Решение по делу № 2-148/2025 от 19.03.2025

70RS0001-01-2024-004292-98

Дело № 2-148/2025 (2-2703/2024)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 марта 2025 года Кировский районный суд г.Томска в составе:

председательствующего судьи Изотова Т.В.,

при секретаре Батоцыренове Б.Б.,

помощник судьи Никшина К.С.,

с участием истца М.М.,

представителя истца А.П., действующего на основании ордера /________/ от /________/,

представителя ответчика Л.А., действующей на основании доверенности /________/ от /________/ сроком по /________/,

представителей третьих лиц

прокуратуры /________/ ФИО6, действующей на основании доверенности от /________/ /________/

Следственного комитета Российской Федерации

по /________/ И.Ю., действующей на основании доверенностей /________/ от /________/ сроком до /________/,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Томске гражданское дело по исковому заявлению М.М. к Министерству финансов в лице управления Федерального Казначейства по /________/ о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

М.М. обратился в суд с исковым заявлением к Следственному Управлению Следственного Комитета Российской Федерации по /________/, в котором просит взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности в размере 500000 руб.

Протокольным определением от /________/ произведена замена ненадлежащего ответчика на Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального Казначейства по /________/.

В обоснование заявленных требований истец указал, что /________/ в отношении него возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 – п.п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации. Постановлением Томского районного суда /________/ от /________/ в отношении М.М. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Постановлением от /________/ уголовное преследование по уголовному делу /________/ в отношении М.М. по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ частично прекращено. Постановлением от /________/ приведенная квалификация изменена, М.М. предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ст. 210.1, ч. 7 ст. 222, ч. 3 ст. 33, п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации. В связи с незаконным привлечением его к уголовной ответственности по ч. 3 ст. 30 – п.п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, испытывал не только нравственные страдания, причиненные действиями органов предварительного следствия, но и физические. Нравственные страдания выражались в постоянном пребывании в состоянии душевного неблагополучия, испытывал негативные эмоции, такие как чувство печали, беспомощности, разочарования из-за наличия ограничений, обусловленных уголовным преследованием, стресс, указал, что потерял работу, возможность видеться с семьей, близкими родственниками, возможность продолжать активную общественную жизнь. Физические страдания выражались в том, что в указанный период времени у М.М. развились тяжелые заболевания, на теле появились воспаленные новообразования неизвестного характера, отягощенные болевым синдромом. Считает, что сам факт незаконного уголовного преследования в отношении него является основанием для возмещения морального вреда.

Истец М.М., в судебном заседании исковые требования поддержал, по изложенным в иске основаниям. Дополнительно пояснил, что ранее привлекался к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 163 Уголовного кодекса Российской Федерации. Официально трудоустроен не был, работал автослесарем, таксистом неофициально, в зарегистрированном браке не состоит, имеет 3 детей, двое из которых постоянно проживают в /________/, регистрации на территории /________/ не имеет. Кроме того, ранее возглавлял ингушскую диаспору по воспитанию молодежи, проводил беседы о правильном поведении. Пояснил, что во время заключения под стражей у него развились такие заболевания, как астма, гипотермия, из-за частых передвижений, сырости, голода. В связи с длительным нахождением в ФКУ ЛИУ-1 УФСИН России по /________/ (125 суток) в непосредственной близости с содержащимися там заключенными, страдающими туберкулезом, у М.М. выпали зубы, появилась простуда, которая до настоящего времени не вылечена, болят печень, почки. В период содержания в ФКУ ЛИУ-1 УФСИН России по /________/ медицинская помощь М.М. не оказывалась, его не выводили на прогулки, передачи не осуществлялись. Из-за ограничений в питании, несколько раз падал в обморок. В связи с нарушением своих прав, объявил голодовку, которая продолжалась 22 дня. Находясь в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по /________/, пытался два раза совершить суицид через повешение, появились седые волосы. Пояснил, что в случае правильной квалификации преступления, ему была бы избрана иная мера пресечения, он находился бы дома с семьей, но из-за ошибочной квалификации преступления, ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Кроме того, считает, что компенсация морального вреда в размере 500000 рублей, за период незаконного содержания под стражей с /________/ по /________/ является соразмерной и обоснованной.

Представитель истца М.М. – А.П. в судебном заседании исковые требования поддержал по изложенным в иске основаниям. Дополнительно пояснил, что М.М. была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу незаконно. М.М. находился под стражей с /________/ по /________/, за период, когда ему было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 30, п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации. Компенсацию морального вреда просил взыскать за период с /________/ по /________/. Пояснил, что в связи с незаконным привлечением М.М. к уголовной ответственности, избранной мерой пресечения в виде заключения под стражу, плохими условиями содержания под стражей, здоровью истца нанесен вред, также истец был лишен возможности вести обычную жизнь, видеться с семьей, совершать намаз, лишился свободы. Считает сумму компенсации морального вреда в размере 500 000 руб., за период с /________/ по /________/ обоснованной, поскольку идентичную сумму истец мог бы заработать самостоятельно, находясь на свободе за тот же период времени.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального /________/ Л.А. в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований по основаниям, изложенным в письменных возражениях. Дополнительно пояснила, что М.М. предъявлено обвинение в совершении преступлений, которые относятся к категории особо тяжких, как по статье 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, так и по статьям 162, 210.1 Уголовного кодекса Российской Федерации. Факт реабилитации М.М. не установлен. В данном случае произошла переквалификация содеянного М.М. с одной статьи на другие, соответственно оснований для компенсации морального вреда не имеется.

Представитель третьего лица прокуратуры /________/ ФИО6 поддержала доводы, изложенные в письменном отзыве на исковое заявление, согласно которому /________/ в отношении М.М. возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации. /________/ приведенная квалификация изменена, М.М. предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ст. 210.1, ч. 7 ст. 222, ч. 3 ст. 33, п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации. Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в части 2 статьи 133 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его, а также осужденные, мера наказания которым снижена вышестоящим судом до предела ниже отбытого. Таким образом, переквалификация преступных действий не влечет за собой права на реабилитацию и компенсацию морального вреда. В связи с чем полагала, что в удовлетворении заявленных требований должно быть отказано.

Представитель третьего лица Следственного комитета Российской Федерации по /________/ И.Ю., в судебном заседании поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях, полагала, что в удовлетворении заявленных требований должно быть отказано. В отношении М.М. установлено отсутствие необходимости дополнительной квалификации его деяния по ч. 3 ст. 30, п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации. Вместе с тем, само по себе деяние оценено, как преступное, квалифицировано по п. «а», «б» ч. 4 ст. ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, что также является особо тяжким преступлением. Помимо этого, в объем обвинения, предъявленного М.М., также вошли такие преступления, как предусмотренные ст. 210.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (особо тяжкое преступление), ч. 7 ст. 222 Уголовного кодекса Российской Федерации (преступление средней тяжести). После переквалификации деяния М.М. основания для применения к нему меры пресечения в виде заключения под стражей не изменились и не отпали, в связи с чем срок содержания М.М. под стражей продлевался в установленном законом порядке, как в период предварительного следствия, так и в ходе рассмотрения уголовного дела по существу /________/ судом. Таким образом, в соответствии с нормами уголовного, уголовного-процессуального законодательства Российской Федерации, а также с учетом положений Постановления Пленума ВС РФ №17 от 29.11.2011, основания для реабилитации, а соответственно и основания компенсации морального вреда - отсутствуют.

Третье лицо руководитель второго следственного отделения второго отдела по расследованию ОВД СУ СК РФ по /________/ Т.М., представитель третьего лица Следственный Комитет РФ, будучи извещенными надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, о причинах неявки суд не известили, не просили рассмотреть дело в свое отсутствие.

Суд, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан. Право заинтересованного лица на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов предусмотрено статьей 3 этого же кодекса.

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации, статье 16 Гражданского кодекса Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) государственных и муниципальных органов или их должностных лиц.

Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52 Конституции Российской Федерации).

Исходя из положений Конституции Российской Федерации государство обязано гарантировать лицам, пострадавшим от незаконных и (или) необоснованных ареста, заключения под стражу или осуждения, возмещение причиненного вреда, в том числе морального.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых Уголовногому преследованию, такой порядок определен Уголовного-процессуальным кодексом Российской Федерации (статьи 133 - 139, 397 и 399).

Исходя из содержания указанных статей право на компенсацию морального вреда возникает только при наличии реабилитирующих оснований.

При этом согласно абзацу 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, находящемуся во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 1070 названного кодекса, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В силу пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, по своей юридической природе обязательства, возникающие в силу применения норм гражданско-правового института возмещения вреда, причиненного действиями органов власти или их должностных лиц, представляют собой правовую форму реализации гражданско-правовой ответственности, к которой привлекается в соответствии с предписанием закона причинитель вреда (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). В частности, статья 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит специальную норму об ответственности за вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, а также их должностных лиц. Применение данной нормы предполагает наличие как общих условий деликтной (т.е. внедоговорной) ответственности (наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинной связи между вредом и противоправными действиями, вины причинителя), так и специальных условий такой ответственности, связанных с особенностями причинителя вреда и характера его действий (Постановление от 3 июля 2019 г. N 26-П, Определение от 17 января 2012 г. N 149-О-О и др.).

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.)

По общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случаях, предусмотренных законом, обязанность компенсировать моральный вред может быть возложена судом на лиц, не являющихся причинителями вреда (например, на Российскую Федерацию, субъект Российской Федерации, муниципальное образование - за моральный вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (статьи 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации) (п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33).

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 38, 39, 41, 43 приведенного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33, моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Кроме того, также независимо от вины указанных должностных лиц судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного гражданину незаконным применением любых иных мер государственного принуждения, в том числе не обусловленных привлечением к уголовной или административной ответственности (статья 2, часть 1 статьи 17 и часть 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации, пункт 1 статьи 1070, абзацы третий и пятый статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Так, суд вправе взыскать компенсацию морального вреда, причиненного, например, в результате незаконного задержания в качестве подозреваемого в совершении преступления (статья 91 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации), или в результате незаконного административного задержания на срок не более 48 часов как меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении (часть 3 статьи 27.5 КоАП РФ), или в результате признания незаконным помещения несовершеннолетнего в центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел (статья 22 Федерального закона от 24 июня 1999 года N 120-ФЗ "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних"), или в результате производства в жилище обыска или выемки, признанных незаконными (статья 12 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации), и др.

При этом судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 2, 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", с учетом положений части 2 статьи 133 и части 2 статьи 135 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.

В силу части 1 статьи 133 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 (в том числе в связи с прекращением уголовного преследования за отсутствием в деянии состава преступления) и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 134 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Вместе с тем по смыслу части 1 статьи 134, части 2 статьи 133 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации, к лицам, имеющим право на реабилитацию, не относятся осужденные, из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки преступления либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения. Согласно пункту 4 указанного постановления к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в части 2 статьи 133 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его (например, осужденный при переквалификации содеянного со статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации на часть 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации), а также осужденные, мера наказания которым снижена вышестоящим судом до предела ниже отбытого.

Основания для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу установлены статьей 97 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 97 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации дознаватель, следователь, а также суд в пределах предоставленных им полномочий вправе избрать обвиняемому, подозреваемому одну из мер пресечения, предусмотренных настоящим Кодексом, при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый, подозреваемый: скроется от дознания, предварительного следствия или суда; может продолжать заниматься преступной деятельностью; может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Согласно части 1 статьи 108 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Как указано в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, сами по себе не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что /________/ следователем по особо важным делам первого следственного отделения (по расследованию преступлений прошлых лет) второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по /________/ возбуждено уголовное дело /________/ по факту покушения на убийство Ван Ю., Ду X., совершенное группой лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений, по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Согласно протоколу задержания подозреваемого от /________/ М.М., в соответствии со ст. 91 и 92 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации задержан по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В этот же день вынесено постановление о привлечении М.М. в качестве обвиняемого по уголовному делу /________/, предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, допрошен в качестве подозреваемого, а затем в качестве обвиняемого по уголовному делу /________/.

Согласно постановлению судьи Томского районного суда /________/ от /________/ в отношении М.М. по ходатайству следователя по особо важным делам первого следственного отделения (по расследованию преступлений прошлых лет) второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по /________/ избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 01 месяц 29 суток, то есть до /________/. Постановлено содержать М.М. в учреждении ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по /________/.

Срок содержания под стражей М.М., обвиняемому по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, продлен до /________/, а затем до /________/, что подтверждается постановлениями судьи Томского районного суда /________/ от /________/, от /________/ соответственно.

/________/ в отношении М.М., М.Б., С.Р., Р.С., и неустановленных лиц возбуждено уголовное дело /________/ по факту разбойного нападения на В.Ю.Д.Х. организованной группой, в особо крупном размере, по признакам состава преступления, предусмотренного п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, что подтверждается постановлением о возбуждении уголовного дела и о принятии его к производству от /________/.

Постановлением руководителя второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета РФ по /________/ о соединении уголовных дел от /________/ уголовные дела /________/ и /________/ соединены в одном производстве, уголовному делу присвоен /________/.

/________/, /________/ М.М. допрошен в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с постановлением руководителя второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета РФ по /________/ от /________/ М.М. привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу /________/, ему предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 33, п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Срок содержания под стражей М.М., обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, продлен на три месяца, то есть до /________/, что подтверждается постановлением судьи Томского районного суд /________/ от /________/.

/________/ М.М. допрошен в качестве обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 33, п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 162, ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Как следует из постановления о возбуждении Уголовного дела и о принятии его к производству от /________/ в отношении М.М. руководителем второго следственного отделения (по расследованию киберпреступлений и преступлений в сфере высоких технологий) второго отдела по расследованию особо важных дел Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по /________/ возбуждено уголовное дело /________/ по признакам состав преступления, предусмотренного ст. 210.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, то есть занятие высшего положения в преступной иерархии.

В этот же день указанное уголовное дело и уголовное дело /________/ соединены в одно производство, уголовному делу присвоен /________/.

/________/ уголовное дело /________/ соединено в одно производство с уголовными делами /________/, /________/, возбужденными по признакам преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 166, ч. 7 ст. 222 Уголовного кодекса Российской Федерации.

На основании постановлений судьи Томского районного суда /________/ от /________/, от /________/ срок содержания под стражей М.М. продлен до /________/, а затем до /________/ соответственно.

Как следует из постановления руководителя второго следственного отделения (по расследованию киберпреступлений и преступлений в сфере высоких технологий) второго отдела по расследованию особо важных дел Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по /________/ от /________/ в отношении М.М. вынесено постановление о частичном прекращении уголовного преследования по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, поскольку умыслом М.М. не охватывалось совершение убийства Ван Ю., предварительный сговор на совершение убийства между М.М.Р.С., С.Р. в части совершения нападения на Ду Х. и Ван Ю. должны быть квалифицированы по п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ, а действия М.М. по ч. 3 ст. 33, п.п. «а». «б» ч. 4 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации и дополнительной квалификации по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации не требуется.

При этом /________/ М.М. привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу /________/, ему предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ст. 210.1, ч. 7 ст. 222, ч. 3 ст. 33, п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации. В этот же день допрошен в качестве обвиняемого.

Срок содержания под стражей продлен на основании постановления судьи Томского областного суда от /________/ до /________/.

Уголовное дело /________/ по обвинению М.М. в совершении преступлений, предусмотренных ст. 210.1, ч. 7 ст. 222, ч. 3 ст. 33, п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, Р.С. в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 162, п. «а» ч. 2 ст. 166 Уголовного кодекса Российской Федерации, В.В. в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, С.С. в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, с утвержденным /________/ первым заместителем прокурора /________/ обвинительным заключением направлено для рассмотрения в Томский областной суд.

Как следует из сведений о движении дела /________/ с официального сайта Томского областного суда, уголовное дело, в том числе в отношении М.М. рассмотрено, вынесен обвинительный приговор, М.М. признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст.210.1, ст.222 ч.7, ст. 30 ч.3, ст.33 ч.3, ст.162 ч.4 п.п.а,б Уголовного кодекса Российской Федерации.

Согласно пояснениям стороны истца приговор в законную силу не вступил, защитником подана апелляционная жалоба.

Таким образом, исходя из анализа установленных обстоятельств дела, суд отмечает, что в отношении М.М. в период с /________/ по /________/ возбуждены уголовные дела по признакам состава преступления, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, по ч. 3 ст. 33, п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, ст. 210.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, относящихся к категории особо тяжких преступлений.

При этом мера пресечения в виде содержания под стражей на протяжении всего периода Уголовного преследования, начиная с /________/ не изменялась, постановления Томского районного суда /________/ об избрании М.М. меры пресечения в виде заключения под стражу последним не обжаловались, следовательно вступили в законную силу и были обязательны для исполнения, в связи с чем, содержание М.М. под стражей не было незаконным.

В указанной связи оснований полагать, что М.М. была бы избрана иная мера пресечения, при отсутствии в его деяниях дополнительной квалификации по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации у суда не имеется.

Из содержания данного постановления не следует, что за истцом признано право на реабилитацию в соответствии с нормами уголовного-процессуального законодательства, поскольку истец не относится к категории лиц, указанных в части 2 статьи 133 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации, имеющих право на реабилитацию, в виду того, что из обвинения М.М. исключен квалифицирующий признак преступления, ошибочно вмененный последнему, при наличии возбужденного уголовного дела по признакам преступления, относящегося к категории особо тяжких преступлений, совершенного им при тех же фактических обстоятельствах.

Тот факт, что в отношении него /________/ было прекращено частично уголовное преследование, на его процессуальное положение не повлияло.

В указанной связи доводы истца о незаконном нахождении его под стражей в период с /________/ по /________/, своего подтверждения не нашли, каких-либо нарушений норм законодательства в отношении М.М. со стороны государственных органов не допущено.

При указанных обстоятельствах суд не принимает во внимание доводы истца о причинении ему нравственных и физических страданий испытанных им в период незаконного содержания под стражей, выразившихся в невозможности посещать мечеть, видеться со своими близкими, вести активную общественную жизнь.

Более того, суд отмечает, что в силу статей 12 и 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации для взыскания суммы вреда истец должен доказать противоправность поведения ответчика: незаконность действий (бездействия) должностных лиц, наличие и размер причиненного вреда, вину ответчика (его должностного лица), а также наличие прямой причинной связи между противоправностью поведения ответчика и причиненным ему вредом. При этом ответственность ответчика наступает при доказанности истцом всех перечисленных обстоятельств. Однако таких доказательств истцом не представлено.

Более того, суд обращает внимание на позицию Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной Определениях от 16 февраля 2006 г. N 63-О, от 20 марта 2008 г. N 162-О-О, от 23 марта 2010 г. N 369-О-О, согласно которым применение к лицу, совершившему преступление, наказания в виде лишения свободы предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определенного морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина и изменяется его статус как личности. Лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, то есть такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на ограничения, в том числе в правах на общение с членами семьи, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную жизнь.

Доводы истца о ненадлежащих условиях содержания его под стражей, что повлияло на состояние его здоровья, во внимание судом не принимаются, поскольку не являются предметам настоящего спора.

Принимая во внимание обстоятельства дела, с учетом приведённых положений закона, суд не находит правовых оснований для удовлетворения исковых требований М.М. о взыскании компенсации морального вреда за незаконное привлечение его к уголовной ответственности.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования М.М. к Министерству финансов в лице управления Федерального Казначейства по /________/ о взыскании компенсации морального вреда в размере 500000 руб. оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд г. Томска.

Судья (подпись) Т.В. Изотова

Мотивированный текст решения изготовлен 02.04.2025.

Оригинал хранится в деле № 2-148/2025 в Кировском районном суде г. Томска

Судья (подпись) Т.В. Изотова