Решение по делу № 2-4092/2022 от 28.03.2023 - о признании недействительным завещания.

Дело 2-75/2023 (2-4092/2022)

28 марта 2023 года 78RS0014-01-2022-001523-15

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Московский районный суд Санкт-Петербурга в составе

председательствующего судьи Лифановой О.Н.,

при секретаре ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным завещания,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском о признании недействительным завещания, совершенного 5 августа 2010 года ФИО9, скончавшейся ДД.ММ.ГГГГ года, в пользу ответчика ФИО3

В обоснование иска указано, что истец приходилась наследодателю племянницей и является наследником по закону, а ответчик не приходится наследодателю родственником, не входила в круг друзей и близких знакомых. Кроме того, по мнению истца, на момент совершения завещания в пользу ответчика ее тётя не могла понимать значение своих действий, поскольку принимала психотропные препараты, под воздействием которых находилась длительный период времени, злоупотребляла алкоголем, проходила лечение в Городской наркологической больнице, состояла на учете в наркологическом диспансере, следовательно, данное завещание не может быть признано действительным. Полагая право на наследство по закону нарушенным, истец был вынужден за его защитой обратиться с настоящим иском в суд.

Также, 21 февраля 2022 года с аналогичным иском о признании недействительным завещания, совершенного 5 августа 2010 года ФИО9, скончавшейся ДД.ММ.ГГГГ года, в пользу ответчика ФИО3, обратилась в суд ФИО2

В обоснование иска указано, что истец приходилась наследодателю родной сестрой и является наследником по закону. Истец считает, что завещание составлено под психическим давлением и страхом смерти, так как в период составления завещания наследодатель переносила тяжелую болезнь и операцию на сердце, ответчик воспользовалась психической нестабильностью наследодателя и убедила составить завещание в ее пользу. Кроме того умершая страдала сахарным диабетом, проблемами с щитовидной железой и другими заболеваниями, которые могли повлиять на способность к обработке, пониманию и запоминанию информации. Также при составлении оспариваемого завещания были допущены нарушения в оформлении, а именно неверно указана дата рождения ответчика.

25 апреля 2022 года в предварительном судебном заседании суд определил в соответствии с ч. 4 ст. 151 ГПК РФ, ввиду отсутствия возражений со стороны лиц, участвующих в деле, для правильного и своевременного разрешения гражданских дел, объединить в одно производство гражданские дела № и №.

В судебном заседании истец ФИО6 и ее представитель ФИО7 настаивали на удовлетворении иска по изложенным в нём основаниям, указали, что наследодатель злоупотребляла алкоголем, в момент подписания завещания могла страдать похмельем и подписать, что угодно, чтобы поскорее уйти, наследник воспользовалась состоянием наследодателя. Просили отложить разбирательство по делу для получения рецензии на экспертное заключение и допросить свидетелей, которые могут рассказать про состояние умершей.

Ответчик ФИО3 и ее представитель ФИО8 против удовлетворения иска возражали с учётом заключения эксперта относительно психического состояния здоровья наследодателя в момент совершения завещания. Возражали против отложения судебного разбирательства, так как явка свидетелей могла быть обеспечена ранее и в настоящее судебное заседание, а рецензия некоммерческой организации не может сравниться с заключением докторов медицинских наук, полагали, что действия истцов направлены на затягивание процесса. Также ответчик пояснила, что она привозила продукты умершей, которая жила очень бедно и выпивала, ей не к кому было обратиться за помощью, однако с 2011 года ФИО9 уже сама помогала ответчику в уходе за её больной матерью, они были подругами, несмотря на разницу в возрасте и необщительность умершей, о завещании ФИО3 не знала до момента получения извещения от нотариуса.

Истец ФИО2, привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц нотариус ФИО4 и ФИО14, извещенные о времени и месте рассмотрения надлежащим образом, просили рассмотреть дело в своё отсутствие, возражений на иск и других ходатайств не представили.

Выслушав доводы истца и его представителя, возражения ответчика и его представителя, исследовав материалы дела, изучив представленные доказательства, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого из них в отдельности, а также их взаимную связь и достаточность в совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных названным Кодексом.

В силу ст. 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.

Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.

Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Согласно п. 1 ст. 1119 ГК РФ завещатель вправе по своему усмотрению; завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных названным Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 названного Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 1124 ГК РФ завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом.

Согласно положениям ст. 1125 ГК РФ нотариально удостоверенное завещание должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом. При написании или записи завещания могут быть использованы технические средства (электронно-вычислительная машина, пишущая машинка и другие).

Завещание должно быть собственноручно подписано завещателем.

В соответствии с п. 1 ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений названного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Поскольку завещание является сделкой, к нему применимы общие нормы права о действительности либо недействительности сделок.

В соответствии со ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу действующего законодательства такие сделки являются оспоримыми, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в ст.177 ГК РФ, согласно положениям ст.56 ГПК РФ обязано доказать наличие оснований недействительности сделки.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 05 августа 2010 года ФИО9 совершила в пользу ответчика, завещание, согласно которому на случай своей смерти все имущества, которое ко дню её смерти окажется ей принадлежащим, где бы такое не находилось и в чем бы оно ни заключалось, в том числе: квартиру, находящуюся по адресу: Санкт-Петербург, Шлиссельбургский <...> завещала ФИО3 /л.д.88 т.1/.

ДД.ММ.ГГГГ со смертью ФИО9 открылось наследство в виде квартиры, находящейся по адресу: Санкт-Петербург, Шлиссельбургский <...>; вкладов с причитающимися процентами и компенсациями, хранящимися в ПАО «Сбербанк России»; вкладов с причитающимися процентами и компенсациями, хранящимися в ВТБ ПАО. /л.д.69-131 т.1/.

С заявлением о принятии наследства к нотариусу нотариального округа Санкт-Петербург ФИО4 2 декабря 2021 года обратилась истец ФИО1, указав, что является племянницей умершей и наследником по всем основаниям (по закону, по завещанию, по наследственному договору) /л.д. 71 т.1/.

С аналогичным заявлением о принятии наследства к нотариусу нотариального округа Санкт-Петербург ФИО4 21 января 2022 года обратилась ответчик ФИО3, указав, что всё наследственное имущество принимает по завещанию, совершенному 5 августа 2010 года наследодателем в его пользу и нетрудоспособных лиц, которые находились бы на иждивении наследодателя не менее одного года до его смерти, не имеется /л.д.72, 88 т.1/.

2 февраля 2022 года истец ФИО1 повторно обратилась с заявлением о принятии наследства, указав о наличии другого наследника ФИО3 /л.д. 73 т.1/.

9 февраля 2022 года ФИО10, действующая от имени истца ФИО2, обратилась к нотариусу нотариального округа Санкт-Петербург ФИО4 с заявлением о принятии наследства, так как ФИО2 является родной сестрой умершей и наследником по всем основаниям (по закону, по завещанию, по наследственному договору), указав о наличии других наследников: ФИО3, ФИО1, ФИО11 /л.д. 74 т.1/.

Согласно заявлению от 8 февраля 2022 года ФИО15 отказывается от причитающейся ей доли наследства по всем основаниям наследования после умершей сестры ФИО9 в пользу ФИО2/л.д. 75 т.1/.

В отзыве на иск ответчик пояснил, что нотариус нотариального округа Санкт-Петербург ФИО4, рассмотрев заявление о принятии наследства, вынесла постановление об отказе в совершении нотариального действия №, поскольку найдено завещание, удостоверенное нотариусом ФИО14 5 августа 2010 года, по которому все имущество ФИО9 завещала ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, согласно предъявленному паспорту дата рождения ответчика ДД.ММ.ГГГГ. Для установления тождественности личности лица, указанного в завещании и лица, от имени которого подано заявление о принятии наследства, ответчик обратилась в Невский районный суд Санкт-Петербурга /л.д.197-201 т.1/.

Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Юридически значимым обстоятельством дела о признании недействительной сделки по мотиву совершения ее гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК РФ), является наличие или отсутствие у гражданина психического расстройства и степень расстройства.

Для правильного разрешения такого спора необходимо обладать специальными знаниями в области психиатрии, для чего судом в силу ч. 1 ст. 79 ГПК РФ назначается судебно-психиатрическая экспертиза. Специальными знаниями для оценки психического и физического здоровья подэкспертного лица суд не обладает.

В соответствии с абз. 3 п. 13 Постановления Пленума Верховного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза.

Поскольку обязанность доказать наличие оснований для признания сделки недействительной законом возложена на лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в ч. 1 ст. 177 ГК РФ, а предметом доказывания являются обстоятельства, наличие которых могло лишить гражданина возможности адекватно воспринимать значение своих действий и вопрос о способности понимать значение своих действий и руководить ими, требует специальных познаний в области психиатрии, для определения наличия психического расстройства у наследодателя, которое в условиях совершения завещания могло повлиять на его свободное волеизъявление, для проверки доводов истцов о неспособности наследодателя в момент совершения оспариваемого завещания понимать значение своих действий и руководить ими определением суда от ДД.ММ.ГГГГ была назначена и проведена судебная посмертная психиатрическая экспертиза, производство которой было поручено экспертам ФБГУ «НМИЦ психиатрии и наркологии им.ФИО12» /л.д.33-35, 36-42 т.2/.

Из заключения комплексной судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №/з следует, что в представленных материалах гражданского дела и медицинской документации, данных о наличии у ФИО9 психического расстройства в юридически значимый период не содержится. Также не содержится сведений о неправильном поведении ФИО9, в том числе госпитализаций в стационар, обращениях за специализированной психиатрической помощью, а также данных, свидетельствующих о наличии у нее выраженных когнитивных и эмоционально-волевых расстройств, психотической симптоматики, нарушениях критико-прогностических способностей, влияния, имевшихся у нее соматических заболеваний, в том числе состояние зрения, на ее психическую деятельность. В составленном завещании от ДД.ММ.ГГГГ нотариусом также указано, что завещание прочитано и подписано ФИО13 лично. Поэтому, юридически значимый период подписания завещания ДД.ММ.ГГГГ волеизъявление ФИО9 было свободным, она могла понимать значение своих действий и руководить ими /л.д.43-49/.

Оценивая представленное заключение экспертов, предупрежденных в соответствии с требованиями ст.80 ГПК РФ об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, по правилам ст. 67, ч. 3 ст. 86 ГПК РФ в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами, суд находит, что оно содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате него выводы экспертов, основанные на представленных для производства экспертизы материалах дела, медицинских картах, при этом приняты во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан соответствующий анализ, а сторонами по делу заключение экспертов в установленном законом порядке не оспорено.

В силу ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда не обязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 названного Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

В соответствии с ч. 3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

С учетом приведенных норм процессуального права заключение экспертизы не является для суда обязательным, но не может оцениваться им произвольно.

Принимая во внимание выраженное истцами несогласие с результатом добытого в ходе разбирательства по делу заключения экспертов, суд, тем не менее, учитывает, что экспертами сделан категоричный вывод о наличии у ФИО9 на момент составления оспариваемого завещания способности понимать значение своих действий и руководить ими. Само по себе наличие у наследодателя заболеваний не может достоверно свидетельствовать о наличии у нее выраженных интеллектуально-мнестических, эмоционально-волевых нарушений, вследствие чего он не мог понимать значение своих действий и руководить ими в период составления завещания.

Психологический анализ материалов дела комиссией экспертов показал, что в юридически значимый период, на момент составления завещания 05 августа 2010 года психологическое состояние ФИО9 определялось в первую очередь потребностью в создании для себя комфортного жизнепроживания, обстановки, помощи и заботы от окружающих её лиц, доверительных отношений. При этом указанное психологическое состояние не оказывало существенного влияния на осознанно-волевую регуляцию, адекватную оценку происходящего, способность выражать свою волю, руководить своими действиями, оценивать окружающую действительность и последствия своих действий и действия других лиц.

Между тем истцы делают собственный категорический вывод о нахождении родственницы в состоянии, когда она не могла понимать значение своих действий и руководить ими, основываясь при этом на своих суждениях в рассматриваемой области медицины, то есть фактически подменяют заключение экспертов собственной оценкой при отсутствии каких-либо доказательств в подтверждение указываемых ими обстоятельств.

При наличии выводов судебной экспертизы, по результатам которой установлено наличие у ФИО9 в момент составления завещания 05 августа 2010 года способности понимать значение своих действий и руководить ими, сами по себе объяснения участвующих в деле лиц, не обладающих специальными познаниями, с учетом всех установленных по делу обстоятельств объективно не могут свидетельствовать о том, что ФИО9 не могла понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период.

Кроме того, из информации ГУ «Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Санкт-Петербург», предоставленной по запросу суда, следует, что ФИО16 никогда не состояла на учете в СПб ГБУЗ «Психоневрологический диспансер № 9 Невского района Санкт-Петербурга» и СПб ГБУЗ «Наркологический диспансер Невского района Санкт-Петербурга».

В материалах дела отсутствуют сведения об утрате наследодателем дееспособности на момент составления завещания, обращения ФИО9 в медицинское учреждение относительно психического здоровья.

В силу изложенного рецензия на вышеприведенное заключение комиссии экспертов, вопреки мнению истцов, не повлекла бы иную оценку судом заключения, которое выполнено высококвалифицированными экспертами, профессиональная подготовка и квалификация которых не вызывают сомнений, поскольку проведение экспертизы было поручено старейшему государственному учреждению, основным направлением деятельности которого является проведение сложных судебно-психиатрических экспертиз, ответы экспертов на поставленные вопросы понятны, непротиворечивы, следуют из проведенного исследования, подтверждены фактическими данными, не содержат внутренних противоречий, экспертами учтены все доказательства, представленные сторонами, материалы гражданского дела, медицинская документация, в связи с чем не доверять данному заключению у суда оснований не имеется. Каких-либо заслуживающих внимания доводов о недостатках проведенного исследования, свидетельствующих о его неправильности либо необоснованности, истцами не приведено.

При таком положении суд исходит из того, что никаких объективных доказательств, которые вступали бы в противоречие с заключением экспертов и давали бы основания для сомнения в изложенных в нем выводах, суду в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представлено, а представление рецензии на заключение экспертов обязательным не является, рецензия при этом не может содержать иных выводов по существу исследования, направлена на выявление недочётов в работе квалифицированных специалистов с целью опорочить представленное в материалы дела и добытое в установленном законом порядке заключение, в связи с чем суд полагает, что отсутствие у истцов на момент рассмотрения дела возможности представить готовую рецензию на заключение экспертов их право на предоставление достоверных и допустимых доказательств не ограничивает.

В соответствии со ст. ст. 56, 57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства.

В ходе разбирательства по делу истец заявил ходатайство о допросе свидетелей, которые могут подтвердить, что наследодатель много выпивала, находилась в неадекватном состоянии перед смертью.

Между тем в соответствии с частью 1 статьи 69 ГПК РФ свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Не являются доказательствами сведения, сообщенные свидетелем, если он не может указать источник своей осведомленности.

Таким образом, свидетельскими показаниями могут быть установлены факты, свидетельствующие об особенностях поведения наследодателя, о совершаемых им поступках, действиях и об отношении к ним. Установление же на основании этих и других имеющихся в деле данных факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует именно специальных познаний, каковыми, как правило, ни свидетели, включая удостоверившего завещание нотариуса, ни суд не обладают.

Учитывая, что для решения вопроса о признании завещания недействительным имеет значение только состояние наследодателя в юридически значимый период, которым считается момент оформления завещания, принимая во внимание заключение экспертной комиссии, согласно которому ФИО9 осознавала свои действия и могла ими управлять в указанный период, а также то, что завещание было составлено в 2010 году, а смерть наследодателя наступила в 2021 году, и до указанного момента завещание наследодателем не изменено, не отменено и не совершено иное, то показания свидетелей о состоянии наследодателя перед смертью не имеют юридического значения для разрешения данного спора, не могут быть признаны достаточными и достоверными доказательствами в силу отсутствия у свидетелей специальных познаний и сведений о состоянии наследодателя на момент составления завещания.

Принимая во внимание, что в рамках настоящего спора юридически значимым обстоятельством является именно психическое состояние ФИО9 в момент подписания ею завещания от 05 августа 2010 года, а не особенности поведения наследодателя, совершаемые ей поступки, действия и отношение к ним; при наличии выводов судебной экспертизы, по результатам которой установлено наличие у ФИО9 в момент составления завещания 05 августа 2010 года способности понимать значение своих действий и руководить ими; учитывая, что завещание было удостоверено нотариусом, из чего следует, что ФИО9 адекватно отвечала на вопросы, сама сказала, кому и что хочет завещать, сомнений в ее дееспособности у нотариуса не возникло, в противном случае в совершении нотариального действия было бы отказано или оно было бы отложено /л.д.194-195 т.1/, суд приходит к выводу, что факт наличия у ФИО9 на момент составления спорного завещания способности понимать значение своих действий и руководить ими является установленным, сами по себе показания свидетелей, не обладающих специальными познаниями, с учетом всех установленных по делу обстоятельств, не могут объективно свидетельствовать о том, что ФИО9 не могла понимать значение своих действий и руководить ими в период подписания завещания, вследствие чего суд отказал в их допросе.

Доводы одного из представителей истцов ФИО10 о наличии у умершей намерения составить завещание в её пользу, так как она оказывала ей помощь перед смертью не свидетельствуют о недействительности оспариваемого завещания применительно к заявленным основаниям исковых требований.

При изложенных обстоятельствах, учитывая, что согласно правовому смыслу ст.177 ГК РФ, необходимым условием оспаривания сделки является доказанность того, что в момент совершения завещания лицо находилось в таком состоянии, когда оно не было способно понимать значение своих действий или руководить ими, тогда как доказательств, с достоверностью подтверждающих данный факт истцами не представлено и в ходе судебного разбирательства судом не добыто, оснований для признания совершенного наследодателем в пользу ответчика завещания недействительным по вышеуказанному основанию не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 12, 56, 67, 167, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 к ФИО17 о признании недействительным завещания, совершенного 05 августа 2010 года –– отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Московский районный суд Санкт-Петербурга в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья