Дело № 2-597/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 марта 2023 года г. Ростов-на-Дону

Кировский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:

председательствующего судьи Шандецкой Г.Г.,

при секретаре Казаченко А.Е.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-597/2023 по иску ФИО1 к ГБУ РО «Онкодиспансер», третье лицо Территориальный орган Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Ростовской области, о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ГБУ РО «Онкодиспансер» о взыскании компенсации морального вреда, в обоснование указав, что является матерью ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Ее дочь ФИО2 имела заболевание: С40.2 <данные изъяты> SТ IIВ.

ФИО2 проходила лечение ГБУ РО «Онкологический диспансер».

Истец считает, что ее <данные изъяты> ФИО2 в ГБУ РО «Онкодиспансер» оказывалась медицинская помощь ненадлежащего качества.

В связи с этим, истец обратилась в Территориальный орган Росздравнадзора по Ростовской области с жалобой о ненадлежащем качестве оказания медицинской помощи Р, о несоблюдении ее прав при оказании медицинской помощи в рамках обязательного медицинского страхования в ГБУ РО «Онкодиспансер», а также об отказе в льготном обеспечении лекарственным препаратом Вотриент (МНН: Пазопаниб) в данной медицинской организации.

В ответе от ДД.ММ.ГГГГ исх. № указано, что вышеуказанные факты частично подтвердились, в связи с чем, в отношении ГБУ РО «Онкодиспансер» и его главного врача будут составлены протоколы об административном правонарушении.

Таким образом, по мнению истца, фактически подтвержден факт о ненадлежащем качестве оказания медицинской помощи Р.

Р умерла ДД.ММ.ГГГГ.

Истец считает, что смерть ее <данные изъяты> Р наступила в результате оказания медицинской помощи ненадлежащего качества, в связи с чем, по вине сотрудников ГБУ РО «Онкодиспансер» истцу были причинены моральные и нравственные страдания.

На основании изложенного истец просит суд взыскать с Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Онкологический диспансер» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 рублей.

Истец в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещена судом надлежащим образом.

Представитель истца, действующий на основании доверенности ФИО3 в судебное заседание явился, исковые требования поддержал. Просил исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебное заседание явилась, просила исковые требования оставить без удовлетворения, в ходе судебного разбирательства дополнительно пояснила, что медицинская помощь была оказана своевременно. В обязанность медиков входит наблюдение, лечение, выписка рецептов, но никак не снабжение пациентов препаратами. На ДД.ММ.ГГГГ этого препарата не было, параллельно был выписан рецепт и подана заявка. За наличие или отсутствие препарата медицинское учреждение не отвечает, либо по необходимости подают заявки в министерство здравоохранения. Рецепт выписывался с достаточным сроком действия на 30 дней, в тот же день была подана заявка на случай, если этот препарат появится на аптечных складах и может быть отоварен. Поскольку рецепт не был отоварен, то по истечению срока действия был повторно выписан рецепт на этот препарат ДД.ММ.ГГГГ, отец пациентки пришел в онкодиспансер и ему продублировали рецепт. Однако отоварен он был только ДД.ММ.ГГГГ, спустя месяц после получения рецепта на руки. Таким образом, говорить о том, что не своевременно был выписан рецепт и пациент обеспечен препаратом необоснованно. Кроме того, пациента приглашали также на госпитализацию, однако пациентка не появилась. Просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Третье лицо Территориальный орган Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Ростовской области в судебное заседание своего представителя не направил, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещен судом надлежащим образом.

Суд, выслушав представителя истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Статьей 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 данного Закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии со ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В соответствии с положениями ст. 9 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" органы государственной власти и органы местного самоуправления, должностные лица организаций несут в пределах своих полномочий ответственность за обеспечение гарантий в сфере охраны здоровья, установленных законодательством Российской Федерации.

Судом установлено и следует из материалов дела, что согласно свидетельству о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ родителями Р, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являются Р,И. (отец) и ФИО1 (мать) (л.д.10).

При жизни Р на протяжении последних 5 лет имела заболевание С40.2 <данные изъяты> SТ IIВ, с 2016 г. наблюдалась в МБУЗ ЦГБ <адрес>, с июля 2019 г. наблюдалась у онколога ГБУ РО «Онкодиспансер».

07.03.2021 г. Р умерла, что подтверждается свидетельством о смерти V-АН № от ДД.ММ.ГГГГ, о чем Отделом записи актов гражданского состояния администрации Азовского района Ростовской области составлена актовая запись № от 10.03.2021).

Истец считая, что ее <данные изъяты> Р в ГБУ РО «Онкодиспансер» оказывалась медицинская помощь ненадлежащего качества, обратилась в Территориальный орган Росздравнадзора по Ростовской области с жалобой о ненадлежащем качестве оказания медицинской помощи Р, о несоблюдении ее прав при оказании медицинской помощи в рамках обязательного медицинского страхования в ГБУ РО «Онкодиспансер», а также об отказе в льготном обеспечении лекарственным препаратом Вотриент (МНН: Пазопаниб) в данной медицинской организации.

Территориальным органом Росздравнадзора по Ростовской области в пределах компетенции рассмотрено обращение ФИО1 о ненадлежащем качестве оказания медицинской помощи, дан ответ № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что факты, указанные в обращении частично подтвердились, в связи с чем в отношении ГБУ РО «Онкодиспансер» и его главного врача будут составлены протоколы об административном правонарушении, предусмотренном ч.3 ст.19.20 КоАП РФ. Обращение для рассмотрения и ответа направлено в Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Ростовской области.

По поручению Росздравнадзора по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № предоставлены объяснения, согласно которым пациентка Р, ДД.ММ.ГГГГ г.р., проживающая по адресу: <адрес>, наблюдается у онколога ГБУ РО «Онкодиспансер» с июля 2019.

Больна с апреля 2016. Обследована в ФГБУ РНИОИ, по данным гистологического исследования № от ДД.ММ.ГГГГ остеосаркома. От предложенной химиотерапии воздержалась.

Оперирована ДД.ММ.ГГГГ, после предоперационной химиотерапии произведена резекция дистального отдела правой бедренной кости с опухолью (на протяжении 24 см), замещение дефекта эндопротезом коленного сустава.

В мае-августе 2017 проведено 4 курса химиотерапии в ФГБУ РНИОИ.

В августе 2018 по данным СКТ выявлены метастазы в легкие, грудные позвонки, mts поражение левой подвздошной кости. Начата терапия золедроновой кислотой.

С сентября 2018 по февраль 2019 проведены курсы химиотерапии 1-й линии в ФГБУ РНИОИ. Далее рекомендовано продолжить терапию золедроновой кислотой.

По данным СКТ в январе 2019 прогрессирование заболевания, поражение шейных, грудных позвонков, левой седалищной кости. В легких множественные очаги до 0,8 см. По данным СКТ в марте 2019 очаги в легких до 1 см, остеолитические очаги в костях.

По данным ПЭТ/КТ от июня 2019 метаболически активное образование в толще мягких тканей пораженной конечности, вероятно рецидив, метаболически активные mts в кости, метаболически низкоактивные mts в легкие.

Консультирована в ФГБУ «НМИЦ онкологии им ФИО5» М3 РФ в июле 2019. Рекомендована терапия препаратом «вотриент» и продолжить золедроновую кислоту. Проведено 3 курса радионуклидной терапии в 2019.

Консультирована в ФГБУ «НМИЦ травматологии и ортопедии им. Н.Н.Приорова» в феврале 2020. Рекомендована терапия препаратом «пазопаниб» или сочетание препарата «пазопаниб» и «афинитор».

В марте 2020 в условиях МИБС им. Березина Сергея проведена лучевая терапия на область опухолевого конгломерата правого бедра до СОД 70 Грей.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ получала таргетную терапию в условиях отделения онкологии № <адрес>. После ДД.ММ.ГГГГ в ГБУ РО «Онкодиспансер» не обращалась.

Заключительный диагноз: С40.2 <данные изъяты>, осложненная патологическим переломом (ДД.ММ.ГГГГ), состояние после закрытой репозиции костных отломков, хирургического лечения в марте 2017, 4х курсов химиотерапии. Прогрессирование, мтс в кости и легкие (август 2018), состояние после 6 курсов 1-й линии химиотерапии, терапии бисфосфонатами. Местный рецидив в июне 2019, состояние после 4х курсов радионуклидной терапии, 1 курса стереотаксической терапии, 8 курсов таргетной терапии «пазопанибом». Прогрессирование, состояние после 2х курсов таргетной терапии «эверолимусом» в 2020. Клиническая группа 2.

При очной встрече с матерью пациентки ДД.ММ.ГГГГ предоставлен выписной эпикриз о лечении в МИБС г. Санкт- Петербург с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, где выполнен очередной (5-й) курс протонной терапии. По данным МРТ шейного отдела позвоночника от 24.11.2020 отрицательная динамика за счет мягкотканого образования, распространяющего в просвет позвоночного канала с компрессией спинного мозга на уровне С4. При осмотре терапевтом на дому ДД.ММ.ГГГГ состояние пациентки расценено как тяжелое, режим постельный. Движение верхних и нижних конечностей полностью отсутствует при сохранении чувствительности. Пациентка не обезболена, вследствие выраженного болевого синдрома не может принимать пищу, мочеиспускание через катетер, стул отсутствует около 2х недель.

Учитывая предоставленную информацию рекомендовано обращение к терапевту по месту жительства для симптоматической терапии и подбора адекватной анальгезии, рекомендовано обратиться в заочном режиме к нейрохирургу ФГБУ НМИЦО для решения вопроса о возможности хирургической декомпрессии спинного мозга на уровне С4, контроль общеклинических анализов по месту жительства. В доступной форме Н.Г. разъяснено состояние ее <данные изъяты>.

Пациентка приглашена на госпитализацию ДД.ММ.ГГГГ- ДД.ММ.ГГГГ с результатами клинических анализов крови, результатами консультации нейрохирурга для продолжения проведения медикаментозной противоопухолевой лекарственной терапии.

Осмотрена на дому онкологом ДД.ММ.ГГГГ состояние пациентки тяжелое, лежит, самостоятельно руками-ногами не двигает. Осмотрена терапевтом на дому, получает адекватную анальгезию, что позволило пациентке принимать пишу, нормализовать стул. В устной форме пациентка от госпитализации в круглосуточный стационар для проведения лекарственной терапии отказалась (в присутствии матери).

14.12.2020г. по решению комиссии ВК № подана дополнительная заявка (исходящий № от ДД.ММ.ГГГГ) в Фармацевтическое управление МЗ РО на закупку препарата «Эверолимус» в рамках ДЛО для лечения в амбулаторных условиях.

В дополнение к ответу ГБУ РО «Онкодиспансер» от ДД.ММ.ГГГГ № на поручение Росздравнадзора от ДД.ММ.ГГГГ № ГБУ РО «Онкодиспансер» сообшил, что выписка льготных рецептов находится в компетенции первичного медико-санитарного звена. Так по информации ФИО6 РО Р дважды выписывали в ЦГБ <адрес> кислоту и в ЦРБ <адрес> однократно фентаниловый пластырь. Тем не менее, пациентке Р в консультативной поликлинике ГБУ РО «Онкодиспансер» был выписан льготный рецепт на необходимый ей препарат Эверолимус, однако за рецептом никто не приходил.

В связи с предоставлением ГБУ РО «Онкодиспансер» в территориальный орган Росздравнадзора по Ростовской области сведений о выписке льготного рецепта на лекарственный препарат Эверолимус, с приложением копии рецепта, ДД.ММ.ГГГГ вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ч.3 ст.19.20 в отношении ГБУ РО «Онкодиспансер», в связи с отсутствием события административного правонарушения.(л.д.68)

По смыслу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установить наличие вреда, его размер, противоправность действий причинителя вреда, наличие его вины (умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (пункт 1 статьи 1068 ГК РФ).

Так, в соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", по общему правилу, установленному п. п. 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно ст. 3 ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

Для признания факта некачественного оказания медицинских услуг должны быть представлены доказательства, не только подтверждающие наличие дефектов в оказании медицинской помощи пациенту и причинение медицинскими работниками вреда в виде наступления у пациента негативных последствий, но и установление наличия прямой причинно-следственной связи между действиями работников медицинской организации по оказанию медицинской помощи пациенту и причинения вреда здоровью пациента.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Между тем, истцом не предоставлены суду и в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие оказание ответчиком медицинских услуг ненадлежащего качества, выразившиеся в несоблюдении прав пациента ФИО1 при оказании медицинской помощи в рамках обязательного медицинского страхования в ГБУ РО «Онкодиспансер» и отказе в льготном обеспечении лекарственным препаратом, а также то, что данные обстоятельства послужили причиной ухудшения состояния здоровья, а в впоследствии смерти <данные изъяты> истца, напротив, указанные доводы опровергаются материалами дела.

Как следует из материалов дела и пояснений ответчика, все медицинские организации для выписки рецептов по распоряжению Минздрава Ростовской области используют программный продукт компании «Электронная медицина», который, однако, имеет ряд ограничений при его использовании. В частности, в случае, если препарат отсутствует в наличие на аптечном складе, то выписать рецепт непосредственно в программе не представляется возможным. В подобной ситуации врачи имеют возможность выписать рецепт в рукописном варианте.

Подобный подход - выписка рецепта «от руки» - практикуется врачами для целей соблюдения обязанности по выписыванию рецептов, а также для предоставления пациентам возможности отоварить рецепт в случае появления выписываемого препарата на аптечном складе в период его действия.

14.12.2020 г. ГБУ РО «Онкодиспансер» не только был выписан рецепт в рукописном варианте на препарат «Эверолимус» № на имя Р (л.д.79), но и подана заявка (исх. № от ДД.ММ.ГГГГ) в Фармацевтическое управление МЗ РО на закупку необходимого пациентке препарата «Эверолимус» в рамках ДЛО для лечения в амбулаторных условиях на случай, если этот препарат появится на аптечных складах и может быть отоварен.

Как следствие, после обработки указанной заявки и передачи препарата в аптечный пункт, у пациентки в период срока действия рецепта от 14.12.2020 г. – 30 дней была возможность данный рецепт отоварить, несмотря на то, что непосредственно в момент выписки рецепта препарат «Эверолимус» на аптечном складе отсутствовал.

За наличие или отсутствие препарата на аптечных складах медицинское учреждение ответственности не несет, что также не может свидетельствовать для признания факта некачественного оказания медицинских услуг.

ДД.ММ.ГГГГ Р повторно был выписан рецепт на препарат «Эверолимус» серии №, поскольку в период действия рецепта от ДД.ММ.ГГГГ, составлявшего 30 дней, препарат «Эверолимус» отсутствовал в наличии.

Выписанный рецепт от ДД.ММ.ГГГГ был отоварен только ДД.ММ.ГГГГ, то есть спустя почти месяц после его выписки, что подтверждается скриншотом программного обеспечения «Электронная медицина».

По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ недостатка в выписанном препарате не имелось.

Кроме того, как следует из пояснений ответчика, данным в ходе судебного заседания, ДД.ММ.ГГГГ Р,И., являвшемуся законным представителем пациентки Р, в доступной форме было разъяснено состояние его <данные изъяты> и было предложено госпитализировать ее в ГБУ РО «Онкодиспансер» на круглосуточный или дневной стационар для прохождения специализированного лечения, что подтверждается соответствующей распиской. Однако для госпитализации пациентка не явилась, после ДД.ММ.ГГГГ ни лично, ни в лице своих законных представителей за медицинской помощью не обращалась.

Таким образом, доводы истца о ненадлежащем качестве оказания медицинской помощи Р, о несоблюдении ее прав при оказании медицинской помощи в рамках обязательного медицинского страхования в ГБУ РО «Онкодиспансер», а также об отказе в льготном обеспечении лекарственным препаратом не нашли своего подтверждения.

Руководствуясь вышеуказанными положениями действующего законодательства, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии с положениями ст. ст. 12, 56, 67 ГПК РФ, исходя из того, что в ходе судебного разбирательства не подтверждены факты ненадлежащего обеспечения реализации гарантий и соблюдения прав и свобод в сфере охраны здоровья, установленных законодательством Российской Федерации, в пределах компетенции данных органов, равно как и не доказана их причинно-следственная связь между действиями ответчика с заявленным вредом, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований о компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст.ст. 12, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ГБУ РО «Онкодиспансер», третье лицо Территориальный орган Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Ростовской области, о взыскании компенсации морального вреда,- оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Кировский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы.

Судья

В окончательной форме решение изготовлено 20.03.2023 года.