АРБИТРАЖНЫЙ СУД
ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Тюмень Дело № А70-3389/2023
Резолютивная часть постановления объявлена 24 ноября 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 28 ноября 2025 года.
Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:
председательствующего Глотова Н.Б.,
судей Ишутиной О.В.,
ФИО1 -
при ведении протокола помощником судьи Канбековой И.Р. с использованием системы веб-конференции рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 24.04.2025 (судья Мингалева Е.А.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2025 (судьи Брежнева О.Ю., Горбунова Е.А., Губина М.А.) по делу № А70-3389/2023 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ФриФлай Технолоджи» (ИНН <***>, ОГРН <***>), принятые по заявлениям конкурсного управляющего ФИО2: о взыскании солидарно с ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 убытков в размере 44 986 119,77 руб.; о взыскании с ФИО6, ФИО7 убытков в размере 45 924 147,67 руб.
Путём использования систем веб-конференции в заседании участвовал представитель общества с ограниченной ответственностью «Антигравитация» - ФИО8 по доверенности от 24.12.2024, а также конкурсный управляющий ФИО2.
В помещении суда округа приняли участие представители: ФИО4 - ФИО9 п доверенности от 14.10.2023, ФИО3 - ФИО9 по доверенности от 08.05.2024, ФИО5 - ФИО9 по доверенности от 15.11.2023, ФИО6, ФИО7 - ФИО10 по доверенности от 13.05.2024.
Суд
установил:
в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью
«ФриФлай Технолоджи» (далее - должник, компания) его конкурсный управляющий ФИО2 (далее - управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), о взыскании солидарно с ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 (далее – ответчики) в пользу должника 44 986 119,77 руб. в возмещение убытков; взыскании солидарно с ФИО6, ФИО7 в пользу должника 45 924 147,67 руб. в возмещение убытков.
Определением Арбитражного суда Тюменской области от 24.04.2025, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2025, в удовлетворении заявления отказано.
Не согласившись с принятыми определением и постановлением судов, управляющий обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления.
В обоснование кассационной жалобы управляющий ссылает на то, что компания, испытывающая существенные финансовые трудности, перечислила аффилированному обществу с ограниченной ответственностью «Фрифлай Технолоджи Интернейшенл» (далее – международная компания) без получения встречного исполнения 44 986 119,77 руб. Представленные ответчиками в материалы дела копии первичных документов не подтверждают реальность исполнения обязательств, не раскрывают существо отношений между заинтересованными лицами. Документация должника лицами, контролирующими компанию, в полном объёме управляющему не передана, поэтому у него отсутствует возможность оценить совокупно сложившиеся правоотношения, проверить их действительность.
По утверждению подателя жалобы, невзирая на недостаточное обоснование назначения платежей, недоказанность экономической целесообразности перечисления должником займов международной компании, покупки у неё комплектующих, ранее приобретённых у иных поставщиков, чья деятельность не вызывает сомнений, суды при рассмотрении обособленного спора не применили наиболее высокий стандарт доказывания и не дали надлежащей оценки доводам управляющего о мнимости отношений.
Управляющий со ссылкой на выписки по расчётным счетам приводит доводы о получении ФИО4, ФИО3, ФИО5 необоснованной выгоды от международной компании, со счетов которой данным лицам перечислены значительные суммы, полученные ранее от должника по фиктивным сделкам.
Кассатор считает, что суды допустили процессуальные нарушения, выразившиеся в нерассмотрении его ходатайства об истребовании оригиналов документов, на которых основаны возражения ответчиков, разрешили спор при неправильном распределении бремени доказывания.
В судебном заседании управляющий поддержал кассационную жалобу с учётом дополнительных письменных пояснений.
Представитель общества с ограниченной ответственностью «Антигравитация» считает доводы кассационной жалобы обоснованными.
Представители ответчиков просят оставить принятые судебные акты без изменения по основаниям, изложенным в отзывах.
Проверив обоснованность доводов, приведённых в кассационной жалобе, заслушав пояснения представителей сторон, суд кассационной инстанции считает, что судебные акты подлежат отмене с направлением спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Определяя круг лиц, контролирующих должника, управляющий, инициировавший спор, сослался на то, что ФИО4 в период с 05.10.2011 по 12.04.2018 занимал должность руководителя должника, в период с 05.10.2011 по 11.07.2022 являлся его участником, ФИО3 в период с 13.04.2018 по 20.12.2018 являлся руководителем общества, ФИО5 в период с 21.12.2018 по 17.12.2023 являлся руководителем должника, с 13.04.2018 по настоящее время является участником, ФИО11 в период с 13.04.2018 по 26.06.2022 значился участником, ФИО6 участником с 31.05.2018 по 20.03.2022.
Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, международная компания ликвидирована 20.06.2022. Ликвидатором указана ФИО6, являющаяся участником данного общества с долей 15 процентов уставного капитала. В состав участников международной компании входили также ФИО11 с девятью процентным размером доли, ФИО4 и ФИО5 по двадцать семь процентов доли в уставном капитале.
В ходе мероприятий, проводимых в процедуре конкурсного производства, управляющим выявлены перечисления с двух расчётных счетов должника международной компании в сумме 44 986 119,77 руб. (34 063 150,03 руб. + 10 922 969,74 руб.).
Вменяемые в качестве основания при взыскания убытков сделки по перечислению денежных средств (за преобразователь частоты, электродвигатель, металл, материалы, по договору поставки и т.д.) совершены в период с 04.06.2018 по 24.12.2019 на сумму 23 754 670,03 руб., в период с 05.11.2020 по 07.05.2021 по перечислению денежных средств по займам в размере 21 231 449,74 руб.
Полагая, что перечислениями денежных средств аффилированному обществу, а в дальнейшем переводами лицам, контролирующим должника, в отсутствие на то правовых оснований и экономической целесообразности, при наличии на момент совершения сделок имущественного кризиса, сопровождённого риском взыскания долгов, кредиторам компании причинены убытки, управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.
Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции, чьи выводы поддержал апелляционный суд, счёл недоказанной управляющим совокупность условий,
необходимых для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков.
Между тем судами не учтено следующее.
Лицо, которое уполномочено выступать от имени юридического лица (далее - руководитель общества), при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей должно действовать в интересах представляемого им общества добросовестно и разумно. Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на руководителя обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62)).
Если будет доказано обратное, то руководитель общества несёт ответственность и обязан возместить убытки, причинённые по его вине обществу (пункт 3 статьи 53, пункт 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Так, в частности, руководитель общества отвечает перед ним за убытки, причинённые в случае недобросовестного или неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) контрагентов по гражданско-правовым договорам, ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом (пункт 5 Постановления № 62).
С точки зрения законодательства о банкротстве (статья 61.13 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)) право на кредиторский иск возникает с момента, когда носящая недобросовестный характер деятельность должника начинает приносить вред кредиторам, то есть когда поступления в имущественную массу должника становятся ниже его кредиторской нагрузки.
Само субъективное право требовать взыскания кредиторских убытков принадлежит сообществу кредиторов (конкурсной массе).
Убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ. Для их взыскания необходимо доказать противоправность поведения причинителя ущерба, наличие убытков и их размер с разумной степенью достоверности, а также причинно-следственную связь между указанным поведением и возникшими убытками.
При этом законодательство прямо предписывает контролирующему должника лицу активное процессуальное поведение при доказывании возражений относительно предъявленных к нему требований под угрозой принятия решения не в его пользу (пункт 2 статьи 61.15, пункт 4 статьи 61.16, пункт 2 статьи 61.19 Закона о банкротстве, часть 2 статьи 9, часть 3.1 статьи 70 АПК РФ).
Из приведённых выше положений и разъяснений применительно к фабуле настоящего спора следует, что убытки с ответчиков могут быть взысканы в случае,
если имеются основания полагать, что они вывели из имущественной сферы должника к собственной выгоде денежные средства, которые при обычном стечении обстоятельств остались бы в распоряжении компании и пошли на удовлетворение кредиторской задолженности; снизили, либо исключили риск банкротства.
Разрешая спор, суды не установили в действиях (бездействии) ответчиков недобросовестного поведения, повлекшего причинение имущественного вреда должнику.
Выводы судов основаны на том, что управляющим не приведено достоверных доказательств, подтверждающих получения ответчиками неправомерной выгоды от деятельности должника, а также доказательств того, что по результатам их совершения должник стал отвечать признакам неплатёжеспособности.
С позиции судов, ответчиками представлены первичные документы, а именно: универсальные передаточные документы, акты сверки взаимных расчётов, договоры на возмещение расходов, компенсации авторского вознаграждения, договоры оказания маркетинговых услуг, по контролю качества, договор поставки, подтверждающие реальность правоотношений должника с международной компанией.
Вместе с тем управляющий последовательно в двух инстанциях приводил доводы, основанные на представленных доказательствах, о том, что в его распоряжении отсутствует вся документация должника.
Приобщённые ответчиками в дело 30.01.2025 документы в копиях, ранее не переданные управляющему, не позволяют ему составить комплексное представление о всех аспектах взаимодействия должника и международной компании, заявить ходатайство о фальсификации доказательств.
Причины фрагментарного представления документов, а также обстоятельства, не позволившие передать управляющему документацию должника, в комплекте с ранее переданными документами по хозяйственной деятельности компании, приобщённую в суд в рамках отдельного спора, не приведены ответчиками.
Представление документов в объёме и содержании, определяемом усмотрением ответчиков, в зависимости от преследуемого ими интереса в исходе конкретного спора, не может быть признано добросовестным.
Исходя из сложившейся судебной практики, предполагается, что целью такого сокрытия является лишение управляющего и кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику.
Именно с такой позиции судам следовало дать оценку представленным ответчикам копиям документов.
Более того, при рассмотрении доводов о мнимости правоотношений суд не ограничивается проверкой соответствия договоров и первичной документации, подтверждающих исполнение, установленным законом формальным требованиям.
Тесная экономическая связь позволяет аффилированным лицам внешне безупречно документально подтвердить мнимое обязательство.
Поэтому особое значение в такой ситуации приобретают косвенные доказательства. Исходя из предмета спора и заинтересованности обеих сторон спора в его исходе, прямые доказательства должны были быть поставлены судами под сомнение.
В рассматриваемом случае, суды не осуществили проверку доводов управляющего о создании должником и международной компанией формального документооборота, представленного в суд для создания иллюзии законности перечислений. Реальность правоотношений по поставке комплектующих для производства аэротруб, несмотря на заявленные доводы, не входила в предмет исследования, равно как и не проверены суждения управляющего о дублировании покупок товаров у международной компании, в то время как аналогичные комплектующие поставлены должнику реальными поставщиками.
Учитывая заявленные управляющим согласующиеся между собой доводы, принимая во внимание возможность представления контролирующими лицами внешне безупречных документов, судам следовало провести тщательную проверку соответствия действительности обстоятельств по поставке, положенных в основание утверждений аффилированных лиц, насколько это возможно для исключения любых разумных сомнений.
Кроме того, в составе платежей весомую долю (21 231 449,74 руб.) занимают переводы по договорам займов и кредитной линии, возвраты которых компании не произведены.
Цели кредитования должником деятельности международной компании, ожидания от инвестирования, полученный экономический эффект, не раскрыт ответчиками перед судом. Из материалов не следует, что должник предъявлял международной компании претензии по возврату заёмного капитала, обращался в суд за взысканием долга. Напротив, компания проявила безразличие к прекращению деятельности международной компании, как будто это и было желаемым результатом взаимодействия двух контрагентов.
Таким образом, заслуживают внимания доводы истца о том, что посредством совершения спорных сделок контролирующие должника лица преследовали цель вывода денежных средств на подконтрольное юридическое лицо для недопущения обращения взыскания на активы по долгам компании.
Беспрепятственная ликвидация международной компании косвенным образом указывает на попытку причастными лицами сокрыть следы содеянного через ликвидационную процедуру, может свидетельствовать о формальном основании назначения платежей (заём, кредит), под видом которых денежные средства переводились для последующего обналичивания.
При доказанности выбытия от должника имущественных благ без получения равноценного встречного исполнения вопрос о сальдировании взаимных предоставлений, вопреки позиции апелляционного суда, не имеет значения для правильности разрешения спора.
При этом стоит отметить, что ликвидация контрагента должника не является обстоятельством, изменяющим процесс доказывания при рассмотрении подобного спора, учитывая совпадение лиц, контролирующих как должника, так и международную компанию. Предполагается, что привлекаемым к ответственности лицам не составит труда раскрыть все значимые обстоятельства, при отсутствии отдельных документов назвать контрагентов для запроса у них сведений.
Личное обогащение ответчиков управляющий обосновывал тем, что международная компания полученные от должника денежные средства без должных обоснований перечислила ФИО4 в сумме 17 518 223,98 руб., ФИО3 в сумме 3 869 379,52 руб., ФИО5 в сумме 7 454 021 руб., ФИО12 в сумме 1 326 928,61 руб.
Причины вывода активов из имущественной сферы должника и наличие имущественного кризиса управляющий обосновывает судебными спорами компании, по результатам которых требования кредиторов включены в реестр требований кредиторов должника. В качестве причин банкротства им обозначены те же платёжные операции, которые не позволили компании рассчитаться по своим долгам после принятия судебных актов в пользу контрагентов, которым должник поставил некачественную продукцию.
В нарушение пункта 2 статьи 65, статьи 71 и пункта 1 статьи 168 АПК РФ указанные обстоятельства, которые имели значение для правильного рассмотрения настоящего дела, не учтены судами, а приведённые управляющим доводы об отсутствии правовых оснований для получения данными лицами выгоды за счёт международной компании при объявленной стратегии – выход на международные рынки, не получили должной правовой оценки в судебных актах.
Исключив из числа контролирующих лиц ФИО4 по причине того, что спорные сделки совершены после истечения срока его полномочий в качестве руководителя компании, суды не учли, что он являлся основным получателем средств от международной компании.
Суды также не указали обстоятельства и мотивы, по которым они пришли к выводу о том, что сделки по перечислению денежных средств международной компании не явились причиной объективного банкротства должника, их совершение не выходило за рамки обычного предпринимательского риска и не связано с намерением причинения вреда кредиторам.
Отказывая в применении к ответчикам презумпций, приведённых в статье 61.11 Закона о банкротстве, апелляционный суд сослался на то, что управляющим заявлено требование о возмещении убытков.
Однако вне зависимости от того, как заявитель поименовал вид ответственности и на какие правовые нормы сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ должен самостоятельно квалифицировать предъявленное требование, применив правовые нормы, которые сочтёт необходимыми для разрешения спора (пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53
«О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).
В настоящем случае по состоянию на 25.08.2025 реестр требований кредитор составляет 27 314 787,68 руб. при заявленных управляющим убытках в сумме 44 986 119,77 руб.
Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинён существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.
В ситуации, предполагающей значительный ущерб от вменяемых контролирующим должника лицам сделок, суд должен был поставить на обсуждение сторон вопрос об изменении оснований требований.
В том случае, если управляющий при новом рассмотрении не поддержит изменения оснований требования с убытков на субсидиарную ответственность судам следует выяснить субъект, чей правомерный интерес подлежит защите в отношении требований, превышающих размер реестра требований кредиторов. Из существа заявления управляющего не следует намерение возместить вред должнику (корпоративные убытки).
Поскольку выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, сделаны без установления всех обстоятельств, необходимых для правильного разрешения обособленного спора, определение суда и постановление апелляционного суда подлежит отмене, а обособленный спор - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
При новом рассмотрении обособленного спора суду первой инстанции следует:
реализуя принципы равноправия сторон и состязательности (пункт 3 статьи 8, пункт 3 статьи 9 АПК РФ), перераспределить бременя доказывания, имея в виду неравные - в силу объективных причин - процессуальные возможности участников спора, отсутствие у управляющего оригиналов документов, на которых ответчики основывают свои возражения о предоставлении должнику равноценного встречного исполнения;
применительно к положениям пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29.05.2024 № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» проверить доводы управляющего о симулятивном характере отношений должника с международной компанией в области поставок комплектующих для аэротруб;
предложить ответчикам представить документы, подтверждающие приобретение международной компанией комплектующих в интересах должника у третьих лиц, привести сведения о поставщиках;
предложить ответчикам раскрыть экономическую составляющую кредитования должником деятельности международной компании, причины неистребования у неё займов при одновременном проявлении пассивной позиции в рамках ликвидации данного общества;
предложить ответчикам раскрыть правовые основания, с представлением первичных документов, обосновывающие получение ФИО4, ФИО3, ФИО5, Т-выми денежных средств от деятельности международной компании;
предложить ответчикам объяснить причины банкротства должника, привести сведения о расходовании прибыли, полученной от продажи готовой продукции и причины, не позволившие произвести расчёты с кредиторами после проигранных споров по качеству выпускаемой продукции;
поставить на обсуждение сторон вопрос об изменении оснований и размера требования;
проанализировать роль каждого из ответчиков, проверить наличие оснований для привлечения их к ответственности, исходя из подлежащих применению норм материального права;
установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания, дать оценку всем доводам и возражениям лиц, участвующих в деле, оценить представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, после чего принять законный и обоснованный судебный акт в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные отношения.
Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа
постановил:
определение Арбитражного суда Тюменской области от 24.04.2025 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2025 по делу № А70-3389/2023 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тюменской области.
Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.
Председательствующий Н.Б. Глотов
Судьи О.В. Ишутина
ФИО1