Докладчик Димитриева Л.В. Апелляционное дело N 33-3672/2023

Судья Филиппова Н.И. Гражданское дело N 2-277/2023

УИД 21RS0023-01-2022-004653-12

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

23 августа 2023 года город Чебоксары

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики в составе председательствующего Димитриевой Л.В.,

судей Стародубцевой Л.И., Уряднова С.Н.,

при секретаре Владимировой С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Верховного Суда Чувашской Республики гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Специализированный застройщик «Строительный трест N 3» о защите прав потребителей, поступившее по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Ленинского районного суда города Чебоксары Чувашской Республики от 31 мая 2023 года,

установила:

Указывая, что через балкон квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, проходит вентиляционная труба, относящаяся к общему имуществу многоквартирного жилого дома, и в этой связи она лишена возможности пользоваться как полезной площадью в 0, 45 кв.м, а площадь балкона на 0,1 кв.м. меньшее заявленной в договоре продавцом, ФИО1 в поданном в суд иске к застройщику акционерному обществу «Специализированный застройщик «Строительный трест N 3» (далее АО «СЗ «Стройтрест N 3», Общество), с которым был заключен договор купли-продажи недвижимости от 02.07.2015, в редакции уточненного иска просила о взыскании денежной компенсации за потерю полезной площади квартиры в размере 49 500 руб., разницы в оплаченной площади в размере 5 500 руб., неустойки за отказ от добровольного удовлетворения требования потребителя за период с 06.07.2020 по 05.05.2023 в размере 55 000 руб., компенсации морального вреда в размере 10 000 руб., штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

Истец ФИО1 личного участия в деле не принимала, представителя в суд не направила, представив заявление о рассмотрении дела без участия стороны.

Ответчик АО «СЗ «Стройтрест N 3» также выразил согласие на рассмотрение дела без участия представителя стороны, возражал относительно иска, указал на пропуск срока исковой давности для защиты прав истца, третьи лица Управление Роспотребнадзора по Чувашской Республике - Чувашии, ООО «Союзпроект», «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Чувашской Республике - Чувашии», ФИО2 представителей в суд не направили.

Решением Ленинского районного суда города Чебоксары Чувашской Республики от 31.05.2023 отказано в удовлетворении иска ФИО1 к АО «СЗ «Стройтрест N 3».

На указанное судебное постановление ФИО1 подана апелляционная жалоба, мотивированная несогласием с выводами суда об истечении срока исковой давности для защиты нарушенного права по настоящему требованию. Как указывает сторона, этот срок следует исчислять с момента направления требования застройщику, а такая претензия была направлена ею до истечения пятилетнего гарантийного срока.

Лица, участвующие в деле, в суд не явились, представителей не направили.

Исходя из сведений о надлежащем извещении лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания, размещении информации о рассмотрении жалобы, в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 N 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» на интернет-сайте суда апелляционной инстанции, а также в занимаемых судом апелляционной инстанции помещениях, судебная коллегия не усмотрела препятствий в рассмотрении дела по имеющейся явке.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 является собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес> (далее также - квартира).

Основание возникновения права собственности на объект - это договор купли-продажи квартиры от 02.07.2015 N Ц/14 - 197, заключенный с АО «СЗ «Стройтрест N 3».

Оценив возникшие между сторонами в связи с совершением сделки отношения, суд первой инстанции указал, что они находятся в правовом поле Федерального закона от 30.12.2004 N 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (далее - также Закон N 214-ФЗ), который регулирует отношения, связанные с привлечением денежных средств граждан и юридических лиц для долевого строительства многоквартирных домов и (или) иных объектов недвижимости и возникновением у участников долевого строительства права собственности на объекты долевого строительства и права общей долевой собственности на общее имущество в многоквартирном доме и (или) ином объекте недвижимости, а также гарантии защиты прав, законных интересов и имущества участников долевого строительства.

Применительно к этому делу имущественные требования участника долевого строительства обоснованы нахождением на лоджии квартиры дымохода, являющегося частью системы газоснабжения жилого многоквартирного дома, и предназначенного для удаления дыма от газовых котлов и обеспечения притока воздуха к котлам.

Разрешая имущественные требования участника долевого строительства, обоснованные тем, что дымоход, обозначенный им как вентиляционная труба, занимает пространство общей площадью, как утверждает заявитель, в 0,45 кв.м и тем самым уменьшает полезное жилое пространство квартиры, суд первой инстанции указал, что предусмотренный проектной документацией дымоход является частью транзитной системы газоснабжения жилого дома, относится к инженерному оборудованию, на который согласно пункту 5.1 статьи 7 Закон N 214-ФЗ установлен гарантийный срок в три года, исчисляемый со дня подписания документа о передаче квартиры.

Как указал суд, такой документ о передаче объекта долевого строительства был подписан ФИО1 02.07.2015, следовательно, гарантийный срок истек 02.07.2018, а с требованием к застройщику об устранении недостатка в отношении дымохода она обратилась 14.06.2020, то есть за пределами гарантийного срока, что является самостоятельным основанием для отказа истцу в иске.

Районный суд руководствовался положениями статей 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующими вопросы срока исковой давности.

Относительно вопроса о порядке исчисления сроков, в течение которых участники строительства вправе предъявлять к застройщику требования, связанные с качеством переданного им объекта, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 469 и пунктом 1 статьи 470 Гражданского кодекса Российской Федерации, продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи. В пределах определенного срока этот товар должен быть пригодным для целей, для которых товары такого рода обычно используются.

Аналогичные положения в отношении объектов долевого строительства содержатся в специальных правилах части 1 статьи 7 Закона N 214-ФЗ.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в определении судебной коллегии по экономическим спорам от 17.07.2020 N 305-ЭС19-20516(5) по делу N А40-217303/2016, законом либо договором в отношении товара устанавливается гарантийный срок, который начинает течь с момента передачи товара покупателю (пункт 1 статьи 471 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Смысл введения гарантийного срока состоит в установлении четкой временной точки, после которой перераспределяются риски обнаружения скрытых недостатков: предполагается, что за недостатки переданного товара, обнаруженные в пределах гарантийного срока, отвечает продавец; если же недостатки обнаружены за пределами этого срока, то предполагается, что за эти недостатки продавец не отвечает (если не доказано обратное).

При этом требования покупателя, упомянутые в абзаце первом пункта 3 статьи 477 данного Кодекса, должны квалифицироваться как требования, предъявленные со ссылкой на гарантию качества, однако положения названной нормы не устраняют право покупателя обратиться к продавцу по поводу недостатков, выявленных по истечении гарантийного срока.

После обнаружения недостатков считается, что покупатель должен узнать о нарушении его права, поэтому с данного момента начинает течь срок исковой давности по требованию к продавцу (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации). С этого же момента покупатель обязан в разумный срок известить продавца о нарушении условий договора купли - продажи о качестве товара (пункт 1 статьи 483 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Применительно к обстоятельствам настоящего спора и особенностям регулирования отношений, вытекающих из договоров долевого участия в строительстве, необходимо отметить следующее.

Положениями частей 5 и 5.1 статьи 7 Закона N 214-ФЗ предусмотрено, что гарантийный срок на объект долевого строительства составляет пять лет, за исключением технологического и инженерного оборудования, в отношении которого этот срок установлен в три года. По общему правилу гарантийный срок исчисляется с момента передачи участнику строительства объекта долевого строительства, являвшегося предметом договора (например, квартиры).

При этом в отношении технологического и инженерного оборудования срок исчисляется со дня подписания первого документа о передаче объекта долевого строительства. Подобное законодательное регулирование объясняется следующим: с момента, когда в доме появляется первый независимый владелец помещения (чей интерес объективно противопоставляется интересу другой стороны по договору - застройщика (продавца)), возникает режим общей долевой собственности на имущество, предназначенное исключительно для обслуживания более одного помещения в доме (статья 290 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 36 Жилищного кодекса Российской Федерации), в том числе возникает общая долевая собственность на технологическое и инженерное оборудование.

Однако поскольку не существует принципиальной разницы между правовыми режимами этого оборудования и иного общего имущества, следует исходить из того, что в отношении иного имущества, находящегося в общей долевой собственности, гарантийный срок также начинает течь со дня подписания первого документа о передаче объекта долевого строительства (составляя при этом пять лет).

В данном деле суд обоснованно исходил из трехлетней продолжительности гарантийного срока, поскольку требования истца относительно качества объекта относятся к инженерному и технологическому оборудованию, связанному с вентиляционной системой - дымоходом, для которого, согласно части 5.1 статьи 7 Закона N 214-ФЗ, установлен именно трехлетний гарантийный срок, и этот срок истек 02.07.2018, хотя иное необоснованно утверждает в жалобе ее автор.

Таким образом, вопреки доводам жалобы стороны подход суда к толкованию законодательных положений о применении гарантийных сроков является верным.

Суд правильно установил момент начала течения гарантийного срока, а также его продолжительность применительно к заявленному истцом видам недостатков, определил момент выявления недостатков в общем имуществе, разрешил вопрос о возможности применения гарантии качества и, исходя из этого о распределении бремени доказывания, а также о несоблюдении истцом срока исковой давности, о применении которого заявило Общество.

В силу системного толкования пунктов 1 и 3 статьи 725 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности для требований, предъявляемых в связи с ненадлежащим качеством работы, выполненной по договору подряда, является специальным по отношению к статье 200 Гражданского кодекса Российской Федерации и составляет один год, а для в отношении заданий и сооружений, определяется по правилам статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно Обзору судебной практики Верховного суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, если договором подряда установлен гарантийный срок и заявление по поводу недостатков результата работы сделано в пределах гарантийного срока, течение срока исковой давности начинается со дня заявления о недостатках.

Однако, как отмечает судебная коллегия, заявление о качестве вентиляционной трубы сделано ФИО1 за пределами сроков гарантии, а именно: 18.06.2020, но при этом было указано на то, что труба придает балкону неэстетичный вид, и только 14.06.2022 было отмечено, что дымоход занимает площадь в 1,5 кв.м.

Оценивая заявления истца, исходя из буквального значения содержащихся в нем слов и выражений, судебная коллегия приходит к выводу о том, что заявление о недостатке применительно к площади квартиры, в отношении которого истцом заявлен спор, было сделано 14.06.2022.

Таким образом, как со дня обнаружения недостатков в квартире (18.06.2020), так и со дня обращения истца к ответчику с заявлением об их устранении (14.06.2022) и до обращения с иском в суд (02.08.2022) трехлетний срок исковой давности, установленный статьями 725, 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, применительно к этому делу по 02.07.2021, истек.

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции об истечении срока исковой давности является обоснованным, а решение об отказе в иске ввиду истечения срока исковой давности законным.

При этом судебная коллегия соглашается и с выводами суда о том, что площадь квартиры соответствовала как проектной документации, так и техническому плану квартиры, а после заключения договора купли - продажи объекта недвижимости излишне оплаченные по предварительному договору купли - продажи денежные средства были возвращены истцу в связи с чем оснований для взыскания компенсации за потерю полезной площади и разницы оплаченной площади квартиры суд не усмотрел.

В обоснование своих выводов суд привел арифметические расчеты.

Возражений относительно этого расчета жалоба истца не содержит.

Отмечает судебная коллегия и то, что применительно к положениям части 1 статьи 7 Закона N 214-ФЗ качество объекта долевого строительства оценивается на предмет соответствия его условиям договора, требованиям технических регламентов, проектной документации и градостроительных регламентов, а также иным обязательным требованиям.

В силу пункта 1 части 2 статьи 7 Закона N 214-ФЗ, в случае если объект долевого строительства построен (создан) застройщиком с отступлениями от условий договора и (или) указанных в части 1 настоящей статьи обязательных требований, приведшими к ухудшению качества такого объекта, или с иными недостатками, которые делают его непригодным для предусмотренного договором использования, участник долевого строительства, если иное не установлено договором, по своему выбору вправе потребовать от застройщика безвозмездного устранения недостатков в разумный срок, уменьшения покупной цены, возмещения своих расходов на устранение недостатков.

Между тем, заявленные истцом требования, обозначенные как недостаток квартиры, установленным критериям недостатков не отвечают.

Как правильно подчеркнул суд, транзитная труба дымохода относится к общему имуществу многоквартирного жилого дома, предусмотрена его проектной документацией, соответствует техническим и градостроительным регламентам, и по этим основаниям не может быть отнесена к недостаткам принадлежащей истцу квартиры.

Таким образом, оснований для отмены решения, как о том просит в жалобе апеллянт, не имеется.

Руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда города Чебоксары Чувашской Республики от 31 мая 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции, находящийся в городе Самаре, через суд первой инстанции в течение трех месяцев.

Мотивированное решение составлено 23 августа 2023 года.

Председательствующий

Судьи