УИД: №
Дело № 2-3030/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
14 декабря 2022 года Кировский районный суд г.Перми в составе председательствующего судьи Швец Н.М., при секретаре Мазлоевой Е.С., с участием прокурора Ключниковой А.К., истца ФИО1,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Логистические решения» о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Логистические решения» о взыскании компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей.
В обоснование иска указано, что истец приходится дочерью Б., по вине которого 22 июня 2019 года произошло столкновение двух транспортных средств, в том числе М. под управлением ФИО2, действия которого также не соответствовали требованиям пунктов 10.1 и 10.3 Правил дорожного движения. В результате данного дорожно-транспортного происшествия водитель Б. погиб, в связи с чем с владельца транспортного средства М., как источника повышенной опасности, подлежит взысканию компенсация морального вреда. Владельцем автомобиля М. является ООО «Логистические решения», его управление ФИО2 осуществлял в связи с исполнением трудовых обязанностей. В результате смерти отца, истцу причинен моральный вред, подлежащий взысканию с ответчика.
Истец в судебном заседании на удовлетворении заявленных требований настаивала по изложенным в иске основаниям. Дополнительно пояснила, что она является единственным ребенком у погибшего. После смерти отца, она испытывает сильные переживания, так как потеряла человека, который всегда был с ней рядом, оказывал помощь, проявлял заботу. Также в связи с переживаниями у неё возникли проблемы со здоровьем. Целью заключения родственниками мирового соглашения являлось урегулирование вопроса о выплате компенсации морального вреда в досудебном порядке, в чем ответчиком было отказано.
Ответчик ООО «Логистические решения» в судебное заседание своего представителя не направил, о времени и месте рассмотрения дела извещен.
Третье лицо ФИО3 в суде участия не принимал, извещен в соответствии с требованиями действующего законодательства. Ранее суду представил возражения, по доводам которого непосредственным виновником, спровоцировавшего ДТП, является Б. Именно он согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 24.09.2019 года управлял автомобилем в состоянии сильного алкогольного опьянения, перед началом разворота не подавал сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, выполнял маневр разворота в неположенном месте, пересек сплошную линию разметки дороги, выехал на встречную полосу движения, не убедившись в безопасности совершаемого маневра. Одновременно с указанным, нарушение ФИО2, управлявшим автомобилем М., скоростного режима (движение со скоростью 81 км/ч вместо допустимых 70 км/ч) не является значительным.
Также 24 сентября 2019 года, 29 октября 2019 года родственники умершего (супруга Ф., дочь ФИО4 (после замужества - ФИО1) Е.В., сестра С.), заключили мировое соглашение о представлении интересов близких родственников Б. его сестрой С., в том числе при общении с правоохранительными, судебными органами и лицами, уполномоченными представлять интересы причинителя вреда. При этом в случае поступления денежных средств в счет компенсации морального вреда, она обязалась направить их на погашение кредитов Б.., за вычетом денежных средств, уплаченных адвокату.
Реализуя право представлять интересы близких родственников, в том числе и интересы истца по настоящему делу, С. обратилась в Кировский районный суд города Перми с иском к ООО «Логистические решения» о взыскании денежной компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. Принятым по делу решением от 17 сентября 2020 года исковые требования С. были удовлетворены частично, в сумме 150 000 руб.
Третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен, согласно телефонограмме просил рассматривать дело в его отсутствие.
Суд, исследовав представленные доказательства, заслушав доводы истца, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению частично, с уменьшением суммы компенсации морального вреда, приходит к следующему.
Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно ч. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Как разъяснено в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" судам надлежит иметь в виду, что в силу ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.
Согласно п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).
В силу п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
Согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.
На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ).
Из материалов дела и административного материала по факту ДТП КУСП № следует, что 22 июня 2019 года около 21:06 на прямом участке автомобильной асфальтированной проезжей части дороги, <адрес>, вне населенного пункта, у остановочного комплекса «.......», расположенного на расстоянии около 350 метров от дома № <адрес>, Б. на принадлежащем ему автомобиле М.1., находясь в состоянии алкогольного опьянения, в условиях дождливой погоды и мокрой дороги, не включив указатель левого поворота и не убедившись в безопасности, при выполнении разворота влево с места, с правой обочины, в неустановленном для этого месте, пересекая линии сплошной разметки полос движения, выехал на проезжую часть, на полосу движения перед двигавшимся в попутном направлении грузовым автомобилем М., находящимся в аренде у ООО ГК «Логистические решения», под управлением водителя ФИО2, работающим по трудовому договору в вышеуказанной организации, допустив с ним столкновение.
В результате дорожно-транспортного происшествия Б. от полученных травм скончался на месте дорожно-транспортного происшествия.
Постановлением старшего следователя отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории ....... майора юстиции К. от 24 сентября 2019 года отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 по ....... Уголовного кодекса Российской Федерации по факту дорожно-транспортного происшествия, в результате которого Б. от полученных травм скончался, за отсутствием в деянии состава преступления (отказной материал КУСП №).
Б. приходится отцом истцу ФИО1
Согласно свидетельству о смерти Б. умер ДД.ММ.ГГГГ, о чем ДД.ММ.ГГГГ составлена запись акта о смерти №.
В соответствии со ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.
Согласно свидетельствам о регистрации транспортного средства автомобиль М. принадлежит на праве собственности К.
01 марта 2019 года между Индивидуальным предпринимателем К. и ООО ГК «Логистические решения» заключен договор аренды транспортного средства без экипажа, по условиям которого последнему предоставлены во временное владение и пользование грузовые автомобили, в том числе автомобиль М..Согласно трудовому договору № от 22 марта 2019 года, заключенному между ООО Группа компания «Логистические решения» и ФИО2, последний принят на работу в транспортный отдел ООО ГК «Логистические решения» на должность водителя.
В момент дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля М. ФИО2 находился при исполнении трудовых обязанностей.
Проанализировав изложенное в совокупности, суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае лицом, ответственным за причинение вреда, является ООО «Логистические решения», как работодатель ФИО2 и лицо, вверившее в его управление транспортное средство М. для осуществления им трудовых функций.
В силу ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется, в том числе путем возмещения убытков, компенсации морального вреда.
На основании абз. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Правилами п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации к нематериальным благам отнесены, в том числе, жизнь и здоровье гражданина.
Как следует из положений абз. 2 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" от 26 января 2010 года N 1, учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Гибель близкого родственника сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи.
Таким образом, смерть близкого родственника - это невосполнимая утрата, что является очевидным и не нуждается в доказывании. В данном случае моральный вред, причиненный детям и родственникам погибшего, презюмируется, при этом ссылки истца на конкретные фактические обстоятельства, связанные с перенесенными ими физическими и нравственными страданиями, являются достаточным основанием для установления факта причинения им морального вреда.
При этом следует учитывать, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах.
В рамках настоящего дела истцом ФИО1 заявлена к взысканию с ООО «Логистические решения» компенсация морального вреда в размере 500 000 рублей.
По правилам ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
В соответствии со ст.1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Совокупностью доказательств, имеющихся в материалах дела, подтверждена причинно-следственная связь между дорожно-транспортным происшествием и причинением смерти Б.
Принимая во внимание установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства, с учетом вышеприведенных положений закона, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания суммы компенсации морального вреда в пользу ФИО1 с ООО «Логистические решения», поскольку вред истцу причинен работником ответчика, как владельцем источника повышенной опасности, независимо от наличия его вины в совершении дорожно-транспортного происшествия, в результате которого причинена смерть отцу истца.
В соответствии с п.2 ст.1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
Утрата близкого человека (родственника) рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние эмоционального расстройства.
Закон не устанавливает ни минимального, ни максимального размера компенсации морального вреда. Компенсация предназначена для сглаживания нанесенных человеку моральных травм, поэтому ее размер определяется судом с учетом характера причиненных нравственных страданий. При этом компенсация морального вреда должна носить реальный, а не символический характер.
При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает следующее.
По заключению эксперта (экспертиза трупа) № ГКУЗОТ ПК «Пермское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» при судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа Б. обнаружена концентрация этилового спирта в крови умершего применительно к живым лицам, обычно соответствующая сильной степени алкогольного опьянения.
Эксперт Экспертно-криминалистического центра ГУ МВД России по Пермскому краю в заключении № пришел к следующим выводам:
1. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, для обеспечения безопасности движения, водитель автомобиля М.1. Б. должен был руководствоваться требованиями пунктов 1.3, 8.1 абзац 1, 9.2 и 9.7 Правил дорожного движения; водитель автомобиля М. ФИО2 – требованиями пунктов 10.1 и 10.3 Правил дорожного движения.
2. Водитель автомобиля М. в момент возникновения опасности, указанный в постановлении о назначении экспертизы, не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем М.1..
3. Для предотвращения дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля М.1. обязан был выполнить требования пунктов 1.3, 8.1 абзац 1, 9.2 и 9.7 Правил дорожного движения.
4. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, действия водителя автомобиля М.1., с технической точки зрения, не соответствовали требованиям пунктов 1.3, 8.1 абзац 1, 9.2 и 9.7 Правил дорожного движения.
Действия водителя автомобиля М. в части выбора скорости движения своего транспортного средства 81 км/ч, не соответствовали требования пунктов 10.1 абзац 1 и 10.3 Правил дорожного движения.
В действиях водителя автомобиля М. с технической точки зрения несоответствий требованиям пункта 10.1 абзац 2 Правил дорожного движения не усматривается.
5. движение автомобиля М. в границах своей (левой) полосы не исключало возможности столкновения с автомобилем М.1.
Кроме того, из данного заключения следует, что согласно исходных данных моментом возникновения опасности для водителя автомобиля М. с полуприцепом является момент начала пересечения водителем М.1. первой сплошной линии разметки. При этом, с момента возникновения опасности до момента столкновения время движения автомобиля М.1. составило 1,9 с. Как при движении с максимально разрешенной скоростью движения М. с полуприцепом (70 км/ч), так и при фактической скорости движения автомобиля М. с полуприцепом (81,0 км/ч) водитель данного транспортного средства не располагал технической возможностью предотвратить столкновением с автомобилем М.1. путем применения мер экстренного торможения. Имеющее превышение значения фактической скорости движения автомобиля М. с полуприцепом над значением максимально разрешенной скорости движения (81,0 км/ч > 70,0км/ч) не находится в причинной связи с данным дорожно-транспортным происшествием (фактом столкновения), так как при движении с максимально разрешенной скоростью 70,0 км/ч водитель автомобиля М. с полуприцепом не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем М.1..
Таким образом, определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает все юридически значимые обстоятельства по данному делу в их совокупности, а именно:
- глубину нравственных страданий истца в связи со смертью близкого родного человека – отца, боль утраты которого для нее невосполнима в силу близости отношений и является психологическим потрясением, необратимым обстоятельством, нарушающим ее психическое благополучие, состояние здоровья, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания, требования разумности и справедливости;
- действия самого потерпевшего (Б.), который находясь в состоянии алкогольного опьянения, в условиях дождливой погоды и мокрой дороги, не включив указатель левого поворота и не убедившись в безопасности, при выполнении разворота влево с места, с правой обочины, в неустановленном для этого месте, пересекая линии сплошной разметки полос движения, выехал на проезжую часть, на полосу движения перед двигавшимся в попутном направлении грузовым автомобилем М., допустив с ним столкновение;
- отсутствие технической возможности водителя автомобиля М. ФИО2 в момент возникновения опасности, предотвратить столкновение с автомобилем М.1., а также отсутствие причинной связи между превышением значения фактической скорости движения автомобиля MAN с полуприцепом над значением максимально разрешенной скорости движения (81,0 км/ч > 70,0км/ч) с данным дорожно-транспортным происшествием.
Суд, с учетом изложенного приходит к выводу, что заявленная к взысканию истцом сумма компенсации морального вреда является завышенной, и определяет денежную компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей, подлежащую взысканию с ответчика в пользу истца. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем объеме суд не усматривает.
При этом вопреки доводам третьего лица наличие между близкими родственниками умершего (супругой Ф., дочерью ФИО1, сестрой С.) мирового соглашения о представлении С. их интересов при общении с правоохранительными, судебными органами и лицами, уполномоченными представлять интересы причинителя вреда, на права ФИО1 на взыскание компенсации морального вреда не влияет, поскольку в досудебном порядке данный вопрос разрешен не был, что подтверждается решениями Кировского районного суда г.Перми от 17 сентября 2020 года и от 07 сентября 2021 года о взыскании с ООО «Логистические решения» в пользу С. и Б.1. соответственно компенсации морального вреда.
В соответствии ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.
При подаче иска ФИО1 произведена уплата государственной пошлины в размере 300 рублей, которая подлежит взысканию с ответчика в полном объеме.
Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Логистические решения» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб.
В удовлетворении остальной части иска отказать.
Решение в течение месяца со дня принятия в окончательной форме может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Кировский районный суд города Перми.
Судья Н.М.Швец