ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Москва

06 мая 2025 года Дело № А40-68955/24

Резолютивная часть постановления объявлена 29 апреля 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 06 мая 2025 года

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Кобылянского В.В.,

судей Кольцовой Н.Н., Петровой В.В.,

при участии в заседании:

от истца: ФИО1 – ФИО2 по дов. от 25.09.2023,

финансового управляющего имуществом ФИО1 - ФИО3 – ФИО2 по дов. от 01.12.2024,

от ответчика: общества с ограниченной ответственностью «Сапфир» - ФИО4 по дов. от 11.03.2025,

от третьих лиц: арбитражного управляющего ФИО5 – неявка, извещена,

Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления» - неявка, извещена,

рассмотрев 29 апреля 2025 года в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 и финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО3

на решение от 05 ноября 2024 года

Арбитражного суда города Москвы

и постановление от 24 февраля 2025 года

Девятого арбитражного апелляционного суда

по иску финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО3

к обществу с ограниченной ответственностью «Сапфир»

о взыскании страховой выплаты и процентов,

третьи лица: арбитражный управляющий ФИО5, Ассоциация арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления»,

УСТАНОВИЛ:

финансовый управляющий имуществом ФИО1 – ФИО3 (далее – истец, финансовый управляющий ФИО3) обратился в Арбитражный суд города Москвы к обществу с ограниченной ответственностью «Сапфир» (далее – ответчик, ООО «Сапфир») с иском, с учетом принятых судом уточнений заявленных требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о взыскании страховой выплаты в размере 602 150 руб. и процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 192 492,21 руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены арбитражный управляющий ФИО5, Ассоциация арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления».

Решением Арбитражного суда города Москвы от 05 ноября 2024 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24 февраля 2025 года, в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, финансовый управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит названные решение и постановление отменить и направить дело на новое рассмотрение, указывая на нарушение и неправильное применение судами норм права и несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и имеющимся в материалах дела доказательствам.

От ООО «Сапфир» поступил отзыв с возражениями на кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель истца поддержала доводы и требования кассационной жалобы, представитель ответчика возражала против доводов жалобы.

Третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание суда кассационной инстанции не обеспечили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, заслушав объяснения представителей истца и ответчика, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, определением Арбитражного суда Республики Тыва от 06.10.2016 по делу № А69-2484/16 признано обоснованным заявление ПАО Сбербанк о признании ИП ФИО1 банкротом, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим должника утверждена ФИО5

Решением Арбитражного суда Республики Тыва от 11.09.2017 по указанному делу в отношении ИП ФИО1 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО5

Определением Арбитражного суда Республики Тыва от 28.01.2020 ФИО5 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом ФИО1, финансовым управляющим утвержден ФИО3

Определением Арбитражного суда Республики Тыва от 27.05.2021 по делу № А69-3918/15 установлено недобросовестное поведение арбитражного управляющего ФИО5, наличие прямой причинной связи между действиями арбитражного управляющего и причиненными ФИО1 убытками, факт наступления ответственности арбитражного управляющего.

Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 04.04.2022 по указанному делу признаны незаконными действия ФИО5, выразившиеся в необоснованном распоряжении в период с 25.10.2016 по 25.12.2019 и расходовании денежных средств в размере 1 453 550 руб., поступивших в конкурсную массу должника ФИО1; с ФИО5 в пользу ФИО1 взысканы убытки в размере 1 453 550 руб., расходы на оплату услуг адвоката в размере 45 442,50 руб. и почтовые расходы пропорционально удовлетворенным требованиям.

Арбитражным судом Республики Тыва выдан исполнительный лист серии ФС № 038210860 на взыскание с ФИО5. в пользу ФИО1 убытков в размере 1 453 550 руб., расходов на оплату услуг адвоката в размере 45 442,50 руб., расходов на оплату услуг адвоката в размере 9 350 руб., почтовых расходов в размере 453,16 руб., понесенных в связи рассмотрение дела № А69-3918/15.

Требования исполнительного листа ФИО5 не исполнены.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.06.2023 по делу № А32-2100/23 с ООО «СК «Гелиос» в пользу ФИО1 взыскано 1 453 550 руб. страховой выплаты в размере причиненных арбитражным управляющим ФИО5 убытков, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 27 536 руб.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.11.2023 по указанному делу решение суда изменено, с ООО «СК «Гелиос» в пользу ФИО1 взыскано 204 400 руб. страхового возмещения и 3 872 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

При этом суд исходил из наличия оснований для взыскания страхового возмещения только в размере убытков, причиненных арбитражным управляющим в период действия договора страхования от 11.07.2018, в остальной части в удовлетворении требований отказано, поскольку необоснованное расходование денежных средств совершено в период действия договоров страхования, заключенных с иными страховыми компаниями.

Мотивируя заявленные исковые требования, истец указал, что поскольку действия арбитражного управляющего ФИО5 в период с 26.08.2016 по 25.08.2017 были застрахованы ООО «СК «Арсеналъ» по договору страхования (полис) от 26.08.2016 № 54-16/TPL16/002119, а размер убытков, причинная связь между противоправным поведением арбитражного управляющего и наступившими убытками, определен вступившими в законную силу судебными актами, при этом убытки возникли в период действия вышеуказанного договора страхования, то убытки подлежат возмещению страховщиком посредством выплаты страхового возмещения.

Несмотря на то, что страховщику было известно о наступлении страхового случая, страховая выплата в пользу ФИО1 произведена не была.

Направленная в адрес ответчика претензия о страховой выплате в размере причиненных арбитражным управляющим убытков в размере 602 150 руб. также оставлена без удовлетворения.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска, суды обеих инстанций, исследовав и оценив представленные доказательства, применив положения статей 15, 931, 935, 942, 957, 963 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 20, 20.4, 24.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьи 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», исходили из того, что по смыслу статьи 24.1 Закона о банкротстве рассматриваемое событие, связанное с взысканием убытков с ФИО5, по своей природе не является страховым случаем (исключено из страхового риска) и не влечет возникновение обязанности страховщика по выплате страхового возмещения в соответствии с условиями договора страхования, отметив, что возникновение спорных убытков не является следствием неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим своих обязанностей в деле о банкротстве, при этом с учетом положений пункта 6 статьи 24.1 Закона о банкротстве и подпункта «г» пункта 3.1 Правил страхования, событие, не связанное с осуществлением арбитражным управляющим обязанностей в деле о банкротстве, не может быть признано страховым случаем по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего; расходование денежных средств должника в отсутствие правовых оснований не связано с профессиональной деятельностью ФИО5 как арбитражного управляющего, а застрахованным риском является именно предпринимательская деятельность (частная практика) арбитражного управляющего в силу совершения им профессиональных ошибок, а не в результате преднамеренного расходования денежных средств в своих целях; сам по себе факт того, что ФИО5 исполняла обязанности финансового управляющего, не свидетельствует о том, что причиненный имущественный вред связан с исполнением обязанностей в деле о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции.

Между тем судами обеих инстанций не учтено следующее.

Пунктом 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В силу пунктов 1 и 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена. В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» арбитражный управляющий в деле о банкротстве обязан принимать меры по защите имущества должника.

Арбитражный управляющий в соответствии с пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Необоснованные расходы выражаются в незаконных действиях арбитражного управляющего по расходованию денежных средств из конкурсной массы, результат которых является причинение убытков должнику и кредиторам.

Исходя из буквального содержания статьи 24.1 Закона о банкротстве, в системе действующего нормативного регулирования ответственность арбитражного управляющего за причинение убытков лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в деле о банкротстве подлежит страхованию в обязательном порядке.

Целью названного страхования как разновидности страхования ответственности за причинение вреда, осуществляемого в пользу лиц (выгодоприобретателей), которым может быть причинен вред (статья 931 Гражданского кодекса Российской Федерации), является гарантированная за счет средств страхового фонда имущественная защита в условиях ведущихся процедур банкротства.

Как следует из пунктов 4, 5 и 7 статьи 24.1 Закона о банкротстве, объектами страхования ответственности арбитражного управляющего являются имущественные интересы арбитражного управляющего, не противоречащие законодательству Российской Федерации, связанные с его обязанностью возместить убытки лицам, участвующим в деле о банкротстве, или иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Страховым случаем по договору страхования ответственности арбитражного управляющего является подтвержденное вступившим в законную силу решением суда наступление ответственности арбитражного управляющего перед участвующими в деле о банкротстве лицами или иными лицами в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 6 настоящей статьи.

При наступлении страхового случая страховщик производит страховую выплату в размере причиненных лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам убытков, установленных вступившим в законную силу решением суда, но не превышающем размера страховой суммы по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего.

Таким образом, согласно указанным нормам материального права, страховым случаем по договору страхования ответственности арбитражного управляющего является установленный вступившим в законную силу судебным актом факт неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей, повлекший убытки у должника, кредиторов и иных участвующих в деле о банкротстве лиц, страхованием должен охватываться период осуществления арбитражным управляющим полномочий в деле о банкротстве конкретного должника.

Отказ в компенсации возникших у должника в банкротстве убытков посредством выплаты страхового возмещения нарушает право должника (выгодоприобретателя) на имущественную защиту от незаконных действий арбитражного управляющего (страхователя).

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.02.2020 № 305-ЭС19-21664, для правильного разрешения спора рассматриваемой категории и определения, попадают ли (и в каком размере) заявленные убытки под действие страхования, осуществляемого в порядке статьи 24.1 Закона о банкротстве, надлежит установить и сопоставить период действия полиса, периоды пребывания арбитражного управляющего в должности, совершения им незаконных действий и возникновения от этих действий убытков.

Согласно пункту 6 статьи 24.1 Закона о банкротстве страховым риском по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего является вероятность наступления ответственности по обязательствам, указанным в пункте 5 настоящей статьи, за исключением наступления ответственности в результате: причинения убытков вследствие непреодолимой силы, негативных последствий деятельности, связанной с использованием ядерного топлива, в том числе загрязнения атмосферного воздуха, почвы, водного объекта, радиоактивного загрязнения окружающей среды, облучения граждан, а также военных действий, вооруженного мятежа, народного волнения, действий незаконного вооруженного формирования, террористической деятельности, введения военного или чрезвычайного положения; причинения морального вреда; противоправных действий или бездействия иного лица; действий или бездействия арбитражного управляющего, не связанных с осуществлением им полномочий в деле о банкротстве. В указанных в настоящем пункте случаях причиненные убытки подлежат возмещению в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Таким образом, законом регламентирован состав критериев для определения страхового случая по договору страхования ответственности арбитражного управляющего и установлен закрытый перечень ситуаций, при которых исключается констатация страхового риска по соответствующему договору.

В рассматриваемом случае отказ в удовлетворении исковых требований мотивирован тем, что возникновение спорных убытков не является следствием неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим своих обязанностей в деле о банкротстве, то есть наличием предусмотренного пунктом 6 статьи 24.1 Закона о банкротстве исключения.

Вместе с тем, исходя из буквального содержания и смысла пункта 6 статьи 24.1 Закона о банкротстве, наступление ответственности арбитражного управляющего перед участвующими в деле о банкротстве лицами исключается из состава страховых рисков и не подлежит возмещению страховой компанией лишь в том случае, если убытки являются следствием таких действий (бездействия) арбитражного управляющего, которые очевидно не связаны с осуществлением им полномочий в деле о банкротстве, то есть не обнаруживают какой-либо правовой или фактической связи с осуществлением соответствующих полномочий.

В рамках дела № А69-3918/15 установлено, что ФИО5 в период исполнения обязанностей финансового управляющего должника ФИО1 произведено необоснованное и бесконтрольное расходование денежных средств, поступивших в конкурсную массу должника, что повлекло за собой причинение убытков как кредиторам, так и самому должнику и привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов в наибольшем размере.

Учитывая, что в рассматриваемом случае факт наступления страхового случая подтвержден вступившими в законную силу судебными актами по делу № А69-3918/15, которыми установлено совершение ФИО5 действий, повлекших причинение ущерба должнику, и с арбитражного управляющего в конкурсную массу должника ФИО1 взысканы именно убытки, причиненные ненадлежащим исполнением обязанностей финансового управляющего, у судов не имелось правовых оснований в рамках рассмотрения настоящего дела изменять указанную в судебных актах по делу № А69-3918/15 правовую квалификацию действий арбитражного управляющего ФИО5

Исключений, предусмотренных пунктом 6 статьи 24.1 Закона о банкротстве, судами при рассмотрении настоящего дела не установлено.

Таким образом, вывод судов о том, что возникновение убытков у ФИО1 не является следствием неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим ФИО5 своих обязанностей в деле о банкротстве, а расходование денежных средств должника в отсутствие правовых оснований не связано с профессиональной деятельностью ФИО5 как арбитражного управляющего и не относится к объекту страхования ответственности арбитражного управляющего, не может быть признан обоснованным.

Расходование ФИО5 денежных средств произведено арбитражным управляющим из конкурсной массы должника, их обоснованность не доказана, что повлекло за собой взыскание убытков с арбитражного управляющего именно в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО1

Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства исполнения арбитражным управляющим ФИО5 обязанности по возмещению ущерба и исполнения судебного акта по делу № А69-3918/15 в части взыскания убытков (требования исполнительного листа серии ФС № 038210860 не исполнены), истец вправе был предъявить требование об их возмещении непосредственно к страховщику, у которого после выплаты страхового возмещения, с учетом умышленных действий арбитражного управляющего ФИО5, возникает право на предъявление к последнему требований в порядке регресса.

При рассмотрении настоящего дела судами не установлено, какие именно договоры страхования, заключенные с арбитражным управляющим ФИО5, действовали в указанный в судебном акте по делу № А69-3918/15 период, а также судами не исследовались условия соответствующих договоров страхования.

Так, гражданско-правовая ответственность арбитражного управляющего ФИО5 была застрахована ООО «СК «Арсеналъ» по полису страхования ответственности арбитражного управляющего от 26.08.2016 № 54-16/TPL16/002119 (период действия полиса с 26.08.2015 по 25.08.2017; ООО «Центральное страховое общество» по договорам страхования от 26.04.2017 № 13-000-ГОАУ-0000215/17 (период действия договора с 26.04.2017 по 25.04.2018) и от 26.04.2018 № 130000ЩАУ-000505/2018 (период действия договора с 26.04.2018 по 25.04.2019); ООО «СК «Гелиос» по договорам страхования ответственности арбитражного управляющего от 11.07.2018 № 930-0001150-02903 (период действия договора с 12.07.2018 по 11.07.2019) и от 30.01.2021 № 930-0008701-02903 (период действия договора с 30.01.2021 по 30.01.2022); ООО «СК «Орбита» по договору страхования от 12.07.2019 № ОАУ-19/8900101-000/000088 (период действия договора с 12.07.2019 по 11.07.2020).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2018 № 305-ЭС18-2393, правила страхования, направленные на конкретизацию момента формирования страхового случая по договору страхования ответственности арбитражного управляющего, применению не подлежат. Определение страхового случая должно осуществляться на общих основаниях исходя из положений пункта 5 статьи 24.1 Закона о банкротстве.

Судами не дана надлежащая оценка доводам истца о том, что поскольку действия арбитражного управляющего ФИО5 в период с 26.08.2016 по 25.08.2017 были застрахованы ответчиком по договору страхования (полиса) от 26.08.2016 № 54-16/TPL16/002119, размер убытков в сумме 602 150 руб. определен вступившими в законную силу судебными актами, убытки возникли в период действия указанного договора страхования, следовательно, убытки подлежат возмещению страховщиком посредством выплаты страхового возмещения.

Суд округа также обращает внимание, что само по себе наличие определенной волевой составляющей в поведении управляющего, привлеченного к ответственности за причинение убытков должнику, автоматически не исключает обязанности страховой компании произвести выплату причитающегося возмещения.

Согласно правовой позиции, приведенной в пункте 32 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), страховщик ответственности арбитражного управляющего не вправе отказать в осуществлении страховой выплаты выгодоприобретателю со ссылкой на умышленный характер действий арбитражного управляющего. В этом случае страховщик вправе обратиться с регрессным требованием к арбитражному управляющему.

Освобождение компании от выплаты страхового возмещения в связи с умышленными действиями страхователя (арбитражного управляющего) противоречит пункту 1 статьи 963 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку препятствует должнику как пострадавшему от таких действий лицу в возмещении убытков, на случай наступления которых осуществлено страхование.

В ситуации выплаты в условиях банкротства страхового возмещения в связи с причинением убытков вследствие умышленных действий страховщик защищен возможностью применения предусмотренного законодательством о банкротстве последствия – предъявления регрессного требования к арбитражному управляющему в размере произведенной страховой выплаты (пункт 9 статьи 24.1 Закона о банкротстве). Страховая компания не лишена права на выдвижение возражений, связанных с характером страхового случая, однако должна осознавать, что правовые последствия такие возражения будут иметь только в возможном будущем споре с арбитражным управляющим.

Из пункта 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017) следует, что по смыслу пункта 9 статьи 24.1 Закона о банкротстве для взыскания с арбитражного управляющего в порядке регресса суммы произведенной страховщиком выплаты необходимо установить умышленный характер действий управляющего, повлекших причинение убытков, направленность этих действий на извлечение им собственной выгоды.

При этом для переложения на страхователя в порядке регресса расходов по страховой выплате в пункте 9 статьи 24.1 Закона о банкротстве используется тот же критерий, по которому в силу общих норм гражданского законодательства (пункт 1 статьи 963 Гражданского кодекса Российской Федерации) страховщик при наступившем страховом случае освобождается от выплаты страхового возмещения - умышленный характер действий, заведомая направленность действий на извлечение собственной выгоды (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.09.2017 № 309-ЭС17-6744).

При указанных обстоятельствах суд кассационной инстанции приходит к выводу, что судами не установлены все обстоятельства дела, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора и необходимые для принятия законного и обоснованного судебного акта, нарушены нормы материального и процессуального права, в связи с чем решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в силу положений статей 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, дать оценку всем доводам и возражениям сторон, установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания, определить, попадают ли и в каком размере заявленные истцом убытки под действие страхования, осуществляемого в порядке статьи 24.1 Закона о банкротстве (установить и сопоставить период действия полисов, периоды пребывания управляющего в должности, совершения им незаконных действий и возникновения от этих действий убытков), имеются ли предусмотренные условиями договора страхования и законом основания для отказа в выплате страхового возмещения.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 05 ноября 2024 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24 февраля 2025 года по делу № А40-68955/24 отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Председательствующий-судья В.В. Кобылянский

Судьи: Н.Н. Кольцова

В.В. Петрова