Судья Тарнаруцкая А.А. Дело №22-449
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
19 июля 2023 года г. Псков
Псковский областной суд в составе:
председательствующего Лукина Ю.Н.,
при секретаре Пискуновой С.А.,
с участием:
прокурора Егоровой О.В., Пронуздина Р.С.,
осужденного ФИО1,
его защитника - адвоката Бичель Ю.А.,
потерпевших: М., Г. и её представителя - адвоката Балашовой О.В.,
рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Шабанова В.А. в интересах осужденного, апелляционную жалобу потерпевшей М. на приговор Псковского районного суда Псковской области от 24 апреля 2023 года в отношении ФИО1, <****> года рождения, уроженца <****>, не судимого, осужденного по ч.3 ст.264 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы в колонии - поселении с лишением права заниматься деятельностью связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 года.
Срок отбывания наказания осужденному постановлено исчислять со дня его прибытия в колонию-поселение, с зачётом в этот срок времени его следования к месту отбывания наказания.
В соответствии с ч.4 ст.47 УК РФ срок отбывания дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, постановлено исчислять со времени отбытия основного наказания в виде лишения свободы.
Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 оставлена без изменения до вступления приговора суда в законную силу.
Постановлено взыскать с осужденного ФИО1 в пользу потерпевших в счёт компенсации морального вреда: Е. - 600000 рублей, Г. - 400000 рублей, М. - 500000 рублей и 87587 рублей в возмещение причинённого преступлением имущественного ущерба.
За М. признано право на удовлетворение гражданского иска о взыскании расходов связанных с оплатой ритуальных услуг и благоустройства места захоронения М.А., вопрос о размере которого передан на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.
Приговором суда разрешён вопрос о вещественных доказательствах по делу.
Выслушав объяснение адвоката Бичеля Ю.А., потерпевших Г. и М. по доводам апелляционных жалоб, позиции осужденного и прокурора, суд апелляционной
установил:
Приговором суда, постановленным в общем порядке судебного разбирательства, ФИО1 признан виновным в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлёкшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека и смерть человека, а именно в том, что он около 03 час. 04 мин. 21 сентября 2021 года, управляя на 4 км. автодороги «Корытово-Пристань», проходящей по территории дер. «Большая Гоголёвка» сельского поселения «Тямшанская волость» Псковского района Псковской области технически исправным автомобилем < ... > гос. рег. зн. < ... > со скоростью 140 км/ч, в нарушение п.10.1 и п.10.2 Правил дорожного движения РФ, не обеспечивающей безопасности движения и не учитывая дорожные условия, в частности видимость по направлению движения, превышая допустимую в населённом пункте скорость движения в 60 км/ч, при нарушении п./п.2.1.2 п.2.1 Правил дорожного движения РФ, перевозя в салоне автомобиля пассажиров Е. и М.А. не пристёгнутых ремнём безопасности, в нарушение требований п.9.10 Правил дорожного движения РФ - не обеспечил необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения до правой обочины, потеряв контроль над управлением автомобилем, выехав на правую обочину, съехал в правый кювет, где совершил наезд на опору линии электропередач.
В результате данного дорожно-транспортного происшествия пассажирам автомобиля под управлением ФИО1 были причинены: М.А. - телесные повреждения, повлекшие по неосторожности причинение тяжкого вреда его здоровью, со смертельным исходом, Е. - телесные повреждения, повлекшие по неосторожности причинение тяжкого вреда его здоровью.
Обстоятельства данного дорожно-транспортного происшествия /далее ДТП/, квалифицируемого как преступление, предусмотренное ч.3 ст.264 УК РФ, подробно изложены в приговоре суда.
В судебном заседании ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении вину не признал.
Пояснил, что вечером 20 сентября 2021 года он, А.. С., М.А. и М. катались по городу на принадлежащем ему автомобиле < ... > гос. рег. зн. < ... > и под его управлением. На переднем пассажирском сиденье находилась А., как располагались на заднем сиденье иные лица, он не видел. С объездной дороги они поехали к памятнику Александра Невского, затем в район Овсища г. Пскова. После этого он ничего не помнит, допускает, что это явилось последствием полученной им в ДТП травмы.
В апелляционной жалобе адвокат Шабанов В.А., находя обвинительный приговор суда в отношении ФИО1 подлежащим отмене по основаниям предусмотренным ч.1 ст.389.15 и ст.389.16 УПК РФ, в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, а именно: не подтверждением выводов суда рассмотренными в судебном заседании доказательствами, не принятием судом во внимание обстоятельств, которые могли существенно повлиять на его выводы, не указанием судом по каким основаниям, при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие.
В связи с чем, просит постановленный в отношении ФИО1 приговор отменить на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ - за отсутствием в его действиях состава преступления, и вынести в отношении него оправдательный приговор.
При этом оспаривая:
- непринятие судом в качестве смягчающих осужденного наказание обстоятельств - отсутствие у него судимостей, впервые привлечение к уголовной ответственности, его активное участие в общественной жизни на протяжении школьного периода, за что имеет многочисленные награды, положительной его характеристики по месту трудоустройства,
- отсутствие возможности исправления подсудимого без реального отбывания наказания, то есть условного его осуждения с применением ст.73 УК РФ и замены назначенного ему наказания в соответствии со ст.53.1 УК РФ на принудительные работы,
находит назначенное ФИО1 наказание излишне суровым.
Считает, что указание суда на нарушение осужденным п./п.2.1.2 п.2.1, 9.10 ПДД РФ совокупностью имеющихся в деле доказательств, находящихся в прямой причинной связи с наступившими последствиями рассмотренными доказательствами не подтверждено.
В обоснование этого защитник отмечает, что протокол осмотра транспортного средства не содержит сведений о его оборудовании ремнями безопасности, потерпевший Е., сидевший по середине заднего сиденья, в суде показал, что он не был, пристёгнут ремнём безопасности, так как ремня там не было и М.А. так же пристёгнут не был.
Ссылку суда на диагностическую карту, в соответствии с которой транспортное средство < ... > оборудовано ремнями безопасности и на видеозапись осмотра транспортного средства от 21 сентября 2021 года находит несоответствующими реальности, предположением. В указанной же записи виден только ремень и приспособление для его закрепления только на правого пассажира заднего сиденья. Сведения же об изначальном конструктивном оборудовании ремнями безопасности для данного автомобиля в материалах дела отсутствуют.
По делу же не осуществлялось экспертных и иных исследований свидетельствующих о том, что в случае использования ремней безопасности в результате данного ДТП не наступили бы негативные последствия для жизни и здоровья или же они были бы менее тяжкие, что так же находит предположением.
Доказанность нарушения ФИО1 п.9.10 ПДД РФ - несоблюдение интервала, так же находит неподтверждённым.
Оспаривает доказанность нарушения осужденным п.10.1 и 10.2 ПДД РФ, считая, что в этой части имеют место противоречивые доказательства, чему оценка судом не дана.
Экспертным путём конкретная скорость автомобиля непосредственно перед ДТП не установлена. В своих первоначальных показаниях ни потерпевший, ни свидетели не указывали о скорости движения ТС.
Более чем через полгода, Е. указывает, что он посмотрел на спидометр управляемого ФИО2 и скорость составляла 140 км/час, что он подтвердил и в суде. Данное указание потерпевшего не согласующееся с его ранее данными показаниями от 15 января 2022 года о том, что на спидометр, он не обращал внимание, принято судом без сомнений, оценка этому не дана.
Свидетель С. в суде указала о скорости управляемого Петровым транспортного средства, по её ощущениям, 70-80 км/час, хотя ранее показывала, что о скорости автомобиля она сказать не может.
Свидетель И.А. указала о скорости ТС примерно в 110 км/час, хотя ранее она не могла сказать с какой скоростью ехал ФИО3.
В судебном заседании стороной защиты указывалось на необходимость проверки исправности либо неисправности спидометра и его способности показывать фактическую скорость движения ТС, поскольку принимать во внимание показываемые им цифры, нельзя.
Отмечает, что защитой были предоставлены суду доказательства того, что скорость ТС не составляла 140 км/час.
В обоснование этого указывает на заключение специалистов, согласно которым из установленного радиуса поворота дороги и критической скорости по наступлению заноса, при превышении данной скорости движения, автомобиль должно было сместить влево, в сторону левого края проезжей части и кювета, а не на правую сторону дороги.
Считает, что данное обстоятельство было в суде подтверждено и экспертом Ч., который не смог объяснить причину заноса автомобиля в правую сторону.
Специалист К. в суде указал, что согласно проведённым им автотехнических исследованиях, безопасная скорость движения ТС, при его «криволинейном» движении на автодороге, имеющей закругление вправо, составляла 125 км/ч, при её же превышении автомобиль должно было сместить в сторону левой обочины и кювета.
При таких обстоятельствах защитник считает, что причиной ДТП не является превышение водителем безопасной скорости движения, а скорость ТС составляла менее 125 км/час.
Обращает внимание на показания специалиста К. указавшего на наличие 10 вероятных причин сноса автомобиля вправо, одним из которых могут являться наезд на какое-либо малозначительное препятствие в виде животного, столкновение с транспортным средством, н о чем может свидетельствовать значительное повреждение передних фары и крыла с левой стороны, что с учётом их характера и локализации, их несоответствия иным повреждениям ТС, не является следствием его наезда на столб (опору), что оставлено судом без внимания.
Считает незаконным изложение в приговоре показаний специалиста К. в суде о том, что причиной ДТП могло быть превышение скорости, а причиной поворота автомобиля левым боком в правую сторону могло послужить воздействие водителя на рулевое управление автомобиля, поскольку им назывались и иные возможные причины ДТП.
Отмечает, что заключение К. № от 6 июня 2022 года, где указано том, что в рассматриваемой дорожной ситуации ФИО4 должен был руководствоваться п. 10.1 ПДД РФ, принятое судом во внимание, не содержит указания эксперта на то, руководствовался он либо нет данным требованием правил дорожного движения и находится ли данное нарушение ПДД в причинной связи с ДТП.
В данном заключении эксперт К. указывал на безопасную скорость движения в 125 км/ч и на то, что причины, по которым занесло ТС в правую сторону «в представленных ему материалах отсутствуют, не установлены».
Считает, что судом необоснованно не приняты во внимание представленные защитой заключения специалистов, поскольку они не сводятся к оценке (оспариванию) заключений экспертов, как расценено судом, а проведены по поставленным защитой вопросам.
Выражает несогласие с признанием судом заключения эксперта по проведению комплексной автотехнической экспертизы №а доказательством по делу, поскольку оно получено с грубыми и существенными нарушениями требований УПК РФ, в силу чего является недопустимым доказательством, на что указывалось в суде стороной защиты.
В обоснование этого указывает, что судом заключение эксперта № от 29 апреля 2022года было признано недопустимым доказательством, и по ходатайству защиты была назначена комплексная автотехническая экспертиза.
Сторона защиты возражала по её проведению в ЭКЦ УМВД России по Псковской области, мотивируя это наличием обоснованных сомнений в компетентности экспертов указанного учреждения, отвод эксперту М.В. судом разрешён не был.
Отмечает, что заключение №А:
- не содержит указаний, какие конкретно исследования проведены каждым из экспертов, руководителем учреждения не определён ведущий эксперт,
- в его исследовательской части отсутствуют сведения об использовании технических средств и расходных материалов, условиях их применения и полученных результатах, сведений о применённых методиках, которыми руководствовался эксперт, ссылки на научно обоснованные методы и методики.
Выражает несогласие с ответами эксперта по данному заключению за №2, 3 и 4 относительно технического состояния транспортного средства, а именно: стянутого хомутом тормозного шланга заднего правого колеса, состояния фрикционных накладок и тормозного диска, отсутствия видимых повреждений рулевого управления, поскольку в ходе судебного следствия установлен разлом рулевой рейки, о котором и о повреждении левого рулевого рычага, указывалось в допросах экспертов в ходе предварительного расследования, предоставленных эксперту М.В., а так же с ответом №9 согласно которому момент опасности у водителя мог возникнуть с момента превышения им скорости ТС.
Считает, что при разрешении вопроса - о возможности обнаружения водителем стянутого хомутом тормозного шланга, указав на то, что решение данного вопроса не входит в его компетенцию и подлежит разрешению судом с учетом навыков самого водителя, его опыта по вождению и обслуживанию ТС, эксперт вышел за пределы своих полномочий.
Отмечает, что:
- ответ №4 не содержит выводов о причине заноса автомобиля вправо, ответ №7 размыт и не содержит чёткого и однозначного ответа,
- ответ №8 содержит расчёт остановочного пути автомобиля при прямолинейном его движении со скоростью 140 км/ч без учёта коэффициента поперечного смещения при скольжении ТС, находящегося в заносе, что свидетельствует о недостоверности данного вывода.
- ответ №9 содержит выход эксперта за пределы своих полномочий поскольку содержит указание на то, что «установление момента возникновения опасности для водителя автомобиля является прерогативой суда». В дальнейшем же указывает о возможности возникновения таковой опасности из-за превышения скорости автомобиля,
- исследование и ответы по вопросам №10, 11 и 12 свидетельствуют о некомпетентности экспертов при их указании на то, что «опасность для движения мог создать сам водитель»,
- вопрос о технической возможности предотвратить ДТП, при ответе экспертов о том, что «предотвращение данного ДТП зависело не от наличия или отсутствия технической возможности, а от соблюдения правил.. », остался проигнорированным ими.
Обращает внимание на то, что в материалах дела отсутствуют данные об обладании ФИО1 сведениями об устройстве тормозной системы управляемым им автомобилем, наличия у него опыта по обслуживанию и ремонту автомобиля и частично неработающей его тормозной системой, в связи с чем, увод автомобиля в сторону - в неуправляемый занос, был для него неожиданностью.
В связи с чем, в действиях ФИО1 не усматривается нарушения требований п.1.1 ПДД РФ.
По мнению автора жалобы неоднократное указания эксперта М.В. в заключении №А на то, что поставленные перед ним вопросы находятся в исключительной компетенции суда, являются его вмешательством в компетенцию суда.
Отмечает, что суд проигнорировал и доводы защиты о недопустимости заключений экспертов № и № по причине:
- их несоответствия форме и порядку, установленным ст.23 и 25 ФЗ от 31.05.2001г. №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ»: удостоверению заключений соответствующими подписями экспертов (комиссии экспертов) на каждом листе, их предупреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения во вводной части заключения (в том числе согласно п.5 ч.1 ст.204 УПК РФ),
- не удостоверения подписей экспертов соответствующими печатями государственного судебно-экспертного учреждения, либо их удостоверение печатями, не содержащими полное наименование данного учреждения и изображение государственного герба РФ.
Считает, что судом не установлены фактические действия водителя ФИО3 приведшие к ДТП:
- механизм ДТП,
- момент возникновения опасности для движения ТС,-
- момент обнаружения водителем данной опасности.
- наличие либо отсутствие у водителя технической возможности избежать ДТП,
- наличие причинной связи между действиями водителя и наступившими последствиями,
-наличие причинной связи между допущенными им нарушениями ПДД (если таковое имело место) и наступившими последствиями ДТП.
Полагает, что имеющиеся неустранимые сомнения в виновности ФИО1 в силу ч.3 ст.14 УПК РФ должны быть истолкованы в его пользу, в связи с чем, следует признать его вину недоказанной.
В апелляционной жалобе потерпевшая М. просит увеличить срок назначенного осужденному ФИО1 основного наказания и размер компенсации ей морального вреда до 1 млн. рублей.
Считает, что назначенное осужденному наказание в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы в колонии - поселении является чрезмерно мягким, не соответствующим тяжести совершенного им преступления, а размер компенсации ей морального вреда в 500 тыс. рублей не соответствующим характеру и степени причинённых ей физических и нравственных страданий.
После смерти сына она не могла жить полноценной жизнью, переживает сильную физическую боль, испытывает нервные и моральные страдания, долгое время находится в стрессовой ситуации.
После потери сына она наблюдается у различных врачей, принимает лекарственные препараты, состояние её здоровья ухудшилось.
Считает, что ФИО1 в содеянном не раскаялся, ей как потерпевшей - матери погибшего М.А., никакой помощи не оказал, вину в преступлении не признал, до назначения судебного заседания прощения у неё не попросил.
В возражениях на данные жалобы государственный обвинитель - заместитель прокурора Псковского района Пронуздин Р.С., находя их доводы несостоятельными, просит приговор суда оставить без изменения, а жалобы адвоката Шабанова В.А. и потерпевшей М. - без удовлетворения.
Выслушав адвоката Бичель Ю.А. и осужденного ФИО1, поддержавших доводы апелляционной жалобы адвоката Шабанова В.А. и возражавших по удовлетворению жалобы потерпевшей, потерпевшую М., поддержавшую поданную ею апелляционную жалобу, возражавшую, как и потерпевшая Г., по удовлетворению жалобы защитника осужденного, прокуроров Егорову О.В. и Пронуздина Р.С., полагавших необходимым приговор суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы сторон - без удовлетворения, проверив материалы дела, обсудив доводы сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
Обстоятельства инкриминируемого осужденному преступления, которые в силу ст.73 УПК РФ подлежали доказыванию, судом установлены правильно.
Судебное следствие по делу проведено с достаточной полнотой, объективно, с соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в том числе принципа состязательности сторон, при исследовании обстоятельств по делу, которые могли существенно повлиять на его выводы.
Установленные судом фактические обстоятельства и выводы суда о виновности ФИО1 в совершении вышеуказанного преступления подтверждается достаточной и убедительной совокупностью исследованных в суде и подробно изложенных в приговоре доказательств, в том числе:
- показаниями потерпевшего Е., согласно которым: ночью 21 сентября 2021 года он, А. (М.А.), О. (С.) и И.А. катались на автомашине < ... > тёмно-синего цвета под управлением ФИО3. При следовании от памятника Александра Невского в направлении дер. Малая Гоголёвка на переднем пассажирском сиденье находилась А., на заднем сиденье - за водителем П-вым, сидел А., он (Е.) - посередине, справа - О.. Ремнём безопасности были пристёгнуты ФИО5
На ровной дороге, при большой скорости, Петров выкручивал руль в разные стороны – влево, вправо, хотя это не требовалось, объезжать было нечего. Когда машину стало кидать, он (Е.) посмотрел на спидометр, скорость была 140 км/ч., съехали на что-то неровное, и произошло столкновение, удар пришёлся в левую заднюю часть автомобиля, отчего он и А. «вылетели» из машины, его (Е.) нога была зажата, ФИО1 был зажат в автомобиле.
В результате данного ДТП им были получены: сотрясение головного мозга, переломы левого бедра и костей таза, разрывы мочевого пузыря и лёгкого. Он перенёс несколько операций и по настоящее время ощущает их последствия (т.№ л.д.№, т.№ л.д.№),
- показаниями свидетеля С. пояснившей: что в ночь с 20 на 21 сентября 2021 года она, А. (И.А.), Е. (Е.) и А.М.А.) катались на автомашине < ... > под управлением С. (ФИО3).
После отъезда от памятника Алексанра Невского на переднем пассажирском сиденье находилась А., она была пристёгнута ремнём безопасности, на заднем пассажирском сиденье - за водителем, находился А., Е. сидел посередине, а справа - она, ремнями безопасности пристёгнуты они не были.
Когда ехали со средней скоростью, но не менее 70-80 км./ч., машину занесло, повело вправо и они врезались в столб, удар пришёлся в левую сторону автомобиля. После удара она увидела Е. (Е.) лежавшего под машиной, его нога была зажата, А. (М.А.) лежал рядом с машиной, С. (ФИО3) находился в машине, его голова лежала на руле.,
Данный свидетель указала, что при управлении автомобилем С. (ФИО3) любит дрифтовать - «непросто заходить в поворот, снижая скорость и поворачивать, а наоборот», что делал он в ходе данной поездки и во время аварии (т.№ л.д.№),
- показаниями свидетеля И.А., согласно которым: около 12 часов ночи она с друзьями на автомашине марки < ... > тёмного цвета, под управлением С. (ФИО3), поехали к памятнику Александра Невского, после чего поехали в район Корытово. За рулем автомобиля находился ФИО3, не используя ремень безопасности, она (И.А.) сидела на переднем пассажирском сиденье, пристёгнутой ремнём безопасности, на заднем сиденье находились: за ней О. (С.), посередине Е. (Е.), а за водителем А. (М.А.), полагает, что ремнями безопасности они пристёгнуты не были.
В пути следования ФИО3 резко заходил в повороты, не снижая скорости, дрифтовал в Овсище и на дороге в дер. Корытово, где прямой участок дороги.
После того как машину начало заносить он пытался её выровнять. Автомашина врезалась в столб левой стороной, где сидел А.. После чего она увидела Е. лежащим под машиной, а рядом - А..
Считает, что скорость автомобиля была около 110 км./ч. и ФИО3 не справился с управлением автомашиной по причине того, что резко хотел зайти в поворот, а там волнистая дорога (т.№ л.д.№),
- протоколом осмотра места происшествия от 21 сентября 2021 года с прилагаемыми схемой и фото таблицей, согласно которому участок 4 км. автодороги «Корытово - Пристань» в направлении СНТ «Пристань-1, проходящем через населённый пункт «Большая Гоголёвка», где разрешено движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, имеет сухое асфальтовое покрытие горизонтального профиля без выбоин и ям. На дорожном покрытии (проезжей части) имеется разметка в виде сплошной линии, разделяющей встречные потоки (п.1.8 и 1.1 ПДД РФ), с правой и левой сторон имеются обочины, за пределами которых - кюветы. Ширина проезжей части составляет 5.9 метра, правой полосы движения 2.8 метра, левой - 3.1 метра. Дорога имеет закругление вправо, переходящее в прямой участок.
В 68 метрах от опоры ЛЭП №270, находящейся за пределами дороги с левой стороны, за пределами дороги с правой стороны, у опоры ЛЭП №273, находится автомобиль < ... > гос. рег. знак < ... >, его кузов тёмно-синего цвета имеет значительные технические повреждения, в том числе: деформацию правой стороны кузова, оконные стёкла всех дверей отсутствуют. Задняя часть автомобиля обращена к автодороге, расстояние от правого края проезжей части до задней правой оси автомобиля составляет 2.8 метра, до левой передней оси - 3 метра.
На проезжей части имеются два следа юза (заноса) ведущих от разделительной полосы вправо. Первый правый след юза (заноса) длиной 20.7 метра ведёт к правому переднему колесу указанного автомобиля, второй левый след юза (заноса) длиной 10 метров ведёт к заднему правому колесу автомобиля.
Следов торможения, задира дорожного покрытия, осыпи от транспортных средств, следов жидкости на данном участке дороги не обнаружено.
На расстоянии в 2.8 метра от задней правой оси автомобиля < ... > гос. рег. знак < ... > (на правом краю проезжей части) лицом вверх находится труп М.А.
Каких - либо замечаний и дополнений от участвующих в осмотре лиц не поступило (т.№ л.д.№),
- протоколом осмотра автомобиля < ... > гос. рег. знак < ... > от 21 сентября 2021 года с прилагаемой фото таблицей, согласно которому: левые колёса данного автомобиля разгерметизированы, кузов имеет значительные повреждения. Из салона изъяты диагностическая карта данного автомобиля и страховой полис (т.№ л.д.№),
- заключением эксперта № от 3 декабря 2021 года по производству автотехнической судебной экспертизы, согласно которому условий для выезда за пределы проезжей части у водителя автомобиля < ... > гос. рег. знак < ... > с технической точки зрения не установлено (т.№ л.д.№),
- заключениями эксперта № и № от 18 ноября 2021 года по производству автотехнической судебной экспертизы, согласно которым: разгерметизация левого переднего и левого заднего колёс указанного автомобиля не могла произойти до ДТП (до начала заноса автомобиля) и произошла в процессе данного происшествия - при съезде автомобиля с проезжей части и частичном отделении (смещении внутрь) внешней боковины шины от диска колеса (т.№ л.д.№),
- заключением комплексной автотехнической экспертизы №а от 28 февраля 2023 года, согласно которому: на момент ДТП рулевое управление автомобиля < ... > гос. рег. знак < ... > наиболее вероятно находилось в рабочем состоянии. В данном случае до наезда на столб автомобиль двигался левым боком, что зависело от конкретных действий самого водителя, а не от неисправности транспортного средства, в том числе состояния его тормозной системы. Предотвращение ДТП зависело не от наличия либо отсутствия у водителя технической возможности предотвратить это, а от соблюдения водителем указанного автомобиля требований п.10.1 ПДД РФ и применения им таких приёмов управления транспортным средством, которые предотвратили бы потерю управления над автомобилем - его выезд с проезжей части и наезд на столб (т.№ л.д.№),
- заключением эксперта № от 11 ноября 2021 года по проведению судебно-медицинской экспертизы, согласно которому при исследовании трупа М.А. установлены, в том числе, телесные повреждения: травматические разрывы аорты и селезёнки, перелом лонной кости, которые возникли от действия тупых предметов незадолго до его смерти и находятся в прямой причинно-следственной связи со смертью, повлекли за собой тяжкий опасный для жизни человека вред здоровью со смертельным исходом. Все выявленные при исследовании данного трупа телесные повреждения могли образоваться во время и при обстоятельствах указанных в постановлении о назначении данной экспертизы - в результате ДТП 21 сентября 2021 года на 4 км. автодороги «Корытово-Пристань» при съезде автомобиля < ... > гос. рег. знак < ... > на обочину и последующем его столкновении с опорой ЛЭП (т.№ л.д.№),
- заключением эксперта № от 7 декабря 2021 года по проведению судебно-медицинской экспертизы, согласно которому при исследовании медицинской документации в отношении Е. у данного лица установлены, в том числе, телесные повреждения: переломы 6,7 рёбер с разрывом правого лёгкого, разрыв мочевого пузыря, переломы лонных и седалищных костей с обеих сторон, перелом диафиза левой бедренной кости, перелом наружной стенки лобной пазухи справа, которые повлекли за собой тяжкий опасный для жизни человека вред здоровью, причинены тупыми предметами либо ударами о таковые, могли образоваться в салоне автомобиля при его столкновении с препятствием, возможно в указанный в постановлении срок и при указанных в нём обстоятельствах - в результате ДТП 21 сентября 2021 года на 4 км. автодороги «Корытово-Пристань» при съезде автомобиля < ... > гос. рег. знак < ... > на обочину и последующем его столкновении с опорой ЛЭП (т.№ л.д.№)
Представленные сторонами в судебном заседании доказательства, с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, судом проверены и оценены в их совокупности для достаточности разрешения уголовного дела по существу.
Положенные в основу приговора доказательства по инкриминируемому ФИО1 преступлению между собой не противоречивы и у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывают.
Приговор содержит анализ доказательств, на которых суд основал свои выводы о его виновности, указаны мотивы, на основании которых приняты во внимание представленные стороной обвинения доказательства и отвергнуты доводы защиты, в том числе, о не превышении ФИО1 безопасной скорости движения, о возможном предшествовавшем рассматриваемому ДТП происшествии с управляемым ФИО1 автомобилем (столкновение с автомашиной, наезд на животное либо иное препятствие, и т.п.) о чем, по мнению защиты, свидетельствует повреждение левой передней фары и передней части левого крыла, что и послужило причиной его последующего выезда за пределы правой стороны проезжей части и дальнейшего наезда на опору ЛЭП.
О таковых обстоятельствах потерпевший Е., свидетели С. и И.А., находившиеся в салоне автомобиля в момент ДТП, не указывали, не обнаружено следов этого и в ходе непосредственного осмотра места происшествия и автомобиля.
Ссылку автора жалобы на то, что в соответствии с заключением специалистов, при установленном радиусе поворота дороги, при превышении скорости движения в 125 км/ч управляемый ФИО1 автомобиль должно было сместить влево, в сторону левого края проезжей части и кювета, а не на правую сторону дороги, суд апелляционной инстанции находит несостоятельной, поскольку судом установлено, что со стороны водителя, непосредственно перед ДТП, оказывалось воздействие на рулевое управление автомобиля с целью его заноса.
Потерпевший Е., свидетели С. и И.А. фактически показали, что дорожно-транспортное происшествие произошло в результате действий самого ФИО1 при управлении им автомобилем, а именно превышения скорости движения и его воздействия на рулевое управление автомобиля в целях его заноса на проезжей части.
Данные их показания, в части стиля вождения ФИО1 автомобиля, согласуются между собой, с протоколом осмотра места происшествия и прилагаемой к нему схемой, согласно которым перед наездом автомобиля < ... > гос. рег. знак < ... > на опору ЛЭП, его вынесло с центра проезжей части в правую сторону левой стороной.
Оснований ставить под сомнение показания данных лиц, в том числе потерпевшего в части скорости управляемого ФИО1 автомобиля в момент ДТП в 140 км/ч, не имеется.
В связи с чем, доводы защитника о том, что суд необоснованно принял показания потерпевшего в этой части, поскольку они были им даны через продолжительный период со времени ДТП, а так же о необходимости для этого установления в настоящее время технического состояния спидометра, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.
Суд обоснованно не усмотрел и обстоятельств для признания причиной ДТП возникновение в ходе движения неисправности управляемого ФИО1 транспортного средства, в том числе повреждение рулевого управления, колёс левой стороны, а так же неисправность тормозной системы, о чём он не мог знать.
Данным доводам защиты судом в приговоре дана развёрнутая и правильная оценка, не согласиться с которой оснований не имеется.
Относительно доводов жалобы адвоката Шабанова В.А. о недопустимости как доказательства комплексной судебной автотехнической экспертизы №а от 28 февраля 2023 года проведённой экспертами М.В. и Д. ЭКЦ УМВД России по Псковской области суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
11 января 2023 года в суде первой инстанции защитник ходатайствовал о признании заключений экспертов ЭКЦ УМВД России по Псковской области по проведению автотехнической судебной экспертизы Ч. - № от 13 мая 2022 года и К.С. - № от 3 декабря 2021 года, недопустимыми доказательствами.
Постановлением суда от 11 января 2023 года данное ходатайство удовлетворено частично - заключение эксперта Ч. - № от 13 мая 2022 года, признано недопустимым доказательством (т.№ л.д.№).
В данном судебном заседании адвокат Шабанов В.А. считал обоснованным проведение указанной экспертизы в Северо-Западном региональном центре судебных экспертиз Министерства юстиции РФ. Указав на не профессиональность экспертов Ч. и К.С., считая невозможным проведение экспертизы и в ФГБУ «Псковская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ» в связи с переходом в данное учреждение эксперта К.С., заявил отвод данным экспертам.
Государственный обвинитель, представитель потерпевшей Г. - адвокат Балашова О.С., представитель потерпевшего Е. - адвокат Дозоров В.Е., возражали по проведению экспертизы в другом регионе, считая возможным и необходимом её проведении в экспертном учреждении Псковского региона.
Вопрос о возможности проведения данной экспертизы соответствующими экспертными учреждениями иных субъектов РФ судом разрешался.
В ответе заместителя директора Северо-Западном региональном центре судебных экспертиз Министерства юстиции РФ от 13 января 2023 года указано на необходимость обращения по вопросу проведения данной экспертизы в ФГБУ Псковской ЛСЭ Минюста России, проведении экспертизы Северо-Западном центре в срок от трёх до шести месяцев.
Согласно ответу начальника ФГБУ Псковской ЛСЭ Минюста России от 19 января 2023 года проведение комиссионной автотехнической экспертизы в данном учреждении невозможно по причине отсутствия возможности создания комиссии экспертов соответствующих специальностей.
Как следует из постановления от 25 января 2023 года суд, не усмотрев оснований предусмотренных ст.70 УПК РФ для отвода иных экспертов ЭКЦ УМВД России по Псковской области производство комплексной судебной автотехнической экспертизы поручил экспертам данного учреждения (т.№ л.д.№).
Протоколы судебного заседания от 11 и 25 января 2023 года, а так же материалы дела на время назначения данной экспертизы не содержат сведений об отводе защитником эксперта М.В..
Таким образом, доводы защитника о не рассмотрении судом заявленного им отвода данному эксперту ЭКЦ УМВД России по Псковской области являются несостоятельными.
Выводы экспертов по изложенным в приговоре судебным экспертизам, как доказательства вины осужденного, в том числе по комплексной судебной автотехнической экспертизе №а от 28 февраля 2023 года, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений, обладающих соответствующими познаниями, а экспертов И. и. Г.И., К.С. и Д., имеющих и значительный стаж работы в своей деятельности, с учётом допроса экспертов М.В. и Д. в суде в части данных каждым из них выводов, даны в пределах своей компетенции, носят однозначный характер, мотивированы и ясны.
Использование при проведении комплексной судебной автотехнической экспертизы фотоматериалов из заключения эксперта № от 13 мая 2022 года, признанного недопустимым доказательством по причине не предоставления следователем эксперту материалов уголовного дела, не свидетельствует о её недопустимости.
Доводы автора апелляционной жалобы о том, что неоднократное указание эксперта М.В. в заключении №А на то, что поставленные перед ним вопросы находятся в исключительной компетенции суда, является его вмешательством в компетенцию суда, а так же о том, что эксперт вышел за пределы своих полномочий, при разрешении вопроса - о возможности обнаружения водителем стянутого хомутом тормозного шланга, указав на то, что данный вопрос подлежит разрешению судом с учетом навыков самого водителя, его опыта по вождению и обслуживанию ТС, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.
Существенных нарушений порядка производства изложенных в приговоре экспертиз, изложения экспертами заключений по ним, а так же требований процессуального закона, предъявляемых к производству экспертиз, которые могли бы являться безусловным основанием для признания их недопустимыми доказательствами, суд апелляционной инстанции не усматривает.
Относительно доводов защитника об отсутствии оснащения заднего сиденья ремнями безопасности для левого и среднего пассажира, суд апелляционной инстанции отмечает, что п.55 диагностической карты на автомобиль < ... > гос. рег. знак < ... > от 10 ноября 2020 года содержит указание об оснащении данного транспортного средства исправными ремнями безопасности.
Согласно видеозаписи, прилагаемой к протоколу осмотра указанного автомобиля от 21 сентября 2021 года, в районе заднего сиденья на кузове имеется устройство для фиксации ремня безопасности правого пассажира, на что и указывается в апелляционной жалобе защитником. С учётом данного обстоятельства у суда апелляционной инстанции не вызывает сомнений оснащение данного средства заводом изготовителем заднего сиденья ремнями безопасности для левого и среднего пассажиров.
Перевозка пассажиров при отсутствии (снятии) ремней безопасности, когда это предусмотрено производителем, так же свидетельствует о нарушении водителем п.2.1.2 ПДД РФ.
При этом суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить показания свидетеля И.А. о том, что когда она пристегивалась ремнём безопасности, ФИО1 её спросил - зачем она пристёгивается?
Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что при управлении автомобилем ФИО1 нарушалось требование правил перевозки пассажиров.
.
Указание защитника на отсутствие в действиях ФИО1 как водителя нарушения требований п.1.1 Правил дорожного движения, а так же его доводы о том, что в материалах дела отсутствуют данные об обладании ФИО1 сведениями об устройстве тормозной системы управляемым им автомобилем, наличия у него опыта по обслуживанию и ремонту автомобиля и частично неработающей его тормозной системой, являются несостоятельными, поскольку в части эксплуатации транспортного средства - управления заведомо неисправным транспортным средством, ему обвинение не предъявлялось, не указывается на это и судом.
Положенные в основу приговора доказательства получены в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованы в судебном заседании, проверены судом с соблюдением требований ст.87 и 88 УПК РФ и сомнений в своей относимости, допустимости и достоверности не вызывают.
То обстоятельство, что оценка доказательств, данная судом, не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не ставит под сомнение выводы суда о виновности осужденного в инкриминируемом ему преступлении.
Выводы суда о нарушении ФИО1 при управлении автомобилем < ... > гос. рег. знак < ... > Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно: п.2.1.2 - при движении на транспортном средстве, оборудованном ремнями безопасности, запрещается перевозить пассажиров, не пристегнутых ремнями, п.10.1 - водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства; п.10.2 - в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, которые находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями - смертью М.А. и причинением тяжкого вреда здоровью Е., суд апелляционной инстанции находит правильными.
Доводы защитника о том, что скорость управляемого ФИО1 транспортного средства составляла менее 125 км/ч, не ставят под сомнение данные выводы суда.
Юридическая квалификация действий ФИО1 по ч.3 ст.264 УК РФ - как нарушение лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека и причинение тяжкого вреда здоровью человека.
При назначении ФИО1 наказания судом в достаточной мере учтены характер и степень общественной опасности им содеянного, данные характеризующие его личность, в том числе: отсутствие судимостей и его привлечение к уголовной ответственности впервые, положительная его характеристика за школьный период и по месту работы, то есть те обстоятельства, на которые и ссылается в апелляционной жалобе его защитник, смягчающие наказание обстоятельства, какими признаны: его молодой возраст, принесённые им потерпевшим извинения, частичное возмещение потерпевшим причинённого морального вреда, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условия его жизни.
Назначение осужденному за содеянное основного наказания в виде реального лишения свободы судом в приговоре обосновано.
Санкция ч.3 ст.264 УК РФ предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.
Оснований для замены в соответствии с ч.2 ст.53.1 УК РФ назначенного ФИО1 основного наказания на принудительные работы, назначения в соответствии со ст.64 УК РФ более мягкого вида основного наказания, не предусмотренного санкцией ч.3 ст.264 УК РФ, либо не назначения ему дополнительного наказания, как для применения к назначенному ему наказанию в виде лишения свободы положений ст.73 УК РФ, то есть условного осуждения, так и для изменения в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ категории совершённого им преступления на менее тяжкую, судом не установлено, не усматривает таковых оснований и суд апелляционной инстанции.
Назначенный осужденному в соответствии с п.«а» ч.1 ст.58 УК РФ вид исправительного учреждения - колония-поселение, судом определён правильно.
Между тем, на основании п.1 ст.389.15 УПК РФ - в связи с несоответствием выводов суда изложенных в приговоре фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции и в соответствии с п.1 ст.389.16 УПК РФ - не подтверждением выводов суда рассмотренными в судебном заседании доказательствами, по доводам апелляционной жалобы адвоката Шабанова В.А. в части, суд апелляционной инстанции находит приговор суда подлежащим изменению.
Согласно ст.297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и он признаётся таковым, если постановлен в соответствии с требованиями процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.
Исследованные судом и изложенные в приговоре доказательства не содержат сведений о нарушении ФИО1 при управлении автомобилем п.9.10 ПДД РФ, согласно которому, водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения, поскольку боковой наезд на опору ЛЭП в результате выноса автомобиля за пределы автодороги, не может считаться таковым нарушением.
В связи с чем, указание суда о нарушении осужденным п.9.10 Правил дорожного движения РФ из приговора суда подлежит исключению.
С учетом данного обстоятельства - уменьшения объёма обвинения в отношении ФИО1, суд полагает необходимым снизить срок назначенного осужденному основного и дополнительного наказания.
В судебном заседании потерпевшей М. было поддержано исковое требование о взыскании с ФИО1 в её пользу в счёт компенсации причинённого её смертью сына –М.А., морального вреда в размере 1000000 рублей.
В обоснование этого потерпевшей было указано на доводы, изложенные ею и в апелляционной жалобе.
Осужденный и его защитник выразили несогласие с размером данного требования.
Определяя денежную сумму по компенсации М. морального вреда в размере 500000 рублей, суд в достаточной мере учел все обстоятельства дела, характер и степень вины ФИО1 в смерти М.А., его материальное положение и размер дохода, как степень невосполнимых нравственных и физических страданий данной потерпевшей связанных со смертью её сына, так и требования разумности и справедливости.
Размер возмещения М. морального вреда, судом определен в соответствии с положением ст. 151, 1101 ГК РФ.
С учетом изложенного, неиспользования погибшим М.А. ремня безопасности при движении автомашины под управлением ФИО1 и не принятия им к этому мер, суд апелляционной инстанции не находит оснований для увеличения компенсации потерпевшей М. морального вреда в заявленном ею размере.
Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе нарушения прав осужденного, влекущих за собой его отмену, в ходе судопроизводства по делу не допущено, иных оснований для его изменения не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.12, 389.13, п.9 ч.1 ст.389.20, ст. 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
постановил:
Приговор Псковского районного суда Псковской области от 24 апреля 2023 года в отношении осужденного ФИО1 изменить.
Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание суда на нарушение ФИО1 требований п.9.10 Правил дорожного движения РФ, выразившееся в необеспечении необходимого бокового интервала, обеспечивающего безопасность движения до правой обочины.
Снизить срок назначенного осужденному ФИО1 по ч.3 ст.264 УК РФ наказания до 2 (двух) лет 5 (пяти) месяцев лишения свободы в колонии - поселении с лишением права заниматься деятельностью связанной с управлением транспортными средствами сроком до 1 (одного) года 11 (одиннадцати) месяцев.
В остальной части приговор суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвоката Шабанова В.А. и потерпевшей М. - без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции РФ в течение 6 месяцев со дня его вступления в законную силу.
В случае подачи кассационной жалобы либо представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, в том числе с помощью системы видеоконференц-связи, а также поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.
Председательствующий: судья Лукин Ю.Н.