ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург

15 октября 2025 года Дело № А56-24846/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 01 октября 2025 года Постановление изготовлено в полном объеме 15 октября 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Тарасовой М.В., судей Морозовой Н.А., Радченко А.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем Аласовым Э.Б., при участии: от ФИО1 – представителя ФИО2 (доверенность от 29.02.2024),

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (регистрационный номер 13АП-18955/2025) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.07.2025 по делу № А56-24846/2024 (судья Семенова И.С.) о завершении процедуры реализации имущества и неосвобождении гражданина от дальнейшего исполнения обязательств, принятое по итогам рассмотрения дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1,

установил:

ФИО1 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом).

Определением арбитражного суда от 22.03.2024 заявление ФИО1 принято к производству, возбуждено дело о банкротстве должника.

Решением арбитражного суда от 20.05.2024 (резолютивная часть объявлена 15.05.2024) ФИО1 признана банкротом, в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

Сведения о признании должника банкротом опубликованы в газете «Коммерсантъ» 25.05.2024.

В связи с окончанием мероприятий по розыску имущества и отсутствием конкурсной массы для полного погашения требований финансовый управляющий обратился в суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина и освобождении ФИО1 от исполнения обязательств,

представил отчет о своей деятельности и о результатах проведения процедуры реализации имущества.

Определением от 10.07.2025 процедура реализации имущества гражданина завершена, суд указал на неприменение в отношении должника правил об освобождении его от дальнейшего исполнения обязательств.

В апелляционной жалобе ФИО1, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права, а также на несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение суда первой инстанции в части неприменения к нему правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств, принять иное решение в указанное части.

Податель апелляционной жалобы указывает, что суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу о том, что у ФИО1 сохранилось право на приватизацию квартиры, в которой она проживает по договору социального найма. Суд не учел, что ФИО1 с родителями (будучи многодетной семьей) уже воспользовалась правом на приватизацию не только земельного участка, но и построенного на нем дома, потому соответствующее право на приватизацию квартиры не имеет. В любом случае, по мнению апеллянта, именно управляющий исключил из конкурсной массы доли в праве собственности на земельный участок и дом как единственное жилье должника, а не должник. ФИО1 полагает, что не может отвечать за действия финансового управляющего в таком случае. Кроме того, жалоб на действия управляющего со стороны кредиторов не подавалось. Должник обращает внимание, что не уклонялся от исполнения обязательств перед кредиторами, противоправных действий не совершал и не мог самостоятельно принудить управляющего к реализации имущества, равно как и продать его. Несогласие суда с действиями управляющего не может быть поставлено в вину должнику. При этом

ФИО1 не обращалась в суд за исключением спорного имущества из конкурсной массы, доли в праве собственности на земельный участок и дом исключены самим управляющим. Должник полагает, что если считать оправданными выводы суда первой инстанции о том, что необходимо было реализовать принадлежащий должнику объект недвижимости в виде 1/6 доли в праве на земельный участок и дом, то суд фактически признает, что не все мероприятия в рамках дела о банкротстве были выполнены в полном объеме. Вместе с тем, суд первой инстанции все же завершил процедуру банкротства, но вменил должнику ответственность за те действия/бездействие, за которые ФИО1 отвечать не могла. Податель жалобы обращает внимание, на то, что если бы суд принял решение о необходимости реализации ее доли в спорном имуществе, то она бы не возражала против обозначенных действий и содействовала суду и финансовому управляющему в данных мероприятиях, несмотря на то, что считает несправедливым возможность претендовать на получение денежных средств от имущества, вклад в который внесли ее родители, а не сама ФИО1

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы; иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в отсутствие представителей.

Поскольку ФИО1 указывает на обжалование судебного акта в части, а иные лица не заявили возражений по поводу обжалования определения в иной части, то суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения в порядке части 5 статьи 268 АПК РФ только в пределах доводов апелляционной жалобы.

Из представленных финансовым управляющим суду документов следует, что задолженность перед кредиторами первой и второй очереди у ФИО1 отсутствует. В третью очередь реестра включены требования одного конкурсного кредитора (ПАО «Сбербанк России») в общем размере 1 428 161,78 рублей.

В результате проведенных финансовым управляющим мероприятий активов у должника не обнаружено, конкурсная масса не сформирована, требования не погашались. Принятых судом к производству и не рассмотренных на дату судебного заседания требований кредиторов не имеется.

В ходатайстве о завершении процедуры банкротства финансовый управляющий просил освободить ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств. Возражений со стороны кредиторов в суд первой инстанции не поступало.

Суд первой инстанции принял во внимание, что у должника имеется по 1/6 доле в праве собственности на земельный участок и дом, расположенные по адресу: Ленинградская область, Ломоносовский район, Оржицкое сельское поселение, <...>. При этом ФИО1 зарегистрирована в муниципальной квартире по адресу: Ленинградская обл., д. Оржицы, без <...> (договор социального найма от 11.05.2021 № 279).

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, арбитражный суд посчитал, что ФИО1 не лишена права приватизировать квартиру, которая получена по договору социального найма. В данном случае суд пришел к выводу, что в действиях должника имеется недобросовестное поведение, которое заключается в том, что должник не стремился к исполнению своих обязательств перед кредиторами, что, в свою очередь, является препятствием к утверждению судом компромисса между должником и кредиторами посредством применения правила об освобождении от долгов гражданина.

Завершая процедуру реализации имущества гражданина, счел возможным не применять в отношении ФИО1 правила об освобождении от исполнения обязательств.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы в совокупности и взаимосвязи с собранными по делу доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд находит апелляционную жалобу обоснованной и подлежащей удовлетворению.

Пунктом 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) установлен перечень признаков недобросовестного поведения гражданина, исключающих возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ) и целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда

Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - постановление № 45), в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, с учетом его реальных возможностей погашения, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на злостное уклонение от исполнения обязательств.

По общему правилу, закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ и обеспечение тем самым защиты интересов кредиторов. Возможность применения правил об освобождении должника от исполнения обязательств зависит от его добросовестности.

Согласно абзацу третьему пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина.

Как разъяснено в пункте 42 постановления № 45 целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

Основанием для неприменения в отношении ФИО1 правил об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами послужили выводы суда первой инстанции о недобросовестном поведении должника, который не стремился к погашению задолженности, имея возможность приватизировать квартиру, в которой проживает.

Суд апелляционной инстанции полагает, что не учтено следующее.

Как верно указывает апеллянт, применение к должнику ответственности в виде неисполнения от дальнейшего исполнения обязательств возможно только в том случае, если такой должник вел себя недобросовестно как до возбуждения дела (во взаимоотношениях с кредиторами), так и непосредственно в процедуре банкротства. Иными словами, должник может отвечать только за свои действия.

Как видно из материалов дела, у суда первой инстанции возникли вопросы к финансовому управляющему, который в отчете о своей деятельности указал на исключение из состава конкурсной массы ФИО1 по 1/6 доле в праве собственности на жилой дом и земельный участок (<...>) ввиду признания такого имущества единственным жильем, которому предоставлен исполнительский иммунитет.

Финансовый управляющий представил в суд пояснения, согласно которым полагал, что ФИО1 лишена возможности приватизировать квартиру, в которой проживает на основании договора социального найма, поскольку уже воспользовалась таким правом в отношении дома и земельного участка. В доказательство представлены: постановление Администрации муниципального образования Ломоносовского муниципального района Ленинградской области от 16.02.2023 № 174/23, выписка из Единого государственного реестра недвижимости, договор социального найма от 11.05.2021 № 279, выписка о счетах должника.

Исследовав повторно материалы дела, апелляционная коллегия полагает обоснованными доводы ФИО1 о том, что последняя уже воспользовалась своим правом на приватизацию как земельного участка, так и жилого дома, потому не вправе претендовать на получение в собственности еще одного жилого помещения, что суд первой инстанции не учел при рассмотрении дела.

Более того, данный факт не имел значения при разрешении вопроса об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи, согласно которому из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

В обязанности финансового управляющего входит принятие мер по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества (абзац второй пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве).

Согласно абзацу второму пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично.

Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в Определении от 26.12.2023 N 308-ЭС23-15786 сделан вывод о том, что при банкротстве физического лица его гражданская дееспособность в определенном смысле ограничивается, в частности, он не вправе распоряжаться имуществом, подлежащим включению в конкурсную массу. В таких условиях финансовый управляющий фактически становится законным представителем физического лица.

Из материалов дела следует, что спорное имущество исключено из конкурсной массы ФИО1 по инициативе самого управляющего. Жалоб на действия финансового управляющего со стороны кредиторов по данному факту не поступало.

Суд первой инстанции, не согласившись с действиями управляющего по наполнению конкурсной массы (в отсутствие на то жалоб кредиторов и правовых оснований с учетом ошибочного вывода относительно возможности приватизации спорной квартиры), вменил ответственность за такие действия должнику, что недопустимо.

Как верно указала ФИО1, она в силу закона не могла принять самостоятельных решений и действий в отношении конкурсной массы, обязать

управляющего приватизировать квартиру либо продать доли в праве собственности на спорное имущество.

Апелляционная коллегия полагает, что даже если бы суд первой инстанции обоснованно установил возможность пополнения конкурсной массы за счет активов, которые ошибочно исключены из нее управляющим в качестве единственного жилья, то последствием должен был быть отказ в завершении процедуры банкротства, а не неприменение к должнику правил неосвобождения от обязательств.

Тем не менее, суд первой инстанции процедуру банкротства завершил.

Выводы суда основаны на ошибочном толковании материальных норм права и неполном исследовании собранных по делу доказательств.

Основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам.

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

В данном случае финансовым управляющим не выявлено признаков преднамеренного или фиктивного банкротства ФИО1, а также не установлено фактов совершения им каких-либо действий в ходе процедуры банкротства, не отвечающих критериям добросовестного поведения, в частности уничтожения принадлежащего ему имущества либо сообщения недостоверных сведений финансовому управляющему, кредиторам и суду; должник к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве не привлекался.

Апеллянт обращает внимание на то, что вопрос о неосвобождении от долгов инициирован самим судом, а не кредиторами. Апелляционная коллегия полагает, что подобные действия суда являются допустимыми и правомерными, однако в такой ситуации должнику должна быть обеспечена возможность дать пояснения и представить доказательства при наличии у суда первой инстанции сомнений в его добросовестности.

ФИО1 в апелляционной жалобе соглашается с тем, что в случае необходимости она бы не препятствовала реализации спорного актива в процедуре банкротства. Вместе с тем, апелляционная коллегия полагает законным исключение такого имущества из конкурсной массы. Фактов недобросовестного сговора между финансовым управляющим и должником по материалам дела не установлено.

Оснований для вывода о противоправности действий должника, перечень которых судом первой инстанции не раскрыт и не установлен, и их направленности на причинение вреда кредиторам либо уклонение от исполнения обязательств перед ними, не имеется; на соответствующие обстоятельства сами кредиторы не ссылались.

Непогашение включенной в реестр требований кредиторов задолженности не является основанием для неосвобождения должника от обязательств, поскольку процедура реализации имущества гражданина применяется при неспособности должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает, что оснований для неприменения к ФИО1 правил пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами не имелось, а определение от 10.07.2025 в обжалуемой части подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.07.2025 по делу № А56-24846/2024 в обжалуемой части отменить.

Применить в отношении ФИО1 правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий М.В. Тарасова

Судьи Н.А. Морозова А.В. Радченко