Постановление по делу № 10АП-20809/2024 от 25.03.2025

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, <...>, https://10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ 10АП-20809/2024

г. Москва

25 марта 2025 года Дело № А41-90775/22

Резолютивная часть постановления объявлена 17 марта 2025 года Постановление изготовлено в полном объеме 25 марта 2025 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Катькиной Н.Н., судей Епифанцевой С.Ю., Муриной В.А., при ведении протокола судебного заседания: ФИО1, при участии в заседании:

от финансового управляющего ФИО2 ФИО3: представитель не явился, извещен,

от общества с ограниченной ответственностью «Эстетические технологии»: представитель не явился, извещен,

от ФИО2: представитель не явился, извещен,

от индивидуального предпринимателя ФИО4: представитель не явился, извещен,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Эстетические технологии» на определение Арбитражного суда Московской области от 10 сентября 2024 года по делу № А41-90775/22, по заявлениям общества с ограниченной ответственностью «Эстетические технологии» и финансового управляющего ФИО2 ФИО3 о признании сделки должника с индивидуальным предпринимателем ФИО4 недействительной,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью (ООО) «Эстетические технологии» в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением, в котором просило:

признать договор уступки права требования № 5 от 08.10.21, заключенный между ФИО2 и индивидуальным предпринимателем (ИП) ФИО4, недействительным,

восстановить право требования ФИО2 к ООО «Дека Рус» в размере 38 790 621 рубль 88 копеек (т. 2, л.д. 3-7).

Заявление подано на основании статей 10, 167, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 61.2, 61.6 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».

Данное заявление было принято к производству определением Арбитражного суда Московской области от 03 мая 2024 года (т. 2, л.д. 1).

Финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 также обратилась в Арбитражный суд Московской области с заявлением, в котором просила:

признать договор уступки права требования № 5 от 08.10.21, заключенный между ФИО2 и ИП ФИО4, недействительным,

восстановить право требования ФИО2 к ООО «Дека Рус» в размере 38 790 621 рубль 88 копеек (т. 1, л.д. 3-6).

Указанное заявление было принято к производству определением Арбитражного суда Московской области от 30 мая 2024 года (т. 1, л.д. 1).

Определением от 10 июля 2024 года Арбитражный суд Московской области объединил заявления финансового управляющего и ООО «Эстетические технологии» в одно производство (т. 2, л.д. 12).

До вынесения судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу спора, ООО «Эстетические технологии» в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнило заявленные требования, просило признать договор уступки права требования № 5 от 08.10.21, заключенный между ФИО2 и ИП ФИО4, недействительным (т. 2, л.д. 16).

Определением Арбитражного суда Московской области от 10 сентября 2024 года в удовлетворении заявлений было отказано (т. 2, л.д. 20-24).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО «Эстетические технологии» обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела (т. 2, л.д. 26-29).

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, апелляционный суд приходит к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, 08.10.21 между ИП ФИО2 (Цедент) и ИП ФИО4 (Цессионарий) был заключен договор уступки права требования № 5, по условиям которого Цедент уступает, а Цессионарий принимает права требования к ООО «Дека Рус» в сумме 38 790 621 рубль 88 копеек по договорам беспроцентного займа № 23-02/03/2017 от 02.03.17, от 17.10.17, от 07.11.17, от 08.11.17, от 14.11.17, от 17.11.17, от 24.11.17, от 28.11.17, от 28.12.17, от 09.01.18, от 19.01.18, от 06.03.18, от 05.04.18, от 01.10.18, от 05.10.18, по договору оказания услуг по ремонту № ТО-2018-г. от 01.05.18, права требования на основании решения Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-146407/2020, определения Арбитражного суда города Москвы от 24 мая 2021 года по делу № А40-145407/2020, а также все возможные права, обеспечивающие исполнение обязательств, другие, связанные с требованием права, в том числе право на установленные законом и договором неуплаченные проценты, пени, неустойки, штрафы, гарантийные удержания.

Согласно пункту 5 договора цена передаваемых прав составляет 500 000 рублей.

Оплата уступки производится путем наличного расчета или перечисления денежных средств на расчетный счет Цедента вдень заключения настоящего договора (п. 3 договора).

Определением Арбитражного суда Московской области от 09 января 2023 года было возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО2

Решением Арбитражного суда Московской области от 20 сентября 2023 года ФИО2 был признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имущества должника утверждена ФИО3

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемыми заявлениями, ООО «Эстетические технологии» и финансовый управляющий ФИО3 указали, что договор уступки № 5 от 08.10.21, заключенный ФИО2 с ИП ФИО4, является недействительной сделкой, совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия допустимых доказательств в их подтверждение.

Апелляционный суд не может согласиться с выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются главой X Закона о банкротстве, а в случае отсутствия в ней каких-либо положений - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона (п. 1 ст. 213.1 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным

законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться:

1) действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.);

2) банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента);

3) выплата заработной платы, в том числе премии;

4) брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов;

5) уплата налогов, сборов и таможенных платежей как самим плательщиком, так и путем списания денежных средств со счета плательщика по поручению соответствующего государственного органа;

6) действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения;

7) перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности

составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного Постановления закреплено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Как указывалось выше, производство по делу о банкротстве ФИО2 было возбуждено определением Арбитражного суда Московской области от 09 января 2023 года, оспариваемый договор уступки заключен 08 октября 2021 года, то есть в пределах периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемый период ФИО2 имел неисполненные обязательства перед ПАО «Совкомбанк», АО «Банк ДОМ.РФ», ООО «Экстра Деньги», ООО «Эстетический технологии», ООО «Кванта Эстетик Рус», ООО «Сила Красоты», ИП ФИО5, Банком ВТБ (ПАО), чьи требования в последующем были включены в реестр требований кредиторов должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12 февраля 2018 года N 305-ЭС17-11710(3)), то есть обладал признаками неплатежеспособности.

Об указанном обстоятельстве не могло быть неизвестно ИП ФИО4, который является заинтересованным по отношению к должнику лицом.

Так, в силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником;

лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В силу правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в определениях от 15 июня 2016 года N 308-ЭС16-1475, от 26 мая 2017 года N 306-ЭС16-20056(6), аффилированность (заинтересованность) должника и кредитора может быть не только юридической, но и фактической, при которой сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда г. Москвы от 07 сентября 2022 года по делу № А40-122194/21 было установлено, что ФИО2 и ФИО4 являются фактически аффилированными лицами.

Таким образом, оспариваемый договор был заключен в отношении заинтересованного лица.

Согласно абзацу 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты (п. 1 ст. 384 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Исходя из изложенного, целью заключения договора уступки является передача цедентом прав требования к третьему лицу и получение за это соразмерного встречного исполнения, для цессионария же такой целью является получение ликвидного актива в виде права требования за соразмерное встречное исполнение.

Как указывалось выше, по условиям договора уступки права требования № 5 от 08.10.21 ИП ФИО2 (Цедент) передал ИП ФИО4 (Цессионарий) права требования к ООО «Дека Рус» в сумме 38 790 621 рубль 88 копеек по договорам беспроцентного займа № 23 02/03/2017 от 02.03.17, от 17.10.17, от 07.11.17, от 08.11.17, от 14.11.17, от 17.11.17, от 24.11.17, от 28.11.17, от 28.12.17, от 09.01.18, от 19.01.18, от 06.03.18, от 05.04.18, от 01.10.18, от 05.10.18, по договору оказания услуг по ремонту № ТО-2018-г. от 01.05.18, права требования на основании решения Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-146407/2020, определения Арбитражного суда города Москвы от 24 мая 2021 года по делу № А40-145407/2020, а также все возможные права, обеспечивающие исполнение обязательств, другие, связанные с требованием права, в том числе право на установленные законом и договором неуплаченные проценты, пени, неустойки, штрафы, гарантийные удержания, а Цессионарий обязался уплатить за них денежные средства в сумме 500 000 рублей.

Следовательно, в результате заключения оспариваемой сделки должник утратил ликвидное имущество – право требование к ООО «Дека Рус» в сумме 38 790 621 рубль 88 копеек, получив в качестве встречного представления оплату, не превышающую 1,5% стоимости уступленного права.

При этом факт нахождения ООО «Дека Рус» в процедуре банкротства не мог столь существенно снизить стоимость прав требования к нему.

Как следует из определения Арбитражного суда г. Москвы от 14 апреля 2022 года по делу № А40-122194/2021, ФИО2 фактически руководил ООО «Дека Рус» и исполнял полномочия его единоличного исполнительного органа до декабря 2020 года, в связи с чем является контролирующим Общество лицом.

Во время такого руководства ФИО2 нанёс имущественный вред ООО «Дека Рус» путём заключения экономически невыгодных договоров займа и формирования искусственной задолженности, что подтверждено постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24 ноября 2022 года по делу № А40-122194/21.

Соответственно, ФИО2, будучи контролирующим ООО «Дека Рус» лицом, именно на момент реализации оспариваемой сделки не мог не осознавать, что в случае банкротства Общества он с высокой долей вероятности получит полное удовлетворение своих требований.

Кроме того, суд первой инстанции не принял во внимание представленный в материалы дела анализ финансового состояния ООО «Дека Рус», который подтверждает ликвидность переданного по оспариваемой сделке права требования (т. 1, л.д. 10-25).

Поскольку заявителями доказано наличие совокупности оснований, установленных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания сделки недействительной, у суда первой инстанции не имелось оснований для отказа в удовлетворении заявленных требований, в связи с чем обжалуемое определение подлежит отмене.

Заявители также просили признать оспариваемый договор недействительной сделкой применительно к положениям статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам (п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

Констатация судом недействительности ничтожной сделки в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации возможна в исключительных случаях, когда установленные судом обстоятельства ее совершения говорят о заведомой противоправной цели совершения сделки обеими сторонами, об их намерении реализовать какой-либо противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов иных лиц (применительно к делу о банкротстве прав иных кредиторов

должника). Исключительная направленность сделки на нарушение прав и законных интересов других лиц должна быть в достаточной степени очевидной исходя из презумпции добросовестности поведения участников гражданского оборота.

Кроме того, апелляционный суд отмечает, что основания признания сделок недействительными в рамках дела о банкротстве закреплены в главе III.1 Закона о банкротстве.

При этом, исходя из разъяснений, данных в пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" и пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 32 от 30.04.09 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Между тем, данные разъяснения касаются сделок с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10044/11 от 17.06.14 по делу N А32-26991/2009, Определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.16 N 304-ЭС15-20061 по делу N А46-12910/2013, от 28.04.16 N 306-ЭС15-20034 по делу N А12-24106/2014).

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки в отсутствие встречного представления или при неравноценном встречном исполнении в целях уклонения от исполнения существующих обязательств перед кредиторами является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, а не по общим основаниям, содержащимся в Гражданском кодексе Российской Федерации.

В рассматриваемом случае кредитор и управляющий, заявляя о признании оспариваемого договора недействительной сделкой по признакам, закрепленным в Гражданском кодексе Российской Федерации, не указали чем в условиях конкуренции норм о действительности сделки обстоятельства о выявленных нарушениях выходили за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При изложенных обстоятельствах оснований для признания оспариваемого договора недействительной сделкой применительно к нормам Гражданского кодекса Российской Федерации апелляционный суд не находит.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 29 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в случае, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указание на это в заявлении об оспаривании сделки.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Учитывая изложенное, апелляционный суд полагает возможным в порядке применения последствий недействительности сделки вернуть сторон в первоначальное положение, существовавшее до заключения договора № 5 от 08.10.21, путем восстановления задолженности ООО «Дека Рус» перед ИП ФИО2

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

При обращении в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением ООО «Эстетический технологии» платежным поручением № 1306 от 23.05.24 уплатило в бюджет 6 000 рублей госпошлины, а при подаче настоящей апелляционной жалобы - 30 000 рублей госпошлины платежным поручением № 1448 от 03.10.24 (т. 2, л.д. 30).

С учетом изложенного, расходы ООО «Эстетические технологии» по госпошлине в общей сумме 36 000 рублей подлежат отнесению на конкурсную массу должника.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 3 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 10 сентября 2024 года по делу № А41-90775/22 отменить.

Признать договор уступки права требования № 5 от 08.10.21, заключенный между ИП ФИО2 и ИП ФИО4, недействительным.

Применить последствия недействительности сделки - восстановить задолженность ООО «Дека Рус» перед ИП ФИО2

Взыскать с конкурсной массы ИП ФИО2 в пользу ООО «Эстетические технологии» судебные расходы по госпошлине по заявлению и апелляционной жалобе в сумме 36 000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий Н.Н. Катькина

Судьи: С.Ю. Епифанцева

В.А. Мурина