АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Владивосток Дело № А51-5221/2024

28 января 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 14 января 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 28 января 2025 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Тимофеевой Ю.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Коконевой М.А.,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «КонАгра» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 02.02.2001)

к Владивостокской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 15.04.2005)

о признании незаконным решения от 18.02.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/301123/3485018,

при участии в заседании:

от заявителя: ФИО1 по доверенности от 07.03.2024, паспорт, диплом;

от ответчика (в онлайн): ФИО2 по доверенности от 29.12. № 89, удостоверение, диплом;

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «КонАгра» (далее - общество, заявитель, декларант) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения Владивостокской таможни (далее – таможня, таможенный орган) от 18.02.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/301123/3485018.

Общество считает, что у таможни отсутствовали основания для непринятия первого метода определения таможенной стоимости и вынесения оспариваемого решения, поскольку заявитель представил все имеющиеся у него и необходимые для подтверждения заявленной таможенной стоимости документы, в полном объеме выполнив обязанность по подтверждению таможенной стоимости, определенной по первому методу.

Таможенный орган представил отзыв на заявление, согласно которому с доводами общества не согласен в полном объеме, считает оспариваемое решение законным и обоснованным. Таможня указала, что заявленная декларантом таможенная стоимость значительно отличалась от ценовой информации, имеющейся в таможне, что является признаком её недостоверности. Таможенный орган считает, что предоставленные обществом документы не подтверждают правильность выбранного метода определения таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости не основаны на достоверных и документально подтвержденных сведениях. Следовательно, таможенный орган обоснованно пришел к выводу о невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Из материалов дела судом установлено, что в соответствии с заключенным между заявителем и компанией «DONGYING HUAYU IMPORT AND EXPORT CO., LTD» контрактом от 20.06.2023 № DNGH/KON/2023 и на основании инвойсов от 19.10.2023 № KNG231009-2, KNG231009-3 ООО «КонАгра» приобрело у инопартнера части тушек домашних кур мороженые на общую сумму 671522,40 CNY. Товар ввезен на условиях поставки CIF Владивосток.

В целях таможенного оформления товара общество подало в таможню ДТ № 10702070/301123/3485018, определив таможенную стоимость товаров по первому методу таможенной оценки «по стоимости сделки с ввозимыми товарами». Одновременно декларантом представлены документы и сведения, предусмотренные таможенным законодательством, необходимые для таможенного оформления ввезенного товара.

В ходе проведения контроля таможенной стоимости товаров таможенным органом 30.11.2023 в адрес общества направлен запрос о предоставлении дополнительных документов и (или) сведений.

В ответ на данный запрос общество письмом от 19.01.2024 № 5 представило дополнительно запрошенные таможенным органом документы, а также дало пояснения и объяснения причин, по которым не могут быть представлен иные запрошенные документы.

Таможней 11.02.2024 направлен декларанту дополнительный запрос, ответ на который поступил от общества в информационную систему таможенного поста 15.02.2024.

Поскольку фактически представленные декларантом документы, по мнению таможенного органа, являлись недостаточными для подтверждения заявленной декларантом таможенной стоимости товаров по первому методу, таможенный орган принял решение от 18.02.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10702070/301123/3485018, определив таможенную стоимость товаров на основе третьего метода определения таможенной стоимости.

В результате изменения сведений в части таможенной стоимости, увеличилась сумма начисленных таможенных платежей.

Не согласившись с данным решением таможни, декларант обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд считает, что заявленное требование не подлежит удовлетворению в силу следующего.

Согласно пункту 2 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС установлено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.

В соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются дополнительные начисления, к которым относятся и расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров до места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза, а если Комиссией в зависимости от вида транспорта, которым осуществляется перевозка (транспортировка) товаров, и особенностей такой перевозки (транспортировки) определены иные места, - до места, определенного Комиссией.

Пунктом 1 Решения Коллегии ЕАЭК от 22.05.2018 № 83 «О расчете дополнительных начислений при определении таможенной стоимости товаров» установлено, что в случае, если дополнительные начисления указанные в подпунктах 4 и 5 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, относятся ко всем или нескольким наименованиям товаров ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, определение величины дополнительных начислений, подлежащих добавлению к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за каждое наименование товара, осуществляется пропорционально величине, определяемой отношением веса брутто каждого наименования товара к общему весу брутто товаров, к которым относятся такие дополнительные начисления.

В случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании (далее – контроль таможенной стоимости товаров), таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

В соответствии с пунктом 6 статьи 324 ТК ЕАЭС проверка таможенных, иных документов и (или) сведений проводится путем анализа документов и сведений, указанных в пункте 1 статьи 324 ТК ЕАЭС, в том числе путем сопоставления сведений, содержащихся в одном документе, между собой, а также со сведениями, содержащимися в иных документах, в том числе в документах, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, со сведениями, полученными из информационных систем, используемых таможенными органами, и (или) информационных систем государственных органов (организаций) государств-членов в рамках информационного взаимодействия, из других источников, имеющихся в распоряжении таможенного органа на момент проведения проверки, а также другими способами в соответствии с международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования и (или) законодательством государств-членов ЕАЭС.

Согласно пункту 8 статьи 324 ТК ЕАЭС проверка таможенных, иных документов и (или) сведений в отношении таможенной декларации, документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, начатая до выпуска товаров, проводится в соответствии со статьей 325 ТК ЕАЭС.

Из анализа положений статей 324, 325 ТК ЕАЭС следует, что в случае обоснованных сомнений в достоверности заявленных сведений, их неподтвержденности, таможенный орган вправе провести такую форму таможенного контроля как проверка таможенных, иных документов и (или) сведений, запросив у декларанта документы, подтверждающие достоверность заявленных в ДТ сведений и приложенных к ней документов, в том числе сканированные копии документов, которые представлены в таможенный орган вместе с ДТ в формализованном виде. При этом на декларанте лежит обязанность по представлению в таможенный орган соответствующих документов, сведений либо пояснений.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 14 постановления № 49, рассматривая споры, связанные с результатами таможенного контроля таможенной стоимости, начатого до выпуска товаров, включая споры о возврате таможенных платежей в связи с несогласием плательщика с результатами таможенного контроля, судам следует учитывать, что исходя из взаимосвязанных положений статей 313, 325 Таможенного кодекса вывод о неподтвержденности заявленной таможенной стоимости формулируется таможенным органом в соответствии с тем объемом документов, сведений и пояснений, которые были им собраны и даны (раскрыты) декларантом на данной стадии таможенного контроля.

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в случае, если документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 данной статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения, либо если таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений. Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств (пункт 5 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 15 статьи 325 ТК ЕАЭС, если представленные в соответствии с указанной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенный орган до истечения срока, установленного 2 абзацем пункта 14 статьи 325 ТК ЕАЭС, вправе запросить дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах. Такие дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, должны быть представлены не позднее 10 календарных дней со дня регистрации таможенным органом запроса.

Пунктом 17 статьи 325 ТК ЕАЭС установлено, что при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с данной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС.

В силу абзаца 2 пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Постановление № 49), при разрешении споров, касающихся правильности определения таможенной стоимости ввозимых товаров, судам следует учитывать, какие признаки недостоверного определения таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно предоставленных декларантом.

В ходе контроля заявленной таможенной стоимости таможней были выявлены признаки, указывающие на то, что заявленные обществом при декларировании товаров сведения и представленные к таможенному оформлению документы могут являться недостоверными, что исключает возможность их принятия в целях подтверждения заявленной таможенной стоимости товара по первому методу.

В частности, по данным ИСС «Малахит» выявлено, что уровень заявленной таможенной стоимости значительно ниже средних показателей стоимости идентичных/однородных товаров по ДВТУ и по ФТС России.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что у таможни имелись законные основания для проведения дополнительной проверки заявленной таможенной стоимости, в силу которой у декларанта были запрошены дополнительные пояснения и документы по факторам, влияющим на низкую цену декларируемого товара по сравнению с ценой на идентичные или однородные товары.

Поскольку декларантом был избран первый метод таможенной оценки, основанный на стоимости сделки с ввозимыми товарами, то проверка таможней формирования цены сделки была необходима для установления факта выполнения декларантом условий, определенных статьей 39 ТК ЕАЭС.

Между тем, как подтверждается материалами дела, достоверность и количественная определенность заявленной таможенной стоимости не были подтверждены в ходе таможенного контроля, исходя из содержания и характера представленных коммерческих документов и документов, сопутствующих спорной поставке, что в рассматриваемой ситуации не устранило сомнения таможни в обоснованности применения первого метода таможенной стоимости.

Из материалов дела усматривается, что в целях подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров декларантом в таможенный орган представлены копии:

- контракта от 20.06.2023 №DNGH/KON/2023 (далее – Контракт),

- инвойса от 19.10.2023 № KNG231009-3 на сумму 330962,40 CNY,

- инвойса от 19.10.2023 № KNG231009-2 на сумму 340560 CNY,

- заявления на перевод в иностранной валюте от 12.10.2023 № 11 на сумму 1 021 680 CNY,

- заявления на перевод в иностранной валюте от 30.10.2023 № 13 на сумму 1 190 640 CNY,

- проформы инвойс (sales contract) от 09.10.2023 № KNG231009 на сумму 2 043 360 CNY,

- приложения к контракту от 30.09.2023 № 1 на сумму 3 483 000 CNY,

- дополнения к контракту от 30.09.2023 № 1,

- ведомость банковского контроля,

- прайс-лист,

- экспортные декларации.

Вместе с тем выявленное на этапе таможенного контроля отклонение заявленной таможенной стоимости не было объяснено декларантом, поскольку последний представил таможенному органу экспортную декларацию страны отправления товара, содержащую противоречивые сведения.

Так, в результате анализа представленных при подаче ДТ № 10702070/301123/3485018 экспортных деклараций № 425820230001112064, 425820230001112065 таможенным органом установлено, что в графе «количество мест» указано количество мест 2200, что не соответствует количеству мест в представленном коносаменте от 07.11.2023 № SITTARVV249313 (в коносаменте количество мест 2 138). В графе «вес брутто» указано 27500 кг, что не соответствует весу брутто, заявленному в коносаменте № SITTARVV249313 и в спорной ДТ, в графе «вес нетто» указано 26400 кг, что не соответствует весу нетто из инвойса от 19.10.2023 № KNG231009-3 и сведениям, заявленным в ДТ - 25656 кг. Также при условиях поставки CIF указанная в экспортных декларациях стоимость товара (330 000 CNY в обеих экспортных декларациях) не соответствует стоимости товара в представленных в сканированном виде инвойсах от 19.10.2023 № KNG231009-3 и № KNG231009-2 (330 962,40 CNY и 340 560,00 CNY).

Так, в экспортных декларациях указана цена товара 12500 CNY за 1 тонну, что соответствует 12,5 CNY за 1 кг.

В инвойсах же от 19.10.2023 № KNG231009-2, KNG231009-3 сторонами внешнеэкономической сделки согласована цена товара в размере 12,9 CNY за 1 кг.

Довод общества о том, что расхождение в стоимости товаров в экспортных декларациях и спорной ДТ возникло в результате того, что в отличие от инвойсов от 19.10.2023 № KNG231009-3 и № KNG231009-2 в экспортных декларациях указана стоимость товара без учета транспортных расходов и страховки, суд отклоняет как необоснованный. Исходя из условий поставки CIF, таможенная стоимость товаров складывается из трех составляющих: стоимость товаров + транспортные расходы + стоимость страховки. Стоимость товаров складывается в рассматриваемом случае из стоимости 1 тонны, умноженной на количество тонн, и не может включать в себя транспортные расходы, которые после расчета стоимости товаров прибавляется к этой стоимости сверху, как и стоимость страховки.

В рассматриваемом случае стоимость одного кг установлена в инвойсах от 19.10.2023 № KNG231009-2, KNG231009-3 и равняется 12,90 CNY в каждом из них. Учитывая изложенное, утверждение общества о том, что стоимость товара указана в экспортных декларациях без учета транспортных расходов и страховки не соответствует действительности.

Также, в экспортных декларациях заявлены транспортные расходы в размере 3300 долл. США, страховые расходы в размере 290 CNY.

Таким образом, стоимость транспортных расходов в размере 3300 долл. США по курсу на дату подачи экспортной декларации составляет 24191 CNY, что не соответствует разнице между ценой товара, указанной в экспортных декларациях и ценой, указанной в инвойсах от 19.10.2023 № KNG231009-2, KNG231009-3.

Таким образом, представленные экспортные декларации не соответствуют требованиям Порядка заполнения импортно-экспортной декларации Главного таможенного управления КНР, направленного письмом ФТС России от 15.04.2019 № 16-31/22462, а также содержат сведения, которые не соответствуют сведениям, заявленным в спорной ДТ.

Учитывая, что в числе всех документов, предусмотренных для подтверждения заявленной таможенной стоимости, только экспортная декларация является официальным документом иностранного государственного органа, содержащим стоимостную информацию, суд принимает во внимание также отсутствие факта оплаты поставленного товара.

По условиям контракта от 20.06.2023 № DNGH/KON/2023 стороны согласовали, что Продавец обязуется продать, а Покупатель купить на условиях CFR Владивосток, CFR Восточный, CIF Владивосток или CIF Восточный мясо и мясные продукты, замороженные (“Товар”) для реализации на сумму 70 000 000 китайских юаней. Условия поставки, поставщики и страны происхождения продукции могут быть различными, и согласовываются и фиксируются в Приложениях к настоящему Контракту, являющихся неотъемлемой частью настоящего Контракта (пункт 1.1. контракта в редакции дополнения № 1 к контракту от 30.09.2023).

В соответствии с пунктом 4.1 Контракта стороны договорились, что ассортимент, количество, цена, сроки поставки и характеристики товара согласовываются и фиксируются в приложениях, являющихся неотъемлемой частью настоящего контракта.

Согласно пункту 4.2 контракта (в редакции дополнения № 1 к контракту от 30.09.2023) цена за товар, проданный по настоящему Контракту, устанавливается в китайских юанях за тонну. Цена товара в случае поставки на условиях CFR включает в себя стоимость упаковки, маркировки, погрузки товара на борт судна и морской фрахт до порта Владивосток или Восточный, а также стоимость страховки в случае поставки товаров на условиях CIF.

Как следует из пункта 6.1 контракта (в редакции дополнения № 1 к контракту от 30.09.2023) товары по настоящему контракту должны быть поставлены на условиях CFR Владивосток, CFR Восточный, CIF Владивосток или CIF Восточный, Инкотермс 2020. Условия поставки могут быть различными, и согласовываются и фиксируются в Приложениях к настоящему Контракту, являющихся неотъемлемой частью настоящего Контракта.

Поставка товара осуществляется по предоплате или после поставки товара на территорию РФ. Размер предоплаты каждой партии товара устанавливается продавцом в проформе инвойса для формирования партии товара. В случае предоплаты окончательная оплата товара производится покупателем за 7 календарных дней до отправки товара на основании инвойса (пункты 8.1, 8.2, 8.2.1 контракта).

Из представленного в таможню приложения от 30.09.2023 № 1 следует, что стороны внешнеэкономической сделки согласовали поставку товаров в количестве 270 тонн на общую сумму 3 483 000 CNY по цене 12,9 за 1 тонну.

Вместе с тем из представленной в таможенный орган проформы инвойса от 09.10.2023 № KNG231009 следует, что стороны внешнеэкономической сделки согласовали поставку товаров в количестве 158,4 тонны на общую сумму 2 043 360 CNY по цене 12,9 за 1 тонну, а также условие об оплате: 50% оплачивается после подтверждения настоящего договора, 50% оплачивается за 7 дней до отгрузки.

Таким образом, документы сделки (проформа инвойса и приложение) содержат различные данные относительно количества и стоимости планируемых к поставке товаров.

Фактически обществом согласно ДТ № 10702070/301123/3485018 ввезено товаров в количестве 52,056 тонн (25,656 тонн + 26,4 тонн) на общую сумму 671522,40 CNY на основании инвойсов от 19.10.2023 № KNG231009-3 на сумму 330962,40 CNY за 25,656 тонн и от 19.10.2023 № KNG231009-2 на сумму 340560 CNY за 26,4 тонны, общая сумма поставки составила 671522,40 CNY.

В подтверждение факта оплаты товара, ввезенного по рассматриваемой ДТ, обществом представлены заявления на перевод от 12.10.2023 № 11 на сумму 1 021 680 CNY, от 30.10.2023 № 13 на сумму 1 190 640 CNY. Общая сумма двух заявлений на перевод составляет 2 212 320 CNY.

В назначении платежа заявления на перевод от 12.10.2023 № 11 имеется ссылка на контракт и проформу инвойса от 09.10.2023 № KNG231009, в назначении платежа заявления на перевод от 30.10.2023 № 13 – на контракт, проформу инвойса от 09.10.2023 № KNG231009 и проформу инвойса от 26.10.2023 № KNG231026.

Проанализировав все указанные выше документы, суд приходит к выводу о том, что идентифицировать заявления на перевод от 12.10.2023 № 11 и от 30.10.2023 № 13 с рассматриваемой поставкой по инвойсам от 19.10.2023 № KNG231009-3 и от 19.10.2023 № KNG231009-2 не представляется возможным, поскольку заявления на перевод содержат исключительно ссылки на проформы инвойсов от 09.10.2023 № KNG231009 и от 26.10.2023 № KNG231026. Однако, инвойсы от 19.10.2023 № KNG231009-3 и от 19.10.2023 № KNG231009-2 не содержат ссылки на проформу инвойса от 09.10.2023 № KNG231009, что не позволяет сопоставить их с проформой инвойса от 09.10.2023 № KNG231009.

Кроме того, как указано выше заявление на перевод от 30.10.2023 № 13 имеет также ссылку на проформу инвойса от 26.10.2023 № KNG231026, что не позволяет установить, какая конкретно сумма уплачена по данной проформе инвойса.

Довод общества о том, что оплата товаров по проформе инвойса от 09.10.2023 № KNG231009 осуществлена на основании заявлений на перевод от 12.10.2023 № 11, от 30.10.2023 № 13, от 17.11.2023 № 14, от 09.10.2023 № 10 и от 17.10.2023 № 12 с приложением таблицы, в которой указаны номера контейнеров и суммы по каждому из них, судом также отклоняется, поскольку заявления на перевод от 17.11.2023 № 14, от 09.10.2023 № 10 и от 17.10.2023 № 12 не были представлены в таможенный орган, в связи с чем таможня не имела возможности определить конкретные суммы по каждой из поставок. По номерам контейнеров также не представляется возможным сопоставить оплату с заявлениями на перевод, поскольку они не содержат ссылок на номера контейнеров и суммы, которые по ним уплачены. При том документы сделки также не содержат разбивки по контейнерам и суммам, которые по ним уплачены.

Представленная обществом в материалы дела таблица с указанием номеров иных ДТ, проформ инвойсов от 09.10.2023 № KNG231009 и от 26.10.2023 № KNG231026, количества товара и заявлений на перевод от 12.10.2023 № 11, от 30.10.2023 № 13, от 17.11.2023 № 14 также не подтверждает оплату товаров по спорной ДТ, поскольку декларант, делая разбивку по двум проформам инвойса, не учел, что в заявлении на перевод от 30.10.2023 № 13 часть оплаты произведена по проформе инвойса от 26.10.2023 № KNG231026. Обществом по данной проформе инвойса от 26.10.2023 указано одно заявление на перевод от 17.11.2023 № 14, вместо двух (от 30.10.2023 № 13, которое имеет ссылку на проформу инвойса от 26.10.2023 № KNG231026). Следовательно, заявления на перевод от 12.10.2023 № 11, от 30.10.2023 № 13 не могут в себя включать оплату одновременно по трем ДТ № 10702070/291123/3482882, № 10702070/301123/3485018, № 10702070/011223/3486603, которые указаны декларантом в таблице, поскольку часть оплаты по заявлению на перевод от 30.10.2023 № 13 приходится на товары, ввезенные по ДТ № 10702070/181223/3510032, в то время как, обществом оплата по данной ДТ указана только по заявлению на перевод от 17.11.2023 № 14. Таким образом, анализ представленной обществом в суд таблицы показал, что заявителем суммы по заявлениям на перевод от 12.10.2023 № 11, от 30.10.2023 № 13 и от 17.11.2023 № 14 фактически подогнаны под указанные в таблице ДТ.

Факт оплаты товаров по спорной ДТ также не подтверждается и ведомостью банковского контроля, поскольку идентифицировать суммы, отраженные в подразделе III.I ведомости банковского контроля, с суммами, указанными в разделе II (сведения о платежах) невозможно, так как ни одна из оплаченных сумм в рамках Контракта не совпадает с суммами по счетам, заявленным в графе 22 отраженных в ВБК деклараций на товары. Учитывая невозможность сопоставления операций по оплате, отраженных в ВБК, в качестве оплаты по текущей и предыдущим поставкам, предоставленная ВБК не может быть принята в качестве документа, подтверждающего заявленную таможенную стоимость. Оплата товаров по текущей и предыдущим поставкам документально не подтверждена, в связи с чем невозможно установить размер суммы денежных средств, фактически уплаченных за декларируемые или предыдущие партии товаров, что не позволяет проверить документальное подтверждение суммы денежных средств, фактически перечисленных в рамках исполнения обязательств по внешнеторговому контракту, а также наличие косвенных платежей связанных с покупкой ввезенных товаров.

Помимо изложенного, пунктом 4.1.3 Примечаний к ведомости банковского контроля (приложение № 4 к Инструкции Банка России от 16.08.2017 № 181-И «О порядке предоставления резидентами и нерезидентами уполномоченным банкам подтверждающих документов и информации при осуществлении валютных операций, о единых формах учета и отчетности по валютным операциям, порядке и сроках их представления») установлено, что информация в подразделах III.I и III.II ВБК заполняется в автоматизированном режиме.

В графе 6 указывается общая стоимость товаров, фактически уплаченная или подлежащая уплате в соответствии с условиями контракта (второй подраздел графы 22 ДТ). В графах 7 и 8 повторяются данные, которые содержатся в графах 5 и 6 соответственно.

Из изложенного следует, что ведомость банковского контроля содержит сведения об общей стоимости товаров, фактически уплаченной или подлежащей уплате, что, в свою очередь, не свидетельствуют об однозначной оплате товаров и не позволяет считать ведомость банковского контроля документом, подтверждающим оплату товаров по определенным ДТ.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.06.2007 № 3323/07 указано, что цена сделки подтверждена документально, если приведенная в таможенной декларации стоимость может быть сопоставлена с суммой, обозначенной в счете-фактуре, платежном поручении, экспортной декларации, ведомости банковского контроля. Только при их совпадении можно утверждать, что цена подтверждена в полном объеме. Причем, исходя из буквального толкования данного предложения следует, что совпадение должно иметь место во всех перечисленных документах, а не в отдельно взятых.

Представленные декларантом документы по оплате товара не позволяют детально соотнести отраженные в них платежные операции с оцениваемым товаром и/или предыдущими поставками товаров в рамках одного контракта, а также не подтверждают соблюдение покупателем условий об оплате за товар в части перечисления подлежащих уплате денежных средств надлежащему получателю платежа.

При таких обстоятельствах следует признать, что предоставление указанных документов не отражало реальное состояние расчетов общества со своим контрагентом по спорным поставкам.

Факт подтверждения исполнения сделки в части оплаты стоимости товара на условиях согласованных в контракте, в рассматриваемом случае имеет существенное значение, поскольку в ходе таможенного контроля таможенный орган с использованием системы управления рисками выявил риски недостоверного декларирования, выразившиеся в отклонении заявленной таможенной стоимости товаров от ценовой информации, имеющейся в его распоряжении.

Тот факт, что оспариваемое решение не содержит довода об оплате спорной партии товара, суд во внимание не принимает, поскольку в рассматриваемом случае выявление низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценами на идентичные или однородные товары при сопоставимых условиях их ввоза являлись признаком недостоверного определения таможенной стоимости товаров, задекларированных в ДТ № 10702070/301123/3485018.

Выявленные признаки недостоверности сведений о заявленной таможенной стоимости доведены до декларанта в запросе документов и (или) сведений от 30.11.2023.

В данном запросе таможенным органом в целях подтверждения заявленной таможенной стоимости указано на необходимость предоставления, в том числе банковских платежных документов с отметками банка по оплате счетов-фактур (инвойсов) по декларируемой партии товаров, документов, позволяющих однозначно идентифицировать произведенную оплату с рассматриваемой поставкой.

По результатам анализа всех имеющихся в распоряжении таможенного органа документов, в том числе заявлений на перевод от 12.10.2023 № 11 и от 30.10.2023 № 13, таможня пришла к выводу о том, что заявленная таможенная стоимость и сведения, относящиеся к ее определению, не основаны на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Таким образом, таможенный орган, принимая решение от 18.02.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/301123/3485018, располагал документам, представленными в таможню в подтверждение факта оплаты товаров по спорной поставке, в связи с чем вывод о недостоверности заявленной таможенной стоимости таможня сделала, в том числе, с учетом данных документов.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что представленными обществом документами, сведениями и пояснениями не обоснован объективный характер значительного отличия цен на декларируемые товары от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов по сделкам с однородными товарами, ввезенными в Российскую Федерацию при сопоставимых условиях, иных официальных и общепризнанных источниках информации.

Иные доводы, изложенные в оспариваемом решении, судом отклоняются как необоснованные.

Суд отклоняет довод таможни о том, что декларантом представлен прайс-лист продавца товара, который не имеет даты окончания, поскольку сведения, указанные в прайс-листах (коммерческих предложениях) продавца или изготовителя товаров не содержат каких-либо определенных гражданско-правовых обязательств и не являются обязательными для гражданского оборота, в связи с чем не могут повлиять на достоверность цены сделки.

Вопрос ценообразования относится к хозяйственной деятельности продавца (изготовителя) товара и к структуре таможенной стоимости отношения не имеет. Информация прайс-листа может являться лишь справочной либо проверочной величиной в совокупности с иными коммерческими документами, но не основным коммерческим документом, свидетельствующим об условиях конкретной сделки, ни тем более основанием для корректировки таможенной стоимости.

В соответствии с пунктом 3 статьи 108 ТК ЕАЭС документы, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, должны быть у декларанта на момент подачи таможенной декларации.

Согласно пункту 8 статьи 111 ТК ЕАЭС с момента регистрации таможенная декларация становится документом, свидетельствующим о фактах, имеющих юридическое значение.

Следовательно, таможенное декларирование – это заявление декларантом таможенному органу сведений о товарах, об избранной таможенной процедуре и (или) иных сведений, необходимых для выпуска товаров. Регистрация декларации на товары осуществляется путем присвоения ей таможенным органом регистрационного номера. Именно с этого момента декларация становится документом, свидетельствующим о фактах, имеющих юридическое значение.

Как следует из совокупного анализа приведенных выше норм ТК ЕАЭС и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации основная задача таможенного контроля - это проверка заявленных декларантом сведений в ДТ с соблюдением установленных таможенных правил путем сопоставительного анализа всех имеющихся данных между собой, в том числе с точки зрения их достоверности (для исключения каких-либо сомнений).

Выполняя данную задачу, таможенный орган пользуется предоставленными ТК ЕАЭС правами (запросы документов и сведений), а также соблюдает установленную обязанность (уведомительного порядка, предоставление декларанту права устранить сомнения таможенного органа и доказать несостоятельность признаков нарушений таможенного законодательства).

Из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 10 Постановления № 49 следует, что отличие заявленной декларантом стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов, может рассматриваться в качестве одного из признаков недостоверного (не соответствующего действительной стоимости) определения таможенной стоимости, если такое отклонение является существенным.

Согласно пункту 13 Постановления № 49, основываясь на положениях пункта 13 статьи 38, пункта 17 статьи 325 Таможенного кодекса, таможенный орган принимает решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации по результатам проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров, если соответствие заявленной таможенной стоимости товаров их действительной стоимости не нашло своего подтверждения по результатам таможенного контроля, в том числе при сохранении признаков недостоверности заявленной таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля.

В связи с этим при разрешении споров, касающихся правильности определения таможенной стоимости ввозимых товаров, судам следует учитывать, какие признаки недостоверного определения таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно предоставленных декларантом.

Непредоставление декларантом документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

Вместе с тем при сохранении неполноты документального подтверждения таможенной стоимости и (или) сомнений в достоверности заявленной декларантом таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля, по смыслу пункта 17 статьи 325 Таможенного кодекса решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, может быть принято таможенным органом с учетом информации, имеющейся в его распоряжении и указывающей на подтверждение того, что таможенная стоимость ввозимых товаров не соответствует их действительной стоимости.

В нарушение положений статьи 325 ТК ЕАЭС общество при отсутствии доказательств оплаты товара не представило документы, достоверно подтверждающие заявленную таможенную стоимость, что свидетельствует о том, что со стороны декларанта отсутствовала должная степень раскрытия информации, не позволившая таможенному органу в ходе контрольного мероприятия удостовериться в наличии всех необходимых сведений, подтверждающих обоснованность в рассматриваемом случае первого метода определения таможенной стоимости товаров.

При этом, суд учитывает, что по смыслу положений статей 106, 108, 325 ТК ЕАЭС обязанность по представлению документов, обосновывающих заявленную таможенную стоимость, лежит на декларанте.

Указанные обстоятельства не позволили таможенному органу устранить послужившие основанием для проведения дополнительной проверки сомнения в достоверности сведений о заявленной в спорной ДТ таможенной стоимости товаров и правомерности ее определения по цене сделки на основании представленных обществом документов.

Непредставление декларантом документов, обосновывающих заявленную им таможенную стоимость, при отсутствии объективных препятствий к их представлению следует рассматривать как невыполнение условия о ее документальном подтверждении и достоверности, влекущее исключение использования основного метода определения таможенной стоимости товара (абзац 4 пункта 13 постановления Пленума ВС РФ № 49).

Лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота (пункт 12 Постановления № 49).

Таким образом, именно на декларанте лежит обязанность подтвердить действительную таможенную стоимость товара. От лица, ввозящего на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, в целях исполнения требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, подпунктов 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС разумно ожидать поведения, направленного на заблаговременное собирание доказательств, подтверждающих действительное приобретение товара по такой цене и доступных для получения в условиях внешнеторгового оборота.

Вместе с тем непредставление запрошенных документов в ходе таможенного контроля (экспортной декларации, содержащей достоверные сведения) при отсутствии сведений об оплате товара свидетельствует о невыполнении заявителем пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, в связи с чем не были устранены основания для проведения дополнительной проверки таможенной стоимости.

Указанное обстоятельство в силу пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС является основанием для принятия решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации.

Согласно пункту 1 статьи 42 ТК ЕАЭС в случае если таможенная стоимость ввозимых товаров не может быть определена в соответствии со статьями 39 и 41 названного кодекса, таможенной стоимостью таких товаров является стоимость сделки с однородными товарами, проданными для вывоза на таможенную территорию Союза и ввезенными на таможенную территорию Союза в тот же или в соответствующий ему период времени, что и оцениваемые товары, но не ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию Союза оцениваемых товаров.

Стоимостью сделки с однородными товарами является таможенная стоимость этих товаров, определенная в соответствии со статьей 39 настоящего Кодекса и принятая таможенным органом. При определении таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с настоящей статьей используется стоимость сделки с однородными товарами, проданными на том же коммерческом уровне и по существу в том же количестве, что и оцениваемые товары.

В случае если такие продажи не выявлены, используется стоимость сделки с однородными товарами, проданными на ином коммерческом уровне и (или) в иных количествах, с соответствующей поправкой, учитывающей различия в коммерческом уровне продажи и (или) в количестве товаров.

В случае если выявлено более одной стоимости сделки с однородными товарами с учетом поправок в соответствии с пунктами 1 и 2 настоящей статьи, для определения таможенной стоимости ввозимых товаров применяется самая низкая из них (пункт 3 статьи 42 ТК ЕАЭС).

Согласно статье 37 ТК ЕАЭС, «однородные товары» - товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми. При определении, являются ли товары однородными, учитываются такие характеристики, как качество, репутация и наличие товарного знака.

Как следует из оспариваемого решения таможни, таможенная стоимость задекларированного в спорной ДТ товара скорректирована с применением метода по стоимости сделки с однородными товарами по правилам, предусмотренным статьей 42 ТК ЕАЭС, на основании соответствующего источника ценовой информации.

Сравнительный анализ товара, заявленного в спорной ДТ, с источником ценовой информации, не выявил существенных различий в наименовании сравниваемых товаров. При этом данные товары имеют сопоставимые количественные, качественные и функциональные характеристики, что позволяет их рассматривать в качестве однородных товаров.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что решение от 18.02.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10702070/301123/3485018, принято таможней при наличии к тому правовых оснований с правильным применением таможенного законодательства, в связи с чем заявленное обществом требование является необоснованным и удовлетворению не подлежит.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в силу положений статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся судом на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 167–170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил :

В удовлетворении заявленных ООО «Конагра» требований отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

Судья Тимофеева Ю.А.