ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД Газетный пер., 34, <...>, тел.: <***>, факс: <***>
E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда апелляционной инстанции
по проверке законности и обоснованности решений (определений)
арбитражных судов, не вступивших в законную силу
город Ростов-на-Дону дело № А53-14991/2023 22 августа 2025 года 15АП-4839/2025
Резолютивная часть постановления объявлена 18 августа 2025 года Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Гамова Д.С., судей Сурмаляна Г.А., Шимбаревой Н.В.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем Маркиной А.В., при участии:
от ФИО1 – представитель ФИО2 по доверенности от 28.08.2024, от АО "Райффайзенбанк" – представитель ФИО3 по доверенности,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу АО "Райффайзенбанк" на определение Арбитражного суда Ростовской области от 23.03.2025 по делу № А53-14991/2023 об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,
УСТАНОВИЛ:
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (далее - должник) в Арбитражный суд Ростовской области обратилось АО "Райффайзенбанк" (далее - банк) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными заключенных должником и ФИО1: договора дарения недвижимого имущества от 10.10.2017 - жилого дома с кадастровым номером 61:01:0030701:1308 и земельного участка с кадастровым номером 61:01:0030701:40; договора дарения недвижимого имущества от 10.10.2017 - жилого помещения с кадастровым номером 61:44:0071403:2038.
Определением суда от 23.03.2025 в удовлетворении заявления отказано.
Не согласившись с принятым судебным актом, банк обжаловал определение суда и просил его отменить, принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования.
Апелляционная жалоба мотивирована тем, что на момент совершения спорных сделок в условиях очевидной недостаточности имущества единственной целью сделок являлся вывод имущества с целью недопущения обращения на него взыскания; должник не располагал сведениями о том, будет ли предоставлен кредит банком, то есть объективно предполагал наступление неблагоприятных последствий, в том числе имущественной ответственности. Действия по отчуждению имущества и прекращения платежей по кредиту сразу после его отчуждения является злоупотреблением правом со стороны должника. Цепочка действий должника по сохранению имущества позволяет прийти к выводу о возможности применения к спорным правоотношениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс). Отсутствие
информации об имущественном положении поручителей не является основанием для отказа в признании незаконными синхронных действий должников (ФИО4 и ФИО5) по выводу активов.
В отзывах на апелляционную жалобу должник и ответчик просят определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.
Финансовый управляющий в своем отзыве на апелляционную жалобу просит удовлетворить апелляционную жалобу.
Представители сторон в судебном заседании поддержали свои правовые позиции по обстоятельствам рассматриваемого спора.
Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.
Как следует из материалов дела, банк обратился в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом).
Определением суда от 10.05.2023 заявление принято к производству. Решением суда от 31.10.2023 требования банка признаны обоснованными. В отношении ФИО4 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО6
Из отчета управляющего от 19.03.2024 банк установил, что должник с 30.09.2005 являлся заместителем руководителя ЗАО "СкифАвто" и предоставлял поручительство по кредитным договорам, заключенным указанным обществом с ООО "ПромРегионБанк" (кредитные договоры от 24.03.2015 № 005/15-ЛЮ-015, от 10.02.2016 № 003/16-ОЮ-015).
Конкурсный управляющий ООО "ПромРегионБанк" в лице государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов", отвечая на письмо ЗАО "СкифАвто" от 31.05.2017 исх. № 16, сообщил, что задолженность по указанным выше кредитным договорам по состоянию на 14.07.2017 составляет 35 654 327 рублей 96 копеек.
Должник по двум договорам дарения от 10.10.2017 передал своему сыну ФИО1 недвижимое имущество (жилой дом с земельным участком и квартиру), о чем 16.10.2017 в Единый государственный реестр недвижимости (далее - ЕГРН) внесены соответствующие записи.
Банк, полагая, что данные договоры дарения являются недействительными на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.
Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции руководствовался статьями 32, 61.1, 61.2, 61.3, 61.8, 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), статьями 10, 168, 170 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" и пришел к выводу об отсутствии совокупности оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.
Проверка материалов дела показала, что основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального и процессуального права применены правильно.
Статьей 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.
В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротств сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в
течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).
Предполагается, что другая сторона нала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве один год, предшествовавший дате принятия заявления о признании банкротом, и составляющего по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. 3
Предусмотренный законом трехлетний период подозрительности не является сроком исковой давности.
При рассмотрении требования о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве суд независимо от доводов и возражений участников спора обязан проверить, совершена ли оспариваемая сделка в пределах указанного срока.
Сделка, совершенная за пределами трехлетнего срока, не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным в главе III.1 Закона о банкротстве.
Принимая во внимание, что регистрация перехода права собственности на недвижимое имущество по оспариваемым договорам произведена 16.10.2017, а производство по делу о несостоятельности (банкротстве) возбуждено определением Арбитражного суда Ростовской области от 10.05.2023, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что договор заключен за пределами трехлетнего периода подозрительности, установленного статьей 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, данные сделки не могут быть оспорены по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о несостоятельности (банкротстве).
Оценив сделку на предмет наличия признаков недействительности, предусмотренных статьями 10, 168 и 170 ГК РФ, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о злоупотреблении правом при заключении сделки, обоснованно приняв во внимание следующие обстоятельства.
Согласно положениям статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу.
В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.
Указанная норма закрепляет принцип недопустимости злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей.
Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц.
Таким образом, по смыслу статьи 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.
Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение уполномоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления
гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.
В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.
Для установления ничтожности договора на основании статей 10 и 168 ГК РФ необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) сторон оспариваемой сделки, а также их действия с намерением причинить вред другому лицу (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").
По общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).
По смыслу приведенных норм, для признания действий каких-либо лиц злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел таких лиц был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной их целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).
При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.
В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.
Пороки оспариваемых сделок, как это следует из заявления банка, состоят в том, что должник преследовал цель сокрыть имущество из-под угрозы взыскания, которая имелась на момент совершения сделок ввиду неисполнения обязательств по кредитным договорам перед ООО "ПромРегионБанк".
Оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимосвязи в порядке статьи 71 АПК РФ, отклоняя данный довод банка, суд первой инстанции указал, что заявленные банком доводы указывают, что пороки сделок охватываются диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При этом банке не обосновал наличия у сделок иных пороков, выходящих за пределы подозрительных сделок. Как следствие, суд не вправе квалифицировать оспариваемые сделки по статьям 10, 168 и 170 ГК РФ.
Помимо этого суд верно отметил, что лицо, имущественные права которого могли быть нарушены в результате совершения оспариваемых сделок (ООО "ПромРегионБанк"), не является участником дела о банкротстве. Задолженность перед данным кредитором погашена, в том числе за счет средств, предоставленных АО "Райффайзенбак" в порядке рефинансирования по кредитному соглашению от 26.12.2018 № SE0145/3RND, которое заключено уже после совершения оспариваемых сделок.
Заключая кредитное соглашение с ЗАО "СкифАвто" под поручительство ФИО4, банк, осуществляя предпринимательскую деятельность на свой риск, имел возможность отказать в предоставлении кредита, если материальное состояние заемщика и поручителя вызывало обоснованные опасения в исполнении ими принятых на себя обязательств. В этих целях банк имел возможность запросить у поручителя сведения о принадлежащем ему на праве собственности имуществе, подтвержденные выписками из ЕГРН, а также принять иные меры для проверки поручителя. Однако банк подобных мер не принял, поэтому не вправе ссылаться на отчуждение должником (поручителем) своего имущества в период до заключения кредитного соглашения.
Отсутствие у банка интереса относительно имущественного состояния поручителя на момент предоставления кредита не позволяет признать недействительными сделки по его заявлению. Интерес банка при оспаривании сделок должника состоит в компенсации негативных последствий, наступивших вследствие его собственного пренебрежительного отношения к проверке платежеспособности поручителя. Подобный интерес законным не является и не подлежит судебной защите.
При этом суд отметил, что согласно статье 166 ГК РФ требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (пункт 3).
В рассматриваемом же случае судом не установлено у банка какого-либо охраняемого законом интереса, подлежащего защите на момент совершения оспариваемых сделок. Как следствие, договоры дарения не подлежат признанию недействительными на основании статей 10, 168 и 170 ГК РФ независимо от целей, преследуемых их сторонами. Иной подход означал бы наличие у любого кредитора права на оспаривание сделок, изменяющих имущественное положение должника, совершенных должником до вступления в отношения с кредитором. Подобный подход, освобождающий кредиторов от негативных последствий неосмотрительности при выборе заемщика и (или) поручителя суд считает недопустимым.
Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении требований.
В данном случае судебная коллегия учитывает постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 10.04.2025 по делу № А53-14994/2023, в рамках которого банком оспаривались сделки отца должника – ФИО5, совершенные при схожих обстоятельствах.
При таких обстоятельствах основания к удовлетворению апелляционной жалобы судебная коллегия не усматривает.
Руководствуясь статьями 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Ростовской области от 23.03.2025 по делу № А53-14991/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.
Председательствующий Д.С. Гамов
Судьи Г.А. Сурмалян
Н.В. Шимбарева