Решение по делу № 2-2115/2023 от 26.05.2025

УИД 39RS0001-01-2023-000098-53

Дело № 2-9/2025 (2-45/2024; 2-2115/2023)

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

22 апреля 2025 г. г. Калининград

Ленинградский районный суд г. Калининграда в составе

председательствующего судьи Козловой Ю.В.,

при секретаре Зварич Ю.В.,

с участие представителей истца ФИО1 – ФИО2, ФИО3, представителей ответчика АО «Калининградгазификация» ФИО5, ФИО7, представителя ответчика ООО «Газпром межрегионгаз Санкт-Петербург» ФИО8, третьего лица ИП ФИО9

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к АО «Калининградгазификация», ООО «Газпром межрегионгаз Санкт-Петербург» о защите прав потребителей, взыскании ущерба, причиненного некачественным оказанием услуг,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным иском к ответчикам, в котором, ссылаясь на положения Закона РФ «О защите прав потребителей», с учетом уточнения иска от 07.04.2025 (т.13 л.д.92) просит суд:

- признать услуги АО «Калининградгазификация» по техническому обслуживанию внутридомового и внутриквартирного газового оборудования, оказанные по адресу: <адрес>, в соответствии с Договором о техническом обслуживании, ремонте и аварийно- диспетчерском обеспечении внутриквартирного газового оборудования, установленного в жилом помещении многоквартирного дома от ДД.ММ.ГГГГ, заключенным между ФИО1 и АО «Калининградгазификация», некачественно оказанными в период с 01.06.2021 по 19.08.2022 включительно;

- взыскать солидарно с АО «Калининградгазификация» и ООО «Газпром межрегионгаз Санкт-Петербург» в пользу ФИО1 убытки, причиненные пожаром, произошедшим 19.08.2022 в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, явившимся следствием некачественного оказания услуг:

- рыночную стоимость вещей, утраченных и поврежденных в результате пожара, по состоянию на дату пожара 19.08.2022 года, определенную заключением № в размере 31 545 000 руб.;

- рыночную стоимость восстановительного ремонта квартиры в состояние, существовавшее до пожара, с учетом стоимости работ и материалов: 13 140 000 руб.;

- стоимость строительно-отделочных работ по восстановлению фасада и крыши дома в состояние, существовавшее до пожара, с учетом стоимости работ и материалов: 2 600 000 руб.;

- сумму, на которую снизилась рыночная цена квартиры в связи с пожаром, в сумме 3 000 000 руб.;

- расходы на организацию отопления в зимний период в сумме 100 000 руб.;

- расходы за найм жилого помещения за период с 25.08.2022 по 26.03.2025 в сумме 1 283 000 руб.;

- расходы на восстановление уцелевших в пожаре вещей (прачечная, химчистка, озонирование) в сумме 575 000 руб. (вошла в 31 545 000 (не отказываются в этой части))

Взыскать солидарно с АО «Калининградгазификация» и ООО «Газпром межрегионгаз Санкт-Петербург» моральный вред в сумме 2 000 000 руб.;

- взыскать с АО «Калининградгазификация» и ООО «Газпром межрегионгаз Санкт- Петербург» штраф в размере 50% присужденной суммы.

В обоснование иска указала, что 19.08.2022 в принадлежащем ей на праве собственности жилом помещении, расположенном по адресу: <адрес>, <адрес>, случился пожар, в связи с чем ей был причинен материальный ущерб в размере вышеуказанной суммы. По мнению истца, причиной пожара могла стать утечка газа с его последующим воспламенением и взрывом, которая, в свою очередь, могла произойти по причине некачественного оказания ответчиком услуг по техническому обслуживанию внутридомового и внутриквартирного газового оборудования (далее – ВДГО и ВКГО соответственно). При этом к материалам судебного дела истцом приобщено Техническое заключение № от 23.08.2022, выполненное ФБГУ «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Калининградской области (далее –Техническое заключение №), согласно которому очаг пожара располагался в верхней правой части шкафа, находящегося в правом нижнем углу от входа в помещение №; вероятной технической причиной возникновения пожара является взрыв газопаровоздушной смеси от источника зажигания неустановленной квалификации.

Определением суда от 22.04.2025 принят отказ истца ФИО1 от иска к АО «Калининградгазификация», ООО «Газпром межрегионгаз Санкт-Петербург» в части требований о возмещении стоимости восстановительного ремонта квартиры, а именно газового котла, портала, сигнализации, газового оборудования, отделки крыльца, озеленения, освещения на улице, ролставней. Производство по делу в указанной части прекращено.

Истец в судебное заседание не явилась, обеспечила явку представителей по доверенности ФИО2 (т.1 л.д.120), ФИО3, которые в судебном заседании исковые требования поддержали, представили дополнения к исковому заявлению, а также возражения относительно отзывов ответчиков (т. 3 л.д.67-71).

В судебном заседании представитель ответчика АО «Калининградгазификация» по доверенности ФИО5 (т.1 л.д.101) с иском не согласился, представил письменные возражения на иск и дополнения к ним, суть которых сводится к следующему.

В рамках исполнения обязательств по договору о техническом обслуживании, ремонте и аварийно-диспетчерском обеспечении внутриквартирного газового оборудования от 30.06.2021 ответчиком дважды оказаны услуги истцу по техническому обслуживанию газового оборудования, расположенного в его жилом помещении: 30.06.2021 и 25.06.2022.

30.06.2021 в ходе выполнения указанных работ было осуществлено техническое обслуживание газовой плиты марки Miele и прибора учета расхода природного газа марки Metrix 2,5 №. На момент выполнения технического обслуживания какие-либо неисправности в работе вышеуказанного газового оборудования отсутствовали. Утечек газа обнаружено не было, тяга в вентиляционных каналах присутствовала. Техническое обслуживание установленного в жилом помещении истца газового котла 30.06.2021 ответчиком не производилось, т.к. данный вид работ выполняется специализированными сервисными организациями. Ответчиком данный вид работ не выполняется.

25.06.2022 в жилом помещении истца специалистами ответчика также были выполнены работы по техническому обслуживанию газовой плиты марки Miele и прибора учета расхода природного газа марки Metrix 2,5 № №, а также была выполнена проверка герметичности фасадного газопровода, что подтверждается актом выполненных работ от указанной даты. На момент выполнения работ каких-либо неисправностей в работе оборудования и (или) утечек газа выявлено не было. Тяга в вентиляционных каналах присутствовала. При этом техническое обслуживание газового котла 25.06.2022 специалистами ответчика также не производилось.

В ходе выполнения работ по техническому обслуживанию газового оборудования истца специалистами ответчика 30.06.2021 и 25.06.2022 были выполнены следующие обязательные виды работ, предусмотренные Приложением к Правилам пользования газом в части обеспечения безопасности при использовании и содержании внутридомового и внутриквартирного газового оборудования при предоставлении коммунальной услуги по газоснабжению, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 14.05.2013 № 410 (далее - Правила пользования газом), а именно: визуальная проверка целостности и соответствия нормативным требованиям (осмотр) внутриквартирного газового оборудования; визуальная проверка наличия свободного доступа (осмотр) к внутриквартирному газовому оборудованию; визуальная проверка состояния окраски и креплений газопровода (осмотр); визуальная проверка наличия и целостности футляров в местах прокладки через наружные и внутренние конструкции домовладения (осмотр); проверка герметичности соединений и отключающих устройств (приборный метод); проверка работоспособности и смазка отключающих устройств; -разборка и смазка кранов; регулировка процесса сжигания газа на всех режимах работы, очистка горелок от загрязнений; проверка наличия тяги в дымовых и вентиляционных каналах, состояния соединительных труб с дымовым каналом; инструктаж потребителей газа по безопасному использованию газа при удовлетворении коммунально-бытовых нужд.

Надлежащее выполнение ответчиком обязательств по Договору подтверждается актами выполненных работ от 30.06.2021 и от 25.06.2022, которые были подписаны истцом без каких-либо замечаний и оговорок. На момент выполнения работ по техническому обслуживанию газового оборудования истец не предъявил ответчику документы, подтверждающие выполнение технического обслуживания газового котла и проверку дымовых вентиляционных каналов.

Указанная информация была доведена до сведения истца связи с тем, что газовый котел является источником повышенной опасности и неисправности в его работе, могли привести к возникновению аварийных ситуаций, равно как и неисправности дымовых вентиляционных каналов, периодическая проверка которых должна проводиться не реже 3 (трех) раз в год (п.п. «в» п. 12 Правил пользования газом).

Кроме того, в домовладении истца имеются признаки переустройства, которое в свою очередь могло стать одной из причин, усугубивших последствия пожара. В случае нахождения газового котла в отдельном помещении последствия от пожара могли быть значительно меньше, либо пожар мог быть вовремя локализован.

Заявляя требования о взыскании с ответчика стоимости имущества, утраченного им в результате пожара (мебель, бытовая техника, одежда, личные вещи и т.п.), последним не доказана причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчика и произошедшим пожаром, не доказано фактическое нахождение всех указанных вещей в доме на момент возникновения пожара.

Ответчик обращает внимание суда на то обстоятельство, что между датой последнего технического обслуживания газового оборудования в домовладении истца, выполненного ответчиком (25.06.2022), и датой возникновения пожара (19.08.2022), прошёл срок, составляющий около двух календарных месяцев. За указанное время газовое оборудование истца могло стать неисправным по различным причинам, не находящимся в зависимости от действий ответчика, таким как: естественный износ, выполнение неустановленными лицами его регулировки, замены, ремонта и т.п., что, в свою очередь, могло привести к наступившим последствиям.

Критикуя выводы экспертного заключения, указал, что в составе группы экспертов не было специалиста, обладающего инженерной специализацией в области газоснабжения. В частности, для ответа на вопросы №№4,5 эксперту необходимо обладать знаниями в области газопотребления и эксплуатации газоиспользующего оборудования, так как характер последствий напрямую связан с функционированием системы: «Сеть газопотребления - газоиспользующее оборудование - помещение, где оно установлено». Эксперт ФИО35 ФИО6, отвечающий на вопросы №№ 4,5 обладает лишь познаниями в области «Промышленное и гражданское строительство», «Исследование строительных объектов и территории, функционально связанной с ними, в том числе с целью определения их стоимости». Кроме того, отсутствие необходимой квалификации негативно отразилось на выводах эксперта ФИО36 при ответе на вопросы №№ 4,5 строительно-технической экспертизы. Ответы на вопросы №№ 4, 5 не в полной мере исследованы и полностью не раскрыты, а, следовательно, не могут быть достоверными и объективными.

В экспертном заключении имеются противоречия, такие как отсутствуют сведения о причинах, по которым объект исследования осматривался экспертами несколько раз; отсутствуют сведений о необходимости отключения собственником перед отъездом в отпуск подачи газа только к котлу, при этом, не отключая газ к кухонной плите. Эксперт ФИО34 не рассмотрел перечень и полноту работ по техническому обслуживанию газоиспользующего оборудования, выполненных ИП ФИО9 и соответствие представленного им акта выполненных работ нормативной документации.

Указывает, что ИП ФИО9, при проверке котла, также был обязан выполнить все работы, предусмотренные Минимальным перечнем услуг (работ) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового газового оборудования в многоквартирном доме, внутриквартирного газового оборудования в многоквартирном доме и внутридомового газового оборудования в жилом доме.

Поскольку газовый котел, установленный в жилом помещении истца, на момент возникновения пожара, отработал свой предельно допустимый срок, установленный заводом-изготовителем (12 лет). Фактический период использования котла составил 15 лет, данный котел должен был быть или заменен или в его отношении должно было быть выполнено техническое диагностирование, по результатам которого принимается решение о возможности дальнейшей эксплуатации газового оборудования. ИП ФИО10, как один из участников процесса технического обслуживания газового оборудования, был должен выполнить процедуру приостановки подачи газа в жилое помещение истца.

В этой связи полагает, что основания для удовлетворения требований истца отсутствуют (т.1 л.д.134-140, т.4 л.д.89-94, т. 12 л.д.20-219, т.13 л.д. 2-10, т.14 л.д.143-158).

Представитель ответчика АО «Калининградгазификация» по доверенности ФИО7 пояснил, что при неисправной работе газовых котлов с открытой камерой сгорания, при периодически возникающих проблемах с тягой в дымоходе (порывы ветра, неустойчиво работающий дымоход) происходят хлопки (взрывы) газа при розжиге котла и последующий пожар, так как статистика таких пожаров очень высока (неисправная работа котла). Предоставленные акты ИП ФИО11 не подтверждают проведения необходимого перечня работ при проверке газового котла на безопасность, а значит данные работы не проводились. Полагает, что причина пожара - взрыв в топке неисправного газового котла. Просил в удовлетворении иска отказать (т.13 л.д.45, т.14 л.д.111-113).

Представитель ответчика АО «Калининградгазификация» по доверенности ФИО12 в письменной позиции по делу указал, что истец, в обход закона совершил действия, свидетельствующие о явном злоупотреблении правом, произвел переустройство и перепланировку в объекте недвижимости, чем нарушил положения ст.10 ГК РФ. Истец обязан был вести себя добросовестно, и руководствоваться действующими нормами и правилами действующего законодательства. А именно, обязан был подготовить проект, пройти согласования этого проекта со всеми контролирующими органами, а в противном случае - принять на себя риски недобросовестного поведения.

Истица была ознакомлена с правилами пользования газового котла, в том числе о необходимости размещения газового котла в соответствующем помещении и пр. Кроме того, это прямо следует из заключенного договора на техническое обслуживание (сервисное) газоиспользующего оборудования от 24 июня 2021 года с ИП ФИО9

Стороной истца не представлено подтверждение оплаты по договору обслуживания газоиспользующего оборудования, а значит в силу толкования, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 г. N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", Договор на техническое (сервисное) обслуживание газоиспользующего оборудования мощностью до 100 кВт от 24 июня 2021 г - является незаключённым (т.13 л.д.46-50, т.14 л.д.165-167).

В судебном заседании третье лицо ИП ФИО9, указал, что на основании договоров с ФИО1 на техобслуживание газоиспользующего оборудования № от 24.06.2021 и № от 15.06.2022 им выполнены качественно работы, в срок, претензий у истца к нему не возникло, при передаче результата работ заказчику газоиспользующее оборудование не имело никаких дефектов, находилось в стабильном исправном состоянии и не могло явиться причиной пожара.

Представитель ответчика ООО «Газпром межрегионгаз Санкт-Петербург» по доверенности ФИО8 (т.1 л.д.100) в судебном заседании исковые требования не признала, указала, что Общество является поставщиком природного газа на территории Калининградской области для коммунально-бытовых нужд граждан, качество газа, поставляемого в спорное помещение соответствует ГОСТ, о чем представлен паспорт качества газа, в связи с чем основания для возложения на ООО «Газпром межрегионгаз Санкт-Петербург» ответственности по возмещению ущерба и морального вреда отсутствуют, представила письменную позицию на иск (т.2 л.д.2-7, т.12 л.д.41-46, т14 л.д.168-173).

Представитель третьего лица ООО «Лучший дом в Ленинградском районе» по доверенности Мирзаева Е.Н. исковые требования не признала, просила в удовлетворении иска отказать.

Выслушав представителей сторон, допросив свидетелей, экспертов, исследовав все доказательства по делу в их совокупности и дав им оценку в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 2 статьи 548 Гражданского кодекса Российской Федерации к отношениям, связанным со снабжением через присоединенную сеть газом, нефтью и нефтепродуктами, водой и другими товарами, правила о договоре энергоснабжения применяются, если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не вытекает из существа обязательства.

Статья 2 Федерального закона от 31 марта 1999 г. N 69-ФЗ "О газоснабжении в Российской Федерации" (далее - Закон о газоснабжении) раскрывает такие понятия, как поставщик и потребитель газа: поставщик (газоснабжающая организация) - собственник газа или уполномоченное им лицо, осуществляющие поставки газа потребителям по договорам; потребитель газа (абонент, субабонент газоснабжающей организации) - юридическое или физическое лицо, приобретающее газ у поставщика и использующее его в качестве топлива или сырья.

Федеральный закон от 26 марта 2003 г. N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" (далее - Закон об электроэнергетике) квалифицирует передачу электроэнергии на энергопринимающие устройства потребителя как услугу (статьи 3, 26).

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Однако эта же норма возлагает на потерпевшего обязанность представить доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что именно ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 14 постановления от 5 июня 2002 года N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем" дал разъяснения, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 Гражданского кодекса, в полном объеме лицом, причинившим вред.

Таким образом, по смыслу положений статьи 15, пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установить наличие вреда, его размер, противоправность действий причинителя вреда, наличие его вины (умысла или неосторожности), а также причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Согласно ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено судом и следует из материалов дела, с 01.06.2021 ФИО1 является собственником жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>., что подтверждается выпиской из ЕГРН (т.1 л.д.25).

Спорная квартира фактически представляет собой 9-ю блок-секцию десяти секционного сблокированного жилого дома. Приемка газоиспользующего оборудования под пусконаладочные работы осуществлена ДД.ММ.ГГГГ (том 3, л.д.169, стр. 2), проектная документация (газоснабжение) выполнена в 2005 году.

ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «Калининградгазификация» (исполнитель) и ФИО1 (заказчик) был заключен договор о техническом обслуживании, ремонте и аварийно-диспетчерском обеспечении внутриквартирного газового оборудования (ВКГО), согласно которому исполнитель обязуется в период действия договора выполнять работы (оказывать услуги) по техническому обслуживанию, ремонту и аварийно-диспетчерскому обеспечению внутриквартирного газового оборудования, расположенного по адресу: <адрес>, указанному в приложении 1 к договору. Перечень выполняемых работ (оказываемых услуг) по техническому обслуживанию ВКГО указан в приложении 2, периодичность выполнения отдельных работ (услуг) по техническому обслуживанию ВКГО указан в приложении 3 к договору.

В указанном договоре применяются термины и определения в соответствии с правилами пользования газом в части обеспечения безопасности при использовании и содержании внутридомового и внутриквартирного газового оборудования при предоставлении коммунальной услуги по газоснабжению, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 14.05.2013 года N 410

Раздел 2 договора устанавливает обязанности и права сторон.

Заказчик вправе требовать: а) выполнения работ (оказания услуг) по техническому обслуживанию, ремонту и аварийно-диспетчерскому обеспечению ВКГО в соответствии с Договором о техническом обслуживании и ремонте ВКГО, Правилами, иными нормативными правовыми и нормативными техническими актами; б) внесения изменений в условия Договора о техническом и обслуживании и ремонте ВКГО в части, касающейся перечня оборудования, входящего в состав обслуживаемого ВКГО, в случае изменения количества и типов входящего в его состав оборудования; о снижение (перерасчета) платы за неисполнение (ненадлежащее исполнение) обязательств, вытекающих из договора ВКГО; г) возмещения ущерба, причиненного в результате действия (бездействия) исполнителя; д) расторжения договора о техническом обслуживании и ремонте ВКГО в одностороннем порядке, при условии полной оплаты за выполненные работы (оказанные услуги), выполненные исполнителем по заключенному договору о техническом обслуживании, ремонте и аварийно- диспетчерском обеспечении ВКГО, в случаях и в порядке, которые установлены п.61 Правил(п.2.1 договора).

Исполнитель обязан: а) осуществлять техническое обслуживание внутренних газопроводов и бытового газоиспользующего оборудования, входящего в состав ВКГО, не реже 1 раза в год с учетом минимального перечня выполняемых работ (оказываемых услуг) по техническому обслуживанию и ремонту ВКГО в соответствии с требованиями Правил, условиями договора и иных обязательных документов; б) организовать круглосуточное аварийно-диспетчерское обеспечение ВКГО; в) при очередном техническом обслуживании ВКГО проводить инструктаж Заказчика по безопасному использованию газа при удовлетворении коммунально- бытовых нужд, который осуществляется в устной форме с передачей (непосредственно после инструктажа) заказчику инструкции. Факт передачи инструкции и проведении инструктажа фиксируется в акте, подписывается заказчиком и исполнителем; г) при очередном техническом обслуживании ВКГО осуществлять техническое обслуживание резервуарной, групповой или индивидуальной баллоной установки сжижеенных углеводородных газов, а также проверку наличия тяги в дымовых и вентиляционных каналах, состояния соединительных труб с дымовым каналом; д) выполнять работы по ремонту ВКГО на основании заявок Заказчика;

- а также осуществить приостановление подачи газа без предварительного уведомления об этом заказчика в случае поступления исполнителю информации о наличии угрозы возникновения аварии, утечек газа или несчастного случая. О наличии указанной угрозы свидетельствуют следующие факторы: отсутствие тяги в дымоходах и вентиляционных каналах; отсутствие притока воздуха в количестве, необходимом для полного сжигания газа при использовании газоисполъзующего оборудования (том 1, л. д. 34,35; 142-145).

В собственности заказчика находятся: газопроводы и бытовое газоиспользующее оборудование, расположенное в квартире после отключающего устройства (запорного крана); перечень ВКГО, обслуживаемого по настоящему договору: варочная поверхность -1шт., газовый счетчик Метрикс - 1 шт. Место установки счетчика – кухня (приложение 1 к договору).

В приложение № к договору приведен минимальный перечень выполняемых работ (оказываемых услуг) по техническому обслуживанию и ремонту ВКГО (том 1, л. д. 150).

Срок действия договора 3 года.

В рамках заключенного между сторонами договора АО «Калининградгазификация» дважды выполнило работы по техническому обслуживанию ВГКО.

Так, согласно акту выполненных работ по проведению технического обслуживания внутриквартирного газового оборудования, находящегося в принадлежности собственников (нанимателей) жилых помещений от ДД.ММ.ГГГГ, бригада в составе мастера СЭДГО ФИО16, слесаря СЭДГО ФИО17, в присутствии ФИО1 выполнили работы по ТО ВКГО по адресу: <адрес>. В ходе работ обслужены бытовой газовый счетчик Метрикс 2,5 № (показания - 17509 м3); варочная панель ПГ-5 Миеле.

В акте указано, что тяга есть, соединения дымоотводящих труб с дымовыми каналами герметичны. Замечания, рекомендации специалиста, выявленные при проведении технического инструктажа отсутствуют (т.1 л.д.147).

Из акта выполненных работ о техническом обслуживании и ремонте ВКГО или ВДГО от ДД.ММ.ГГГГ следует, что по адресу <адрес> в присутствии ФИО1 было проведено техническое обслуживание газовой плиты Миеле -1 шт, счетчика газового Метрикс № (показания <данные изъяты> м3) - 1 шт, произведена проверка герметичности фасадного газопровода -10 м. Тяга есть, соединения дымоотводящих труб с дымовыми каналами герметичны.

Подтверждена пригодность к эксплуатации актуальными документами о проведенных работах: газового котла, системы вентиляции и дымоотведения, о чем проставлены соответствующие отметки. От АО «Калининградгазификация» акт подписан мастером ФИО16, слесарем ФИО19, собственником ФИО1(том 1, л.д. 103, 149).

Истцом также был заключен договор на техническое (сервисное) обслуживание газоиспользующего оборудования.

ДД.ММ.ГГГГ между сервисом обслуживания отопительных котлов «СООК» в лице ИП ФИО9 (исполнитель, третье лицо по делу) и ФИО1 (заказчик) заключен договор № на техническое (сервисное) обслуживание газоиспользующего оборудования мощностью до 100 кВт. Предметом указанного договора являются обязательства по техническому (сервисному) обслуживанию на объекте Заказчика следующее газоиспользующее оборудование и автоматику безопасности- отопительного котла, сигнализаторы загазованности:

Период обслуживания и действия договора - один год с даты заключения договора.

Согласно акту технического состояния газоиспользующего оборудования Junkers Модель ZW23KE и автоматики безопасности от 15.06.2022, оборудование исправно и допущено к эксплуатации (т.2, л. д. 29).

Аналогичная информация, о проведённых работах и исправности оборудования имеется в договоре № на техническое (сервисное) обслуживание газоиспользующего оборудования от 24.06.2021 и акте технического состояния газоиспользующего оборудования и автоматики безопасности от 24.06.2021 (т. 2, л. д. 26-28).

19 августа 2022 года в 04 ч.52 мин. в указанном жилом помещении произошел пожар, в результате которого строение жилого дома и находившееся в нем имущество пострадало от огня.

Согласно техническому заключению ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ №71 от 23.08.2022 вероятной технической причиной возникновения пожара является взрыв газо-паровоздушной смеси от источника зажигания неустановленной квалификации. Очаг пожара располагался в верхней правой части шкафа, находящегося в правом ближнем углу от входа в помещение № (т.2 л.д.111).

В материалы дела истцом представлено заключение ООО «Константа», согласно которому сотрудники АО «Калининградгазификация» были обязаны при проведении технического обслуживания ВКГО 30.06.2021 и 25.06.2022 в рамках договора на ТО ВКГО установить отсутствие: приточного клапана вентиляции помещения, в котором расположены котел и счетчик газа, свободного доступа к газовой магистрали и счетчику газа, в связи с расположением их в замкнутом пространстве - деревянном шкафу, и незамедлительно приостановить подачу газа в соответствии с п. 77 Правил № 410.

Кроме того, необходимо было установить и отразить в специально составленных актах или актах выполненных работ все нарушения по эксплуатации системы газоснабжения в квартире, а также оформить уведомление о необходимости устранения таких нарушений и представить заказчику. АО «Калининградгазификация» было обязано при проведении технического обслуживания в рамках Договора на ТО ВКГО осуществить первичный и очередной инструктаж заказчика по безопасному использованию газа при удовлетворении коммунально-бытовых нужд, с передачей инструкции по безопасному использованию газа и отражением названных обстоятельств в актах выполненных работ и отдельных актах, подтверждающих прохождение инструктажа заказчиком.

Ненадлежащее выполнение работ по договору на ТО ВКГО способствовало возникновению пожара в квартире истца, поскольку пожар возник по причине взрыва газо-паровоздушной смеси, сформировавшейся в замкнутом пространстве и при отсутствии должной системы вентиляции в квартире.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец настаивает на том, что следствием пожара является некачественно оказанные услуги ответчиком, в рамках заключённого договора с ответчиком АО Калининградгазификация.

В целях проверки таких доводов истца и в связи с наличием возражений со стороны ответчика, с целью установления качества оказанных ответчиком услуг, стоимости и восстановления ремонта квартиры судом по ходатайству и за счет истца была назначена комплексная пожарно-техническая, строительно-техническая, товароведческая экспертиза, производство которой поручено ФБУ Калининградская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ.

На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

1.) Где находился очаг пожара, произошедшего 19 августа 2022 года в квартире, расположенной по адресу: <адрес>?

2.) Какова причина возникновения пожара, произошедшего 19 августа 2022 года в квартире, расположенной по адресу: <адрес>?

3.) Что явилось наиболее вероятной причиной утечки газа, если таковая имела место по состоянию на дату возникновения пожара 19 августа 2022 года?

4.) Соответствовало ли состояние квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, и система газового оборудования (газораспределительная сеть, газоиспользующее оборудование) по состоянию на дату пожара 19 августа 2022 года действующим нормам и правилам, требованиям нормативно-технической документации, иным нормам?

5.) Соответствовало ли качество оказанных АО «Калининградгазификация» 30.06.2021 и 25.06.2022 услуг (работ) по договору о техническом обслуживании, ремонте и аварийно-диспетчерском обеспечении внутриквартирного газового оборудования от ДД.ММ.ГГГГ действующим нормам и правилам, требованиям нормативно-технической документации, иным нормам (т. 1 л.д.34-35) ? Если не соответствовало, состоят ли они в причинно-следственной связи с возникшим 19 августа 2022 года пожаром в квартире, расположенной по адресу: <адрес>?

6.) Какова рыночная стоимость восстановительного ремонта квартиры, расположенной по адресу: <адрес> (с учетом восстановления фасада, кровли, благоустройства придомовой территории (в случае повреждения таковых в результате пожара)?

7.) Какова рыночная стоимость вещей (согласно Перечню на л.д.45-87 т.4), утраченных и поврежденных в результате пожара, по состоянию на дату пожара 19 августа 2022 года?

По результатам экспертизы составлено экспертное заключение ФБУ Калининградская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ № и №. (т. 5-11).

Производство судебной пожарно-технической экспертизы (вопросы: №, №, №) поручено государственному судебному эксперту ФБУ Калининградской ЛСЭ Минюста России ФИО33 согласно выводам которого очаг пожара, произошедшего 19 августа 2022 г., в квартире (блок-секции) расположенной по адресу: <адрес>, находился на первом этаже квартиры, в верхней правой части (в объёме) встроенного шкафа, расположенного в правом ближнем от входной двери углу.

Причиной возникновения пожара, послужил источник открытого огня (пламя горелки или «запальной свечи» двухконтурного газового котла), воспламенивший газопаровоздушную смесь, состоящую, вероятнее всего, из воздуха и продуктов неполного сгорания природного газа (монооксида углерода) в объёме встроенного шкафа, находившегося в помещении первого этажа квартиры.

Образование, и соответственно, воспламенение газопаровоздушной смеси состоящей из воздуха, монооксида углерода и метана, маловероятно.

Установить экспертным путём наличие сквозных трещин или отверстий, которые могли привести к утечке газа, не представляется возможным.

Рассматривая версию возникновения пожара в результате самовозгорания веществ и материалов, эксперт отметил следующее: под склонностью к самовозгоранию понимается способность веществ и материалов загораться без участия источника зажигания. В представленных на исследование материалах дела отсутствует информация, о хранении во встроенном шкафу веществ или материалов склонных к тепловому, химическому или микробиологическому возгоранию. Следы хранения веществ или материалов склонных к тепловому, химическому или микробиологическому возгоранию в виде фрагментов химических ёмкостей (ампул, колб и т.д.) и сгоревших (обугленных) растительных материалов во встроенном шкафу на момент осмотра места пожара отсутствуют.

Эксперт пришёл к выводу о том, что версию возникновения пожара в результате самовозгорания веществ и материалов, можно полностью исключить.

Лимитирование поступления воздуха в замкнутый объём обусловливает протекание процесса горения с превалирующим образованием монооксида углерода и других горючих продуктов, в том числе частиц сажи, копоти.

Приведя в экспертном заключении подробный расчет, эксперт указал, что при максимальном расходе газа подаваемом в газовый котёл, 0,72 м3 метана полностью сгорит (с образованием углекислого газа и паров воды) за 15,4 мин.

Учитывая то, что горение происходило в дефлаграционном режиме; автоматическая система безопасности газового котла, вероятнее всего, находились в исправном состоянии; в наружных стенах помещения (за встроенными шкафами) отсутствуют каналы приточной тяги; на момент возникновения пожара газовый котёл работал в режиме отопления помещения, т.е. периодически происходило включение и выключения подачи газа в газовую горелку; зона максимального термического воздействия на деревянные детали конструкции шкафа находилась в верхнем правом углу правого шкафа; в передней фасадной панели встроенных шкафов отсутствуют вентиляционные отверстия; газовый котёл находился в условно герметичном (закрытом) объёме встроенного шкафа, и, следовательно, процесс горения происходил с «недожогом», следует, что в результате неполного сгорания газа, подаваемого на открытый контур газового котла (газовую горелку), в условно герметичном (закрытом) объёме встроенного шкафа, горение топлива происходило с образованием монооксида углерода.

Часть образовавшегося монооксида углерода из зоны горения удалялась через дымоход, а часть попадала в закрытый объём встроенного шкафа, накапливаясь в верхней его части. Учитывая периодичность включения/выключения газового котла в режиме отопления, часть скопившегося монооксида углерода могла частично удаляться через дымоход или вентиляционное отверстие (либо окисляться (догорать) на горелке газового котла до углекислого газа). Однако, при включении газового котла, при вышеуказанных неблагоприятных условиях газообмена, часть вновь образовавшегося продукта неполного горения метана (монооксид углерода) вновь попадала в закрытый объём встроенного шкафа, накапливаясь в верхней его части.

С течением времени, во встроенном шкафу накопившийся объём монооксида углерода воспламенился от открытого источника огня (пламени) газовой горелки котла.

При этом, объём накопившегося в закрытом объёме шкафа монооксида углерода с воздухом не должен был превышать нижний предел воспламенения (12,5% по объёму), при котором данная смесь взрывоопасна. В случае достижения и превышении нижнего предела воспламенения смеси монооксида углерода с воздухом, скорость распространения пламени соответствовала бы детонационному (взрывному) горению и сопровождалось большими разрушениями конструкций стен помещения и деревянных конструкций встроенного шкафа.

В результате воспламенения монооксида углерода образовалась первичная зона горения, и открытое пламя распространилось по всем горючим материалам конструкции шкафа и предметам вещной обстановки находящихся на полках внутри шкафа.

В результате образовавшейся высокой температуры и открытого огня произошёл нагрев воздуха (азота) внутри ёмкости расширительного бака газового котла и как следствие, его разрушение (сопровождавшееся звуковым эффектом - хлопком) в результате резкого подъёма давления воздуха (азота) внутри замкнутой ёмкости бака. Разрушение замкнутой металлической ёмкости расширительного бака в свою очередь привело к механическому повреждению корпуса газового котла и питающих его линий водо- и газоснабжения.

В результате повреждения линии газоснабжения газового котла и нарушения герметичности газового счётчика, в зону горения дополнительно стал поступать природный газ (метан), тем самым резко увеличив пожарную нагрузку в помещении первого этажа квартиры.

Применяя метод исключения, эксперт пришел к указанным выше выводам.

Государственный судебный эксперт ФБУ Калининградской ЛСЭ Минюста России ФИО32. пришел к выводу, что состояние квартиры, расположенной по адресу: <...>«е»/2, и внутриквартирное газовое оборудование на дату пожара 19 августа 2022 года действующим нормам и правилам, требованиям нормативно-технической документации не соответствовало.

В нарушение нормативно - технической, организационно-распорядительной и организационно-технологической документации (далее - НТД) в квартире истца имеются следующие несоответствия:

- в наружной стене кухни-столовой отсутствует отверстие для притока воздуха сечением 0,02 м2 в конструкции шкафа, в котором был расположен теплогенератор - отсутствовало отверстие сечением 600 см2;

- горизонтальный участок газопровода от счетчика к плите расположен за декоративным коробом, осмотру недоступен, без вентиляции;

- не обеспечен нормативный приток воздуха в объеме вытяжки и дополнительного количества воздуха на горение газа (кратность воздухообмена);

- отклонение (провис) горизонтального участка газопровода составляет 110мм на 6м.

Согласно выводам эксперта ФИО6 ФИО31 качество оказанных АО «Калининградгазификация» 30.06.2021 и 25.06.2022 услуг (работ) по договору о техническом обслуживании, ремонте и аварийно-диспетчерском обеспечении внутриквартирного газового оборудования от ДД.ММ.ГГГГ действующим нормам и правилам, требованиям нормативно-технической документации, иным нормам не соответствовало.

В прямой причинно-следственной связи с произошедшим пожаром, возникшим 19 августа 2022 года в квартире, расположенной по адресу: <адрес> состоит невыполнение требований по отключению газоиспользующего оборудования при отсутствии условий обеспечения притока воздуха для сжигания газа и на вентиляцию (отсутствие приточного клапана в конструкции стены, отсутствие вентиляционного отверстия в конструкции шкафа).

В нарушение НТД АО «Калининградгазификация» по состоянию на 30.06.2021 не выполнялось:- визуальная проверка наличия свободного доступа (осмотр) к внутриквартирному газовому оборудованию в части горизонтального участка стального газопровода, расположенного под потолком у наружной стены кухни-столовой;

- проверка газового шланга от стального газопровода до варочной поверхности;

- визуальная проверка состояния окраски и креплений газопровода (осмотр) в части горизонтального участка Стального газопровода, расположенного в квартире под потолком у наружной стены (открытая прокладка, согласно ПД);

- проверка плавности и легкости вращения кранов, установленных на газопроводе в части проверки крана на опуске к варочной поверхности.

Эксперт указал, что при отсутствии устройств для поступления воздуха на вентиляцию и горение газа (обеспечение нормативной кратности воздухообмена), газоснабжение не приостановлено.

Факт передачи Заказчику инструкции по безопасному использованию газа при удовлетворении коммунально-бытовых нужд не подтвержден.

Акт сдачи-приемки выполненных работ (оказанных услуг) по ТО ВКГО не соответствует требованиям в части перечня выполняемых/выполненных работ.

В нарушение НТД АО «Калининградгазификация» по состоянию на 25.06.2022 не выполнялось:

- визуальная проверка наличия свободного доступа (осмотр) к внутриквартирному газовому оборудованию в части горизонтального участка стального газопровода, расположенного под потолком, у наружной стены кухни- столовой;

- проверка газового шланга от стального газопровода до варочной поверхности;

- визуальная проверка состояния окраски и креплений газопровода (осмотр) в части горизонтального участка стального газопровода, расположенного в квартире под потолком у наружной стены (открытая прокладка, согласно ПД);

При отсутствии устройств для поступления воздуха на вентиляцию и горение газа (обеспечение нормативной кратности воздухообмена), газоснабжение не приостановлено.

Не выдача собственнику газоиспользующего оборудования уведомления о необходимости устранения нарушений в условиях при которых согласно акту выполненных работ по ТО ВКГО от 25.06.2022 у собственника спорной квартиры отсутствует подтверждение пригодности к эксплуатации актуальными документами газового котла, систем вентиляции и дымоотведения (согласно п.п. 4.3; 4.10 «Инструкции по безопасному использованию газа при удовлетворении коммунально-бытовых нужд».

Акт сдачи-приемки выполненных работ (оказанных услуг) по ТО ВКГО не соответствует установленной форме акта.

В части причинно-следственной связи между приведенными выше несоответствиями НТД и наступившими последствиями эксперт указал, что пожар вызван воспламенением газопаровоздушной смеси, накопившейся в условно герметичном объеме шкафа, в котором располагались газовый теплогенератор счетчик газа, газовый кран, термозапорный клапан (КТЗ), стальной газопровод, гибкая металлическая сильфонная подводка от газопровода до теплогенератора. В составе взорвавшейся смеси мог присутствовать как метан, так и оксид углерода (СО). При условии того, что взорвался метан, его поступление в объем шкафа могло быть вызвано нарушением герметичности резьбовых соединений, перечисленных выше элементов внутриквартирного газового оборудования.

Разгерметизация элементов теплогенератора считается экспертом маловероятной в условиях отсутствия воздействий на элементы теплогенератора.

Проведение ежегодного сервисного обслуживания теплогенератора с допуском к дальнейшей эксплуатации подтвержденное актами, является достаточным условием его нормативной эксплуатации в течение года после проверки.

При приведенных обстоятельствах, при превышении срока службы газового теплогенератора на 3 года, фактом ненадлежащей эксплуатации бытового газоиспользующего оборудования является отсутствие технического диагностирования теплогенератора с продлением срока его службы либо отсутствие акта оценки технического состояния с допуском к дальнейшей эксплуатации (до следующей проверки).

Наиболее вероятной причиной поступления метана в условно герметичный объем шкафа является воздействие собственника на запорный кран, которое в условиях не закрепленного газопровода привело к разгерметизации резьбового соединения.

Причиной накопления метана в объеме шкафа во взрывоопасной концентрации являлись отсутствие притока воздуха на вентиляцию и горение газа, соответственно отсутствие нормативного воздухообмена в условно герметичном объеме шкафа.

Пи условии накопления в объеме шкафа взрывоопасной концентрации СО, причиной ее возникновения является недостаток поступления воздуха на горение газа, отсутствие притока воздуха на вентиляцию.

То есть в любом случае, вне зависимости от того, превышение предельной концентрации какого вещества явилось причиной взрыва, безусловной прямой причиной взрыва является отсутствие поступления воздуха на вентиляцию и горение газа в объем условно герметичного шкафа, расположенного в кухне-столовой, где был размещен газовый теплогенератор (т.6 л.д.76-80).

Согласно выводам эксперта ФБУ Калининградской ЛСЭ Минюста России ФИО30 стоимость восстановительного ремонта квартиры согласно коммерческим предложениям от строительных фирм г. Калининграда, составляет 6 884 000 рублей.

Согласно расчету, стоимость восстановительного ремонта квартиры составляет 5 564 598,50 рублей.

Согласно выводам эксперта – оценщика ООО «Региональный центр «Эксперт Оценка» ФИО18 рыночная стоимость вещей (согласно представленному перечню т.4 л.д.45-87) утраченных и поврежденных в результате пожара, по состоянию на 19.08.2022, составила 31 545 000 рублей (т.9 л.д.59).

Свои выводы эксперты ФИО6 Ф.В., ФИО4 А.И., ФИО18 подробно обосновали, будучи допрошенными в судебном заседании с соблюдением требований процессуального законодательства.

Оценивая экспертное заключение по правилам статей 59, 60 и 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что оно отвечает требованиям достоверности, соответствует требованиям Федерального закона Российской Федерации от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Экспертное исследование проведено квалифицированным экспертом, обладающим специальными познаниями, выводы эксперта мотивированы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Экспертное заключение содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ссылку на использованную литературу, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, не допускает их неоднозначного толкования.

Допустимых и достаточных доказательств, которые опровергали выводы судебной экспертизы, проведенной экспертами ФБУ Калининградская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ, стороной ответчика не представлено.

Представленная рецензия специалиста АО «Гипрониигаз» (т.13 л.д.51) на заключение судебной экспертизы таким доказательством также не является, поскольку данная рецензия эксперта на заключение судебной экспертизы получена вне рамок рассмотрения дела, а поэтому не может быть приравнена к экспертным заключениям, полученным в соответствии с положениями ст. 86 ГПК РФ.

Лицо, проводившее исследование, в качестве эксперта судом не привлекалось, об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса РФ судом не предупреждалось, его квалификация и наличие возможной заинтересованности при составлении рецензии не выяснялись.

Кроме того, рецензия не опровергает выводы экспертного заключения, так как представляет собой не самостоятельное исследование, а сводится к критическому частному мнению специалиста относительно проведенной судебной экспертизы.

В указанной рецензии не приведено никаких данных, позволяющих сделать вывод о неверности выводов экспертов, никаких мотивированных суждений специалиста в данной части не приведено.

Выводы специалиста о несогласии с выводами эксперта не могут быть приняты во внимание, поскольку они основаны не на фактических обстоятельствах, а только на анализе представленного заключения.

Оснований для назначения по делу повторной экспертизы суд не усматривает о чем вынесено отдельное определение.

Определяя надлежащего ответчика, суд приходит к следующему.

Порядок пользования газом в части обеспечения безопасного использования и содержания внутридомового и внутриквартирного газового оборудования при предоставлении коммунальной услуги по газоснабжению установлен Правилами пользования газом в части обеспечения безопасности при использовании и содержании внутридомового и внутриквартирного газового оборудования при предоставлении коммунальной услуги по газоснабжению, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 14 мая 2013 года N 410 (далее - Правила N 410).

В силу подп. "б" п. 43 Правил, исполнитель обязан осуществлять техническое обслуживание внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования не реже 1 раза в год с учетом минимального перечня выполняемых работ (оказываемых услуг) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования, предусмотренного приложением к этим Правилам.

Так, согласно письму Минрегиона России от 18.10.2013 N 19706-ВГ/11 "О разъяснениях по отдельным вопросам регулирования отношений, возникающих между исполнителями и заказчиками работ (услуг) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и внутриквартирного газового оборудования" целью Правил, является обеспечение безопасности при использовании и содержании внутридомового и внутриквартирного газового оборудования при предоставлении коммунальной услуги по газоснабжению.

В соответствии с десятым абзацем пункта 2 Правил исполнитель - специализированная организация, которая на основании договора о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования, являющегося комплексным договором, содержащим элементы договора подряда и возмездного оказания услуг (далее - договор), приняла на себя обязательства по выполнению работ (оказанию услуг), предусмотренных договором.

Под специализированной организацией четырнадцатый абзац пункта 2 Правил понимает газораспределительную организацию, осуществляющую по договору с поставщиком транспортировку газа до места соединения сети газораспределения с газопроводом, являющимся элементом внутридомового газового оборудования, получившую в установленном порядке допуск к выполнению работ (оказанию услуг) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и внутриквартирного газового оборудования и имеющую в своем составе аварийно-диспетчерскую службу.

При этом когда предметом договора является техническое обслуживание и ремонт внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования, в качестве топлива на котором используется сжиженный газ, наличия между поставщиком и специализированной организацией договора на транспортировку такого газа до обслуживаемого оборудования не требуется.

Таким образом, основными требованиями к газораспределительной организации, выступающей в качестве исполнителя по договору о техническом обслуживании и ремонте потребляющего природный газ внутридомового и (или) внутриквартирного оборудования, являются: осуществление транспортировки газа по договору с поставщиком до места соединения сети газораспределения с указанным оборудованием, что обусловлено необходимостью формирования единой системы эксплуатации и технического обслуживания внутридомового и внутриквартирного газового оборудования; получение допуска к выполнению работ по его техническому обслуживанию и ремонту, а также наличие в составе организации аварийно-диспетчерской службы.

Такие требования к исполнителям договора на техническое обслуживание и ремонт внутридомового и внутриквартирного газового оборудования обусловлены целью дополнительного обеспечения безопасности, которая в данном случае достигается объединением внутри одной организации всех функций, необходимых для надлежащего обслуживания внутридомовых газовых сетей (расположенного на них и подключенного к ним оборудования и устройств) многоквартирного дома и домовладений включая не только возможность проведения плановых работ, но и оперативное осуществление аварийно-диспетчерского обеспечения, предполагающее в соответствии с пунктом 2 Правил принятие комплекса мер по предупреждению и локализации аварий.

Специфика процесса газоснабжения, характеризующаяся непосредственной связью между внутридомовым газоиспользующим оборудованием и газораспределительными сетями, передача газа по которым является предметом заключаемого поставщиком газа договора транспортировки, определяет необходимость объединения у специализированной организации, являющейся стороной такого договора, функций по аварийно-диспетчерскому обслуживанию, а также техническому обслуживанию и ремонту внутренних газовых сетей многоквартирных домов и домовладений. Объединение всех функций позволяет оперативно предотвратить развитие аварийной ситуации как на централизованных, так и на внутридомовых газовых сетях, а также предупредить ее возникновение, в том числе путем превентивного ограничения или прекращения подачи газа, принимая во внимание техническое состояние и возможности газораспределительной сети (ее отдельных участков), учитывая степень риска возникновения аварии на внутридомовом (внутриквартирном) газоиспользующем оборудовании. Подобные согласованные действия возможны при условии их выполнения одним лицом, в то время как увеличение числа исполнителей будет способствовать одновременному снижению оперативности реагирования на аварийные (предаварийные) ситуации и, как следствие, возникновению угрозы жизни, здоровью и имуществу потребителей коммунальной услуги по газоснабжению.

При этом обеспечение безопасности при использовании и содержании газового оборудования указанным выше способом не затрагивает законных интересов потребителей в части выбора оптимального сочетания качества и стоимости получаемых ими услуг, поскольку цена договора на техническое обслуживание и ремонт внутридомового и внутриквартирного газового оборудования определяется на основании тарифа, рассчитываемых в соответствии с утверждаемыми Федеральной службой по тарифам методическими рекомендациями о правилах расчета стоимости технического обслуживания и ремонта внутридомового и внутриквартирного газового оборудования (пункт 40 Правил), а предусмотренный Правилами порядок организации аварийно-диспетчерского обеспечения, а также технического обслуживания и ремонта внутридомового и внутриквартирного газового оборудования предусматривает ответственность специализированной организации за недостатки оказанных услуг, следствием которых стало снижение их качеств, нанесение вреда жизни, здоровью, имуществу заказчиков, а также причинение им убытков (пункты 66 - 73 Правил).

пунктом 66 Правил N 410, исполнитель несет установленную Гражданским кодексом РФ, Законом о защите прав потребителей и договором о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования гражданско-правовую ответственность, в том числе: за нарушение качества выполнения работ (оказания услуг) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и внутриквартирного газового оборудования (а); за вред, причиненный жизни, здоровью и имуществу заказчика вследствие нарушения качества выполнения работ (оказания услуг) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и внутриквартирного газового оборудования или непредоставления потребителю полной и достоверной информации о выполняемых работах (оказываемых услугах) (б).

Исполнитель освобождается от ответственности за нарушение качества выполнения работ (оказания услуг) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования, если докажет, что такое нарушение произошло вследствие обстоятельств непреодолимой силы или по вине заказчика. К обстоятельствам непреодолимой силы не относятся, в частности, нарушение обязательств со стороны контрагентов исполнителя или действия (бездействие) исполнителя, включая отсутствие у исполнителя необходимых денежных средств (пункт 68 Правил N 410).

Вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу заказчика вследствие нарушения качества выполнения работ (оказания услуг) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования или непредоставления заказчику полной и достоверной информации о выполняемых работах (оказываемых услугах) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования, подлежит возмещению исполнителем в полном объеме независимо от вины исполнителя в соответствии с главой 59 ГК РФ (п. 69 Правил N 410).

Как следует из относимого к настоящему спору договору от ДД.ММ.ГГГГ, он заключен сторонами в соответствии с Законом о защите прав потребителей, Гражданским кодексом Российской Федерации и Правилами N 410.

В рассматриваемом случае в нарушение данных условий договора уполномоченные исполнителем специалисты как при исполнении договора в 2021 году, так и в 2022 году, не приостановили газоснабжение квартиры истца, что и послужило согласно, в том числе выводам судебном экспертизы возникновению пожара.

Таким образом, надлежащим ответчиком по делу является АО «Калининградгазификация», поскольку данная организация осуществляет транспортировку газа по газораспределительной системе до потребителя, а также занимается техническим обслуживанием и ремонтом внутридомового и внутриквартирного газового оборудования и тем самым, отвечает за обеспечение безопасности при использовании и содержании газового оборудования.

Поставщик газа в лице ООО «Газпром межрегионгаз Санкт-Петербург», как организация, передающая газ, в данном случае не является надлежащим ответчиком по делу.

Тем самым, оснований для солидарной ответственности, в данном случае не имеется.

Из показаний, допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО16 следует, что он является сотрудником АО «Калининград газификации» в 2021 и 2022 проводил техническое обслуживание по заявке истца. Непосредственно ФИО16 проводилась поверка газопровода, герметичность, наличие футляров, заполняемости, окраска и крепление газопровода. Свидетель инструктаж ФИО1 не проводил. Истцом не был представлен акт технического обслуживания котла.

Свидетель ФИО19 пояснил, что также является сотрудником АО «Калининград газификации» им в 2022 проводилось обследование квартиры истца. ФИО20 проверял герметичность газового оборудования, в том числе проверял наличие тяги приложив листок к вентиляционному каналу. Тяга была. При обследовании, не проверяют достаточно ли количество обступаемого воздуха для воздухообмена. Веских причин для отключения газа не было. Инструктаж с собственником проводился по мере проверки, письменно собственник не расписывался за интсруктаж.

Как указывалось выше, отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Оценив представленные доказательства, включая заключение судебной экспертизы, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца о признании услуги АО «Калининградгазификация» по техническому обслуживанию, ремонту и аварийно-диспетчерскому обеспечению внутриквартирного газового оборудования, установленного в жилом помещении по адресу: <адрес> по договору от ДД.ММ.ГГГГ года некачественно оказанными.

То обстоятельство, что истцом произведено переустройство жилого помещения в результате которого газовый котел стал находиться не в отдельном помещении (топочной), а в общем помещении кухни-гостиной площадью 70 м2, внутри деревянного шкафа и в случае нахождения газового котла в отдельном помещении последствия от пожара могли быть значительно меньше, либо пожар мог быть вовремя локализован, на что ссылался ответчик в судебном заседании, не освобождает ответчика от ответственности, поскольку выявление данных нарушений, устранение самовольных подключений, являются обязанностью АО «Калининградгазификация», в ведении которой находится газораспределительная система, находящаяся в данном доме.

Довод стороны ответчика о том, что спорное жилое помещение не является квартирой и не расположено в многоквартирном доме, в связи с чем у АО «Калининградгазификация» отсутствовала обязанность незамедлительно осуществить приостановление подачи газа без предварительного уведомления об этом заказчика при наличии угрозы возникновения аварии, утечек газа или несчастного случая, предусмотренных п. 77 Правил судом отклоняются, поскольку Правила устанавливают порядок пользования газом в части обеспечения безопасного использования и содержания внутридомового и внутриквартирного газового оборудования при предоставлении коммунальной услуги по газоснабжению, в том числе порядок заключения и исполнения договора о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования, как в домовладениях, так и в многоквартирном доме.

Таким образом, с учетом положений Правил 410 само по себе выявление в ходе выполнения работ (оказания услуг) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования наличие угрозы возникновения аварии, утечек газа или несчастного случая, установленные в том числе судебной экспертизой, порождало у АО «Калининградгазификация» обязанность по незамедлительной приостановке подачи газа, с соблюдением принципа минимизации ущерба юридическим и физическим лицам (п. 82 Правил).

Суждение ответчика о том, что ответственность в связи с возникшим у истца ущербом должен нести ИП ФИО11, поскольку выполнял работы по обслуживанию газоиспользующего оборудованию в данном случае котла, судом отклоняются, поскольку заключенный с ИП П-вым договор не является договором ВКГО, в связи с чем на него не распространяются положения Правил.

Кроме того, суд полагает необходимым отметить, что законом N 71-ФЗ и постановлением N 859 газораспределительные организации наделяются исключительным правом на техническое обслуживание и ремонт ВДГО в МКД, техническое обслуживание внутриквартирного газового оборудования в МКД и техническое обслуживание ВДГО в жилом доме (домовладении) на основании соответствующих договоров, типовые формы которых утверждены приказом Минстроя России N 388/пр.

В этой связи газораспределительные организации в части предоставления услуг по техническому обслуживанию ВДГО и ВКГО (с января 2024 года) обладают признаками субъекта естественной монополии, установленными статьей 3 Федерального закона от 17 августа 1995 г. N 147-ФЗ "О естественных монополиях".

Требования ФИО1 о взыскании убытков также подлежат удовлетрению, поскольку поставка газа для обеспечения коммунально-бытовых нужд граждан осуществляется не только исходя из принципа бесперебойности, но и принципа обеспечения безопасности, для реализации которого выполняются работы (услуги) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и внутриквартирного газового оборудования, что ответчиком АО «Калининградгазификация» сделано не было.

С учетом приведенных норм материального права, установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что истцу ФИО1 в результате пожара причинен имущественный вред, который согласно выводам экспертов ФБУ Калининградская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ № 889/5-2-23 составляет: 6 884 000 рублей - стоимость восстановительного ремонта квартиры согласно коммерческим предложениям от строительных фирм <...> 545 000 рублей - рыночная стоимость вещей (согласно представленному перечню т.4 л.д.45-87) утраченных и поврежденных в результате пожара, по состоянию на 19.08.2022.

Истцы полагали, что возмещению подлежит сумма ущерба, установленная локальным сметным расчетом в размере 13 140 000 руб.

Вместе с тем ни истцом, ни ответчиками ходатайств о проведении повторной либо дополнительной экспертизы в части определения стоимости восстановительного ремонта квартиры, несмотря на разъяснения суда, заявлено не было.

Поэтому оснований не соглашаться с размером причиненного истице ущерба, установленного заключением эксперта ФБУ Калининградская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ, суд не усматривает.

Расходы на восстановление уцелевших в пожаре вещей (прачечная, химчистка, озонирование) в сумме 575 000 рублей, суд находит не подлежащими удовлетворению, поскольку как установлено в судебном заседании и не оспаривалось сторонами, указанная сумма вошла в 31 545 000 рублей – рыночную стоимость вещей.

Заявляя требование о возмещении ущерба, истец, в том числе указывал о необходимости возместить расходы по найму.

В материалы дела представлен договор найма жилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и ФИО21, согласно которому ФИО21 (наймодатель) предоставила во временное пользование ФИО1 (наниматель) жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>Б, <адрес>. Стоимость договора составила 37 000 руб. (т.13 л.д.238).

ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ заключен аналогичный договор на тех же условиях (т.13 л.д.215, т.14 л.д.19).

ДД.ММ.ГГГГ заключен аналогичный договор, с установлением платы по договору в размере 40 000 руб. ( т.14 л.д.34).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 (наниматель) и ФИО22(наймодатель) заключен договор найма жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>. Плата по договору составила 65 000 руб.(т.14 л.д.50).

Оплата по договорам подтверждается, представленными в материалы дела расписками от 25.08.2022-40000 руб., 25.09.2022- 37000, 26.10.2022- 37 000 руб., 26.11.2022-37 000 руб., 25.12.2022-37 000+6700 руб., 26.01.2023-37 000+5700 руб., 27.02.2023-37000+6290 руб., 27.03.2023-37000+6262 руб., 24.04.2023-37 000+5686 руб., 31.05.2023-37 000+5535 руб., 26.06.2023-37 000+5070 руб., 14.07.2023 г.-37 000 руб., 26.08.2023 -37 000 +7622, 26.09.2023-37 000 + 3970 руб., 29.10.2023-37 000+5370 руб., 27.11.2023- 37 000+5600 руб., 26.12.2023-37 000+5725 руб.+550 поверка счетчика, 09.02.2024-37 000+6541, 26.02.2024-37 000+3140 руб., 25.03.2024-37000+7247, 25.04.2024-37 000+5415 руб., 25.05.2024-37 000+5840 руб., 23.06.2024-37 000+5377 руб.,22.08.2024-39400+6733 руб., 22.08.2024-40000руб., 28.09.2024-40 000+5029 руб., 26.10.2024-40 000+6228 руб., 25.11.2024-40 000+6443 руб., 24.12.2024-40 000+6600 руб., 25.01.2025-65 000 руб., 25.02.2025-65 000 руб., 25.03.2025-65 000 руб., (т.13 л.д.227, т.14 л.д.1-58).

Согласно информационному письму ООО «Балтэкспертиза» от ДД.ММ.ГГГГ представленному стороной истца, предварительная расчетная рыночная стоимость аренды жилого помещения- двухкомнатной квартиры, площадью 73,5 м2, по адресу: <адрес> по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляет 36 700 руб.(т.12 л.д.168).

Согласно информационному письму ООО «Балтэкспертиза» от ДД.ММ.ГГГГ представленному стороной истца, предварительная расчетная рыночная стоимость аренды жилого помещения- трехкомнатной квартиры, площадью 156,8 м2, по адресу: <адрес> по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляет 63 700 руб.(т.12 л.д.173).

Согласно сведениям ППК Роскадастр, жилого помещения на территории г. Калининграда у истца и членов её семьи- супруга и несовершеннолетних детей не имеется (т.12 л.д.164).

Применительно к положениям ст. 15 ГК РФ расходы истца по найму жилого помещения понесены последней в связи с неправомерными действиями ответчика, причинно-следственная связь между заявленными истцом расходами на найм жилого помещения и действиями (бездействием) ответчика в рамках настоящего дела подтверждена.

Таким образом, расходы на оплату найма квартиры в размере 1 283 000 рублей суд полагает обоснованной.

Требование истца о взыскании денежных средств в размере 3 000 000 руб. на которую снизилась рыночная цена квартиры в связи с пожаром, суд находит не подлежащей удовлетворению, поскольку истцом вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ, не представлено допустимых, достоверных и достаточных доказательств, позволявших бы прийти к выводу, что ввиду наличия произошедшего пожара, цена квартиры действительно была бы снижена (в случае продажи) при заключении договора купли-продажи по сравнению с обычной рыночной ценой такой квартиры, а равно наличие реальной возможности у истца продать указанный объект за рыночную цену по состоянию на дату продажи объекта.

Расходы на организацию отопления в зимний период в сумме 100 000 руб., также не подлежат удовлетрению, поскольку не доказано целесообразность несения таких расходов.

Требование истца о взыскании стоимость строительно-отделочных работ по восстановлению фасада и крыши дома в состояние, существовавшее до пожара, с учетом стоимости работ и материалов 2 600 000 руб. не подлежит удовлетворению, поскольку согласно выводам экспертов ФБУ Калининградская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ № 889/5-2-23 стоимость восстановительного ремонта квартиры согласно коммерческим предложениям от строительных фирм г. Калининграда составляет 6 884 000 рублей.

Разрешая требования о взыскании компенсации морального вреда, исходит из следующего.

По общему правилу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Кроме того, поскольку ФИО1 заказывала работы исключительно для личных, домашних, бытовых нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а АО «Калининградгазификация» осуществляет выполнение соответствующих работ для извлечения прибыли, к отношениям сторон применяется Закон Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей".

В ст. 15 данного закона содержится специальная норма, предусматривающая, что моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

При этом как разъяснено в п. 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" достаточным условием для удовлетворения иска о взыскании компенсации морального вреда является установленный факт нарушения прав потребителя.

С учетом изложенного, поскольку нарушение прав ФИО1 как потребителя в результате ненадлежащего выполнения работ ответчиком подтверждено в ходе рассмотрения дела, суд полагает, что имеются основания для взыскания с АО «Калининградгазификация» компенсации морального вреда в пользу ФИО1

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает ограничение возможности вести привычный образ жизни (до пожара), нарушение душевного спокойствия истца в связи с полученным стрессом от произошедшего и страхом за свою жизнь и за жизнь своих несовершеннолетних детей, супруга, который в результате пожара получил термический ожог, ссадины, и считает возможным требования ФИО1 в данной части удовлетворить частично и взыскать с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 100 000 руб., находя данный размер соответствующим требованиям разумности и справедливости и характеру перенесенных физических и нравственных страданий.

Пунктом 6 ст. 13 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Из материалов дела следует, что 17.11.2022 в адрес АО «Калининградгазификация» истцом была направлена претензия с требованием о возмещении убытков и морального вреда, которая последним оставлена без удовлетворения, о чем Общество в адрес истца направило соответствующий ответ (т.1 л.д.39-43).

В связи с этим, так как в добровольном порядке АО «Калининградгазификация» не возместило причиненный в результате ненадлежащего выполнения работ вред, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца о взыскании с ответчика штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 19 906 000? (31 545 000 + 6 884 000+1 283 000 +100 000)*50%).

Пленум Верховного Суда РФ в п. 34 постановления от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснил, что применение статьи 333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть по существу,- на реализацию требования ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Ответчиком заявлено о применении положений ст. 333 ГК РФ при взыскании штрафа.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, оценка указанного критерия отнесена к компетенции суда и производится им по правилам ст. 67 ГПК ПФ, исходя из своего внутреннего убеждения, основанного на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех обстоятельств дела.

Принимая во внимание период просрочки (более 2-х лет, с учетом нахождения гражданского дела на экспертизы), стоимость договора (1013,59 рублей), степень нарушения прав истца и степень вины ответчика, последствия нарушения ответчиком своих обязательств, суд полагает возможным снизить размер штрафа до 500 000 рублей.

Размер государственной пошлины в соответствии с абз. 6 пп. 1 п. 1 ст. 333.19 НК РФ(в ред. от 29.12.2022) по заявленным требованиям составляет 60.000 рублей.

В силу ч.1 ст.103 ГПК РФ с АО «Калининградгазификация» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 60 000 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 - удовлетворить частично.

Признать услуги АО «Калининградгазификация» по техническому обслуживанию, ремонту и аварийно-диспетчерскому обеспечению внутриквартирного газового оборудования, установленного в жилом помещении по адресу: <адрес> по договору от ДД.ММ.ГГГГ некачественно оказанными.

Взыскать с АО «Калининградгазификация» (ИНН <данные изъяты>) в пользу ФИО1 (паспорт серии № №) в счет возмещения материального ущерба 38 429 000? (тридцать восемь миллионов четыреста двадцать девять тысяч рублей) из которых 31 545 000 руб.- стоимость вещей, утраченных и поврежденных в результате пожара, 6 884 000 руб. – стоимость восстановительного ремонта квартиры, расходы на оплату найма квартиры в размере 1 283 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, штраф в размере 500 000 руб.

В удовлетворении остальной части требований, в том числе, в иске к ООО «Газпром межрегионгаз Санкт-Петербург» - отказать.

Взыскать с АО «Калининградгазификация» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 60 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Калининградского областного суда через Ленинградский районный суд г. Калининграда в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 26 мая 2025 г.

Судья Ю.В. Козлова