РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

2 июля 2025 года город Москва

Кузьминский районный суд города Москвы в составе председательствующего судьи Орлянской И.А. при секретаре Шамониной Н.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-934/2025 по иску ФИО1 к НАО ПКО «ПКБ», ООО «Сентинел Кредит Менеджмент», ООО «ЭОС» о признании незаконным передачу персональных данных, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к НАО ПКО «ПКБ», ООО «Сентинел Кредит Менеджмент», ООО «ЭОС» о признании незаконным передачу персональных данных, компенсации морального вреда.

В обоснование иска указал, что 25.12.2018 г. на основании постановления судебного пристава-исполнителя Перовского ОСП ФИО2, исполнительное производство № *** окончено в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 47, ст. 6, 14 Федерального закона от 02.10.2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве». Сумма задолженности по исполнительному производству составила 135 262 руб. 43 коп., и обязательства по кредитному договору погашены. Истец указал, что несмотря на завершение исполнительного производства и погашение задолженности, ООО «ЭОС» и ООО «Сентинел Кредит Менеджмент» передали коллекторскому агентству НАО ПКО «ПКБ» информацию о задолженности по кредитному договору и персональные данные истца. Истец считает действия ответчиков незаконными, поскольку передача персональных данных и документов по истребованию задолженности произведена после завершения исполнительного производства и погашения долга, что нарушает его права, в том числе в части защиты персональных данных. Кроме того, истец утверждает, что общая начисленная сумма задолженности в размере 192 927 руб. 78 коп., из которых: по кредитному договору № *** от 24.02.2007 года в размере 57 729 руб. 16 коп. и кредитному договору № ***от 27.12.2006 года размере 133 265 руб. 96 коп., является необоснованной, поскольку на момент передачи этой задолженности коллекторскому агентству долг погашен.

Основываясь на изложенном, истец просит суд признать незаконным передачу персональных сведений об ФИО1 коллекторскому агентству НАО ПКО «ПКБ» и документов по истребованию от ФИО1 задолженности по кредитному договору № *** от 24.02.2007 г. в размере 57 729 руб. 16 коп. и кредитному договору № ***от 27.12.2006 г. размере 133 265 руб. 96 коп., а всего 192 927 руб. 78 коп.; признать начисленную ФИО1 коллекторском агентством НАО ПКО «ПКБ» сумму задолженности по кредитному договору № *** от 24.02.2007 г. в размере 57 729 руб. 16 коп. и кредитному договору № ***от 27.12.2006 года в размере 133 265 руб. 96 коп., всего 192 927 руб. 78 коп., необоснованной; взыскать солидарно с ответчиков в пользу истца компенсацию морального вреда размере 100 000 руб. 00 коп.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен.

Представитель ответчика НАО ПКО «ПКБ» в судебное заседание не явился, извещен, ранее представил в адрес суда письменный отзыв на иск, в котором возражает против удовлетворения заявленных требований в полном объеме по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Представитель ответчика ООО «Сентинел Кредит Менеджмент» в судебное заседание не явился, извещен, каких-либо возражений на исковое заявление в адрес суда не направил.

Представитель ответчика ООО «ЭОС» в судебное заседание не явился, извещен, ранее представил в адрес суда письменный отзыв на иск, в котором просил отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Третьи лица в судебное заседание не явились, извещены.

Поскольку реализация участниками гражданского оборота своих прав не должна нарушать права и законные интересы иных лиц, суд считает необходимым рассмотреть дело в отсутствие сторон, в соответствии со ст.167 ГПК РФ, так как полагает возможным разрешить спор по имеющимся в деле доказательствам.

Суд, исследовав письменные материалы дела и оценив все доказательства в совокупности, приходит к следующим выводам.

В соответствии с положениями ст. 23 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.

Согласно ст. 2 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных», целью настоящего Федерального закона является обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну.

В силу положений ст. 3 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных», персональные данные - любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных).

На основании ч.1 ст. 6 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных», обработка персональных данных должна осуществляться с соблюдением принципов и правил, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Обработка персональных данных допускается, в том числе, в случае, если обработка персональных данных осуществляется с согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных.

В соответствии с положениями ч.1 ст. 9 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных», субъект персональных данных принимает решение о предоставлении его персональных данных и дает согласие на их обработку свободно, своей волей и в своем интересе. Согласие на обработку персональных данных должно быть конкретным, информированным и сознательным. Согласие на обработку персональных данных может быть дано субъектом персональных данных или его представителем в любой позволяющей подтвердить факт его получения форме, если иное не установлено федеральным законом.

В силу ч.3 ст. 21 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных», в случае выявления неправомерной обработки персональных данных, осуществляемой оператором или лицом, действующим по поручению оператора, оператор в срок, не превышающий трех рабочих дней с даты этого выявления, обязан прекратить неправомерную обработку персональных данных или обеспечить прекращение неправомерной обработки персональных данных лицом, действующим по поручению оператора. В случае, если обеспечить правомерность обработки персональных данных невозможно, оператор в срок, не превышающий десяти рабочих дней с даты выявления неправомерной обработки персональных данных, обязан уничтожить такие персональные данные или обеспечить их уничтожение. Об устранении допущенных нарушений или об уничтожении персональных данных оператор обязан уведомить субъекта персональных данных или его представителя, а в случае, если обращение субъекта персональных данных или его представителя либо запрос уполномоченного органа по защите прав субъектов персональных данных были направлены уполномоченным органом по защите прав субъектов персональных данных, также указанный орган.

Согласно ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон № 229-ФЗ) исполнительное производство возбуждается на основании исполнительного документа по заявлению взыскателя, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

На основании пункту 1 части 1 статьи 47 Федерального закона № 229 «Об исполнительном производстве», исполнительное производство заканчивается фактическим исполнением требований, содержащихся в исполнительном документе. Это означает, что должник полностью погасил задолженность или выполнил другие требования, указанные в исполнительном листе (например, взыскал встречное требование), и исполнительное производство прекращается на основании вынесения судебным приставом-исполнителем соответствующего постановления.

Согласно ст. 47 «Об исполнительном производстве», исполнительное производство оканчивается судебным приставом-исполнителем в случаях: фактического исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе; фактического исполнения за счет одного или нескольких должников требования о солидарном взыскании, содержащегося в исполнительных документах, объединенных в сводное исполнительное производство; возвращения взыскателю исполнительного документа по основаниям, предусмотренным статьей 46 настоящего Федерального закона; возвращения исполнительного документа по требованию суда, другого органа или должностного лица, выдавших исполнительный документ; ликвидации должника-организации и направления исполнительного документа в ликвидационную комиссию (ликвидатору), за исключением исполнительных документов, указанных в части 4 статьи 96 настоящего Федерального закона; признания должника банкротом и направления исполнительного документа арбитражному управляющему, за исключением исполнительных документов, указанных в части 4 статьи 69.1 и части 4 статьи 96 настоящего Федерального закона; направления копии исполнительного документа в организацию для удержания периодических платежей, установленных исполнительным документом; истечения срока давности исполнения судебного акта, акта другого органа или должностного лица по делу об административном правонарушении (с учетом положений, предусмотренных частью 9 статьи 36 настоящего Федерального закона) независимо от фактического исполнения этого акта.

Таким образом, ст. 43 и 47 ФЗ «Об исполнительном производстве» содержат исчерпывающий перечень оснований для прекращения и окончания исполнительного производства.

В соответствии с частью 1 статьи 6 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», требования судебного пристава-исполнителя являются обязательными для исполнения всеми государственными органами, органами местного самоуправления, гражданами и юридическими лицами на территории Российской Федерации.

Таким образом, суд, принимая решение по делу, обязан учесть, что исполнение постановлений судебного пристава-исполнителя носит императивный характер и подлежит неукоснительному выполнению всеми сторонами исполнительного производства. Из этого следует, что любое препятствование или уклонение от исполнения требований судебного пристава, в том числе передача документов по исполнительному производству третьим лицам без должных оснований, является нарушением закона.

В соответствии с положениями статьи 14 Федерального закона № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», решения, принимаемые судебным приставом-исполнителем, обязательны для исполнения всеми сторонами исполнительного производства. Постановления судебного пристава-исполнителя должны быть оформлены в письменной или электронной форме и содержать все необходимые данные, включая основания принятого решения и порядок его обжалования.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 29.10.2013 г. между Банком ВТБ 24 (ЗАО) и ООО «ЭОС» заключен договор уступки прав требования № 4803, согласно которому ООО «ЭОС» приобрело права требования по задолженности ФИО1 по кредитному договору № ***от 27.12.2006 г. В рамках указанного договора ООО «ЭОС» стало кредитором по указанному обязательству и получило право требовать исполнения задолженности от ФИО1

Решением Перовского районного суда г. Москвы от 09.06.2015 г. в удовлетворении исковых требований ООО «Сентинел Кредит Менеджмент» к ФИО1 о взыскании задолженности по кредиту, процентов, неустойки, возмещении судебных расходов – отказано.

Определением Перовского районного суда г. Москвы от 06.10.2015 г., суд произвел замену взыскателя ВТБ 24 (ЗАО) на правопреемника ООО «ЭОС» на стадии исполнения заочного решения Перовского районного суда г. Мосвы от 13.12.2010 г. по делу № 2-7845/2010.

12.12.2017 г. между Банком ВТБ (ПАО) и ООО «Сентинел Кредит Менеджмент» заключен договор уступки прав требований № 7604, согласно которому Банк ВТБ (ПАО) передал ООО «Сентинел Кредит Менеджмент» права требования по задолженности ФИО1 по кредитному договору № ***от 27.12.2006 г. В рамках данного договора ООО «Сентинел Кредит Менеджмент» стало новым кредитором по данному обязательству и получило право требовать исполнения задолженности от ФИО1

25.12.2018 г. судебный пристав-исполнитель Перовского ОСП ФИО3, рассмотрев материалы исполнительного производства № ***-ИП от 22.12.2016 г., возбужденного на основании исполнительного листа № ***от 15.12.2011 г., выданного Перовским районным судом г. Москвы по делу № 2-7845/3-10 от 16.08.2010 г., предмет исполнения: о взыскании задолженности по кредитному договору в размере 135 262 руб. 54 коп., в отношении должника: ФИО1, в пользу взыскателя: ООО «ЭОС», вынес постановление об окончании исполнительного производства на основании ст. 14, ст. 6, подп. 1 п. 1 ст. 47 ФЗ «Об исполнительном производстве». Сумма, взысканная по ИП, составляет 135 262 руб. 54 коп.

08.08.2022 г. мировым судьей судебного участка № 280 района Вешняки г. Москвы по делу № 2-1129/2022 вынесен судебный приказ о взыскании с должника ФИО1 в пользу ООО «Сентинел Кредит Менеджмент» задолженности по кредитному договору № ***от 27.12.2006 г., заключенному с ОАО «Банк Москвы», в размере 133 265 руб. 96 коп., а также государственной пошлины в размере 1 932 руб. 66 коп., а всего – 135 198 руб. 62 коп.

Определением мирового судьи судебного участка № 280 района Вешняки г. Москвы от 13.09.2023 г. по делу № 02-1129/280/2022 судебный приказ от 08.08.2022 г., вынесенный по заявлению ООО «Сентинел Кредит Менеджмент» в отношении ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору № ***от 27.12.2006 г. в размере 133 265 руб. 96 коп. и суммы уплаченной государственной пошлины - отменен, в связи с поступившими возражениями должника относительно его исполнения.

Определением мирового судьи судебного участка № 280 района Вешняки г. Москвы от 02.11.2023 г., суд поставил:

произвести поворот исполнения судебного приказа № 02-1129/280/2022 от 08.08.2022 г., вынесенный по заявлению ООО «Сентинел Кредит Менеджмент» в отношении ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору № ***от 27.12.2006 г. в размере 133 265 руб. 96 коп. и суммы уплаченной государственной пошлины; взыскать с ООО «Сентинел Кредит Менеджмент» в пользу ФИО1 денежные средства в размере 115 657 руб. 47 коп.

25.12.2023 г. между ООО «Сентинел Кредит Менеджмент» и НАО ПКО «ПКБ» заключен договор № ПКБ 01-22/12/23, согласно которому ООО «Сентинел Кредит Менеджмент» передало НАО ПКО «ПКБ» права требования по взысканию задолженности с ФИО1 по кредитному договору № ***от 27.12.2006 г. В рамках указанного договора, коллекторское агентство НАО ПКО «ПКБ» получило право осуществлять взыскание задолженности, а также передавать информацию о задолженности и персональные данные ФИО1 третьим лицам, включая кредитные организации и иные коллекторские структуры.

Определением мирового судьи судебного участка № 280 района Вешняки г. Москвы от 25.06.2024 г. заявление представителя НАО ПКО «Первое клиентское бюро» (НАО ПКО «ПКБ») о процессуальном правопреемстве по гражданскому делу № 2-1129/2022 по заявлению ООО «Сентинел Кредит Менеджмент» о выдаче судебного приказа на взыскание задолженности по кредитному договору с ФИО1 – оставлено без удовлетворения.

НАО ПКО «ПКБ» представлена в материалы дела справка от 17.12.2024 г., в которой указано, что согласно договору цессии (уступки прав требований) № ПКБ 01-22/12/23 от 25.12.2023 года, НАО ПКО «ПКБ» перешли права требования по договору № ***от 27.12.2006 г., полученному в ВТБ на имя ФИО1 Сумма задолженности составляла 135 198 руб. 62 коп., которая с момента уступки прав требования не погашалась.

Согласно материалам дела, НАО ПКО «ПКБ» направило в адрес истца ФИО1 требование о взыскании задолженностей:

- по кредитному договору № *** от 24.02.2007 г., заключенный между ФИО1 и ООО УК АКТИВ, право требования которое уступлено НАО ПКО «ПКБ», в размере 57 729 руб. 16 коп.

- по кредитному договору № ***от 27.12.2006 г., заключенный между ФИО1 и ВТБ, право требования которое уступлено НАО ПКО «ПКБ», в размере 133 265 руб. 96 коп.

Общая сумма задолженностей ФИО1 по вышеуказанным кредитным договорам перед НАО ПКО «ПКБ» составляет 192 927 руб. 78 коп.

Вместе с тем, истцом представлены письменные доказательства о погашении задолженностей в рамках исполнительного производства, а именно – квитанция по оплате ФИО1 задолженности по исполнительному производству № *** СД от 27.03.2012 г.

Как указывает истец в исковом заявлении, несмотря на завершение исполнительного производства и погашение задолженности, ответчики продолжили требования по взысканию долга и передали персональные данные истца коллекторскому агентству, что является нарушением законодательства о защите персональных данных и исполнительном производстве.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Представитель ответчика НАО ПКО «ПКБ» представил в материалы дела письменный отзыв на иск, в котором возражает против удовлетворения заявленных требований в полном объеме, ссылаясь на то, что НАО ПКО «ПКБ» является законным кредитором на основании последовательной цессии прав требования по кредитному договору, а действия по взысканию задолженности и обработке персональных данных осуществляются в строгом соответствии с Федеральным законом № 230-ФЗ. Обязательство истца не прекращено, поскольку отказ в удовлетворении иска предыдущего кредитора был связан с истечением срока исковой давности, а не с надлежащим исполнением, и доказательств погашения задолженности истцом не представлено. Передача сведений в бюро кредитных историй является исполнением обязанности, установленной законом «О кредитных историях». Вместе с тем, ответчик указывает, что на отношения между истцом и ответчиком, не связанные с оказанием финансовой услуги истцу, действие Закона «О защите прав потребителей» не распространяется.

Представитель ответчика ООО «ЭОС» представил в адрес суда письменный отзыв на иск, в котором просил отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме, ссылаясь на то, что ООО ПКО «ЭОС» является надлежащим кредитором истца на основании законно заключенного договора уступки права требования. Переход прав произошел в соответствии с нормами ГК РФ и не требует согласия должника. Все последующие действия ответчика ООО ПКО «ЭОС» по взаимодействию с истцом осуществлялись в строгом соответствии с ФЗ «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности». Обработка персональных данных истца проводилась правомерно, так как была необходима для исполнения обязательства и реализации прав нового кредитора на основании федерального закона. При этом передача сведений о должнике и сумме задолженности не представляет собой разглашения банковской тайны, поскольку данная информация необходима для целей взыскания и не включает конфиденциальные сведения о банковских операциях. ООО ПКО «ЭОС» указывает, что, приобретая право требования, он не становился стороной по первоначальному кредитному договору, в связи с чем является ненадлежащим ответчиком по ряду заявленных истцом требований. Что касается требования о компенсации морального вреда, истцом не представлено доказательств, подтверждающих противоправность действий ответчика, факт причинения нравственных или физических страданий, а также причинно-следственную связь между действиями ответчика и наступившим вредом.

Оценив все собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований истца, несмотря на возражения ответчика.

Так, ответчик НАО ПКО «ПКБ» ссылается на законность своих действий, утверждая, что является законным кредитором на основании цессии прав требования, а действия по взысканию задолженности и обработке персональных данных осуществляются в строгом соответствии с Федеральным законом № 230-ФЗ «О кредитных историях». Однако эти доводы не принимаются судом. Действия по взысканию долга и обработке персональных данных не могут считаться законными, так как задолженность по указанному кредитному договору была погашена в рамках исполнительного производства, что подтверждается постановлением судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства. После завершения исполнительного производства и прекращения обязательств, действия НАО ПКО «ПКБ» по продолжению взыскания долга и передаче персональных данных истца являются незаконными, поскольку истец выполнил свои обязательства, и все правовые требования по этому делу были удовлетворены. Следовательно, довод НАО ПКО «ПКБ» о законности продолжения взыскания на основании цессии прав требования не имеет оснований, так как обязательства истца были уже выполнены и обязательства по кредиту погашены.

Ответчик ООО «ЭОС» также утверждает, что передача персональных данных и взыскание задолженности правомерны, поскольку они осуществляются на основании договора уступки прав требования. Однако этот довод судом отклоняется. После погашения задолженности, прекращения исполнительного производства и прекращения обязательств, любые действия по взысканию долга и передаче персональных данных являются незаконными, независимо от наличия договора уступки прав требования. Законность таких действий нарушает нормы, регулирующие обработку персональных данных, в том числе Федеральный закон № 152-ФЗ «О персональных данных», который требует наличия законных оснований для обработки и передачи персональных данных. В данном случае таких оснований не существует, так как обязательства истца перед кредиторами были прекращены.

Кроме того, ответчик ООО «ЭОС» утверждает, что, приобретая права требования по кредитному договору, он не становился стороной первоначального кредитного договора и не является надлежащим ответчиком по иску. Однако суд признает этот довод несостоятельным, поскольку ООО «ЭОС» стало правопреемником и несет ответственность за законность действий, связанных с взысканием долга и обработкой персональных данных истца. Ответчик, как правопреемник, обязан соблюдать права истца и обеспечивать законность своих действий, в том числе в вопросах прекращения задолженности и передачи персональных данных.

Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу, что действия ответчиков, связанные с передачей персональных данных и продолжением взыскания задолженности после завершения исполнительного производства, являются незаконным, а исковые требования подлежат удовлетворению.

В силу ч.2 ст. 17 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных», субъект персональных данных имеет право на защиту своих прав и законных интересов, в том числе на возмещение убытков и (или) компенсацию морального вреда в судебном порядке.

В силу части 2 статьи 24 Федерального закона «О персональных данных» моральный вред, причиненный субъекту персональных данных вследствие нарушения его прав, нарушения правил обработки персональных данных, установленных настоящим Федеральным законом, а также требований к защите персональных данных, установленных в соответствии с настоящим Федеральным законом, подлежит возмещению в соответствии с законодательством Российской Федерации. Возмещение морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных субъектом персональных данных убытков.

В силу положений ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с положениями ст. 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В силу положений ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Учитывая положения ст. ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ, разъяснения, изложенные в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», а также доставленные истцу нравственные страдания, перенесенные истцом переживания, связанные с незаконной обработкой его персональных данных, и продолжением взыскания погашенной кредитной задолженности, с учетом требования разумности и справедливости, обстоятельства дела, суд приходит к выводу о взыскании с ответчиков в пользу истца компенсации морального вреда в размере 50 000 руб. 00 коп.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, с ответчиков в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 900 руб. 00 коп.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования - удовлетворить.

Признать незаконной передачу персональных сведений об ФИО1 (паспорт серии ***) в НАО ПКО «ПКБ» (ИНН ***) и документов, касающихся истребования задолженности по кредитным договорам № *** от 24.02.2007 г. в размере 57 729 руб. 16 коп. и № ***от 27.12.2006 г. в размере 133 265 руб. 96 коп.

Признать начисленную НАО ПКО «ПКБ» (ИНН ***) за ФИО1 (паспорт серии ***) сумму задолженности по кредитному договору № *** от 24.02.2007 г. в размере 57 729 руб. 16 коп. и по кредитному договору № ***от 27.12.2006 г. в размере 133 265 руб. 96 коп. необоснованной.

Взыскать солидарно с НАО ПКО «ПКБ» (ИНН ***), ООО «Сентинел Кредит Менеджмент» (ИНН ***), ООО «ЭОС» (ИНН ***) в пользу ФИО1(паспорт серии ***) компенсацию морального вреда размере 50 000 руб. 00 коп., расходы по оплате государственной пошлины в размере 900 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Кузьминский районный суд города Москвы в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 5 декабря 2025 г.

Судья И.А. Орлянская