Дело № 1 -11/2023
ПРИГОВОР
Именем Российской Федерации
29 сентября 2023 года мировой судья судебного участка №5 г.Бийска Алтайского края Шестопал А.В., при секретаре Фоминой Е.Н., с участием частного обвинителя, потерпевшей <ФИО1> подсудимого ФИО10 защитника Татарниковой О.В.
рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении
ФИО10, родившегося <ДАТА2> в <АДРЕС>, <ОБЕЗЛИЧЕНО>, зарегистрированного по адресу: <АДРЕС>фактически проживающего по адресу<АДРЕС><ОБЕЗЛИЧЕНО>,
обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.128.1 УК РФ,
УСТАНОВИЛ:
Частный обвинитель (потерпевшая) <ФИО1> обратилась в суд с заявлением о привлечении ФИО10 к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст. 128.1 УК РФ.
<ФИО1> подсудимый ФИО10 обвиняется в распространении в отношении неё клеветы <ДАТА> 2022 года около <АДРЕС>. Обратился к жителям дома по адресу: <АДРЕС>: <ФИО2> и <ФИО3> громко кричал, чтобы его все слышали «…ладно у <ФИО4> справка, вы то нормальные люди, что вы её слушаете, нашли кого слушать, попали под её влияние. Она вас подмяла под себя, а вы ей верите. В доказательство своих слов ФИО10 сказал, «что возмет справку в больнице и обнародует её всем жителям дома» о её психическом заболевании.
Стоящией рядом с ней <ФИО5>и <ФИО6>, пришедшие с ФИО10, говорили ей «…да у тебя весенне-осеннее обострение, при этом ехидно улыбались». Кроме того, <ДАТА4>, когда она находилась возле <АДРЕС> вышеуказанного дома, мимо неё проходил ФИО10 и высказал в её адрес слова «… что опять буянишь, вызовем психиатрическую бригаду и тебя увезут на лечение». Она никогда не состояла на учете в психиатрическом диспанере и не проходила лечения в психиатрической больнице. Другие жители дома не считают её психически больным человеком. Считает, что высказанная ФИО10 в её адрес клевета о том, что она психически больной человек, является беспочвенным обвинением, не подтверждается фактами, имеет целью скрыть действия самоуправства ФИО10 и ложную информацию, которую он выдает за правду.
ФИО10 было известно, что она не является писхически больным чнеловеком, так как он ранее к ней неоднократно обращался за советами и она ему помогала. Распространение ФИО10 оскорбительных слов в отношении неё, причинило вред её здоровью, направлены против её чести, репутации и достоинства. Данные сведения являются ложными, дискредитируют её в глазах окружающих, поставили в унизительное положение, возбуждают негативное к ней отношение у жителей дома, в котором она проживает, вражду, травлю и недоверие. Частный обвинитель полагает, что ФИО10 совершил в отношении нее преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 128.1 УК РФ.
Подсудимый ФИО10 вину в совершении преступления не признал. В ходе судебного следствия показал, что <ДАТА5> действительно состоялось собрание жителей многоквартирного дома по адресу: <АДРЕС> по поводу установки возле дома будки для бродячей собаки. Поводом для проведения собрания послужили жалобы от жителей <АДРЕС> от <ФИО7> и со <АДРЕС> от <ФИО8>, по поводу того, что эта собака пугает маленьких детей. Он позвонил в управляющую компанию и сообщил, что возле <АДРЕС> дома по вышеуказанному адресу установлена будка для собаки. В ответ <ФИО9> ему пояснила, что к ним обратилась <ФИО1> с запросом о реестре жителей дома, так как её в управляющей компании разрешения на установку будки не дали. Так как он являлся домкомом, то позвонил участковому, сообщил об установке будки и попросил, чтобы участковый приехал на собрание жителей, зафиксировать этот факт, так как он должен был отреагировать на поступившие жалобы. Он сообщил <ФИО8> и <ФИО7>, что приедет участковый, которому они могут высказать свои жалобы по поводу установки будки. Потом он позвонил <ФИО12>, которая является секретарем дома. Вечером этого дня жители собрались возле <АДРЕС> дом, где была установлена будка, присутствовали <ФИО7> и её супруг, <ФИО8>, потом подошли <ФИО12>, <ФИО14> ФИО11, <ФИО5>. Все разговаривали между собой и ждали участкового. С балкона третьего этажа услышали крики <ФИО1>, которая то выходила на балкон, то вновь заходила в свою квартиру, при этом жестикулировала руками. Он и <ФИО7> попросили <ФИО1> выйти на улицу. Через 7-10 минут она спустилась к подъезду, была взволнована, агрессивна, называла его самозванцем, говорила, что он подделывает подписи и обманывает жильцов. На вопросы про будку она не отвечала. Позднее приехала <ФИО3>, которая подошла к ним, стала рассказывать, что будку изготовил её муж и они её установили. В это время подошла женщина из соседнего дома и пояснила, что собака, для которой установили будку, её покусала. После 19 часов приехал участковый. В его присутствии <ФИО1> и <ФИО3> кричали, <ФИО1> толкнула <ФИО5>. Он на провокации и крики <ФИО18> не реагировал, разговаривал спокойно. Потом жильцы дали объяснения участковому и разошлись по домам. Еще когда вступил в должность домкома, он интересовался в управляющей компании и ему сообщили что у <ФИО1> <ОБЕЗЛИЧЕНО> и предоставляются льготы. <ФИО1> делилась <ОБЕЗЛИЧЕНО> если поругается во дворе с кем-либо, бывает <ОБЕЗЛИЧЕНО>. Ни о какой справке у <ФИО1> он не говорил. Ему не было известно имеется ли у <ФИО1> психическое заболевание или нет. <ФИО1> он не называл психически больной, считает её умным и образованным человеком. <ДАТА6> он с <ФИО1> не встречался и не разговаривал.
Частный обвинитель (потерпевшая) <ФИО1> в судебном заседании поддержала обвинение, настаивала на привлечении ФИО10 к уголовной ответственности за распространение в отношении неё клеветы, указав, что в судебном заседании уже было оглашено её заявление, подтвердила изложенные в нем обстоятельства, настаивала на привлечении ФИО10 к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ. Дополнительно показала, что в течении двух лет во дворе дома, где она проживает, жила бездомная собака по кличке «Найда». Её все жители подкармливали и в холодное время запускали в подъезды. Решили поговорить с людьми, чтобы сделать для этой собаки будку, чтобы у нее было свое место. С этим вопросом она обратилась к ФИО10 , который избрал себя домкомом, с просьбой распечатать реестр. Он отказался, после чего она обратилась в управляющую компанию и <ФИО19> ей выдала этот реестр, в котором были недостоверные сведения о жителях дома. Дело было к осени, ФИО10 предалгал ей собрать по 50 рублей на изготовление будки, но она отказалась. Муж <ФИО3> согласился сделать будку, а она в этот период собирала подписи жителей на установку будки. Для установки этой будки она даже убрала цветы с клумбы, которые ранее сама посадила. Эту будку фактически не было видно, её закрывал дикий виноград, однако ФИО10 она помешала, так как он себя считал домкомом и <ДАТА> он выбросил эту будку из палисадника. Из окна своей квартиры она стала кричать ему зачем он это делает, но он не ответил. Когда вечером в этот же день она вышла на свой балкон, то увидела, что <ОБЕЗЛИЧЕНО>собрались ФИО10, <ФИО6>, <ФИО5>, <ФИО7>, <ФИО14>, стали ей кричать чтобы выходила на улицу. Она вышла к подъезду с соседом <ФИО2>. В это время к подъезду подъехала <ФИО3> и в её присутствии ФИО10 стал её допрашивать кто изготовил будку. <ФИО22> с балкона крикнул, что он изготовил будку. ФИО10 стал кричать, что он является домкомом и без его разрешения будку устанавливать не имели права. Она ему возразила, что домкомом он избран незаконно, что позднее было подтверждено решением Бийского городского суда о признании недействительным решения общего собрания об избрании ФИО10 домкомом. После её возражений ФИО10 сказал «Что Вы её слушаете., Вы номальные люди», при этом обращался к <ФИО3> и <ФИО2>, «А у <ФИО4> справка, она тут несет бред» и обещал в доказательство своих слов взять справку в больнице и всем показать. Рядом стояли <ФИО6> с <ФИО5>, стали хихикать «С высшим образованием, у тебя осенее обострение?». Она ответила им тем же, а ФИО10 сообщила, что он говорит неправду по поводу справки. ФИО10 постоянно себя представляет руководителем, кричит на жильцов, а на собрании вел себя агрессивно. Когда приехал участковый, ФИО10 пошел к нему, сел в машину и потребовал, чтобы участковый написал так, как ему сказал ФИО10. Все это время собака бегала рядом с маленькими детьми и никого не покусала. Её участковый опрашивать не стал, хотя она собиралась сообщить, что ФИО10 фактически украл будку. Тогда она спросила у ФИО10 «Если ты называешь меня больным человеком, а ты оскорбляешь больного, ты тогда кто?». Он ей ответил, что её не оскорблял. После этого она пришла домой, позвонила дочери и всей рассказала. <ДАТА6> возле <АДРЕС> дома по адресу: <АДРЕС> ФИО10 ей сказал конкретно «Увезу тебя в психушку на лечение». Говорил он громко, мимо проходили люди и могли слышать его слова. После высказанной ФИО10 клеветы у неё был <ОБЕЗЛИЧЕНО>ФИО10 заявил, что информацию про справку у <ФИО1> ему сообщили в управляющей компании. Он не понимая, о чем эта справка, сделал вывод, что если есть справка, то <ФИО1> <ОБЕЗЛИЧЕНО> На самом деле она никогда не стояла на учете в психиатрической больнице и у психиатра лечение не проходила. ФИО10 не является для неё близким человеком, с которым бы она делилась сведениями про свое здоровье. Сказала ему про <ОБЕЗЛИЧЕНО>, когда ФИО10 заставлял её таскать ветки и грести. ФИО10 собрал на собрание свидетелей, которые к ней испытвают неприязненные отношения, а потом их позвал в судебное заседание. Считает себя хозяином, требует чтобы все исполняли его распоряжения, постоянно лжет. Оскорблять её ФИО10 продолжает до настоящего времени: сменил замки в подвале, выкрутил лампочки, принес к её двери рыбьи головы, разбросал все в подвале, вызывал полицию с ней разобраться. Доказательствами обвинения, помимо показаний потерпевшей, стороной обвинения представлены показания свидетелей <ФИО3>, <ФИО23> Свидетель <ФИО3> в судебном заседании <ДАТА7> показала, что вечером <ДАТА5> она с работы подъехала к дому где проживает по адресу: <АДРЕС>. ФИО10 бросился сразу к ней, разговаривал с ней очень эмоционально, кричал на неё, спрашивал почему не согласовали с ним как с домкомом установку будки для собаки . На это <ФИО1> сказала ему что он не домком, так как не набрал голосов. Он, <ФИО1>, <ФИО2> и ФИО10 стояли возле дома, где расположена парковка, а другие жители рядом <АДРЕС>. Она согласилась с <ФИО25> на что ФИО10 сказал, что она попала под влияние <ФИО1>, у которой «…справка, а вы нормальные люди». Она ответила ФИО10, что является взрослым человеком и под влиянием <ФИО25>не находится. ФИО10 в ответ сказал, что может достать справку в отношении <ФИО1> и подтвердить что она не адекватная. Рядом стояли <ФИО6> и <ФИО5>, которые находятся с ФИО10 в хороших отношениях, усмехались, говорили «У <ФИО1> осеннее обострение». <ФИО1> ответила ФИО10 «Если у меня справка, то зачем ты со мной связываешься?» На вопрос защитника свидетель пояснила, что фраза ФИО10 про справку у <ФИО1> была так построена, что у <ФИО4> имеется психическое заболевание. Именно после слов ФИО10, <ФИО6> с <ФИО5> сказали, что у <ФИО1> очередное обострение. После слов ФИО10 про справку, было видно, что Людмиле не приятно. Позднее <ФИО1> ей рассказала, что <ОБЕЗЛИЧЕНО> Свидетель <ФИО23>, в судебном заседании <ДАТА8> показала, что является дочерью <ФИО1> В районе, где они проживают, около <ОБЕЗЛИЧЕНО> проживала бездомная собака «Найда». С ней играли дети, жители запускали её ночевать в подъезд, а затем решили поставить для неё будку, согласовав этот вопрос с управляющей компанией. ФИО10 предложил собрать с жителей деньги для изготовления будки, но мама отказалась. Потом сделали эту будку и поставили возле <АДРЕС> и <ДАТА5> проводилось собрание жителей. Мама вышла на свой балкон и у подъезда увидела ФИО10 с соседями, которые к <ФИО1> испытывают неприязненные отношения. Алексей увидел на балконе маму и стал ей кричать, чтобы она спустилась к ним вниз. На соседнем балконе в это время стоял <ФИО2>, с которыми они вместе спутились вниз. ФИО10 стал кричать, предъявлять претензии по поводу того, кто без его разрешения как домкома установил будку. Мама ответила ему что он не домком, так как не набрал голосов, а вопрос об установке будки согласован с управляющей компанией и жителями дома. Кроме того, Алексею было ранее известно об установке будки. На это ФИО10 заявил собравшимся «Что Вы её слушаете? Вы люди нормальные, а у <ФИО4> есть справка». Далее сказала. Что в подтверждение своих слов возьмет в больнице эту справку, привезет и всем покажет. Кроме этого, говорил про жалобы, которые якобы мама писала на уборщицу, собирала деньги на эту будку. Все это является ложью, так как этих фактов не было. <ФИО5> и <ФИО6> стояли и улыбались, говорили, что у мамы осеннее обострение. В действительности у мамы нет никакой справки, она никогда не лечилась у психиатра. Мама позвонила ей и рассказала обо всем, была очень расстроена, <ОБЕЗЛИЧЕНО>. <ДАТА4> года мама работала в палисаднике у своего подъезда. У <АДРЕС> на лавочке сидела <ФИО5>, с которой у мамы произошел словестный конфликт из-за цветов. Вечером этого дня мама встретила на улице ФИО10, который ей сказал, что она буянит и он вызовет ей психушку. Она (свидетель) вела с ФИО10 переписку путем направления СМС-сообщений, в которой просила прекратить «доставать и третировать» её маму. В этот же вечер <ДАТА4> года на фоне всех произошедших событий, у мамы <ОБЕЗЛИЧЕНО>. ФИО10 неоднократно совершал против мамы оскорбительные клеветнические действия: вырывал цветы с клумбы, когда мама кормила птиц, говорил, что она мусорит, издевательски говорил «Смотри, твои друзья коршуны прилетели». Такое поведение ФИО10 продолжается и в настоящее время. У всех жителей дома он сформировал предвзятое отношение к маме, поменял замки на входе в подвал, чтобы она не смогла туда попасть. В декабре мама разместила объявление на подъездах о том, что в Бийском городском суде будет рассматриваться дело о признании недействительным решения общего собрания об избрании его домкомом. ФИО10 сорвал эти объявления, а когда мама сделала ему замечание, то сказала «не подходи ко мне женщина, ты не в себе». Допрошенная в ходе судебного следствия по ходатайству частного обвинителя свидетель <ФИО9>, суду показала, что она является заместителем директора управляющей компании <ОБЕЗЛИЧЕНО> Дом, где проживают <ФИО1> и ФИО10, находится в лицензии управляющей компании. На собрании <ДАТА> 2022 года она не присутствовала. Ей позвонил ФИО10 рассказала, что произошел конфликт и решили будку убрать. Собственникам квартир в доме не принадлежит придомовая территория, поэтому заявки принимают только от председателя совета дома. ФИО10 она выдавала реестр собственников для голосования, когда его выбирали домкомом. <ФИО1> никакой реестр для голосования по установке будки не выдавали. Он значения не имеет, так как есть нормы Жилищного кодекса, которые регулируют эти вопросы. Никакую справку об <ОБЕЗЛИЧЕНО> <ФИО1> она никому не выдавала. Такой информацией управляющая компания не располагает, так как начисление квартплаты производит МУП г.Бийска «ЕИРКЦ». Она контролирует начисления по оборотно-сальдовой ведомости, но там нет информации о льготниках. Ей не известно о том, что у <ФИО1> имеется <ОБЕЗЛИЧЕНО> и тем более <ОБЕЗЛИЧЕНО>. Позднее от ФИО10 ей стало известно, что <ФИО1> обратилась в суд с заявлением отношении него за оскорбление личности. Допрошенная в судебном заседании по ходатайству частного обвинителя свидетель <ФИО26>, показала, что работает в управляющей компании <ОБЕЗЛИЧЕНО> <ДАТА> года к ней обратилась <ФИО1> с просьбой выдать реестр собственников чтобы провыерить их подписи. Этот документ они выдали <ФИО1> под роспись как собственнику квартиры в данном доме. Информацией о наличии у <ФИО1> льгот, управляющая компания не располагает. Этой информацией обладает ЕИРКЦ и социальная защита. Ей (свидетелю) ничего не известно о наличии у <ФИО1> справки. Лично к ней ФИО10 не обращался с просьбой выдать какую-либо информацию по <ФИО1>
В судебном заседании защитник подсудимого - адвокат Татарникова О.В. и подсудимый ФИО10 просили оправдать подсудимого, так как не доказан факт распространения им сведений, порочащих честь и достоинство <ФИО1> и умысел на совершение вменяемсого преступления, представив суду следующие доказательства.
Свидетель <ФИО27> допрошенный в судебном заседании по ходатайству стороны защиты пояснил, что в родственных отношениях с участниками судебного следствия не состоит, заинтересованности в исходе дела у него не имеется, неприязненных отношений с кем-либо из участников процесса нет, суду показал, что <ДАТА5> он присутствовал на собрании жильцовв связи с тем, что поставили будку для собаки у входа в подъезд, где он проживает. Эта собака была бродячей, она кусала детей. Недовольные жители позвонили ФИО10, который собрал собрание. Он присутсствовал на этом собрании, стоял на расстоянии 2-3 метра от ФИО10 и <ФИО1> и слышал о чем они разговаривали. При этом он не слышал, чтобы ФИО10 обзывал <ФИО1> или говорил о ней что-то плохое. Свидетель <ФИО28> допрошенная в судебном заседании по ходатайству стороны защиты пояснила, что в родственных отношениях с участниками судебного следствия не состоит, заинтересованности в исходе дела у неё не имеется, неприязненных отношений с кем-либо из участников процесса нет. Показала, что она присутствовал на собрании по поводу установки будки для бродячей собаки в <ДАТА>. Она стояла на расстоянии около 2 метров от <ФИО1> и ФИО10, рядом с ними стоял её супруг <ФИО27> Все присутствующие вели беседу по поводу того, кто согласен, или нет с установкой будки. ФИО10 разговаривал с <ФИО1>, разъяснял, что будка не должна стоять возле подъезда. Она не слышала, чтобы ФИО10 сказал, что у <ФИО1> справка. Напротив <ФИО1> словестно нападала на ФИО10, а он разговаривал спокойно. Все это происходило в течении одного дня. На этом собрании по приглашению присутствовал участковый из отдела полиции.
Свидетель <ФИО29>, допрошенная в судебном заседании по ходатайству стороны защиты пояснила, что в родственных отношениях с участниками судебного следствия не состоит, заинтересованности в исходе дела у неё не имеется, неприязненных отношений с кем-либо из участников процесса нет. В <ДАТА> жители дома, где она проживает, возле подъезда собирались на собрание по поводу установки будки для бродячей собаки. Для неё это являлось проблемой, так как каждая собака охраняет свою территорию, а у неё в семье дети. На собраннии присутствовали её соседи, ФИО10, <ФИО25>, а также жители из других подъездов дома. Все разговаривали между собой, при этом она не слышала от ФИО10 слова, которые давали - бы основания полагать, что у <ФИО1> имеются психические заболевания. Также она не слышала, чтобы ФИО10 оскорблял <ФИО1> или говорил про наличие у <ФИО1> справки. Свидетель <ФИО30>, допрошенный в судебном заседании по ходатайству стороны защиты пояснил, что в родственных отношениях с участниками судебного следствия не состоит, заинтересованности в исходе дела у него не имеется, неприязненных отношений с кем-либо из участников процесса нет. По приглашению домкома из дома <НОМЕР>он присутствовал на собрании по поводу установки во дворе собачьей будки. Точную дату проведения собрания не помнит. Он оставил сообщение о выезде в дежурной части ОП «Приобский». На собрание приехал на автомобиле и опрашивал людей. Выяснил, что будка была поставлена непосредственно возле подъезда. Люди просили убрать будку. Одна из присутствующих женщин пояснила, что собака, для которой поставили будку, укусила её за ногу. На собрании присутствовали около 10 человек, нарушений общественного порядка не было, все разговаривали спокойно. Он не слышал, чтобы кто-то из присутствующих называл <ФИО1> психически больной. По заявлению <ФИО1> он опрашивал ФИО10 по поводу клеветы. В этих объяснениях ФИО10 поставил свою подпись лично. Свидетель <ФИО31> допрошенная в судебном заседании по ходатайству стороны защиты пояснила, что в родственных отношениях с участниками судебного следствия не состоит, заинтересованности в исходе дела у неё не имеется, неприязненных отношений с кем-либо из участников процесса нет. С участием присутствующих в судебном заседании лиц у них проводилось собрание по поводу установки собачей будки для собаки, которая живет у них во дворе, на всех кидается и кусает. За несколько дней до собрания было размещено объявление, поэтому кто хотел участвовать в собрании выходили на улицу. Когда началось собрание она стояла рядом с ФИО10. <ФИО1> находилась дома, несколько раз выходила на балкон своей квартиры. Алексей просил её выйти, но она грубо с ним разговаривала, вела себя агрессивно, на что Алексей ей говорил, что ругаться с ней не будет. Потом пришла <ФИО3>, которая тоже кричала на Алексея, который предложил увезти собаку к своему знакомому, где её будут кормить. <ФИО1> ему ничего не ответила, толкнула её (свидетеля), потом оскорбила. Она говорила Людмиле, чтобы та не прикармливала собак, так как они собираются и становится страшно. Чтобы ФИО10 говорил, что <ФИО1> больная или что-то подобное, она не слышала. Она (свидетель) также не говорила, что у <ФИО1> осеннее обострение. Свидетель <ФИО6>, допрошенная в судебном заседании по ходатайству стороны защиты пояснила, что в родственных отношениях с участниками судебного следствия не состоит, заинтересованности в исходе дела у неё не имеется, неприязненных отношений с кем-либо из участников процесса нет. Она присутствовал на собрании по поводу установки будки для собаки, стояла рядом с ФИО10. Помнит также, что присутствовали жители дома: <ФИО5>, <ФИО14>, <ФИО32> из <АДРЕС> Кто где из названных лиц располагался уже сейчас не помнит <ФИО1> сначала стояла на своем балконе. Алексей предлагал ей спуститься к присутствующим на собрании, при этом называл только по имени. Также на собрании приехал участковый, который приехал около 18 часов 30 минут. Когда Людмила вышла из подъезда, стала с ними грубо разговаривать, говорила Алексею что он самозванец, чтобы он закрыл рот. Чтобы Алексей говорил <ФИО1>, что она психически больной человек или подобные слова, она (свидетель) не слышала. Она также не говорила <ФИО1>, что у нее осеннее обострение.
В судебном заседании судом были исследованы следующие письменные доказательства:
<ОБЕЗЛИЧЕНО> - заявление частного обвинителя <ФИО1> от <ДАТА11>, в котором указаны обстоятельства вменяемого ФИО10 преступления <ОБЕЗЛИЧЕНО>
- фототаблицы приобщенные по ходатайству частного обвинителя <ФИО25>от <ДАТА12> <ОБЕЗЛИЧЕНО>
- текст СМС переписки между свидетелем <ФИО33> и подсудимым ФИО10 <ОБЕЗЛИЧЕНО>
- копия решения Бийского городского суда Алтайского края от <ДАТА13> по гражданскому делу <НОМЕР>, которым были удовлетворены в части исковые требования <ФИО1> к ФИО10, <ФИО6>, <ФИО34> о признании недействительным решения общего собрания собственников помещений многоквартирного дома, расположенного по адресу: <АДРЕС>, оформленного протоколом <НОМЕР> от <ДАТА14> Из содержания судебного решения следует, что на указанном собрании принято решение по вопросу <НОМЕР> об избрании ФИО10 председателем Совета многоквартирного дома с наделением полномочий <ОБЕЗЛИЧЕНО> -копия реестра собственников МКД, принявших участие в <АДРЕС> <ОБЕЗЛИЧЕНО> <ОБЕЗЛИЧЕНО> <ОБЕЗЛИЧЕНО> После исследования всех доказательств частный обвинитель <ФИО1> поддержала указанную в заявлении квалификацию действий подсудимого ФИО10
Выслушав стороны обвинения и защиты, исследовав представленные сторонами доказательства, дав им в совокупности правовую оценку, суд приходит к следующему.
В соответствии с ч.1 ст. 5 УК РФ лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно-опасные действия (бездействия) и наступившие общественно-опасные последствия, в отношении которых установлена его вина. На основании п. 1 и п. 2 ст. 49 Конституции РФ, ч. 2 ст. 14 УПК РФ, обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого.
Согласно требованиям ст. 73 УПК РФ, при разбирательстве дела в суде подлежат доказыванию: в частности, событие преступления (время место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); виновность лица в совершении преступления; форма его вины и мотивы; обстоятельства, исключающие преступность и наказауемость деяния. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения. По смыслу ст. 43, ч. 5 ст. 246, ч. 5 ст. 321 УПК РФ обязанность представления суду доказательств, подтверждающих предъявленное обвинение, лежит на частном обвинителе.
Согласно ст.252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Пределы судебного разбирательства по делам частного обвинения определяются исключительно содержанием заявления потерпевшей. В соответствии со ст. 8 УК РФ, основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного УК РФ. Исходя из этих требований закона, для вывода о виновности ФИО10 необходимы бесспорные доказательства, с очевилностью указывающие на совершение им преступления. Согласно диспозиции ч.1 ст.128.1 УК РФ объективная сторона клеветы представляет собой распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подырвающих его репутацию. Объективная сторона клеветы характеризуется наличием у виновного прямого умысла на распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию, при этом виновный заведомо осознает ложность сообщаемых им сведений, порочащих честь и достоинство других лиц или подрывающих их репутацию, и желает их распространить.
Заведомая ложность сведений означает, что виновный знает об их явном несоответствии действительности. При добросовестном заблуждении лица относительно правдивого характера сведений такой признак состава, как заведомость, отсутствует, что исключает возможность квалификации таких действий в качестве преступных и предусмотренных ст. 128.1 УК РФ.
Кроме того, такие распространяемые сведения должны обязательно содержать информацию об определенных выдуманных поступках или фактах и быть порочащими честь и достоинство личности, то есть представлять собой измышления о якобы совершенных потерпевшим конкретных деяниях или событиях его жизни, которые обществом воспринимаются в качестве порочащих, заслуживающих порицания. Оценивая доводы стороны обвинения и стороны защиты, вне зависимости от мнения частного обвинителя, судом установлено, что <ДАТА> 2022 года около <АДРЕС> ФИО10, обращаясь к жителям дома по указанному адресу, <ФИО2> и <ФИО3> громко сказал, чтобы его слышали все, присутствующие на собрании жители «…ладно у <ФИО4> справка, вы то нормальные люди, что вы её слушаете, нашли кого слушать, попали под её влияние. Она вас подмяла под себя, а вы ей верите». В доказательство своих слов ФИО10 сказал, «что возмет справку в больнице и обнародует её всем жителям дома».
Подсудимый ФИО10 в ходе рассмотрения дела отрицал, что говорил о наличии у <ФИО1> какой-либо справки. Однако, показания подсудимого в данной части опровергаются подробными и последовательными показаниями частного обвинителя <ФИО1>, которые согласуются с показаниями свидетеля <ФИО3> и <ФИО23>
Показания допрошенных в ходе рассмотрения дела свидетелей защиты не опровергают установленных судом обстоятельств, поскольку все допрошенные по ходатайству подсудимого свидетели подтвердили проведение собрания жителей дома, расположенного по адресу: <АДРЕС> и соседних домов по поводу установки будки для собаки, на котором они присутствовали вместе с <ФИО1> и ФИО10 Все находились в непосредственной близости друг от друга, разговаривали между собой. При этом только свидетели <ФИО28> и <ФИО29> суду показали, что не слышали слов ФИО10 о том, что у <ФИО1> имеется справка. Свидетель <ФИО27> не слышал чтобы подсудимый обзывал частного обвинителя. Свидетели <ФИО31> и <ФИО6> сообщили, что не слышали когда ФИО10 называл <ФИО1> психически больной или говорил подобные слова. Свидетель <ФИО30> не слышал диалога между <ФИО1> и ФИО10 по поводу справки, так как приехал позднее на собрание. С учетом анализа показаний свидетелей защиты суд приходит к выводу, что показания <ФИО27>, <ФИО31>, <ФИО6> и <ФИО35> не опровергают установленных судом обстоятельств. В ходе допроса в судебном заседании ФИО10 не дал суду конкретных показаний о том, кто и где располагался из присутствующих на собрании. Оценивая показания свидетелей <ФИО28> и <ФИО36>, суд на основании ч 1. ст.17 УПК РФ полагает, что исходя из их буквального содержания не следует, что ФИО10 не говорил про справку у <ФИО1> только потому, что данные свидетели не слышали этих слов. При этом показания данных свидетелей опровергаются подробными и последовательных показаний потерпевшей <ФИО1>, а также свидетелей обвинения <ФИО3> и <ФИО23> Из анализа показаний потерпевшей и свидетелей защиты следует, что слова ФИО10 о наличии у потерпевшей справки должны были слышать свидетели <ФИО31> и <ФИО6> Однако, эти свидетели в ходе допроса в судебном заседании показали, что ФИО10 не называл <ФИО1> «психически больной», но не подтвердили позицию подсудимого о том, что он не говорил о наличии у <ФИО1> справки. При этом, изложенные в заявлении частного обвинителя обстоятельства о том, что <ДАТА4>, проходя мимо неё <АДРЕС>, ФИО10 высказал в её адрес слова «что опять буянишь? Вызовем психиатрическую бригаду и тебя увезут на лечение» не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела. Подсудимый ФИО10 не признает, что говорил такие слова. Потерпевшей не представлено иных доказательств, кроме собственных показаний об обстоятельствах распространения ФИО10 в отношении неё не соответствующих действительности сведений, имевших место <ДАТА4> года
Таким образом, суд считает установленным, что <ДАТА> 2022 года около <АДРЕС> ФИО10 обращаясь к жителям дома по адресу<АДРЕС>: <ФИО2> и <ФИО3> высказал слова о наличии справки у <ФИО1> Давая показания в ходе судебного заседания, потерпевшая указывала, что ФИО10 при указанных в заявлении обстоятельствах <ДАТА5>, говорил, что «<ФИО1> несет бред», «является психически больной». Однако, показания потерпевшей о высказывании подсудимым таких выражений не подтверждены какими-либо доказательствами, в связи с чем суд считает установленным, что ФИО10 высказал слова именно в той редакции, как они изложены в заявлении частного обвинителя. Вместе с тем, установленные судом обстоятельства сами по себе не свидетельствуют о наличии состава данного преступления в действиях подсудимого ФИО10, исходя из следующего. По смыслу уголовного закона субъективная сторона преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, характеризуется умышленной формой вины. Если лицо, распространяющее ложные измышления, добросовестно заблуждалось относительно соответствия действительности распространяемых им сведений, оно не может быть привлечено к уголовной ответственности за клевету. Соответственно, для установления наличия в действиях виновного лица состава преступления по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ необходимо, чтобы распространяемые порочащие сведения являлись для виновного заведомо ложными, то есть чтобы для виновного лица были с очевидностью известны какие-либо обстоятельства (сам виновный должен являться первоначальным источником информации, либо иметь доступ к таковому, либо должны быть представлены достоверные доказательства, бесспорно подтверждающие факт осведомленности виновного о таких источниках, обстоятельствах и подтверждающих их доказательствах), в то же время должен иметь место факт распространения виновным указанных обстоятельств, с очевидностью искаженных виновным. Высказываемые оценочные суждения, мнения, убеждения, которые являются выражением субъективного мнения и взглядов лица о потерпевшем, не образуют состава преступления по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ.
Если гражданин уверен в том, что сведения, которые он распространяет, содержат правдивые данные (даже если указанная информация не соответствует действительности), он не может нести уголовную ответственность по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ. Равным образом уголовная ответственность исключается, если лицо распространяет порочащие сведения, которые не соответствует действительности, добросовестно заблуждаясь
В данном случае, в заявлении частного обвинения и показаниях в ходе рассмотрения дела потерпевшая <ФИО1> указывает, что ФИО10 было известно, что она не является психически больным человеком, так как ранее подсудимый к ней обращался за советами и помощью и она ему помогала. Подсудимый ФИО10, отрицает, что ранее ему было известна информация о наличии или отсутствии у <ФИО1>. В опровержение доводов подсудимого частным обвинителем не представлено доказательств. Напротив, из показаний потерпевшей в судебном заседании следует, что ФИО10 для неё не является близким человеком, с которым бы она делилась сведениями о своем здоровье. Допрошенные в судебном заседании свидетели <ФИО9> и <ФИО26> не подтвердили доводов подсудимого о том, что сообщили информацию о наличии у <ФИО1> какой-либо справки.
Соответственно, показания частного обвинителя в этой части мировой судья не может положить в основу обвинительного приговора, поскольку её показания не подтверждаются доказательствами, имеющимися в материалах дела. Исследовав и оценив в совокупности доказательства, представленные частным обвинителем <ФИО1>, на которую в силу закона возложена обязанность доказывания виновности ФИО10 в совершении инкриминируемого ему преступления, суд приходит к выводу о том, что данные доказательства, как каждое в отдельности, так и в совокупности, не дают оснований для вывода о виновности подсудимого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ - клевета, то есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию.
Согласно требованиям части 4 статьи 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств, что отвечает положениям ст. 49 Конституции Российской Федерации о толковании неустранимых сомнений в виновности лица в пользу обвиняемого.
На основании ст. 15 УПК РФ уголовное судопроизводство осуществляется на основании состязательности сторон, доказывать виновность лица, привлекаемого к уголовной ответственности, обязана сторона обвинения.
Учитывая установленные в судебном заседании фактические обстоятельства, мировой судья приходит к выводу, что представленные частным обвинителем доказательства как в отдельности, так и в совокупности не устранили возникших сомнений в виновности ФИО10 Согласно статьи 15 УПК РФ, судопроизводство осуществляется на основании состязательности сторон. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты, создает необходимые условия для исполнеия сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Судом исследованы все представленные сторонами доказательства, относящиеся к пределам доказывания, установленным ст. 73 УПК РФ. Возможность для собирания дополнительных доказательств судом исчерпана. В соответствии с ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению при отсутствии в деянии состава преступления.
Совокупность исследованных судом доказательств не позволяет сделать вывод о наличии вины ФИО10 при обстоятельствах, указанных частным обвинителем в заявлении, поскольку доказательств, свидетельствующих об умысле подсудимого на клевету, то есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подырвающих его репутацию, не представлено. Стороной обвинения не доказан ни прямой умысел подсудимого на распространение заведомо ложных сведений в отношении потерпевшей, ни заведомая ложность сведений. Исходя из изложенного выше, суд не усматривает в действиях подсудимого состава вменяемого ему частным обвинителем преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ по обстоятельствам, приведенным в заявлении о возбуждении уголовного дела частного обвинения, и приходит к выводу о наличии оснований для оправдания ФИО10 по данному обвинению по п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием состава преступления Вещественных доказательств по делу не имеется. Гражданский иск не заявлен. На основании изложенного и руководствуясь ст. 307, 308, 309, 305, 306, ч. 2 ст. 302 УПК РФ, суд
ПРИГОВОРИЛ:
ФИО10 по обвинению частным обвинителем <ФИО1> оправдать по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 Уголовного Кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
Разъяснить ФИО10, что при вынесении оправдательного приговора по делу частного обвинения реабилитация оправданного в порядке, предусмотренном статьями 133-136 УПК РФ не производится. Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Бийский городской суд Алтайского края через мирового судью судебного участка № 5 г.Бийска Алтайского краяв течение 15 суток со дня его провозглашения.
В случае подачи апелляционной жалобы оправданный и потерпевшая вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, знакомиться с протоколом судебного заседания по его письменному ходатайству, которое должно быть подано не позднее трех суток со дня окончания судебного заседания, и подавать на него письменные замечания в течение трех суток со дня ознакомления с протоколом судебного заседания. В случае принесения апелляционной жалобы, затрагивающих интересы оправданного, он вправе подать свои возражения в письменном виде и иметь возможность участвовать в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чем должна указать в своих возражениях в письменном виде. Оправданный имеет право на обеспечение помощи адвоката в суде апелляционной инстанции, которое может быть реализовано путем заключения соглашения с адвокатом, либо путем обращения с соответствующим ходатайством о назначении защитника, которое может быть изложено в апелляционной жалобе, либо иметь форму самостоятельного заявления, и должно быть подано заблаговременно в суд, постановивший приговор, или в суд апелляционной инстанции.
Мировой судья Шестопал А.В.
<ОБЕЗЛИЧЕНО>
<ОБЕЗЛИЧЕНО>
<ОБЕЗЛИЧЕНО>