Судья г/с Казанчев В.Т. № 33-3-7671/2023

в суде 1-й инстанции № 2-740/2023

УИД 26RS0012-01-2023-000705-11

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

городСтаврополь 23 августа 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Осиповой И.Г.,

судей: Савина А.Н., Кононовой Л.И.,

при секретаре судебного заседания Семенюк В.А.,

с участием прокурора Марчукова М.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика войсковой части № 7427

на решение Ессентукского городского суда Ставропольского края от 25мая 2023 года

по исковому заявлению ФИО1 ФИО16 к войсковой части № 7427 о взыскании компенсации морального вреда,

заслушав доклад судьи Савина А.Н.,

установила:

ФИО2 обратилась в суд с иском к Министерству обороны РФ и войсковой части № 7427 о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указала, что 10 ноября 2018 года в результате нарушения военнослужащим ФИО3, управлявший транспортным средством «Форд Мондео», регистрационный номер № регион, правил дорожного движения о соблюдении водителем скоростного режима, которая позволила бы избежать столкновение, был совершен наезд на гражданина ФИО4, являющего сыном истца, переходившего проезжую часть дороги в неустановленном для этого месте. Дорожно-транспортное происшествие произошло в результате нарушения военнослужащим ответчика ПДД, что подтверждается приговором от 31 мая 2019 года вынесенным Пятигорским гарнизонным военным судом.

Ссылаясь, что гибелью сына ФИО4, ставшей следствием поведения водителя ответчика, ей причинен неизмеримый моральный вред, уточнив исковые требования, истец просила суд взыскать с войсковой части 7427 в её пользу в счет компенсации морального вреда за причиненные нравственные страдания, источником повышенной опасности, денежную компенсацию в размере 2 000 000 рублей.

Определением Ессентукского городского суда Ставропольского края от 19мая 2023 года на основании ходатайства стороны истца из числа ответчиков исключено Министерство Обороны Российской Федерации.

Обжалуемым решением Ессентукского городского суда Ставропольского края от 25 мая 2023 года исковые требования ФИО2 удовлетворены частично:

с войсковой части № 7427 Федеральной Службы войск национальной гвардии в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 600 000 рублей, в остальной части заявленных требований отказано;

с войсковой части № 7427 в доход бюджета города Ессентуки взыскана государственная пошлина в размере 6 000 рублей

В апелляционной жалобе ответчик войсковой части № 7427 просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное, принятое с существенными нарушениями норм материального права. Указывает, что как установлено приговором суда, военнослужащий войсковой части 7427, управляющий транспортным средством ФИО3 добровольно возместил имущественный ущерб и моральный вред, а также претензии со стороны потерпевшей отсутствовали. Более того потерпевшей по уголовному делу была признана дочь умершего ФИО5, мать умершего ФИО2 по уголовному делу являлась свидетелем. Также указывает, что удовлетворенная сумма в размере 600000 рублей является не соразмерной и завышенной.

Истец ФИО2, третье лицо ФИО3, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, в связи с чем, в соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ) дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на них, проверив законность и обоснованность решения суда по доводам апелляционной жалобы, выслушав представителя ответчика войсковой части № 7427 – ФИО6, поддержавшую доводы жалобы, прокурора Марчукова М.Б, полагавшего доводы апелляционной жалобы не подлежащими удовлетворению, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Как разъяснено в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Как разъяснено в пункте 9 того же постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Применительно к правилам главы 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Из содержания приведенных норм следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника (водитель, машинист, оператор и другие), не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу статьи 1079 ГК РФ и не несет ответственности перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности. Следовательно, на работодателя - как владельца источника повышенной опасности - в силу закона возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей.

В соответствии с пунктом 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 ГК РФ.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (абзац 2 статьи 1100 ГК РФ).

Статьей 1064 ГК РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (абзац первый пункта 1 статьи 1064 ГК РФ). Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (абзац второй пункта 1 статьи 1064 ГК РФ).

Так, пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (статья 151 ГК РФ, пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Причинитель вреда вправе добровольно предоставить потерпевшему компенсацию морального вреда как в денежной, так и в иной форме (например, в виде ухода за потерпевшим, в передаче какого-либо имущества (транспортного средства, бытовой техники и т.д.), в оказании какой-либо услуги, в выполнении самим причинителем вреда или за его счет работы, направленной на сглаживание (смягчение) физических и нравственных страданий потерпевшего).

Факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания (абзац 3 пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда») разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что согласно приговору Пятигорского гарнизонного военного суда от 31 мая 2019года ФИО3 признан виновным в совершении преступления предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Как установлено приговором суда, 10 ноября 2018 года, около 6 часов 30 минут, ФИО3, управляя технически исправным автомобилем «Форд Мондео», регистрационный номер № регион, в районе дома <адрес>, в нарушение абз. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 года № 1090, допустил наезд на гражданина ФИО4, переходившего проезжую часть дороги в неустановленном для этого месте. В результате ДТП ФИО4 причинены телесные повреждения, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью, повлекшие его смерть.

Также из приговора суда следует, что гражданский иск потерпевшей дочери погибшего - ФИО5 заявлен не был, размер компенсации морального вреда судом не устанавливался.

Согласно приговору суда, обстоятельством, в соответствии с пунктом «к» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации смягчающим наказание подсудимому ФИО3, признано добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда потерпевшей ФИО17

Согласно части 4 статьи 61 ГПК РФ, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Верховный Суд Российской Федерации в пункте 8 постановления Пленума «О судебном решении» от 19 декабря 2003 года № 23 разъяснил, что в силу части 4 статьи 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.

Войсковая часть 7427 является собственником автотранспортного средства «Форд Мондео», регистрационный номер № регион, что подтверждается представленной в дело копей свидетельства о регистрации транспортного средства <...> от 07 февраля 2018 года и что не оспаривается сторонами.

Судом установлено, что в момент ДТП ФИО3 проходил военную службу по призыву в войсковой части 7427 и управлял автомобилем «Форд Мондео», регистрационный номер № регион при исполнении обязанностей военной службы, что также не оспаривается сторонами.

Разрешая требования ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из того, что поскольку факт причинения ФИО4 телесных повреждений, повлекших его смерть, наступили в результате эксплуатации ФИО3 источника повышенной опасности - автомобиля, принадлежащего ответчику на праве собственности, то на ответчика возлагается обязанность по компенсации морального вреда потерпевшему.

При определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции учел все обстоятельства дела, характер причиненных истцу физических страданий в связи с утратой сына, а так же что вышеуказанное ДТП произошло вследствие грубой неосторожности ФИО4, переходившего проезжую часть дороги в неустановленном для этого месте, чем допустил нарушение пункта 4,3 Правил дорожного движения, в связи с чем пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 600000 рублей.

Судебная коллегия полагает, что при определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции в достаточной мере учел все заслуживающие внимания обстоятельства.

Оснований для уменьшения размера компенсации морального вреда у судебной коллегии не имеется.

По мнению судебной коллегии, определенный к взысканию в пользу истца с ответчика размер компенсации морального согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Довод апелляционной жалобы о том, что истец не была признана потерпевшей по уголовному делу, а следовательно, не имеет права на компенсацию морального вреда, судебная коллегия несостоятельным по следующим основаниям.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 14 указанного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Судебная коллегия полагает, что данный довод апелляционной жалобы подлежит отклонению, поскольку законодательство не связывает право лица на компенсацию морального вреда с его процессуальным положением в рамках уголовного дела. Необходимым условием для компенсации морального вреда является нарушение личных неимущественных прав, что в данном случае имело место.

С учетом изложенного, судебная коллегия находит, что судом первой инстанции правильно установлены обстоятельства, имеющие значение для разрешения дела, применен закон, подлежащий применению к спорным правоотношениям, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Достаточных оснований для иных выводов заявителем в апелляционной жалобе и в судебном заседании суда апелляционной инстанции не приведено.

Иные доводы апелляционной жалобы проверены судебной коллегией в полном объеме и отклоняются, поскольку не опровергают выводов решения суда и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства, не исследованные судом, они направлены на субъективное толкование норм законодательства и на переоценку выводов суда, что не является в силу статьи 330 ГПК РФ основанием для отмены решения суда в апелляционном порядке, в связи с чем, апелляционные жалобы удовлетворению не подлежит.

Суд первой инстанции в полной мере исследовал доказательства, имеющиеся в материалах дела, и дал надлежащую оценку имеющимся доказательствам.

Выводы суда основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, правовая оценка которым дана судом по правилам статьи 67 ГПК РФ, и соответствует нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, доводы апелляционной жалобы, оспаривающие выводы суда по существу рассмотренного спора, направленные на иную оценку доказательств, не могут повлиять на содержание постановленного судом решения, правильность определения судом прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии предусмотренных статьей 330 ГПК РФ оснований к отмене состоявшегося судебного решения.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 19декабря 2003 года №23 «О судебном решении» разъяснил, что решение должно быть законным и обоснованным (часть 1 статьи 195 ГПК РФ). Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Эти требования при вынесении решения судом первой инстанции соблюдены.

Апелляционные жалобы не содержат правовых оснований, предусмотренных статьей 330 ГПК РФ, к отмене постановленного судом решения.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Ессентукского городского суда Ставропольского края от 25 мая 2023года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 25 августа 2023года.

Председательствующий:

Судьи: