ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<ДАТА1> г. <АДРЕС>

Мировой судья судебного участка <НОМЕР> <АДРЕС> района г. <АДРЕС> <ФИО1>, при секретаре <ФИО2>, <ФИО3>, с участием: государственного обвинителя - помощника прокурора <АДРЕС>; района г. <АДРЕС>; ФИО7, подсудимой <ФИО4> защитника - адвоката <ФИО5>, представившего удостоверение <НОМЕР> от <ДАТА2> и ордер <НОМЕР> от <ДАТА3>, рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении: <ФИО4>, <ДАТА4> рождения, уроженка г. <АДРЕС>, зарегистрированной по адресу: <НОМЕР>, проживающей по адресу: г<АДРЕС>, гражданки РФ, имеющей высшее образование, замужем, работающей в магазине «<ОБЕЗЛИЧЕНО>», не военнообязанной, не судимой, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 159 УК РФ (2 эпизода),

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного расследования <ФИО6> обвиняется в том, что она <ДАТА5> примерно в 11 часов 00 минут <ФИО4> находилась по месту работы у индивидуального предпринимателя <ОБЕЗЛИЧЕНО>», по адресу: <АДРЕС>, где, имея умысел на хищение денежных средств, принадлежащих ООО МКК «Каппадокия», путем обмана под предлогом получения кредита, не имея при этом реальной возможности для осуществления возложенных на нее обязательств в виде осуществления ежемесячных платежей, с учетом наличия у нее более 30 обязательств по кредитам и займам, по которым <ФИО4> допускала просрочки и имела задолженности, используя свой мобиль­ный телефон торговой марки «Самсунг» с установленной в нем сим-картой оператора сотовой связи ООО «Т2 Мобайл» с абонентским номером <НОМЕР>, осуществив выход в сеть «Интернет», зашла на сайт ООО МКК «Каппадокия», где, будучи осведомленной об условиях кредитования в данной организации заключила от своего имени с ООО МКК «Каппадокия» кредитный договор займа <НОМЕР> от <ДАТА5> на сумму 25 000 рублей, подпи­сав при этом соответствующие документы простой электронной подписью кли­ента посредством использования уникальных кодов из сообщений, переданных ей по сетям подвижной радиотелефонной связи на абонентский номер <НОМЕР>. После чего, <ФИО4> был одобрен кредит и денежные средства в размере 25 000 рублей были перечислены с расчетного счета ООО МКК «Каппадокия» <НОМЕР> открытого в АО «Тинькофф банк» по адресу: <АДРЕС>, на расчетный счет <ФИО8> - ее именной банковской карты <НОМЕР> 6714, номер счета <НОМЕР>, открытого в ПАО «Сбербанк России» <НОМЕР> по адресу: <АДРЕС>. В последующем <ФИО4> распорядилась похищенными денежными средствами по собственному усмотрению, тем самым причинив ООО МКК «Каппадокия» имущественный вред на сумму 25 000 рублей. Кроме того, <ДАТА6> примерно в 08 часов 55 минут <ФИО4> находилась по месту своей работы у индивидуального предпринимателя <ОБЕЗЛИЧЕНО>» по адресу: <АДРЕС>, к. 3, где, имея умысел на хищение денежных средств, принадлежащих ООО МКК «Всегда в плюсе», путем обмана, не имея при этом реальной возможности для осуществления возложенных на нее обязательств в виде осуществления ежемесячных платежей, с учетом наличия у нее более 30 кредитов и займов, по которым <ФИО4> допускала просрочки и имела задолженности, используя свой мобильный телефон торговой марки «Самсунг» с установленной в нем сим-картой оператора сотовой связи ООО «Т2 Мобайл» с абонентским номером <НОМЕР>, осуществив выход в сеть «Интернет», зашла на сайт ООО МКК «Всегда в плюсе», где, будучи осведомленной об условиях кредитования в данной организации заключила потребительский договор займа <НОМЕР> от <ДАТА6> от своего имени с ООО МКК «Всегда в плюсе » на сумму 17 000 рублей, который был ей одобрен, подписав соответствующие документы простой электронной подписью клиента посредством использования уникальных кодов из сообщений, переданных по сетям подвижной радиотелефонной связи на абонентский номер <НОМЕР>. После чего денежные средства в размере 17 000 рублей были перечислены со счета ООО МКК «Всегда в плюсе» <НОМЕР>, открытого в АО «КИВИ БАНК» по адресу: г<АДРЕС>, на расчетный счет <ФИО4> - ее именной банковской карты <НОМЕР> 6714, номер счета <НОМЕР>, открытого в ПАО «Сбербанк России» <НОМЕР> по адресу: г<АДРЕС>. В последующем <ФИО4> распорядилась похищенными денежными средствами по собственному усмотрению, тем самым причинив ООО МКК «Всегда в плюсе» имущественный вред на сумму 17 000 рублей. Своими действиями <ФИО4>, совершила преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 159 УК РФ - мошенничество, то есть

Действия <ФИО4> по двум преступлениям квалифицированы органами предварительного расследования по ч. 1 ст. 159 УК РФ как хищение чужого имущества, совершенное путем обмана и злоупотребления доверием. На стадии предварительного расследования уголовного дела в отношении <ФИО4> избрана мера принуждения в виде обязательства о явке. В судебном заседании от защитника <ФИО4> - адвоката <ФИО5> поступило ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору, в связи с тем, что в данном случае обвинительное заключение составлено с нарушением требований процессуального законодательства, что исключает возможность постановления судом приговора. Согласно ч.1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь указывает обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела. Обвинение должно быть в достаточной степени конкретизировано, поскольку суд не вправе вместо стороны обвинения выдвигать и детализировать обвинение. В данном случае обвинение не конкретизировано по обоим преступлениям, в совершении которых обвиняется <ФИО4> В случае первого якобы совершенного <ФИО4> преступления в обвинительном заключении указано, что преступление заключается только в том, что <ФИО4> заключила с ООО МКК «Каппадокия» кредитный договор <НОМЕР> от <ДАТА5> на сумму 25 000 рублей. В обвинительном заключении указано, что на момент заключения договора у <ФИО4> имелось более 30 обязательств по кредитам, по которым она якобы допускала просрочки. В этом и состоит все обвинение - по существу только в одном факте заключения договора при наличии некоторого (неопределенного) количества других кредитных договоров. Это недопустимо абстрактное обвинение. Действующее законодательство не запрещает заключать кредитный договор в том случае, если ранее заключен другой кредитный договор. Поэтому само по себе заключение нового договора при наличии другого договора не может образовать состава какого-либо преступления. В обвинительном заключении не может быть указано лишь на тот факт, что был заключен новый кредитный договор при наличии некоторых ранее заключенных договоров, поскольку такое заключение договора представляет собой обычное распространенное явление гражданского оборота. Обвинительное заключение не может содержать и приблизительных указаний на факты. В частности, в обвинительном заключении невозможно указать так приблизительно, как это было сделано - «более 30 обязательств» с какими-то неопределенными просрочками. Дня конкретизации обвинения, требуемой процессуальным законодательством, в обвинительном заключении должно быть абсолютно ясно указано: 1) В каком именно количестве были заключены кредитные договоры (фраза «более 30» обладает слишком большой многозначностью). 2) В какое именно время был заключен каждый из кредитных договоров и на какую сумму. После того, как будет указана сумма, полученная по каждому из договоров, должна быть указана общая сумма долга. Затем эта общая сумма долга должна быть соотнесена с суммой подтвержденного дохода <ФИО4> Без этой логической операции, которая не была проделана и не была указана в обвинительном заключении, совершенно невозможно утверждать, что якобы <ФИО4> не имела возможности выплатить долг по кредитному договору <НОМЕР> от <ДАТА5>. Так как такой необходимой логической операции не было проделано, обвинительное заключение является несоответствующим закону. 3) Поскольку в обвинительном заключении утверждается, что якобы были допущены просрочки по кредитным договорам, то должно быть конкретно указано по каким именно договорам были допущены просрочки и на какие суммы. Это имеет определяющее значение, так как сама <ФИО4> утверждает (и это объективно подтверждается материалами дела), что: во-первых, на момент заключения кредитного договора <НОМЕР> от <ДАТА5> её ежемесячный доход составлял 70 000 рублей, чего было достаточно для исполнения обязательств как по этому договору, так и по всем заключенным ею ранее кредитным договорам, поскольку они были заключены на незначительные суммы; во-вторых, ею не были допущены просрочки ни по одному ранее заключенному кредитному договору, в связи с чем с ней и был заключен новый договор <НОМЕР> от <ДАТА5>. Эти пояснения, данные на стадии предварительного расследования, должны быть прокомментированы в обвинительном заключении, иначе оно не может выступать предметом анализа в ходе судебного процесса. Главный компонент, которого нет в обвинительном заключении и без которого рассмотрение дела невозможно, - это указание на то, каким именно образом якобы был совершен обман (введение в заблуждение) в отношении ООО МКК «Каппадокия». Иными словами, должно быть точно указано в чем же именно (в каких конкретных действиях) заключается состав мошенничества, если это преступление инкриминируется. В связи с этим необходимо отметить, что все сведения, представленные <ФИО4> в ООО МК «Каппадокия» были абсолютно достоверными. Этот очевидный факт не отрицается в самом обвинительном заключении, поэтому обвинение в данном случае нельзя в принципе признать сформулированным. В микрокредитные организации были представлены совершенно достоверные сведения относительно всех заключенных <ФИО4> кредитных договоров. Более того, микрофинансовая организация ООО МКК «Каппадокия», являясь профессиональным участником рынка финансовых услуг, имеет самостоятельный доступ к кредитной истории <ФИО4> и поэтому эту организацию в принципе невозможно было ввести в заблуждение относительно всех заключенных ранее кредитных договоров. Относительно дохода сведения, представленные <ФИО4>, также были совершенно достоверными и этот факт также не отрицается в обвинительном заключении. Поэтому в обвинительном заключении нет указания на то, какая же информация была недостоверной, либо какие сведения были скрыты от ООО МКК «Каппадокия». Следовательно, в обвинительном заключении нет главного логического компонента обвинения, он абсолютно не сформулирован. Риск заключения нового кредитного договора был оценен ООО МКК «Каппадокия» при предоставлении этой коммерческой организации достоверных сведений (достоверность представленных сведений даже не ставилась дознанием под сомнение), что логически исключает утверждение о том, что имел место обман или введение в заблуждение. Поэтому обвинительное заключение даже не в деталях, а именно принципиально не сформулировано. Необходимо обратить внимание на то, что в обвинительном заключении совершенно не обоснован ущерб, якобы причиненный преступлением. В обвинительном заключении сумма ущерба просто приравнена к сумме, полученной <ФИО4> при заключении кредитного договора <НОМЕР> от <ДАТА5> и обозначена в размере 25 000 рублей. Ничего не сказано о том, выплачивался ли долг по данному кредитному договору или нет. Если не выплачивался, то на это должно быть указано прямо и недвусмысленно. Если же долг выплачивался, то должно быть указано сколько именно денежных средств было выплачено и в каком порядке, какова оставшаяся сумма долга. В действительности долг <ФИО4> выплачивался, однако это обстоятельство в обвинительном заключении совершенно не прокомментировано. Вопрос о том выплачивала ли деньги <ФИО4>, выполняла ли она свои обязательства по кредитному договору <НОМЕР> от <ДАТА5> просто не освещен. Это неустранимый недостаток обвинительного заключения, который в принципе не может быть устранен судом при изучении обстоятельств дела. Необходимо обратить внимание и на то, что в данном случае в обвинительном заключении отдельно должен быть прокомментирован вопрос относительно страхования риска невозвращения полученных по кредитному договору денежных средств. Микрофинансовые организации при заключении кредитных договоров заключают договоры страхования, нейтрализующие риск невозвращения денежных сумм. В обвинительном заключении должно быть указано был ли заключен такой договор или нет. Если такой договор заключался, то должно быть указано получило ли ООО МКК «Каппадокия» страховое возмещение и в каком объеме. Без указания всех этих ключевых обстоятельств обвинительное заключение нельзя признать соответствующим закону, поскольку обвинение в данном случае даже не фиксирует каким образом был рассчитан размер ущерба, который якобы был причинен. Приравнивание суммы ущерба к сумме кредитного договора указывает на то, что в ходе дознания просто не были проанализированы ключевые обстоятельства дела и вследствие этого сам факт заключения договора был приравнен к преступлению, что с точки зрения как материального, так и процессуального права недопустимо. Относительно обвинения <ФИО9> в совершении второго преступления, то и в данном случае совершенно очевидны те же самые логические несоответствия обвинительного заключения, которые неустранимы в ходе судебного разбирательства. Фактически вся логическая схема при формулировании обвинения в совершении второго преступления повторяет логическую схему, в соответствии с которой сформулировано обвинение в совершении первого преступления. Использованы те же выражения и в том же порядке, поэтому совершены те же самые логические ошибки. В обвинительном заключении в отношении второго якобы совершенного преступления указано, что <ФИО4> заключила с ООО МКК «Всегда в плюсе» кредитный договор <НОМЕР> от <ДАТА6> на сумму 17 000 рублей. Далее также указано, что на момент заключения договора у <ФИО4> имелось более 30 обязательств по кредитам, по которым она якобы допускала просрочки (относительно просрочек это также совершенно необоснованное утверждение). Только в этом и заключается якобы совершенное преступление. Так как и в случае изложения обвинения по второму якобы совершенному преступлению допущены абсолютно те же несоответствия требованиям как материального, так и процессуального права, что и в случае первого якобы совершенного преступления, обвинительное заключение и в этой части не соответствует закону. <ФИО4> поддержала ходатайство о возврате дела прокурору на основании ст. 237 УПК РФ. Представители потерпевших организаций ООО МКК «Каппадокия» и ООО МКК «Всегда в плюсе» в судебное заседание не явились, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом. Государственный обвинитель возражал против возврата дела прокурору, поскольку основания для возвращения дела прокурору не имеется, какие-либо нарушения при составлении обвинительного акта отсутствуют. В действиях <ФИО4> усматривается умысел на совершение инкриминируемых ей деяний, который оспариванию не подлежит. Необходимости в конкретизации обвинительного акта не имеется, обвинение изложено конкретно по обстоятельствам совершенных деяний. Изучив материалы дела, выслушав позиции сторон по вопросу возвращения уголовного дела прокурору, мировой судья приходит к выводу, что доводы защиты о возвращении уголовного дела прокурору частично обоснованы. Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления; Согласно п.3 ч.1 ст.220 УПК РФ в обвинительном заключении указываются существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

По смыслу данных положений соответствующим требованиям уголовно - процессуального законодательства будет считаться, в частности, такое обвинительное заключение, в котором изложены все предусмотренные законом обстоятельства, в том числе существо обвинения с обязательным указанием в полном объеме данных, подлежащих доказыванию и имеющих значение по конкретному делу с учетом конструкции состава инкриминированного преступления. При этом отсутствие в обвинительном заключении сведений об обстоятельствах, подлежащих обязательному установлению при обвинении лица в совершении инкриминированных деяний и имеющих значение по делу, исключает возможность рассмотрения уголовного дела на основании подобного обвинительного заключения в судебном заседании, поскольку неконкретизированность предъявленного обвинения препятствует определению точных пределов судебного разбирательства применительно к требованиям ст.252 УПК РФ и ущемляет гарантированное обвиняемому право знать, в чем он конкретно обвиняется.

Вышеуказанные требования органами следствия не были соблюдены в полной мере, что является основанием для возвращения дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, поскольку в досудебном производстве допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона.

По смыслу данных положений соответствующим требованиям уголовно - процессуального законодательства будет считаться, в частности, такое обвинительное заключение, в котором изложены все предусмотренные законом обстоятельства, в том числе существо обвинения с обязательным указанием в полном объеме данных, подлежащих доказыванию и имеющих значение по конкретному делу с учетом конструкции состава инкриминированного преступления.

При этом отсутствие в обвинительном заключении сведений об обстоятельствах, подлежащих обязательному установлению при обвинении лица в совершении инкриминированных деяний и имеющих значение по делу, исключает возможность рассмотрения уголовного дела на основании подобного обвинительного заключения в судебном заседании, поскольку неконкретизированность предъявленного обвинения препятствует определению точных пределов судебного разбирательства применительно к требованиям ст.252 УПК РФ и ущемляет гарантированное обвиняемому право знать, в чем он конкретно обвиняется (ст. 47 УПК РФ). В обвинительном акте по преступлению от <ДАТА5> указано, что умысел <ФИО4> был направлен на хищение денежных средств ООО МКК «Каппадокия» путем обмана; по преступлению от <ДАТА6> также указано, что умысел <ФИО4> был направлен на хищение денежных средств ООО МКК «Всегда в плюсе» путем обмана. Однако из обвинительного акта невозможно четко установить какие именно действия со стороны <ФИО4> являлись обманом, который был направлен на хищение денежных средств. Поскольку суд сам не вправе сформулировать обвинение подсудимому и дополнять предъявленное органом следствия подсудимому обвинение новыми обстоятельствами, установленными в ходе судебного разбирательства, данное нарушение уголовно-процессуального законодательства является неустранимым в судебном заседании и лишает суд возможности вынести на основании имеющегося в уголовном деле обвинительного заключения приговор или иное судебное решение с соблюдением предписаний ст. 252 УПК РФ, согласно которым судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Нарушение этого требования не позволяет суду вынести решение по существу, так как он не имеет права выйти за рамки обвинительного заключения, а подсудимому реализовать свое право на защиту. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что обвинительное заключение по данному уголовному делу составлено с нарушением требований УПК РФ, исключает возможность постановления приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения. На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 237, 256 УПК РФ, мировой судья

ПОСТАНОВИЛ:

Ходатайство защитника <ФИО4> - адвоката <ФИО5> удовлетворить. Возвратить уголовное дело по обвинению <ФИО4> в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 159 УК РФ (2 эпизода), прокурору <АДРЕС> района г. <АДРЕС> на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом. Меру процессуального принуждения в отношении <ФИО4> в виде обязательства о явке оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в <АДРЕС> районный суд г. <АДРЕС> в течение 15 суток со дня его вынесения. Мировой судья <ФИО1> Копия верна Мировой судья <ФИО1>