение имущественного вреда, а также осуществляло недобросовестное ведение переговоров с истцом по вопросу заключения соглашения об изъятии объектов недвижимости, именно Министерство подлежит и компенсация морального вреда, причиненного предпринимателю в связи с изъятием недвижимого имущества.

В обоснование доводов о причинении ИП ФИО1 моральных и нравственных страданий изъятием имущества, истец указал, что предприниматель является пенсионером, ветераном труда, а вследствие незаконных действий Министерства пострадали её честь и достоинство как надежного арендодателя (в части взаимоотношений с арендатором ООО «ЛДЦ»).

В результате пережитых нравственных страданий здоровье ИП ФИО1 ухудшилось, иммунитет снизился, она дважды переболела коронавирусной инфекцией COVID-19, а ввиду необходимости возмещения убытков ООО «ЛДЦ» существенно снизился уровень жизни истца.

Как указал истец, поскольку нарушение имущественных прав истца состоялось в связи с осуществлением ФИО1 предпринимательской деятельности, настоящий иск о взыскании компенсации морального вреда предъявлен в Арбитражный суд Иркутской области.

Оценив представленные доказательства каждое в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суд пришел к следующим выводам.

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ).

Согласно положениям статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", правила о компенсации морального вреда не применяются к защите деловой репутации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей (статья 151, пункт 11 статьи 152 ГК РФ).

Физическое лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, в том числе без государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, не лишено возможности требовать компенсации морального вреда в случае, если в связи с осуществлением указанной деятельности было допущено посягательство на принадлежащие ему иные нематериальные блага или нарушение его личных неимущественных прав.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" определено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Как следует из искового заявления, истец полагает, что в результате изъятия недвижимого имущества (земельного участка) и сноса линейного объекта (ЛЭП) (объекты коммерческого назначения), а также ведения переговоров по урегулированию вопросов изъятия указанного имущества, положительные результаты которых не достигнуты, что привело к необходимости судебной защиты нарушенных материальных прав ИП ФИО1, как субъекта предпринимательской деятельности.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 30.11.2022 по делу № А19-13455/2021, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 31.03.2023 и постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 29.06.2023, с МИНИСТЕРСТВА ИМУЩЕСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ за счет казны ИП ФИО1 взыскано 7 000 795 рублей 35 копеек – убытков, понесенных в связи с нарушением процедуры изъятия имущества для государственных (муниципальных нужд).

Таким образом, предъявленное в рамках настоящего иска требование основано на нарушении имущественных прав истца, непосредственно связанных с предпринимательской деятельностью.

При этом в действующем законодательстве отсутствует прямое указание на возможность взыскания морального вреда в пользу хозяйствующего субъекта предпринимательской деятельности в связи с нарушением имущественных прав (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.08.2015 № 309-ЭС15-8331).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в силу пункта 2 статьи 1099 ГК РФ подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (например, статья 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-I "О защите прав потребителей", далее - Закон Российской Федерации "О защите прав потребителей", абзац шестой статьи 6 Федерального закона от 24 ноября 1996 года № 132-ФЗ "Об основах туристской деятельности в Российской Федерации").

Материалы настоящего дела и установленные обстоятельства, не подтверждают того, что имущественные права ИП ФИО1 в материальных правоотношениях с Министерством урегулированы указанными законами, а в правоотношениях с ответчиком предприниматель состояла как потребитель каких либо товаров/работ/услуг.

Доводы истца о том, что в результате нарушения ответчиком имущественных прав предпринимателю причинены нравственные страдания; пострадали честь и достоинство как надежного арендодателя (в части взаимоотношений с арендатором ООО «ЛДЦ»), а ввиду необходимости возмещения убытков ООО «ЛДЦ» существенно снизился уровень жизни истца, и что в результате пережитых нравственных страданий здоровье ИП ФИО1 ухудшилось, иммунитет снизился, и она дважды переболела коронавирусной инфекцией COVID-19, подлежат отклонению по следующим мотивам.

Как правомерно отмечено ответчиками в правоотношениях с арендатором ООО «ЛДЦ» предприниматель выступала не как физическое лицо, а как субъект предпринимательской деятельности. Нарушение обязательств, вытекающих из договора аренды коммерческой недвижимости, в том числе возмещение убытков, урегулировано соответствующими нормами гражданского законодательства, в рамках спора по делу № А19-13455/2021 с Министерства, как с лица, допустившего нарушение имущественных прав ИП ФИО1 в полном объеме взыскана компенсация убытков, возмещенных арендатору ООО «ЛДЦ», следовательно, в указанной части материальные права субъектов предпринимательской деятельности восстановлены.

Довод истца о том, что в связи с изъятием имущества у предпринимателя «снизился иммунитет» и она «дважды переболела коронавирусной инфекцией COVID-19», отклоняется судом, поскольку в указанный период как на территории Российской Федерации в целом, так и на территории Иркутской области в частности, действовал режим повышенной готовности и ограничительные меры в связи с распространением указанного заболевания, ввиду чего риск заражения соответствующим инфекционным заболеванием не находится в причинно-следственной связи ни с действиями ответчика по изъятию имущества, ни с ведением сторонами переговоров по поводу изъятия имущества, ввиду чего суд не может признать данные обстоятельства как причинение вреда здоровью предпринимателя действиями (бездействием) Министерства.

При таких обстоятельствах, в отсутствие доказательств нарушения ответчиком каких-либо неимущественных прав истца, приведшего к возникновению у предпринимателя моральных и нравственных страданий, а обстоятельства, отраженные в иске как основания предъявления требований о компенсации морального вреда вытекают именно из нарушения имущественных прав ИП ФИО1 при осуществлении предпринимательской деятельности, суд не может признать исковые требования правомерными, ввиду чего исковое заявление подлежит оставлению без удовлетворения.

руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

решил:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья Е.С. Пенюшов