УИД: 29RS0028-01-2022-000740-34

Строка 2.204, г/п 3000 руб.

Судья Агеев Д.А.

14 сентября 2023 года

Докладчик Попова Т.В.

Дело № 33-5842/2023

город Архангельск

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда в составе:

председательствующего Бланару Е.М.,

судей Зайнулина А.В., Поповой Т.В.,

с участием прокурора Наводкина И.В.,

при секретаре Тюрлевой Е.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием видеоконференц-связи в городе Архангельске гражданское дело по иску ФИО1 к публично-правовой компании «Военно-строительная компания» о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов по апелляционной жалобе публично-правовой компании «Военно-строительная компания» на решение Мирнинского городского суда Архангельской области от 18 апреля 2023 года по делу № 2-23/2023.

Заслушав доклад судьи Поповой Т.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к публично-правовой компании «Военно-строительная компания» (далее - ППК «ВСК») о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов. В обоснование исковых требований указала, что 21 февраля 2022 года водитель ФИО2, состоявший в трудовых отношениях с ППК «ВСК», управляя транспортным средством, принадлежащим ППК «ВСК», не убедившись в безопасности совершаемого маневра, двигаясь задним ходом, совершил наезд на ее отца К. , причинив ему по неосторожности телесные повреждения, повлекшие его смерть. Просила взыскать компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины.

В ходе судебного заседания суда первой инстанции истец и ее представитель ФИО3 настаивали на удовлетворении иска.

Представитель ППК «ВСК» ФИО4 иск не признал.

Судом первой инстанции дело рассмотрено при имеющейся явке.

Решением Мирнинского городского суда Архангельской области от 18 апреля 2023 года исковые требования ФИО1 к ППК «ВСК» о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов удовлетворены.

С ППК «ВСК» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 1 000 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей, всего взыскано 1 010 300 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ППК «ВСК» о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов в большем размере отказано.

С указанным решением не согласился ответчик, в поданной апелляционной жалобе просит его отменить. Полагает, что в действиях погибшего усматривается грубая неосторожность. Нахождение К. в районе приемки бетонного раствора является его личной инициативой. Считает, что судом не учтены положения п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), взысканный судом размер компенсации морального вреда завышен. В решении судом не приведены мотивы, по которым он пришел к выводу о взыскании компенсации морального вреда в указанном размере.

В возражениях на апелляционную жалобу старший помощник военного прокурора гарнизона Мирный Наводкин И.В. считает решение суда законным, не усматривая оснований для его отмены или изменения.

Представитель истца ФИО5 в судебном заседании суда апелляционной инстанции с доводами апелляционной жалобы не согласился. Пояснил, что в действиях погибшего К. грубой неосторожности, вины в случившемся не имелось. Для истца смерть отца стала большой потерей, других родственников у нее нет.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились.

В соответствии с ч. 1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, заслушав представителя истца, заключение прокурора, участвовавшего в судебном заседании суда апелляционной инстанции посредством видеоконференц-связи, полагавшего решение суда законным и обоснованным, апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению, исследовав копию свидетельства о рождении ФИО1 , акт формы Н-1 от 25 апреля 2022 года в порядке, предусмотренном п. 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», судебная коллегия приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (ст. 37). Частью 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В силу положений абз. 4, 14 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.

В абз. 4, 15, 16 ч. 2 ст. 22 ТК РФ закреплена обязанность работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абз. 2 ч. 2 ст. 212 ТК РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с ТК РФ, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абз. 2, 13 ч. 1 ст. 219 ТК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно абз. 1 п. 1 ст. 1079 ГК РФ, юридические лица, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использования транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 настоящего Кодекса.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу п.20 данного Пленума моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абз. 1 п. 1 ст. 1068 ГК РФ).

Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении его уголовного дела и (или) уголовного преследования, производства по делу об административном правонарушении не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.ст.151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 25-27 вышеуказанного постановления Пленума).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ч.8 ст. 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ст. 237 ТК РФ).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (п. 46).

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Согласно абз. 1, 2 п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (абз. 2 п. 2 ст.1083 ГК РФ).

Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (разъяснения п.17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, К. приходился истцу отцом. 21 февраля 2022 года К. умер.

Третье лицо ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации, а именно 21 февраля 2022 года около 14 часов 20 минут, он, исполняя свои профессиональные обязанности водителя (машиниста автобетоносмесителя), прибыл на технически исправном автомобиле «<данные изъяты>», г.р.з. № к ангару – сооружению № 1 «Комплексный склад», расположенному на строительном объекте на территории складской зоны <адрес>, (шифр объекта №) для выгрузки бетонной смеси, не сообщив об этом руководителю работ. Для выгрузки бетона ФИО2 заехал в сооружение задним ходом, остановил транспортное средство. После чего, не уславливаясь с находившимся на втором уровне плотником К. о системе звуковых и знаковых сигналов во время разгрузки бетонной смеси, начал движение задним ходом со скоростью около 0,95 км/ч. в сторону бетонной стены, разделяющей первый и второй ярусы сооружения, при этом К. стоял на втором уровне бетонной поверхности у емкости, у которой ФИО2 его видел, наблюдая во время движения назад с места водителя в левое боковое зеркало заднего вида. Далее ФИО2, действуя небрежно, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде смерти плотника К. , хотя при необходимой внимательности, предусмотрительности и надлежащем исполнении своих профессиональных обязанностей, с учетом имеющегося у него соответствующего обучения, водительского удостоверения и достаточного опыта работы по данной специальности должен был и мог предвидеть эти последствия, требования вышеуказанных нормативно-правовых актов и руководящих документов проигнорировал, действуя в их нарушение, не убедился, что сзади автомобиля на первом ярусе нет посторонних лиц, продолжил движение назад задним ходом, располагая технической возможностью, транспортное средство в 1 метре от бетонной стены не остановил, допустив наезд в вышеуказанном ангаре на участке с координатами: № на К. задними элементами конструкции автомобиля, придавив его к бетонной стене, в результате чего по неосторожности причинил последнему телесные повреждения в совокупности, оценивающиеся как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, приведшие к наступлению смерти К. , и состоящие в прямой причинно-следственной связи с наступлением его смерти.

Разрешая спор и удовлетворяя требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из того, что поскольку вред здоровью К. , находящемуся при исполнении должностных обязанностей, причинен источником повышенной опасности, принадлежащим на праве собственности ответчику, под управлением ФИО2, также находившемуся при исполнении должностных обязанностей, имелась близкая родственная связь истца с погибшим, пришел к выводу о возложении на ответчика обязанности по компенсации истцу морального вреда в размере 1000000 рублей.

С данным выводом суда судебная коллегия согласна, поскольку он основан на законе, установленных по делу обстоятельствах и исследованных в судебном заседании доказательствах.

Из акта формы Н-1 от 25 апреля 2022 года, утвержденного ППК «ВСК», следует, что к несчастному случаю на производстве привела именно неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в нарушении требований п. 435 приложения к приказу Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 11 декабря 2020 года № 883н «Правила по охране труда при строительстве, реконструкции и ремонте», п. п. 7.2, 7.3 Инструкции по охране труда для машинистов бетоносмесителя передвижного (автобетоносмесителя), утвержденной приказом ППК «ВСК» от 12 марта 2021 года № П-93, необеспечение безопасности работника при производстве работ, нарушение ст. 214 ТК РФ, п. 4.6 должностной инструкции; отсутствие мероприятий по управлению профессиональными рисками, а именно: контроля за снижением риска получения травмы из-за наезда транспортного средства. При этом лицами допустившими нарушение требований охраны труда признаны водитель ФИО2, мастер строительных и монтажных работ М.

Указанный акт в установленном законом порядке не оспорен.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы указанное выше свидетельствует о вине работодателя в несчастном случае и об отсутствии в действиях погибшего грубой неосторожности.

Возлагая на ответчика обязанность по компенсации морального вреда и определяя его размер в 1000000 рублей, суд первой инстанции, руководствуясь вышеприведенными положениями законодательства, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской по их применению, исходил из фактических обстоятельств дела, характера и степени понесенных истцом физических и нравственных страданий, наличия родственных связей, степени вины ответчика при причинении вреда.

При определении размера компенсации морального вреда учтены все обстоятельства причинения вреда, в том числе вина работодателя в необеспечении безопасных условий труда, приведших к смерти К. , а также характер и тяжесть причиненных истцу нравственных страданий, переживаний, связанных с невосполнимой утратой близкого человека.

Утрата близкого человека в любом случае является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников, неимущественное право на семейные связи. Гибель родного человека является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причиняя нравственные страдания.

Судебная коллегия находит, что определенный судом размер компенсации морального вреда не является завышенным, соответствует объему физических и нравственных страданий истца, в полной мере отвечает требованиям разумности и справедливости. Обстоятельства гибели К. были учтены судом и получили надлежащую оценку суда при определении размера компенсации морального вреда. Оснований для иной оценки судебная коллегия не усматривает.

При таких обстоятельствах оснований для снижения взысканного судом размера компенсации морального вреда либо отказа в удовлетворении заявленных требований у судебной коллегии не имеется, поскольку размер денежной компенсации морального вреда, определенный судом, отвечает требованиям разумности и справедливости, установлен исходя из предусмотренных законом критериев его определения, разъяснений Верховного Суда Российской Федерации.

Таким образом, доводы жалобы были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка на основе исследованных доказательств, с которой судебная коллегия соглашается, в связи с чем отсутствуют основания для их переоценки.

Также судом с учетом характера спора, его сложности, требований справедливости и разумности, взысканы расходы истца на оплату услуг представителя в размере 10000 рублей.

Этот вывод основан на правильном применении норм процессуального права, сделан с учетом конкретных обстоятельств данного дела, характера спора, степени сложности дела. Расходы истца оценены на предмет их необходимости, оправданности и разумности.

При определении размера подлежащей взысканию суммы, суд дал оценку всем доказательствам, в связи с чем у судебной коллегии отсутствуют основания для признания выводов суда в этой части неправильными.

При этом в апелляционной жалобе в указанной части каких-либо доводов не содержится, в связи с чем в указанной части сторона ответчика полагает решение незаконным, в жалобе не указано.

Таким образом, судебная коллегия считает, что поскольку доводы апелляционной жалобы не содержат оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, для отмены постановленного решения суда, то решение суда подлежит оставлению без изменения.

Иных доводов апелляционная жалоба не содержит, в иной части решение суда сторонами не оспаривается, а в силу ч. 1 и ч. 2 ст.327.1 ГПК РФ и разъяснениями, содержащимися в п.46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 июня 2021 года №16, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно нее.

Руководствуясь ст. ст. 328-329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Мирнинского городского суда Архангельской области от 18 апреля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу публично-правовой компании «Военно-строительная компания» – без удовлетворения.

Председательствующий Е.М. Бланару

Судьи А.В. Зайнулин

Т.В. Попова