дело № 1-2-21-481/2025
УИД26MS0067-01-2024-002139-62
ПРИГОВОР
Именем Российской Федерации
г. Ставрополь 04 апреля 2025 года
Мировой судья судебного участка № 6 Ленинского района г. Ставрополя Портянкина О.Ю.,
при секретаре Лихачевой А.Б., помощнике ФИО1, секретаре Гончаровой М.В.,
с участием частного обвинителя/потерпевшей Д. и ее представителя К.,
подсудимой ФИО2,
защитника в лице адвоката Ш., действующей на основании ордера, защитника Свиридова В.Ю.,
рассмотрев материалы уголовного дела в порядке частного обвинения в отношении ФИО2,
обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ,
УСТАНОВИЛ:
Частным обвинителем Д. – Свиридова В.Ю. обвиняется в умышленном причинении легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья.
Из заявления частного обвинителя (потерпевшей) Д. следует, что ********* между Д. и ФИО2, примерно в ** часов по адресу: г. Ставрополь, ул. ********, ***, произошел словесный конфликт на почве неприязненных отношений, в ходе которого, ФИО2 применила к Д. физическую силу, используя малозначительный повод, а именно нанесла Д. наотмашь удар рукой в область головы, в результате чего, Д. причинен легкий вред здоровью. Согласно заключению эксперта № **** от ******, проведенного врачом, государственным судебно-медицинским экспертом ГБУЗ СК Краевое бюро СМЭ К.Д. получила *********, указанными повреждениями Д. был причинен легкий вред здоровью по квалифицирующему признаку кратковременного его расстройства продолжительностью до трех недель.
Действия подсудимой Свиридовой В.Ю. частным обвинителем Д. квалифицированы по ч.1 ст.115 УК РФ, как умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья.
Подсудимая ФИО2 в судебном заседании пояснила, что вину в совершении преступления по ч. 1 ст. 115 УК РФ она не признает, с Д. она знакома более ** лет, всегда были прекрасные отношения, неприязненных отношений нет. Вместе работали на *******, на ул. ****** г. Ставрополя, торговый центр «*******», долгое время стояли рядом торговали. Д. некоторое время работала у нее реализатором, потом она прекратила с ней работать, со стороны Д. испортилось к ней отношение. Когда она пошла на пенсию, со стороны Д. начались разговоры: «Когда же ты уйдешь, и не будешь работать, будешь сидеть с внуками». Утром ******* она была на рабочем месте на ********, раскладывала товар. Д. стала предъявлять ей и другим продавцам К., К., Ч., что у нее из бутика пропал кассовый аппарат. Проблемы может быть и были раньше, но словесные. А в этот день стала обвинять в краже. Она вместе с другими продавцами написали в администрацию ***** заявление, чтобы разобрались с этим вопросом о якобы краже. Д. вызвали в администрацию ****, она ушла вместе со своим сыном. А она стояла в проходе торговых рядов, через некоторое время Д. вернулась с сыном, и Д. с напором толкнула ее повалились манекены, Д. сразу начала ее бить по спине, по телу. Это все наблюдала К. От шума на это все обратили внимание и Ч., К. После всего этого, она решила пойди в администрацию ******, т.к. Д. обвинила ее в краже, еще и напала на нее. Она вышла с торгового центра, стала спускаться с порожек, почувствовала, что кто-то сзади за затылок хватает и опять бьет рукой. Там всего три ступеньки, она еле удержалась. Она развернулась и увидела, что это опять Д. на нее напала. Она сказала, чтобы Д. отстала от нее. На второй лестнице, вход в администрацию ******, Д. опять напала на нее, нанесла удары, у нее в одной руке находились очки, а в другой телефон. Она не устояла и упала на ступеньках, все что было у нее в руках (очки, телефон) упало, разбилось. Когда она упала, подбежал сын Д. и стал оттаскивать мать от нее. А она продолжала сидеть на ступеньках, пыталась встать, голова закружилась, потому, что Д. ударила ее сумкой по голове. Она поднялась, пыталась пройти в администрацию, а Д. с сыном не пускали ее. Когда зашли в администрации *****, Д. с сыном шли впереди, а она за ними, администратору ***** Д. стала говорить, что она напала на Д. Она стала говорить, что все наоборот, что Д. напала на нее. Потом администратор поднял видео, посмотрел, и на видео увидел, кто на кого напал. Она ушла в свой бутик, находилась в шоковом состоянии. Затем зашли Д. с сыном и мать Д., и два администратора. Они искали Д. другое место для торговли. Предприниматели, зная характер Д., зная ее вспыльчивость, неуживчивость, написали письмо в администрацию рынка, что не хотят стоять рядом с Д. на одном ряду, но выхода не было, вынуждены были предоставить место Д. на их ряду, просто подальше. Вечером, после конфликта с Д., ее встретил муж и сын, она написала заявление в полиции. Ей предложили пройти медосвидетельствование, выдали направление. Она все написала, подписала и они поехали домой, по дороге домой, вызвали скорую помощь, потому, что ей было очень плохо. Все тело болело, не сесть, не лечь. Приехала скорая помощь, оказали помощь, предложили поехать голову проверить, но она отказалась, напилась таблеток, но таблетки не помогли, ей сделали два укола и уехали со словами, что «если будет опять плохо, вызывайте скорую». На следующий день она не могла встать с дивана, только на третий день она поехала в судмедэкспертизу. Никаких ударов Д. она не наносила, а наоборот Д. нанесла ей телесные повреждения и была привлечена по ст. 6.1.1 КоАП РФ. Когда она вышла первый день на работу Д. находилась на месте и переносили вещи, пакеты огромные. Трикотаж он тяжелый. Грузчика они не нанимали, чувствовала она себя прекрасно. Все видели, что она переносила сама вещи. Д. ее оговаривает, откуда у нее появилась гематома на голове ей неизвестно, она ударов ей не наносила, с заключением эксперта она не согласна. Д. врет, хочет наказать её, за то, что лишили ее место в торговом центре. Гражданский иск Д. не признает.
Частный обвинитель/потерпевшая Д. в судебном заседании поддержала доводы заявления и показала, что со ФИО2 она знакома более ** лет, вместе работали на ******, рядом находились их торговые ряды. Неприязненных отношений нет с ее стороны, а со стороны Свиридовой В.Ю. к ней имеется. Год назад у них возник конфликт с К. и она пообещала ее выгнать с ***** и привлекла для этого всех соседей по бутикам. То есть, со всеми соседями она была в хороших отношениях. Постепенно К. своей неограниченной властью какой-то, манипуляцией, всякими действиями убедила их в том, что у них могут быть неприязненные отношения. В частности, ФИО2 и остальные свидетели имеют внуков, а К. торгует детскими вещами, то есть она из мотивов личной выгоды их уговорила. В день конфликта, *******, она пришла на работу в ** часов и к ней подошел администратор ****** и сказал, что на нее поступила коллективная жалоба, что нужно подойти в администрацию ******. Она пошла. Там ей администратор сказал, что соседи по торговым точкам жалуются, что она обвиняет их в краже. Предупредил, что, если еще будут какие-то конфликты, значит они ее уберут с этого места либо найдут другое место. Она согласилась и вернулась в торговый павильон «*******». Заходя в торговый павильон, в котором они работали со ФИО2, подходя к своему торговому месту, навстречу ей шла ФИО2 с противоположной стороны. У нее в руках была кружка с кофе, они поравнялись с ней напротив ее, Д. торгового места, но не касаясь друг друга, а ФИО2 вдруг отпрыгнула в сторону. Рядом стояли манекены, задела эти манекены, и стала кричать: «она меня избила, у меня ** свидетеля». Никто ее об этом не спрашивал. ФИО2 сказала, что пойдет в администрацию *******, чтобы ее отсюда выгнали. Услышав такое ошеломляющее известие, она конечно тут же направилась за ней, это все было как-то молниеносно. Они вышли из торгового комплекса «*******». Стали спускаться по ступенькам. ФИО2 начала кричать на всю улицу, привлекать внимание, оскорблять ее, выкрикивать какие-то гадости. В стороне немного расположена торговая точка *******. Единственная, кого она увидела в тот момент, это О., но она стояла в стороне далеко и обслуживала своих покупателей. В этот момент, когда они выходили из торгового павильона «*******», соседи по торговле К., Ч. и К. находились на своих торговых местах и обслуживали своих клиентов, потому что были предпраздничные дни. Людей было много, они были заняты и сразу не смогли выйти вслед за ней. На ступеньках она взяла за руку ФИО2 и спросила: «Таня почему ты так со мной поступаешь? Я тебя прошу не ходи. Давай урегулируем как-то этот вопрос», на что она вырвалась стала что-то кричать, но она уже не помнит в деталях, толкнула ее. Она об перила зацепилась спиной. Потом они сделали несколько шагов. ФИО2 шла впереди, а она шла за ней. Она снова попыталась взять за руку ФИО2 Они приблизились к соседней торговой точке О., там был проход между зданиями и она снова взяла рукой ФИО2 за левое предплечье, вернее плечо и неожиданно получила со всей силы, правой рукой с размаха удар кулаком руки по голове с левой стороны в затылочную часть, где-то за ухом. От неожиданности она растерялась, но у нее была уже в этот момент, как она почувствовала неуправляемая агрессия. Поскольку они находились близко друг к другу, она в этот момент почувствовала от нее запах алкоголя. На ногах она держалась, но вот запах она почувствовала. Поскольку они начали ругаться словесно, вдруг из-за угла этого здания торговой точки О. вышла сотрудница их комплекса Б. Она шла в этот момент и разговаривала по телефону, и спросила: «Девочки почему вы ссоритесь? Как вам не стыдно? Прекратите». Она сказала и пошла дальше, разговаривая по телефону направляясь к торговому комплексу «********». Они со ФИО2 в этот момент приблизились к ступенькам входа в администрацию, где была небольшая двух-трехсекундная потасовка, но в этот момент она тоже получила удар от Свиридовой В.Ю. наотмашь, не знает локоть, это был или что-то. Опять же это был удар по голове с левой стороны и в плечо. Потом ФИО2 стала подниматься спиной на ступеньки. Она пятилась. Может быть не увидела или голова закружилась, она как бы присела на ступеньки не упала. Там у нее выпал телефон или очки, она не поняла. Она отошла в сторону, чтобы не подумали, что это она ее толкнула. В этот момент она попыталась схватить ее за одежду. Пока они подходили к ступенькам подбежал ее сын. Он находился на рабочем месте, а Б., которую они встретили, зашла в павильон «********» и сказала: «Что произошло? Почему девочки ссорятся?». Он услышал это и побежал чтобы помочь ей, потому что у нее больной позвоночник. Он побоялся, чтобы ФИО2 не нанесла ущерб ее здоровью. Подбежав, он встал между ними, заслонил ее от ФИО2, и они направились в администрацию. Придя в администрацию, они рассказали про конфликт, что ФИО2 инсценировала нападение. Следом зашла ФИО2, стала кричать, что она ее избила. Администрация ****** сказала больше так продолжаться не может, ищите себе другое место. То есть , ФИО2 добилась своего желаемого. Они вернулись на торговое место. К. подошла через 5 минут после того, как они зашли в администрацию и тоже стала требовать, чтобы нас выгнали. Администрация пошла им на встречу, нашла торговую точку на этом ряду. Конфликт был, где-то в ** час. ** мин. Они собрались пораньше и уехали домой. Собираясь, она услышала разговор между ФИО3 говорила, что «*****, не переживай, мы все с них высудим, мы их накажем. На все тебе хватит. И на телефон, и на очки». К вечеру она почувствовала себя плохо, подумала, что это давление. Давление было высокое. Выпила таблетку. Думала станет легче, но легче не стало. Кружилась голова, была рвота, тошнота, и она поехала в травмпункт. Болело плечо сильно, болела голова. В травмпункте ей дали направление в скорую помощь при ** городской больнице к нейрохирургу. Травматолог осмотрел, написал свое заключение и отправил к нейрохирургу. Добравшись в ** больницу ее осмотрел нейрохирург, предложил сделал соответствующие снимки, предложил госпитализацию, отчего она была вынуждена отказаться, потому, что администрация дала ей на переезд и на перенос вещей один день, максимум 2 дня. Поэтому, врач предложил направление к неврологу в поликлинику по месту жительства, и пробыв где-то до часа ночи в больнице, на следующий день она пошла к неврологу с направлением. Получила консультацию. Ей было назначено лечение, открыт больничный лист. В течении ** дней она находилась на больничном, но специфика индивидуального предпринимателя такова, что никто больничный не оплачивает. Поэтому на больничном ты хоть при смерти, если тебе нужны деньги идешь и работаешь, потому, что кроме ежедневных расходов необходимо оплачивать аренду, платить налоги, обслуживание кассовых аппаратов и так далее, плюс лекарства, которые были назначены для лечения. Поэтому выходить на работу ей пришлось, переносить вещи. Переносить вещи помогал сын. ** и ** декабря они переносили вещи. Заявление в полицию она написала на следующий день после того, как посетила невролога. При написании заявления, ей в отделе полиции не подсказали, что нужно было пройти экспертизу. После всего произошедшего по ее заявлению в первый раз была она была опрошена ** февраля ,это был опрос по поводу административного правонарушения по заявлению ФИО2 ** февраля она попросила, чтобы участковый дал ей направление для прохождения экспертизы Направление ей выдали, она его отвезла на следующий день, но результаты экспертизы он не забрал. То есть эта экспертиза была аннулирована, и потом чтобы получить следующую экспертизу, ей пришлось обратиться в суд с жалобой на участкового и после этого обязали сделать эту экспертизу. Она ее получила в конце **** **** года. В результате действий Свиридовой В.Ю. она не только испытала душевные страдания, физическую боль, но еще она нанесла ей репутационный ущерб, так как ходила и распространяла клеветнические слухи. Свиридова В.Ю. нанесла в общем 2 удара по голове и один удар по плечу.
По ходатайству частного обвинителя/потерпевшей Д. в качестве свидетеля обвинения в судебном заседании был допрошен Д., который пояснил суду, что Д. ее мать. Со Свиридовой В.Ю. знаком, неприязненных отношений не имеет к ней. В период с ***** по *******, в том числе в конце декабря **** года он регулярно приезжал на ****** с целью помощи маме, в физическом плане, связанным с разгрузкой товара, с оформлением витрины, потому что у мамы хронические заболевания суставов, позвоночника. Торговые точки мамы и ФИО2 находятся по соседству. В момент конфликта , ******* , он находился на рынке у мамы с самого утра. До ** декабря, в конце декабря ** и ** числа в их магазине пропали несколько вещей. Они были небольшие по стоимости, но это было все-таки довольно значительно. После этого его мама обратилась к соседям к ФИО2, к К. с вопросом о том знают ли они, кто бы это мог быть, потому что ключи от наших торговых мест, в частности, у ФИО2 были, поскольку они долгое время находились в дружеских отношениях. Мама хотела узнать, возможно они знают что-то о том, где их ключи находились, возможно они их кому-то передавали. Однако, соседи ФИО2, К., Ч. и К. восприняли этот вопрос остро и обратились в администрацию ****** с заявлением о том, что они якобы обвиняют их в воровстве и попросили в своём заявлении в администрацию ***** сделать так, чтобы они на этом рабочем месте больше не работали. ** декабря утром, когда они приехали на *****, к ним подошли представители администрации **** и сообщили что на них поступила жалоба от соседей по торговому комплексу и попросили подойти в администрацию. Ближе к ** часам подъехала С., его бабушка и мама Д. Она осталась на рабочем месте, присмотреть за вещами, а он с мамой отправились в администрацию рынка. В администрации им рассказали о жалобе. Мама объяснила свою позицию, и в том разговоре с администрацией сошлись на том, что «вы работайте, но пожалуйста без конфликтов». Они вышли из администрации. Возвращались к своему рабочему месту. Зайдя в свой павильон, к ним навстречу шла ФИО2, поравнявшись с ними, напротив их магазина она демонстративно отпрыгнула в сторону мамы, задела плечом и корпусом стоявшие манекены в магазине К., тут же громко оповестила весь ряд о том, что на нее напали, у нее есть ** свидетеля. По команде выбежали К., Ч. со своих мест. Тут же ФИО2 взяла свои очки, телефон, жилетку и отправилась в администрацию *******. Мама попросила ее не делать этого и отправилась вслед за ней. Он на тот момент остался на рабочем месте. События развивались довольно быстро. Буквально через минуту-две в комплекс зашла Б., это соседка по комплексу, она работает на другом ряду, и, увидев его, спросила «Почему ссорятся ****** и ******?». Он понял, что что-то происходит не то, обратился к своей бабушке, она находилась на рабочем месте, попросил ее никуда не ходить, а сам вышел и проследовал, поскольку понимал, что они шли в администрацию, в сторону администрации ******. Когда он вышел из комплекса, он повернул налево и увидел, что ФИО2 поднялась на две-три ступеньки выше. Мама стояла на первой ступеньке, и он увидел один из ударов, который ФИО2 нанесла Д. наотмашь локтем правой рукой в левую височную часть головы. Он ускорился. Затем ФИО2 заново начала подниматься по ступенькам спиной, зацепилась за ступеньку и упала. Мама начала подниматься следом. Тут же он появился, подбежал к ним и уже потом они пошли в администрацию. В администрации, ФИО2 заявила, что мама ее избила. После чего, они некоторое время находились в помещении администратора ****** чуть позже, минут через **, наверное, подошла свидетель К. соседка по комплексу и заявила, что С., бабушка, якобы разгромила витрину магазина ФИО2, чего естественно не было. Администрация ****** приняла решение, что во избежание дальнейших конфликтов им следует сменить рабочее место. И попросили их в срок до ** декабря освободить рабочее место, предоставив им место чуть дальше, но в этом же комплексе. Затем они вернулись в комплекс он, мама, ФИО2 и К. Он слышал от К. такую фразу «она тебя била, ну ничего страшного мы с нее все высудим и на очки тебе новые и на телефон все будет». Они доработали этот рабочий день, собрались вечером, приехали домой, он обратил внимание на плохое самочувствие своей мамы. Было очень высокое давление, однако после приема понижающих препаратов, давление лучше не стало. Наоборот, усилилась головная боль, началась рвота, они приняли решение обратиться в травмпункт. Оттуда их направили в больницу скорой медицинской помощи на *******, где им дежуривший врач посоветовал обратиться в полицию. ** декабря, утром они обратились в полицию. Маме дали направление на освидетельствование, которая она прошла. Он видел, как ФИО2 нанесла Д. один удар на ступеньках в администрацию, это был второй удар. Со слов мамы известно, что когда они шли, между зданиями ФИО2 нанесла ей кулаком один удар в левую часть головы, этого удара он не видел.
По ходатайству частного обвинителя/потерпевшей Д. в качестве свидетеля обвинения в судебном заседании была допрошена С., которая пояснила суду, что Д. ее дочь. ФИО2 работала с ее дочерью на ******, неприязненных отношений нет. Она сама часто бывает у дочери на ***** помогает, а ее внук, сын Д.,практически каждый день там. ******, дочь Д. позвонила и попросила ее приехать на ****** чуть раньше, сказала, что позвонили из администрации, попросили, чтобы она подошла в администрацию. Она подъехала, чтобы присмотреть за товаром, они с внуком В. остались, а Д. пошла в администрацию. Через некоторое время и В. пошел в администрацию. И где-то минуты через ** Д. и В. вернулись. Она спросила, все ли нормально. Дочь ответила, что все хорошо, будет работать дальше. Сказала, что вызывали по поводу того, что у неё пропал товар из магазина. И когда она вернулась и сказала, что всё нормально, навстречу Д. шла ФИО2 ФИО2 резко толкнула манекены К., они упали, и сказала, что Д. ее толкнула, у нее ** свидетеля, и пойдет в администрацию жаловаться. ФИО2 побежала в администрацию, потом минуты через ** появилась Б., она тоже торгует там, и сказала «что случилось, почему Н. и ФИО2, ссорятся на улице». Услышав это, В. попросил ее оставаться на месте, а сам пошел посмотреть, что там происходит, потому что он боялся за здоровье матери, у нее проблемы с позвоночником, она не могла совершать резких движений. К., Ч., К., все находились в своих магазинах и торговали, работали с покупателями. Затем, когда минуты через ** после того, как В. вышел, подошла К., заглянула и ушла куда-то. Потом В. пришел и сказал, что ФИО2 и К. обвинили ее в том, что она громит витрину ФИО2, хотя она стояла в магазине и не выходила. Затем вернулся В., Д. и К.К. подошла к ФИО2 и сказала «не волнуйся, мы тебе купим новый телефон, новые очки, все будет сделано как надо. Мы решим этот вопрос». Д. к вечеру стало очень плохо, т.к. она сказала, что ФИО2 ее несколько раз ударила по голове, шее, затылку. Со слов дочери ей стало известно, что когда проходили между двух зданий, ФИО2 ее первый раз ударила очень сильно кулаком по голове, и потом на ступеньках ударила сильно. Дома у нее началась тошнота, рвота. Видя, что состояние ее ухудшается, В. ее повез в скорую, в травмпункт, в больницу. На следующий день она, внук и дочь перевозили вещи в другое место этого же павильона. Д. выходила каждый день после *******, т.к. ей дали срок до ******* перевезти вещи. Дочь ходила в поликлинику на уколы, капельницы.
По ходатайству частного обвинителя/потерпевшей Д. в качестве свидетеля обвинения в судебном заседании была допрошена У., которая пояснила суду, что Д. знает на протяжении лет *******, как постоянный клиент, где-то два раза в год она приходит к ней в магазин на ******. ФИО2 знает, тоже приобретала у нее раза два товар. Неприязненных отношений нет. Очевидцем случившегося она не была. Где-то года назад, точно дату не помнит, конец октября-ноября ****, она была у Д. на *****, пришла как обычно покупать вещи. С Д., также был ее сын В. Когда она мерила вещи, В. вышел в проход из своего магазина, мимо проходила ФИО2 и высказалась грубо, в чей адрес ей неизвестно, но В. сказал, что она опять обзывает. А весной **** Д. сама позвонила и сообщила, что она поменяла место торговли, обзванивала своих постоянных клиентов..
По ходатайству частного обвинителя/потерпевшей Д. в качестве свидетеля обвинения в судебном заседании был допрошен Д., который пояснил суду, что он является врачом нейрохирургом в ГБУЗ СК «******». Д. знает, как пациента. Обстоятельства произошедшего с пациентом он уже не помнит, в **** было много пациентов за сутки. Если смотреть по документам, то он осматривал Д. ****** в ГБУЗ СК «******», была выявлена *******. По сути ******** является ушибом мягких тканей. Закрытая черепно-мозговая травма, не есть сотрясение головного мозга. В закрытую черепно-мозговую травму входит так же и контузия головного мозга разной степени, а сотрясение мозга считается, как легкая черепно-мозговая травма. Он полагает, что если он поставил диагноз сотрясение головного мозга, значит общемозговая симптоматика была точно. КТ или МТР Д. не проводилось, только рентген сделали. КТ нужно только для того, чтобы исключить ещё более серьезное повреждение. При сотрясение головного мозга на КТ всегда норма, если на КТ есть изменения, значит это уже более серьезная травма. Учитывая, что не было очаговой симптоматики не показано облучение.
По ходатайству стороны защиты в качестве свидетеля в судебном заседании была допрошена К., которая пояснила, что она знакома с *** годов со ФИО2, Д., неприязненных отношений нет, вместе работали на *******. До случившегося Д. оскорбляла ФИО2, она хотела угловое место для своего магазина, говорила ФИО2, что ей уже на пенсию пора. ******* Д. пришла на работу и обвинила их в воровстве, из ее бутика каких-то личных вещей, каких вещей она не конкретизировала. Она, ФИО2, К., Ч. пошли в администрацию рынка написать заявление, чтобы разобрались. Они все вернулись на рабочее место в павильон. Д. пошла в администрацию за администратором, а когда вернулась, ФИО2 стояла в проходе в павильоне около неё. Д. вбежала нанесла ФИО2 удары кулаком в бок, упали манекены. ФИО2 никаких ударов Д. не наносила. В этот момент К. сидела около Ч., чуть дальше от происходящего Ч. стояла возле своего бутика. Она сказала ФИО2, чтобы та шла и писала на Д. жалобу в администрацию *****. ФИО2 ушла. Из администрации ФИО2 вернулась в слезах, рассказала, что Д. ее ударила, сняла кофту и показала правую руку, которая была в синяках, ее всю трясло. Она дала ей валидол, ничего успокоительного у нее не было. А до, того как ФИО2 вернулась, вбежала Б. и сказала, что ФИО2 бьют около администрации. После ****** Д. каждый день находилась на рабочем месте. ******* был последний рабочий день, а со ** января все вышли на работу, Д. тоже была. А до ****** Д. перевозили свои вещи в другой магазин. ******ФИО2 была в трезвом состоянии.
По ходатайству стороны защиты в качестве свидетеля в судебном заседании была допрошена К которая пояснила, что знакома с Д. и ФИО2 около ***** лет, вместе торгуют на *******, неприязненных отношений нет. ******* Д. пришла с утра на работу, около ** часов и начала разговор о том, что у нее пропали вещи из магазина. Они немного опешили, за ** лет, которые она на ******, у них такого никогда не было. Начали интересоваться каким образом и что пропало, вначале она диалог вела со ФИО2, ее обвиняла в краже. Д. не называла, что именно у нее пропало. Была словесная перебранка. У Д., есть такая манера общения все с ухмылкой, с издевкой. Она постоянно к ним обращалась с каким-то унижением, что они старые, пенсионеры, им уже не место на ******. Она, ФИО2, К., Ч. решили пойти в администрацию. Там сказали написать заявление о том, что Д. обвиняет их в краже. Они написали заявление и пошли работать. Через некоторое время пришли сотрудники администрации рынка с предписанием Д. убрать с рынка. Д. побежала в администрацию, и длительное время ее не было. Они вышли в коридор, стояли, забежала разъярённая Д. ФИО2 стояла рядом с К., спиной к Д. Она сидела на пуфике в проходе рядом с местом Ч., а Ч. стояла рядом. Д. забежала и стала наносить удары ФИО2 в область головы, по спине кулаком наотмашь. ФИО2 такого не ожидала и потеряла равновесие, упала на манекены. Д. ушла в свой бутик, где находились ее мама и сын. Шум, гам, крики, начались. ФИО2 в слезах. Они сказали ФИО2, чтобы она шла в администрацию ******, сообщила о случившемся. И ФИО2 пошла на выход из павильона, Д. выскочила из своего бутика, догнала ФИО2 Дверь у них большая, стеклянная, и она видела, как ФИО2 спускалась по ступенькам, Д. ее догнала и нанесла удары. ФИО2 продолжила бежать в администрацию *****. Д. за ней. Через какое-то время, секунды какие-то, забежала в павильон Б., сообщила, что ФИО2 бьет Д. Она выскочила на улицу из торгового комплекса в этот промежуток, где администрация и увидела, как Д. наносила удары ФИО2, у ФИО2 упали очки, телефон на ступеньки. Там же находился и сын Д. ФИО2 лежала боком на ступеньках и держалась за поручень. Д. продолжает наносить ей удары. После этого конфликта, ***** она видела гематомы у ФИО2 на руке, на тазобедренном суставе. ******** Д., ее мать и сын были на ******, переносили вещи. ФИО2 не наносила ударов Д. и находилась в трезвом состоянии.
По ходатайству стороны защиты в качестве свидетеля в судебном заседании была допрошена Б., которая пояснила, что знакома с Д. и ФИО2, со всеми в хороших отношениях, вместе работают на *****, неприязненных отношений нет. ****** она приехала на работу, оставила машину на парковке на ******* со стороны ул. ******* г. Ставрополя. Шла к своему модулю, разговаривала через гарниру по телефону. Ей навстречу шла ФИО2 с телефоном в руках, следом за ней шла Д. с сыном. Она увидела, что Д. толкнула ФИО2 Она сказала, что происходит. ФИО2 ответила , что идет в администрацию *******.
Она поняла, что между ними произошел какой-то конфликт. Она продолжила разговор, и не заходила в павильон *****, стояла разговаривала по телефону. Обернувшись, она увидела, что когда ФИО2 и Д. поднимались по ступенькам в администрацию Д. с сыном толкнули ФИО2, отчего она упала, практически села на ступени, и началась какая-то перепалка. Она начала кричать, но сама после операции, поэтому вступить в защиту, не могла. Она забежала в модуль и крикнула «девочки, помогите Т, там Н бьет ее». Она тоже выбежала с девочками. ФИО2 удары Д. не наносила. На следующий день она видела Д. с мамой и сыном на рынке, они переносили вещи, т.к. им выделили другое место. И после праздников, где-то ** января она видела Д. на работе, а ФИО2 не видела, спрашивала у девочек, они сказали, что она плохо себя чувствует. Никогда она не видела ФИО2 в нетрезвом состоянии.
По ходатайству стороны защиты в качестве свидетеля в судебном заседании была допрошена Ч., которая пояснила, что знакома с Д. и ФИО2 по работе, работали на ********, неприязненных отношений нет. До случившегося, Д. проявляла к ФИО2 неприязнь, она постоянно ее затрагивала, ФИО2 молчала, хотя до этого у них были хорошие отношения. ******** вышла Д. из своего магазина и обвинила ее, ФИО2, К., К. в краже каких-то вещей из ее магазина. Они находились в шоке от таких обвинений. Они все вместе решили пойти в администрацию ******, там администратор им сказал написать заявление, что Д. обвиняет их в краже. Написали и ушли назад в павильон на рабочие места. Через некоторое время пришли к Д. администраторы с предписанием. Д. побежала в администрацию разбираться. Оттуда она вернулась разъяренная, влетела в павильон. К. сидела возле нее на пуфике. А она стояла разговаривала. Бутики у них всех рядом, кто-то напротив, кто-то сбоку. ФИО2 стояла с К. разговаривала в начале ряда, возле своих мест. Разговаривали по поводу обвинения в воровстве. Когда влетела Д. она сразу налетела на ФИО2, которая стояла спиной к ней, нанося удары, и ФИО2 упала на манекены. Все были ошеломлены от таких действий Д. ФИО2 они сказали идти в администрацию ****** и писать на Д. жалобу. ФИО2 пошла, Д. побежала за ней. Что там уже происходило, она не видела. Она оставалась внутри, вслед за ними побежала К.К. тоже осталась, т.к. они присматривали за местами. Мать Д. тоже осталась на месте, а сын Д. тоже пошел за матерью. Через некоторое время в павильон зашла Б. и сказала, что на улице Д. бьет ФИО2 На следующий день Д. была на своем рабочем месте, они с сыном и мамой перевозили вещи на другую точку, Д. всегда была на работе, и после праздников в начале января, примерно ******* начинает работать со ** января. После случившего ФИО2 вызывали скорую помощь, она не выходила на работу. ФИО2 ******* была в трезвом состоянии, запаха алкоголя не было.
По ходатайству стороны защиты в качестве эксперта в судебном заседании была допрошена К., являющаяся судебно-медицинским экспертом ГБУЗ СК ********, которая пояснила суду, что ею было составлено заключение эксперта за номером **** от ********. В распоряжении эксперта были предоставлены постановление участкового инспектора, три медицинские карты. Перечень медицинской карты на странице * данного заключения. Данные медицинские карты были ею проанализированы, и на основании анализа данных медицинских заключений были сделаны выводы, что Д. получила ********. Данное повреждение образовалось в результате ударного действия от тупого предмета/предметов и могли образоваться в срок *******. Характер повреждений, отмеченных у Д., исключает возможность образования при падении с высоты собственного роста, и данными повреждениями причинен легкий вред здоровью. В заключении экспертизы допущены технические описки, указано, что из представленной медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях ГБУЗ СК *******, в то время как в разделе «в распоряжение врача государственного судебного медицинского эксперта представлены» указана карта амбулаторного больного ГБУЗ СК ********. По документам у Д. выявлен *******, которая характерна для сотрясения головного мозга. При первичном осмотре у Д. был выявлен ********. Это состояние встречается при различных черепно-мозговых травмах, в том числе при сотрясении головного мозга, также может встречаться при заболеваниях головного мозга. Но иные сведения, другого характера, медицинского характера, свидетельствующих о том, что у больной имеются другие заболевания, у нее не было. Диагноз сотрясение головного мозга выставляется на основании комплекса, это на основании жалоб, на основании повреждений кожных покровов головы и на основании наличия неврологической симптоматики. Анамнез, наличие неврологической симптоматики, наличие гематомы в затылочной области, также динамическое наблюдение, то есть в течение нескольких осмотров невролог осматривал эту женщину, на основании всего комплекса этих данных был выставлен диагноз *********. По документам ********. Опоневроз - это сухожильный шлем головы. При описании врачом неврологом данного повреждения, не было описание размера, формы, иных признаков подоневропатической гематомы, была указана только локализация гематомы и все. В медицинской документации отсутствовали сведения, проводились ли Д. исследования КТ или МРТ. Гематома была визуализирована неврологом.
По ходатайству стороны защиты в качестве свидетеля в судебном заседании была допрошена Ж., которая пояснила суду, что она знакома с Д. и ФИО2 около ** лет, неприязненных отношений нет, рабочие отношения. Очевидцем случившегося она не была. Она не подписывала от своего имени характеристику на Д. ФИО2 ее не просила подписывать эту характеристику. Подпись в данной характеристике не её.
По ходатайству стороны защиты в качестве экспертов были одновременно допрошены члены повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы Х. и М.
Эксперт Х. пояснила, что на разрешение судебно-медицинской экспертной комиссии были поставлены следующие вопросы: установить степень тяжести вреда, механизм образования и локализацию телесных повреждений у Д., могла ли Д. получить данные телесные повреждения при обстоятельствах, указанных в заявлении, могла ли Д. получить данные телесные повреждения при падении с высоты собственного роста, могла ли она получить данные телесные повреждения, при обстоятельствах, не связанных с теми, которые указаны в заявлении о возбуждении уголовного дела? Какая неврологическая симптоматика выявлена врачом нейрохирургом и врачом неврологом, является ли выявленная неврологическая симптоматика у Д. специфической для сотрясения головного мозга? Является ли выявленный комплекс неврологических симптомов у Д., достаточным для установления диагноза сотрясение головного мозга? Ответ так же содержится в выводах. Какими объективными признаками подтверждено наличие ******** гематомы у Д. На все вопросы комиссия экспертов дала ответы. Выводы составлены на основании анализа полного комплекса представленных документов, в том числе заключении эксперта К. Члены экспертной комиссии пришли к выводу, о том что у Д. каких либо телесных повреждений не выявлено, диагноз ********, выставлен Д. необоснованно, поскольку не был подтвержден клиническими данными, в связи с чем не подлежат экспертной оценке. поэтому в части вопросов, которые связаны с обстоятельствами. Что касается *********, ответ так же содержится в составленных ими выводах о том, что для индикации данного диагноза, именно для того, чтобы диагностировать ***********, это кровоизлияние, то есть скопление крови непосредственно между *******, необходимо проведение более детального и более комплексного обследования, нежели только пальпации в данной области, которая было проведена врачом-нейрохирургом ***** городской больницы ГБУЗ СК «*******» ******, необходимо было проведение МРТ или КТ исследований. Если обратить внимание на последующее наблюдение у специалиста в амбулаторных условиях, нигде абсолютно никакие повреждения у Д. не зафиксированы. Для того, чтобы подтвердить или опровергнуть ********, необходимо КТ или МРТ. Травматологом, при обращении за медицинской помощью Д. не отражено о данных повреждениях. Если обратить внимание, в последующем имеется запись невролога, который ведет наблюдение Д. в амбулаторных условиях, наблюдаются жалобы о чувствах онемения, это к вопросу о наличии остеохондроза и в дополнении к тому, что остеохондроз сопровождается тем, что идет радиация в затылочную область и в плече-лопаточную область. Так же хотела бы дополнить по поводу тошноты, рвоты, головокружения, которая указывалась в жалобах Д. при осмотре нейрохирургом ********. Данные жалобы не являются ********, они составляют ********. При обращении к медицинской помощи Д. говорит, что у нее повышалось артериальное давление до ***, доказать данный факт не могут, в последующем при обращении за медицинской помощью, диагностировано давление до ***, то есть данное состояние, тошнота, рвота возможная либо головокружение могут быть одним из проявлений этой клинической болезни, при повышении давления, а не только при сотрясении головного мозга. Выводы повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы полностью подтвердила. Также пояснила, что в заключении судебно-медицинской экспертизы в некоторых местах допущена техническая ошибка при указании года, просила считать правильным - *******.
Эксперт М. пояснил, что он участвовал в повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы в отношении Д., хотел бы дополнить, что если доктор описывает ******** клинически в принципе, можно её описать, но должны быть очень четкие характеристики, врачом-нейрохирургом ****** городской больницы ГБУЗ СК «*******» ********* указаны только название повреждения ******** и локализация, размеры ****** не указаны, ни возвышения, насколько она возвышается над кожными покровами, напряженная или не напряженная, флюктуации нет, ни одного слова об этом нет. В формулировке диагноза, сотрясение головного мозга, ушиб мягких тканей шеи, откуда он взялся, вообще ничего не написано про шею, про ткани, ни одного слова про ткани в описании нет. Чтобы получить, согласно материалам дела, *********, а она обусловлена разрывом сосудов между надкостницей либо сосудов «шлема», так называется апоневроз, нужно получить значительный удар, то есть удар со значительной силой, чтобы разорвался сосуд, чтобы было свободно кровоизлияние в это межтканевое пространство. Это должно быть либо падение с ударом о жесткую плоскость на асфальт, может быть ускоренное с ударением о стену либо доской могут ударить, это должен быть с значительной силой удар. То есть, кулаком ******** или ладонью, не представляется возможным получить, ногой, обутой в обувь тоже можно, но ни ладонью, ни кулаком. И касательно всех остальных повреждений, отмечены были повреждения в области левого лучевого сустава, отечность, болезненность передвижении, нигде в других записях других врачей об этом слова ни одного нет, то есть не подтверждено. Должно всё-таки совпадать, это же травма криминальная. Опять же отечность в суставе, болезненность в суставе, может быть по причине разной, тот же артроз, тот же самый остеохондроз, тут могут быть варианты.
В соответствии с ч. 4 ст. 321 УПК РФ, обвинение в судебном заседании по делам частного обвинения поддерживает частный обвинитель, который в силу ст. 43 УПК РФ наделяется правами, предусмотренными ч.ч. 4-6 ст.246 УПК РФ, а именно: частный обвинитель представляет доказательства и участвует в их исследовании. Таким образом, законом на частного обвинителя возложена обязанность доказать обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ.
В соответствии со статьями 118 и 123 Конституции Российской Федерации суд осуществляет при рассмотрении уголовных дел исключительно функцию отправления правосудия и не вправе подменять государственные органы и должностных лиц, формулирующих и обосновывающих обвинение. Исходя из этого, обязанность по доказыванию обвинения в совершении преступления лежит на прокуроре, поддерживающем обвинение, а по делам частного обвинения- и на потерпевшем.
В качестве доказательств вины ФИО2, частным обвинителем Д. и ее представителем представлены свои показания, вышеуказанные показания свидетелей Д., С., У., Д., материалы проверки КУСП № **** от ******, а именно: рапорт оперативного дежурного дежурной части ОП № ** УМВД России по г. Ставрополю от ******* из которого следует, что ******* в ** час. ** мин. по телефону в дежурную часть отдела полиции поступило сообщение из травмпункта о том, что доставлена Д., избита женщиной, диагноз ушиб левого плечевого сустава, ягодичные области слева, ЗЧМТ, СГМ (?), объяснения ФИО2 от *******, заявление Д. от ******** из которого следует, что она просит привлечь ФИО2 к установленной законом ответственности за нанесение ей телесных повреждений (ушибов мягких тканей головы и шеи, сотрясение головного мозга) по адресу: г. Ставрополь, ул. *********, д.**, объяснения Д. от *******, справка СМП от ******* из которой следует, что Д. была осмотрена врачом, диагноз: ****, ******, ********, постановление о назначении медицинской судебной экспертизы от ********, рапорт УУП ОУУП и ДН ОП № ** УМВД России по г. Ставрополю от ******* из которого следует, что имеются достаточные основания, указывающие на отсутствие признаков состава преступления по ч. 1 ст.115 УК РФ, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 по ст.115 ч.1 УК РФ от *******, заключение эксперта № *** от ******** из которого следует, что у Д. каких-либо повреждений не выявлено, в распоряжении эксперта не представлены запрашиваемая медицинская документация, в связи с чем высказаться в категоричной форме о характере, механизме образования повреждений и сделать вывод о степени тяжести вреда, причиненного Д., не представляется возможным, запрос медицинский документов от *********, постановление об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 от *******, постановление о назначении медицинской судебной экспертизы Д. от *******, заключение эксперта № **** от ******* из которого следует, что анализ полученных данных показал, что Д. получила **********, данные повреждения образовались в результате ударного действия твердого тупого предмета (предметов), что могло иметь место в срок ********. Характер и локализация повреждений, отмеченных у Д., исключают возможность образования таковых «при падении с высоты собственного роста». Указанными повреждениями здоровью Д. причинен легкий вред здоровью по квалифицирующему признаку кратковременного его расстройства продолжительностью до трех недель, диагноз «********», выставленный Д. на основании однократного осмотра, не подтвержден объективными клиническими данными, в связи с чем, не подлежит судебно-медицинской экспертной оценке, медицинские документы Д., заключение специалиста ООО «******* № ******** от ******** П., из которого следует, что телесное повреждение в виде ******** (расценена врачом как ********) у Д. не было опасным для жизни, не повлекло за собой незначительной стойкой утраты общей трудоспособности расценивается как легкий вред здоровью, копия клинических рекомендаций сотрясение головного мозга ассоциации нейрохирургов России, также по ходатайству представителя частного обвинения была исследована видеозапись о нанесении телесного повреждения Д. *********.
Представленные стороной обвинения как доказательства вины ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ объяснения ФИО2 от *******, объяснения Д. от ****** не являются надлежащими доказательствами, поскольку согласно ст. 74 УПК РФ, объяснения доказательствами по делу не являются, для их получения УПК РФ установлены специальная процедура, другие основания и условия, и полученные в ходе выявления преступления или проверки сообщения о преступлении объяснения не могут подменять собой показаний подсудимого, потерпевшего, свидетеля, сообщенных ими на допросе в суде. Все эти лица опрошены в судебном заседании, где стороны имели возможность задавать им вопросы.
Представленные стороной обвинения как доказательства вины ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ рапорт оперативного дежурного дежурной части ОП № ** УМВД России по г. Ставрополю от ********, справка СМП от ********* из которой следует, что Д. была осмотрена врачом, постановление о назначении медицинской судебной экспертизы от ******, рапорт УУП ОУУП и ДН ОП № ** УМВД России по г. Ставрополю от ******* из которого следует, что имеются достаточные основания, указывающие на отсутствие признаков состава преступления по ч. 1 ст.115 УК РФ, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 по ст.115 ч.1 УК РФ от *******, заключение эксперта № *** от ******** из которого следует, что у Д. каких-либо повреждений не выявлено, запрос медицинский документов от ******, постановление об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 от *****, постановление о назначении медицинской судебной экспертизы Д. от *******, надлежащими доказательствами не являются, поскольку не содержат данных о совершении ФИО2 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ.
Суд не принимает в качестве доказательств вины ФИО2 заключение эксперта К. № **** от ******** о причинении Д. легкого вреда здоровью, поскольку данное заключение не может быть признано допустимым доказательством, поскольку оно опровергается заключением повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизой № *** от *******, из которого следует, что члены комиссии считают, что диагноз: ********, выставлен Д. необоснованно, так как не подтвержден объективными клиническими данными, данными анамнеза (утрата сознания, амнезия), наличием общемозговой и микроочаговой неврологической симптоматики, вегетативно-сосудистой дисфункцией, в связи с чем, не подлежит судебно-медицинской экспертной оценке. Отмеченная в неврологическом статусе при осмотре нейрохирургом и неврологом симптоматика в виде ********- не является патогномоничной для сотрясения головного мозга в условиях отсутствия достоверных специфических признаков-симптомов сотрясения мозга (симптом ******, потеря сознания, уровень сознания при осмотре-умеренное оглушение и др.). Члены комиссии отмечают, что в осмотре нейрохирургом ******* отмечена «********», однако данное повреждение не выявлено как при первичном *******, так и последующих осмотрах специалистов (*******). Вышеизложенное дает основание утверждать, что у Д. каких-либо повреждений в данной области не отмечено, поэтому данное повреждение не может быть квалифицировано. Члены комиссии утверждают, что Д. ******** каких-либо повреждений в виде кровоподтеков, ссадин и ран, а также следов в области головы, шеи, туловища и конечностей не причинено.
Суд приходит к выводу о более объективном и достоверном заключении экспертной комиссии № ** от ********, поскольку ее заключение является более развернутым, объективно обоснованным, сделанным по более полным обстоятельствам уголовного дела, на основании всех медицинских документов и более компетентными специалистами.
Кроме того, заключение эксперта К. № **** от ******** было получено в ходе проверки сообщения о преступлении, и находится в материалах проверки по заявлению Д. в отношении ФИО2 по ч. 1 ст. 115 УК РФ (КУСП ******), который направлен ОП № ** УМВД России по г. Ставрополю в мировой суд и исследован в ходе судебного следствия, а также копии данного КУСП приобщены к материалам уголовного дела.
В соответствии с п. 1.2 ст. 144 УПК РФ полученные в ходе проверки сообщения о преступлении сведения могут быть использованы в качестве доказательств при условии соблюдения положений статей 75 и 89 настоящего Кодекса. Согласно положениям статьи 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных статьей 73 настоящего Кодекса.
Требования уголовно-процессуального закона к получению доказательства в виде заключения эксперта на досудебной стадии регламентированы статьей 195 УПК РФ. Согласно требованиям, ч. 3 ст. 195 УПК РФ, а также разъяснениям, изложенным в пункте 9 Постановления Пленума Верховного суда РФ N 28 от 21.12.2010 «О судебной экспертизе по уголовным делам», подозреваемый, обвиняемый и их защитники, а также потерпевший должны быть ознакомлены с постановлением о назначении экспертизы до ее производства.
Указанные требования закона при получении заключения эксперта № **** от ******* не выполнены. В материале КУСП № **** имеется копия постановления УУП ОУУП и ДН ОП № ** УМВД России по г. Ставрополю лейтенанта полиции К. от ******, которым назначена судебно- медицинская экспертиза по материалам проверки сообщения по факту причинения телесных повреждений Д., однако, сведений об ознакомлении с ним лиц, перечисленных в ч. 6 ст. 195 УПК РФ, не имеется.
Довод представителя частного обвинителя о том, что вина подсудимой подтверждается содержанием заключения судебно-медицинской экспертизы N **** от ******* является несостоятельным, поскольку указанная экспертиза признана судом недопустимым доказательством.
Суд не принимает в качестве доказательства вины ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, предоставленное стороной обвинения заключение специалиста ООО «********** № ******** от ******* П., из которого следует, что телесное повреждение в виде ******* (расценена врачом как ********) у Д. не было опасным для жизни, не повлекло за собой незначительной стойкой утраты общей трудоспособности расценивается как легкий вред здоровью, поскольку указанному специалисту материалы уголовного дела для исследования не предоставлялись, сами исследования проведены вне рамок уголовного дела, специалист не предупреждался об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Фактически специалист П. в своем заключении дает свое суждение относительно заключения комиссии экспертов, и он не наделен полномочиями по их оценке, что в силу закона относится к исключительной компетенции суда. Кроме того, в силу ч. 3 ст. 80 УПК РФ заключение специалиста не может заменить заключение эксперта.
Суд не принимает в качестве доказательства вины ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, предоставленные стороной обвинения клинические рекомендации сотрясение головного мозга ассоциации нейрохирургов России без даты утверждения, согласования Министерством Здравоохранения РФ, кроме того клинические рекомендации не являются обязательными и носят рекомендательный характер.
Из видеозаписи от ********, просмотренной в судебном заседании усматривается, что ФИО2 быстрым шагом идет к ступенькам администрации рынка, следом за ней идет Д., которая хватает ФИО2 за плечи, удерживает ее, ФИО2 пытается освободиться, отталкивает Д., Д. продолжает удерживать ФИО4, толкает ее, ФИО2 падает на ступеньки, поднимается, пытается зайти в здание администрации *****, но ей путь преграждают Д. и ее сын Д. Из данной видеозаписи не усматривается, что ФИО2 нанесла удар Д., а напротив Д., удерживает, хватает, толкает ФИО2 Представленная стороной обвинения данная видеозапись не подтверждает причинение телесного повреждения Д. В связи с чем, суд не принимает в качестве доказательства вины ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ данную видеозапись.
Оценив каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, суд считает их совокупность недостаточной для безусловного утверждения причастности подсудимой ФИО2 к совершению преступления, инкриминируемого ей частным обвинителем.
Со стороны защиты представлены показания свидетелей К., К., Б., Ч., Ж., эксперта К., экспертов Х., М., заключение повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № ** от ******** из которой следует, что члены комиссии считают, что диагноз: *******, выставлен Д. необоснованно т.к., не подтвержден объективными клиническими данными, данными анамнеза (утрата сознания, амнезия), наличием общемозговой и микроочаговой неврологической симптоматики, вегетативно-сосудистой дисфункцией, в связи с чем, не подлежит судебно-медицинской экспертной оценке. Отмеченная в неврологическом статусе при осмотре нейрохирургом и неврологом симптоматика в виде *******, покачивание в позе Р- не является патогномоничной для сотрясения головного мозга в условиях отсутствия достоверных специфических признаков-симптомов сотрясения мозга (симптом *******). Члены комиссии отмечают, что в осмотре нейрохирургом ****** отмечена «*******», однако данное повреждение не выявлено как при первичном *******, так и последующих осмотрах специалистов (*******). Вышеизложенное дает основание утверждать, что у Д. каких-либо повреждений в данной области не отмечено, поэтому данное повреждение не может быть квалифицировано. Члены комиссии утверждают, что Д. ******* каких-либо повреждений в виде кровоподтеков, ссадин и ран, а также следов в области головы, шеи, туловища и конечностей не причинено, положительные характеристики на ФИО2 с места жительства и работы, копия постановления мирового судьи судебного участка № ** ******* района Ставрополя от ****** о привлечении Д. к административной ответственности по ст. 6.1.1 КоАП РФ, вступившего в законную силу *******, копия решения ******* районного суда г. ******* от ******** о взыскании с Д. в пользу ФИО2 морального вреда, судебных расходов, вступившего в законную силу *******, скриншоты покадровых фотографий с видеозаписи от ******, карту вызова скорой медицинской помощи № ****** от *******, акт исследования № ** ФИО2, согласно выводам которого выявлены *******, образовавшиеся в результате ударного действия твердых тупых предметов, что могло иметь место ******* и не могли быть получены «при падении с высоты собственного роста», заявления в МУП «*******» от индивидуальных предпринимателей и работников ****** с просьбой расторгнуть с Д. договор аренды торгового места, цветная фотография ФИО2, на которой запечатлены гематомы после нападения ****** на нее Д.
Оценивая представленные стороной защиты заявления в МУП «******» от индивидуальных предпринимателей и работников ****** с просьбой расторгнуть с Д. договор аренды торгового места, суд приходит к выводу, что они не имеют отношения к обстоятельствам, имевшим место *****.
Представленные стороной защиты копия постановления мирового судьи судебного участка № ** ******** района Ставрополя от ******* о привлечении Д. к административной ответственности по ст. 6.1.1 КоАП РФ, копия решения ********* районного суда г. ******** от ******* о взыскании с Д. в пользу ФИО2 морального вреда, судебных расходов, скриншоты покадровых фотографий с видеозаписи от *******, карта вызова скорой медицинской помощи № ******** от ********, акт исследования № ** ФИО2, согласно выводам которого у ФИО2 выявлены ********, образовавшиеся в результате ударного действия твердых тупых предметов, что могло иметь место ******* и не могли быть получены «при падении с высоты собственного роста», подтверждают, что напротив, Д. ******* нанесла побои ФИО2
Также стороной защиты в качестве характеризующих личность ФИО2 предоставлены положительные характеристики ФИО2 по месту работы и жительства, копия свидетельства о заключении брака, копии свидетельств о рождении детей, справки о наличии заболеваний.
Мировой судья, исследовав и проанализировав в совокупности доказательства, представленными сторонами обвинения и защиты, и считая их достаточными для разрешения уголовного дела, пришел к следующему выводу.
В соответствии со ст. 14 УПК РФ обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном настоящим Кодексом порядке. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту обвиняемого, лежит на стороне обвинения. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого.
В соответствии с требованиями ст. 240 УПК РФ приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.
В соответствии со ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию событие преступления, характер и размер вреда, причиненного преступлением; виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы; обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого; обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния; обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания.
Ч. 1 ст. 115 УК РФ образует состав преступления как умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности.
Объективная сторона преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, выражается в умышленном причинении легкого вреда здоровью, вызвавшем кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности.
Подсудимая ФИО2 в судебном заседании виновной себя в совершении инкриминируемого ей деяния не признала, утверждала, что она не причиняла Д. телесных повреждений. Умысла на причинение телесных повреждений Д. у неё не имелось.
Оценивая показания подсудимой ФИО2, суд считает, что они являются достоверными, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела установленным судом, подтверждаются совокупностью исследованных доказательств и не противоречат им.
Суд, оценив показания частного обвинителя/потерпевшей Д., находит их не в полной мере логичными и объективными, вызывающими сомнения в достоверности. Так, в своем заявлении о привлечении ФИО2 к ответственности, зарегистрированное в ОП № ** УМВД России ****** Д. указывает, что ей причинены телесные повреждения в виде ******, в данном заявлении отсутствует на указание ******, которые она указала при первичном осмотре у травматолога-ортопеда ****** в ** час.** мин. При проведении экспертиз в отношении Д. со слов свидельствуемой ****** ФИО2 нанесла ей удар кулаком по голове, удар кулаком по плечу. В судебном заседании Д. поясняла, что ФИО2 нанесла ей один удар кулаком в область головы, а затем еще удары по голове и плечу, чем не помнит, возможно локтем, она не поняла. Показания Д. опровергаются показаниями свидетелей К., К., Ч., Б., а также видеозаписью от ******, заключением повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизой № *** от ******.
Допрошенные в судебном заседании свидетели К., К., Ч. показали, что никаких телесных повреждений ФИО2 Д. не наносила, а напротив Д. в павильоне ***** нанесла удары ФИО2 Допрошенная свидетель Б. пояснила в судебном заседании, что она видела, как Д. в промежутке между администрацией ******* толкнула ФИО2, потом когда ФИО2 и Д. поднимались по ступенькам в администрацию ****** Д. толкнула ФИО2 и та упала, присев на ступеньки, при этом ФИО2 никаких ударов не наносила. Свидетель К. также подтвердила, что она видела , как на ступеньках в администрацию рынка Д. нанесла удары ФИО2, а ФИО2 ударов Д. не наносила. Факты нанесения ударов Д. ФИО2 подтверждаются копий постановления о привлечении Д. к административной ответственности по ст. 6.1.1 КоАП РФ, постановление вступило в законную силу.
Мировой судья признает показания данных свидетелей достоверными, поскольку они даны ими в соответствии с требованиями закона, при разъяснении обязанности давать правдивые показания и при предупреждении их об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Показания свидетелей, логичны, не содержат существенных противоречий, дополняют друг друга и соответствуют другим доказательствам по делу, в том числе и с показаниями подсудимой ФИО2
Оснований для признания показаний данных свидетелей недопустимыми доказательствами не имеется. Кроме того, тот факт, что свидетели Б. и К. являлись очевидцами происходящего, а не узнали о случившемся со слов участников, увеличивает доказательственную ценность их показаний. Данных, свидетельствующих об оговоре потерпевшей свидетелями, материалы дела не содержат.
Вышеуказанные доказательства получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, являются последовательными, соответствуют обстоятельствам дела, не противоречат друг другу, подтверждаются другими материалами дела и в совокупности с иными исследованными в судебном заседании доказательствами.
Показания свидетелей С., У., Ж. мировым судьей не могут быть приняты во внимание ввиду того, что последние не являлись непосредственными очевидцами произошедшего, о случившемся им стало известно со слов потерпевшей.
Оценивая показания свидетеля Д., пояснившего в судебном заседании, что он видел, как на ступеньках администрации ****** ФИО2 нанесла Д. наотмашь один удар правой рукой в левую височную часть головы, суд не находит их логичными, объективными, поскольку показания данного свидетеля противоречат исследованным в судебном заседании доказательствам и показаниям иных допрошенных свидетелей, также его показания опровергаются видеозаписью, исследованной в судебном заседании, из которой не подтверждаются показания свидетеля Д. о нанесении ударов ФИО2 Д.
Оценивая показания свидетеля Д. пояснившего, что при осмотре Д. ******* им была выявлена *******, суд приходит к выводу, что данные показания свидетеля не могут являться доказательством вина ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ст. 115 ч.1 УК РФ, поскольку опровергаются заключением повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № ** от *******, а также допрошенными в судебном заседании членами повторной комиссионной экспертизы Х., М.
Оценивая показания эксперта К., суд приходит к выводу, что данные показания свидетеля не могут являться доказательством вина ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ст. 115 ч.1 УК РФ, поскольку опровергаются заключением повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № ** от ********, а также допрошенными в судебном заседании членами повторной комиссионной экспертизы Х., М.
Согласно выводов заключения повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № ** от ****** следует, что из представленного подлинника медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № ******* ГБУЗ СК «******» следует, что Д. ****** первично обратилась за медицинской помощью и была осмотрена врачом травматологом-ортопедом с жалобами на боли в области левого плечевого сустава, верхней трети левого бедра, головокружение, тошноту. При осмотре отмечалась незначительная отечность области левого плечевого сустава, болезненность при пальпации мягких тканей верхней трети бедра. Неврологический статус при осмотре не был отражен. Выставлен предварительный диагноз: «********». В последующем из представленного подлинника медицинской карты № ***** амбулаторного больного ГБУЗ СК «******» г. Ставрополя следует, что Д. ****** в ** час.** мин. обратилась за медпомощью и была осмотрена врачом-нейрохирургом с жалобами на головную боль, тошноту, рвоту, головокружение. Локально при осмотре в области затылочной области выявлена *******. В неврологическом статусе отмечено: сознание ясное. Зрачки одинаковые. Нистагм горизонтальный. В позе ***** покачивается в обе стороны. Выставлен диагноз» *****. Сотрясение головного мозга. *******. Из представленное медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № ****** ГБУЗ СК «******» Д. дважды была осмотрена неврологом, с жалобами на головную боль, онемение в затылочной области слева, головокружений, тошнота, рвота была дважды. Неврологический статус при осмотре: Глазные щели равны, зрачки равны. Конвергенция достаточная. Нистагм в крайних горизонтальных отведениях. В позе ****** устойчив ПНП выполняет удовлетворительно. Без специфических данных за черепно-мозговую травму. Однако, выставлен диагноз: «*******».
Члены комиссии считают, что диагноз: ********а, выставлен Д. необоснованно так как, не подтвержден объективными клиническими данными, данными анамнеза (утрата сознания, амнезия), наличием общемозговой и микроочаговой неврологической симптоматики, вегетативно-сосудистой дисфункцией, в связи с чем, не подлежит судебно-медицинской экспертной оценке. Отмеченная в неврологическом статусе при осмотре нейрохирургом и неврологом симптоматика в виде нистагмоида в крайних горизонтальных отведениях, покачивание в позе *******- не является патогномоничной для сотрясения головного мозга в условиях отсутствия достоверных специфических признаков-симптомов сотрясения мозга (********). Члены комиссии отмечают, что в осмотре нейрохирургом ****** отмечена «********», однако данное повреждение не выявлено как при первичном *******, так и последующих осмотрах специалистов (******). Вышеизложенное дает основание утверждать, что у Д. каких-либо повреждений в данной области не отмечено, поэтому данное повреждение не может быть квалифицировано. Члены комиссии утверждают, что Д. ****** каких-либо повреждений в виде кровоподтеков, ссадин и ран, а также следов в области головы, шеи, туловища и конечностей не причинено.
Выводы экспертизы являются ясными, понятными и непротиворечивыми, подробно мотивированы и научно обоснованы, подтверждаются другими исследованными в судебном заседании доказательствами.
Нарушений уголовно-процессуального законодательства при проведении экспертных исследований не усматривается.
Оснований для признания заключения комиссии экспертов № ** от ******* недопустимым доказательством у суда не имеется.
Перед выполнением повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы все члены комиссии были предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ, им были разъяснены права и обязанности, предусмотренные статьей 57 УПК РФ.
Кроме того, допрошенные в судебном заседании члены комиссии эксперты Х., М. свои выводы подтвердили, были предупреждены по ст. 307 УК РФ. Оснований считать недостоверными их показания, в том числе и о том, какие документы являлись предметом исследования, у суда не имеется. Убедительных аргументов, позволяющих усомниться в незаинтересованности экспертов в исходе дела, обвинение не приводит. О допросе всех членов комиссии судебной –медицинской экспертизы участники процесса не настаивали.
Суд полагает необходим положить в основу приговора данное заключение экспертов.
Оснований для назначения повторной судебно-медицинской экспертизы не имелось.
Довод представителя частного обвинителя/потерпевшего о том, что членами экспертами не даны ответы на все поставленные судом вопросы в постановлении о назначении экспертизы является необоснованным, оснований не доверять заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы не имеется. Экспертное исследование проведено в соответствии с требованиями закона, каких-либо нарушений, которые влекли бы признание заключения экспертов недопустимым доказательством, не установлено. Выводов вероятностного характера экспертиза не содержит.
Судом с достоверностью не установлено, что указанные в заявлении частного обвинителя (потерпевшего) телесные повреждения, были умышленно причинены подсудимой ФИО2
Таким образом, суд приходит к выводу, что стороной обвинения не представлено достаточных объективных и бесспорных доказательств причастности подсудимой ФИО2 к совершению преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, в связи с чем подсудимая подлежит оправданию.
В соответствии с частью 2 статьи 14 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения.
Оценивая совокупность всех доказательств, исследованных по делу, суд приходит к выводу, что в соответствии со ст.ст. 14, 15 УПК РФ, суду не представлено и в ходе судебного разбирательства не добыто убедительных бесспорных достоверных и достаточных доказательств того, что телесные повреждения Д. были причинены именно подсудимой ФИО2, поэтому суд считает, что вина ФИО2 в совершении инкриминируемого ей деяния не нашла своего объективного подтверждения, вследствие чего подсудимая подлежит оправданию за отсутствием в действиях подсудимой состава преступления.
При этом, суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержение доводов, приводимых в защиту обвиняемого, лежит на стороне обвинения.
Кроме того, в силу принципа презумпции невиновности обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в том числе отдельных его составляющих (формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств и т.д.), толкуются в пользу подсудимого.
В соответствии с ч.4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.
В ходе судебного разбирательства мировым судьей достоверно установлено, что предъявленное подсудимой ФИО2 обвинение не доказано, доказательств виновности последней в совершении инкриминируемого ей деяния, не имеется.
Учитывая все приведенные обстоятельства, суд считает, что ФИО2 подлежит оправданию по предъявленному ей обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 115 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ и п. 3 ч.2 ст.302 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления.
В соответствии с ч. 2 ст. 306 УПК РФ при постановлении оправдательного приговора, вынесении постановления или определения о прекращении уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктом 1 части первой статьи 24 и пунктом 1 части первой статьи 27 УПК РФ, суд отказывает в удовлетворении гражданского иска.
Согласно разъяснениям, приведенным в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации на лиц, в отношении которых вынесены такие решения, не распространяются.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 302-306, 322,323 УПК РФ,
ПРИГОВОР И Л:
ФИО2 признать невиновной по предъявленному частному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 115 УК РФ, и оправдать на основании п. 3 ч.2 ст.302 УПК РФ в связи с отсутствием в действиях подсудимой состава преступления.
Иск Д. о взыскании со ФИО2 300000 рублей в счет компенсации морального вреда, 50000 рублей в счет возмещения расходов по оплате услуг адвоката - оставить без рассмотрения.
Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ленинский районный суд г. Ставрополя в течение пятнадцати суток со дня его провозглашения.
В случае подачи апелляционной жалобы оправданная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем указывается в апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.
Мировой судья О.Ю. Портянкина
Согласовано