АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121 http://fasszo.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
14 октября 2025 года Дело № А21-2547/2023
Резолютивная часть постановления объявлена 30 сентября 2025 года. Полный текст постановления изготовлен 14 октября 2025 года.
Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Мирошниченко В.В., судей Богаткиной Н.Ю., Троховой М.В.,
рассмотрев 30.09.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 на определение Арбитражного суда Калининградской области от 28.11.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.04.025 по делу № А21-2547/2023,
установил :
В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 финансовый управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением, в котором просил признать недействительной сделкой договор дарения жилого помещения с кадастровым номером 39:03:030107:628, площадью 39,5 кв.м, расположенного по адресу: <...>, заключенный должником с ФИО3.
Определением от 28.11.2024, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.04.025, в удовлетворении заявления отказано.
В кассационной жалобе финансовый управляющий ФИО2 просит определение от 28.11.2024 и постановление от 02.04.2025 отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Податель жалобы не согласен с выводами судов об отсутствии оснований для признания оспариваемого договора недействительной сделкой.
В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, считая их законными и обоснованными.
Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.
Законность обжалуемых определения и постановления проверена в кассационном порядке.
Как следует из материалов дела, 05.03.2020 на основании договора дарения зарегистрирован переход права собственности от должника к ФИО3
(внучка должника) на квартиру с кадастровым номером 39:03:030107:628, по адресу: <...>.
Определением Арбитражного суда Мурманской области от 17.03.2020, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.09.2020, по делу № А42-4375/2017 о банкротстве сына должника ФИО4 признан недействительной сделкой заключенный между ним и ФИО1 договор от 10.02.2014 дарения квартиры, расположенной по адресу: <...>,
кв. 5.
Поскольку данная квартира в 2018 году была продана ФИО1 добросовестному приобретателю, в качестве применения последствий недействительности сделки с ФИО1 в конкурсную массу ФИО4 взыскано 6 083 000 руб.
Финансовый управляющий ФИО4 ФИО5 обратился в суд с заявлением о признании умершей ФИО1 несостоятельной (банкротом).
Определением от 16.03.2023 возбуждено производство по делу о несостоятельности ФИО1
Решением от 02.05.2023 ФИО1 была признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО2
Финансовый управляющий, ссылаясь на то, что ФИО1 подарила спорную квартиру после предъявления к ней в рамках дела о банкротстве ФИО4 требований о признании недействительным договора дарения в ее пользу квартиры, расположенной по адресу: <...>, что, по его мнению, свидетельствует о злоупотреблении правом, обратился в суд с рассматриваемым заявлением.
В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002
№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).
В данном случае регистрация перехода права собственности на спорную квартиру произведена 05.03.2020, а дело о несостоятельности ФИО1 возбуждено 16.03.2023, то есть рассматриваемая сделка заключена за пределами трехлетнего периода подозрительности и не может быть оспорена по главе III.1 Закона о банкротстве.
Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом пункта 4 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную. Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов
кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.
Вместе с тем в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.
Иной подход приводит к тому, что содержание пунктов 1 и 2 статьи 61.2, пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о необходимости доказывания наличия всей совокупности обстоятельств, подлежащих установлению для признания сделки недействительной по статьям 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также правила о сроке подозрительности и сроке исковой давности, что недопустимо.
В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
Из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.
При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки на причинение вреда иным лицам (их сознательное, целенаправленное поведение).
По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.
Судами установлено, что до момента смерти ФИО1 с 22.10.2018 проживала в спорной квартире совместно с ФИО3, при этом спорная квартира является для ФИО3 единственным пригодным для проживания помещением, признаками роскошного жилья не обладает, а доказательств наличия у нее иных объектов недвижимости финансовым управляющим не представлено.
С учетом изложенных обстоятельств суды пришли к выводу о недоказанности злоупотребления сторонами правом при заключении оспариваемого договора и того, что стороны сделки действовали совместно исключительно с целью причинить вред кредиторам должника.
Оснований не согласиться с названным выводом судов у суда кассационной инстанции не имеется.
По смыслу статей 213.25 и 213.32 Закона о банкротстве с учетом разъяснений, изложенных в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент
рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом.
Согласно пункту 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на следующее имущество, принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности: жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.
Суд апелляционный инстанции дополнительно указал на то, что оспариваемая сделка не повлекла уменьшение конкурсной массы и причинение вреда кредиторам, так как случае осуществления процедуры банкротства по общим правилам спорное имущество обладало бы исполнительским иммунитетом и подлежало бы исключению из конкурсной массы по правилам пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве. Кредиторы не должны извлекать выгод и преимуществ в отношении объема и перечня имущества, на которое может быть обращено взыскание, только из факта смерти своего должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2024 № 304-ЭС23-25261).
Несогласие подателя жалобы с произведенной судами оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм материального и процессуального права и не может быть положено в обоснование отмены обжалуемых определения и постановления.
При этом кассационная жалоба не содержит конкретных доводов, опровергающих выводы судов, со ссылкой на законы или иные нормативные правовые акты, обстоятельства дела и имеющиеся в деле доказательства.
Нормы материального права применены судами верно, нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено.
С учетом изложенного основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.
Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа
постановил :
определение Арбитражного суда Калининградской области от 28.11.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.04.2025 по делу № А21-2547/2023 оставить без изменения, а кассационную жалобу финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 - без удовлетворения.
Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 20 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.
Председательствующий В.В. Мирошниченко Судьи Н.Ю. Богаткина
М.В. Трохова