ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

11.07.2023

Дело № А40-48229/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 04.07.2023

Полный текст постановления изготовлен 11.07.2023

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Федуловой Л.В.,

судей Красновой С.В., Лазаревой И.В.,

при участии в судебном заседании:

от общества с ограниченной ответственностью Специализированный застройщик "Голос.Девелопмент" – ФИО1 (доверенность от 28.07.2021);

от ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 25.11.2021);

от ФИО4- не явился, извещен;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью Специализированный застройщик "Голос.Девелопмент"

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 26.12.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2023 по делу №А40-48229/2021

по иску (заявлению) общества с ограниченной ответственностью Специализированный застройщик "Голос.Девелопмент"

к ФИО2, ФИО4

о привлечении к субсидиарной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью Специализированный застройщик "Голос.Девелопмент" (далее - ООО Специализированный Застройщик "Голос.Девелопмент", Общество, истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ФИО2, ФИО4 (далее – ФИО2, ФИО4, ответчики) о солидарном взыскании убытков в размере 15 054 058 руб. 24 коп.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 15.11.2021, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2022, исковые требования удовлетворены частично, с ФИО2 в пользу Общества взысканы убытки в размере 15 054 058 руб. 24 коп. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 31.05.2022 судебные акты в части удовлетворения исковых требований отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.12.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2023, в удовлетворении требований отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, Общество обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит вышеуказанные судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение. Заявитель в кассационной жалобе ссылается на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, нарушение норм материального и процессуального права.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

До рассмотрения жалобы по существу в Арбитражный суд Московского округа от ФИО2 поступил отзыв на кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела в соответствии со статьей 279 АПК РФ.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель Общества поддержал доводы кассационной жалобы, представитель ФИО2 возражал против удовлетворения жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд не направили, что, в силу части 3 статьи 284 АПК РФ, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей сторон, проверив в порядке статей 284, 286, 287 АПК РФ правильность применения судами норм материального права и соблюдение норм процессуального права при принятии обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к выводу о том, что отсутствуют основания, предусмотренные статьей 287 АПК РФ, для отмены или изменения оспариваемых судебных актов.

Как следует из материалов дела и установлено судами, истец и ООО "ГОРИЗОНТ ПРО" заключили ряд договоров строительного подряда, а именно: договор подряда №СКЛ/18/43 на производство работ от 25.09.2018, договор подряда №СКЛ/19/37 на производство работ от 11.02.2019, договор подряда №СКЛ/19/42 на производство работ от 26.02.2019, договор подряда №СКЛ/19/44 на производство работ от 26.02.2019, договор подряда №СКЛ/19/59 на производство работ от 15.03.2019.

Как указал истец, в нарушение условий договоров ООО "ГОРИЗОНТ ПРО" в полном объеме работы не выполнило и не передало заказчику.

15.08.2019 ООО "ГОРИЗОНТ ПРО" исключено из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) в связи наличием в ЕГРЮЛ недостоверных сведений о юридическом лице.

Участником ООО "ГОРИЗОНТ ПРО" являлась ФИО4, генеральным директором - ФИО2

01.07.2019, 10.07.2019, 05.08.2019 подрядчик осуществлял свою хозяйственную деятельность, в том числе, путем сдачи выполненных работ по договорам заказчику.

Все договоры, акты подписывались генеральным директором ООО "ГОРИЗОНТ ПРО" ФИО2

При этом подрядчик предоставлял в адрес заказчика документы, подтверждающие, что какие-либо изменения в сведения, содержащиеся в ЕГРЮЛ, разрешительные документы и иные организационно-правовое документы не вносились.

Считая, что в связи с прекращением деятельности ООО "ГОРИЗОНТ ПРО" и наличием неисполненных перед ООО Специализированный застройщик "Голос.Девелопмент" обязательств участник и генеральный директор ООО "ГОРИЗОНТ ПРО" подлежат привлечению к субсидиарной ответственности на основании части 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах), истец обратился в суд с иском.

Для кредиторов юридических лиц, исключенных из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон о государственной регистрации), законодателем предусмотрена возможность защитить свои права путем предъявления исковых требований к лицам, указанным в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (лицам, уполномоченным выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица), о возложении на них субсидиарной ответственности по долгам ликвидированного должника.

Соответствующие положения закреплены в пункте 3.1 статьи 3 Закона об обществах.

Согласно указанной норме, одним из условий удовлетворения требований кредиторов является установление того обстоятельства, что долги общества с ограниченной ответственностью перед кредиторами возникли из-за неразумности и недобросовестности лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению, не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Закона об обществах.

Кроме того, из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"; далее - Постановление Пленума № 53) следует, что подобного рода ответственность не может и презюмироваться, даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о государственной регистрации.

При разрешении такого рода споров истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчика в результате его неразумных либо недобросовестных действий.

Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

Приведенная выше правовая позиция неоднократно выражена Верховным Судом Российской Федерации в Определениях от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, 06.07.2020 № 307-ЭС20-180, от 17.07.2020 № 302-ЭС20-8980 и др.

Физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпорацией в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ)) необходимо установление наличия убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами.

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора не вызвана рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен общий стандарт доказывания. Не любое, даже подтвержденное косвенными доказательствами, сомнение в отсутствии контроля должно толковаться против контролирующего должника лица, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания.

Бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении контролирующих юридическое лицо лиц возлагается законом на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Законом о государственной регистрации, статьями 9, 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", а также Законом об обществах, согласно пункту 3.1 статьи 3 которого возложение субсидиарной ответственности на руководителя недействующего юридического лица, исключенного из единого государственного реестра юридических лиц, возможно только в том случае, если он действовал недобросовестно и неразумно.

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Суды, исходя из предмета и оснований заявленных требований, с учетом обстоятельств, подлежащих установлению и доказыванию по настоящему спору, обоснованно отказали в удовлетворении требований истца ввиду недоказанности совокупности условий для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

Доводы заявителя жалобы относительно доказанности недобросовестного поведения ответчиков отклоняются судом округа, поскольку сводятся к факту исключения юридического лица из ЕГРЮЛ в связи с наличием сведений о недостоверности, однако само по себе исключение Общества из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, не подтверждение сведений об адресе), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Довод заявителя жалобы о необоснованном выводе судов о наличии у истца возможности направить в налоговый орган возражения против исключения юридического лица также отклоняется судом кассационной инстанции.

Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.05.2021 №20-П, от профессиональных участников рынка можно разумно ожидать принятия соответствующих мер, предупреждающих исключение общества-должника из реестра, тогда как исходить в правовом регулировании из использования указанных инструментов гражданами, не являющимися субъектами предпринимательской деятельности, было бы во всяком случае завышением требований к их разумному и осмотрительному поведению.

Поскольку кредитором в данном случае является юридическое лицо, являющееся субъектом предпринимательской деятельности, выводы судов первой и апелляционной инстанции относительно возможности подачи возражений против исключения ООО "ГОРИЗОНТ ПРО" из ЕГРЮЛ являются законными.

Иные доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.

Согласно правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, приведенной в Определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Судами правильно применены нормы материального права, не допущено нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебных актов, в связи с чем, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда г. Москвы от 26.12.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2023 по делу №А40-48229/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий-судья Л.В. Федулова

Судьи: С.В. Краснова

И.В. Лазарева