ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, <...>, тел.: <***>, факс: <***>

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

город Ростов-на-Дону дело № А01-3764/2020

07 февраля 2025 года 15АП-19123/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 29 января 2025 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гамова Д.С.,

судей Пипченко Т.А., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Шустевой А.Ю.,

при участии представителя ФИО1 - ФИО2 по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 19.11.2024 по делу № А01-3764/2020 об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3 к ФИО1 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4, третье лицо: ФИО5,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (далее - должник) в Арбитражный суд Республики Адыгея поступило заявление финансового управляющего должника ФИО3 (далее - финансовый управляющий) о признании недействительным договора дарения от 30.11.2017, заключенного между должником и ФИО1 (далее – ответчик) в отношении однокомнатной квартиры № 21, площадь. 37,8 кв. м, с кадастровым номером: 01:08:0512001:627, расположенной по адресу: <...> (далее – квартира), и применении последствий недействительности сделки в виде возврата квартиры в конкурсную массу должника.

Определением суда от 19.11.2024 в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительным договора дарения от 30.11.2017 отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий обжаловал определение суда первой инстанции от 19.11.2024 и просил обжалуемый судебный акт отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требований.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что оспариваемая сделка является ничтожной, поскольку заключена в нарушение статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) с намерением причинить вред кредиторам, в обход закона с противоправной целью со злоупотреблением правом. По мнению управляющего злоупотребление правом со стороны должника выражено в том, что имея неисполненные обязательства перед кредиторами на сумму свыше 6 млн. руб., должник заключил договор дарения квартиры с близким родственником (матерью) с целью недопущения обращения взыскания на ликвидное имущество. Вывод суда о пропуске финансовым управляющим годичного срока является ошибочным. В соответствии с фактическими обстоятельствами финансовому управляющему стало известно о наличии заключенного договора после его утверждения (05.12.2022). Также управляющий указывает на необоснованность вывода суда первой инстанции об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности на дату заключения сделки, ссылаясь на наличие задолженности должника перед ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ООО "Инвесткапитал24".

В отзыве на апелляционную жалобу ответчик указывает на несостоятельность доводов апелляционной жалобы, просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО "Инвесткапитал24" обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 20.11.2020 заявление принято к производству. Определением суда от 11.01.2021 требования кредитора признаны обоснованными. В отношении ФИО4 введена процедура реструктуризация долгов. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО3.

Решением суда от 29.03.2024 должник признана несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО10

27.11.2023 года в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

В обоснование заявления финансовый управляющий должника указал следующие фактические обстоятельства.

В ходе проведения процедуры банкротства финансовым управляющим установлено, что должником 30.11.2017 совершена безвозмездная сделка - договор дарения с матерью должника ФИО1 в отношении однокомнатной квартиры № 21, площадь. 37,8 кв. м, с кадастровым номером: 01:08:0512001:627, расположенной по адресу: <...>.

Полагая, что спорное недвижимое имущество передано по безвозмездной сделке в пользу аффилированного лица, при наличии у должника на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности, с целью причинения вреда кредиторам, финансовый управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).

В ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции финансовый управляющий уточнил заявленные требования и просил признать спорный договор также мнимым, совершенным между заинтересованными лицами со злоупотреблением сторонами сделок своими правами и в целях причинения имущественного вреда кредиторам должника (статьи 10, 168, часть 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции руководствовался статьями 65, 71 и 223 АПК РФ, статьями 20.3, 61.1, 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьями 10, 168, 170, 199 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление Пленума № 63) пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований, а также о пропуске годичного срока исковой давности в отношении оспариваемых договоров, о применении которого заявлено ответчиком.

Проверка материалов дела показала, что выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального и процессуального права применены верно, основания для отмены или изменения судебного акта отсутствуют.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если имеются одновременно два условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности, если сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Учитывая, что оспариваемый договор дарения заключен 30.11.2017, заявление о признании должника банкротом принято судом 20.11.2020, суд обоснованно указал, что сделка совершена в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По результатам исследования доказательств суд первой инстанции установил, что на момент заключения оспариваемого договора у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности, указав, что указанное обстоятельство исключает возможность оспаривания сделки по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Возражая против указанного вывода суда первой инстанции, управляющий указывает на наличие задолженности должника перед ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ООО "Инвесткапитал24" на общую сумму более 6 млн. руб. на дату заключения договора.

Признавая доводы управляющего ошибочными, суд апелляционной инстанции исходит из следующих обстоятельств.

Как установлено судом первой инстанции, в подтверждение наличия признака неплатежеспособности должника, на момент совершения оспариваемой сделки, финансовым управляющим представлен в материалы настоящего обособленного спора анализ финансового состояния должника, проведенный управляющим в период рассмотрения настоящего обособленного спора, в соответствии с которым финансовым управляющим должника сделан вывод о наличии у ФИО4 признака неплатежеспособности в период с ноября по декабрь 2017 года.

Вместе с этим, 25 января 2022 года финансовым управляющим должника ФИО3 в материалы основного дела о банкротстве гражданина ФИО4 представлен другой анализ финансового состояния должника, проведенный управляющим в процедуре реструктуризации долгов гражданина ФИО4, в соответствии с выводами которого, в период с 01.01.2017 года по 01.10.2020 года ФИО4 был платежеспособен и имущества у должника достаточно для погашения всей кредиторской задолженности.

Кроме того, в указанном анализе финансовый управляющий указал на то, что за исследуемый период им выявлены сделки должника, заключенные на условиях, не соответствующих рыночным.

Данный анализ финансового управляющего был предметом рассмотрения судом и лицами, участвующими в деле при рассмотрении отчета финансового управляющего должника и введения следующей процедуры банкротства.

Кроме того судом первой инстанции установлено, что определением Майкопского городского суда Республики Адыгея от 19.09.2017 по делу № 2-3077/2017 ООО "ИнвестСтрой Групп" обязалась передать ФИО4 четыре однокомнатные квартиры, одну двухкомнатную квартиру и 1/2 доли в однокомнатной квартире в пятиэтажном многоквартирном доме, расположенном по адресу: <...>. Указанный судебный акт вступил в законную силу 19.10.2017, однако не был исполнен сторонами.

С учетом вышеизложенного, судом сделан обоснованный вывод о том, что должник мог рассчитывать на исполнение указанного судебного акта на момент совершения оспариваемой сделки (19.01.2018), при этом сумма кредиторской задолженности ФИО4, по данным финансового управляющего, составляла 2 322 061 рублей, что значительно меньше имущества переданного должнику по заключенному мировому соглашению. При этом денежные требования ООО "Инвесткапитал24" в сумме 3 017 053,52 руб., взысканные с ФИО4 по решениям Майкопского городского суда, установлены решениями от 04.07.2018 и от 01.08.2018, что значительно позже даты совершения оспариваемой сделки.

Кроме того, на момент совершения оспариваемой сделки за должником были зарегистрированы следующие объекты недвижимости: 1/3 доли земельного участка общей площадью 218 кв. м, с кадастровым номером: 01:08:0502013:39 и 1/3 доли нежилого здания общей площадью 123,1 кв. м, с кадастровым номером: 01:08:0502013:423, расположенных по адресу: <...>; квартира № 10, расположенная по адресу: <...>; квартира № 11, расположенная по адресу: <...>; квартира № 20, расположенная по адресу: <...>; земельный участок, с кадастровым номером: 01:08:1306016:10, для ведения садоводства, расположенный по адресу: Республика Адыгея, город Майкоп, ЛНТ Красноречье, ул. Набережная, 515, а также транспортное средство - Лексус GS-300, 1996 года выпуска.

Ссылка финансового управляющего на заключение договоров купли-продажи квартиры № 11, расположенной по адресу: <...>, заключенных между должником и ФИО7 08.08.2016 г. и 25.10.2016 г., и договор займа от 11.03.2015, заключенного между ФИО4 и ФИО8 на сумму 400 000 рублей, в подтверждение наличия у должника кредиторской задолженности, также обоснованно отклонены судом первой инстанции, поскольку по квартире № 11, расположенной по адресу: <...>, основной договор купли-продажи, указанной квартиры заключен между сторонами 15.05.2018 (определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 06.08.2021, по обособленному спору № А01-3764-5/2020), а исполнение договора займа от 11.03.2015, заключенного между ФИО4 и ФИО8 на сумму 400 000 рублей, установлено сторонами в срок до 15 декабря 2019 года (определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 27.09.2021, по обособленному спору № А01-3764-3/2020), то есть после совершения оспариваемой сделки.

Кроме того, сам по себе факт наличия задолженности перед отдельными кредиторами не означает наличие у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества. При этом недопустимо отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. Кредитор всегда осведомлен о факте непогашения долга перед ним. Однако это обстоятельство само по себе не свидетельствует о том, что данный кредитор должен одновременно располагать и информацией о приостановлении должником операций по расчетам с иными кредиторами (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 18245/12, определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 № 310-ЭС15-12396).

Надлежащих доказательств того, что неплатежеспособность должника возникла именно вследствие заключения оспариваемого договора, не представлено.

При этом иных доказательств в подтверждение неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, в том числе доказательств наличия просроченной задолженности с длительным периодом нарушения сроков исполнения, возбужденных в отношении должника исполнительных производств, суду не представлено.

Таким образом, в материалах дела отсутствуют доказательства, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал или в результате совершения сделок стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Рассматривая довод финансового управляющего о недействительности договора дарения по основаниям статей 10, 168 и 170 ГК РФ суд первой инстанции указал, что обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение исполнять соответствующую сделку. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Таким образом, для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия, характерные исполнению соответствующей сделки.

Из разъяснений, изложенных в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение), направленное на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Суд указал, что договор дарения фактически исполнен сторонами, о чем свидетельствуют представленные в материалы дела документы, за ответчиком зарегистрировано право собственности на спорные объекты недвижимости.

Отклоняя доводы апеллянта, судебная коллегия исходит из того, что заключение оспариваемой сделки между родственниками само по себе не свидетельствует о том, что договор дарения носит мнимый характер. Право собственности должника на спорное имущество прекращено; договор исполнен, имущество передано одаряемому, его право собственности зарегистрировано.

Таким образом, в рассматриваемом случае кредитором не доказано наличие у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов сделки, и как следствие оснований для применения положений статей 10, 168, 170 ГК РФ.

При рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности по заявленному требованию.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

Согласно пункту 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума № 63 заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса). В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки.

Рассматривая вопрос об определении начала течения срока исковой давности, судом первой инстанции установлено, что информация о принадлежности должнику спорного имущества и реализации его ответчику финансовому управляющему стала известна из ответа Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю от 15.01.2021 № КУВИ-001/2021- 1618743.

Указанное также подтверждается представленным в материалы дела основного дела анализом финансового состояния должника от 25.01.2022, проведенным финансовым управляющим в процедуре реструктуризации долгов гражданина ФИО4, в котором отражено, что за исследуемый период выявлены сделки должника, заключенные на условиях, не соответствующих рыночным.

Таким образом, судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о том, что конкурсному управляющему с 15.01.2021 было известно о принадлежности должнику на праве собственности спорной квартиры, и ее реализации по договору дарения ФИО1.

Отклоняя доводы управляющего о необходимости исчисления срока исковой давности с момента получения сведений от должника об оспариваемой сделки (05.12.2022), апелляционный суд исходит из того, что о совершении отчуждения должником спорного недвижимого имущества финансовому управляющему ФИО3 стало известно 15.01.2021. Финансовый управляющий, который также являлся управляющим должника с 20.11.2020, имел достаточно времени для получения сведений о лице, в собственность которого перешло имущество должника, а также их анализа с целью выявления подозрительных сделок.

Вместе с тем, с заявлением об оспаривании сделки конкурсный управляющий обратился в суд только 27.11.2023, то есть спустя более 2,5 лет после получения ответа Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю от 15.01.2021 № КУВИ-001/2021- 1618743.

Как обоснованно указано судом первой инстанции, владея информацией о совершенной сделке, а также об ответчике по ней, управляющий мог обратиться в арбитражный суд с соответствующим иском и в процессе его рассмотрения, заявить ходатайство об истребовании соответствующих документов, не пропуская при этом сроки исковой давности. Однако этого не сделал, в срок, установленный законом, сделку не оспорил, в разумный срок документы по сделке повторно не запросил.

При таких обстоятельствах, установив, что финансовый управляющий заявление об оспаривании перечислений подано за пределами годичного срока исковой давности, учитывая отсутствие уважительных причин, препятствовавших обращению в суд в течение установленного законодательством срока, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для отказа в удовлетворении требований.

Доводы апелляционной жалобы, направленные на переоценку правильно установленных и оцененных судом первой инстанции обстоятельств и доказательств по делу, не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права.

Иное толкование заявителем положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

При таких обстоятельствах основания к удовлетворению апелляционной жалобы судебная коллегия не усматривает.

Расходы относятся по правилам статьи 110 АПК РФ на должника.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 19.11.2024 по делу № А01-3764/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО4 в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 10 000 руб. за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Д.С. Гамов

Судьи Т.А. Пипченко

Н.В. Сулименко