62RS0004-01-2022-001576-10 № 2-282/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 сентября 2023 года г. Рязань

Московский районный суд г. Рязани в составе:

председательствующего судьи Мухиной Е.С.,

с участием ответчика ФИО2,

представителя ответчика – ФИО3,

третьего лица ФИО4,

представителя третьего лица - ФИО5,

при секретаре Давыдовой А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело по иску САО «ВСК» к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании суммы выплаченного страхового возмещения,

УСТАНОВИЛ:

САО «ВСК» обратилось в суд с иском к ФИО9 о взыскании суммы выплаченного страхового возмещения.

В обоснование заявленных требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно-транспортное происшествие по адресу: <адрес>, а/д Спасск-Клепики-Рязань, 60 км, с участием автомобиля Audi SQ7, государственный регистрационный знак №, принадлежащего ООО ПКФ «СтанкоАртель», под управлением ФИО10 и автомобиля ГАЗ 27057, государственный регистрационный знак №, принадлежащего ФИО1, под управлением ФИО9 Вина участников дорожно-транспортного происшествия не установлена и является обоюдной.

Автомобиль Audi SQ7, государственный регистрационный знак №, на момент дорожно-транспортного происшествия был застрахован в САО «ВСК» по договору добровольного страхования №. САО «ВСК» признало событие страховым случаем и ДД.ММ.ГГГГ произвело выплату страхового возмещения в размере 1 884 332 рублей 76 копеек.

Риск наступления гражданской ответственности ответчика по договору ОСАГО на момент дорожно-транспортного происшествия застрахован не был.

На основании изложенного, просило суд взыскать с ФИО9 в пользу САО «ВСК» сумму убытков в размере 942 166 рублей 38 копеек, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 621 рубля 66 копеек.

Определением Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу произведена замена ненадлежащего ответчика – ФИО4 на надлежащего ответчика - индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО4 привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика.

Определением суда от 10.11.2022 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО ПКФ «СтанкоАртель».

Представитель САО «ВСК» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о дате и времени судебного заседания, представил заявление о рассмотрении дела в отсутствие представителя САО «ВСК».

Третьи лица – представитель ООО ПКФ «СтанкоАртель», ФИО8 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о дате и времени судебного заседания, причины неявки не известны.

В силу ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд находит возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся представителя САО «ВСК», третьих лиц – представителя ООО ПКФ «СтанкоАртель», ФИО8

Ответчик ФИО2 и его представитель - ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признали, пояснив, что не имеется вины ФИО4 в дорожно-транспортном происшествии, произошедшем 11.10.2021 года, просили в иске отказать в полном объеме.

Третье лицо ФИО4 в судебном заседании просил в иске отказать в полном объеме, пояснив, что двигался по правой полосе движения на автомобиле ГАЗ 2705 со скоростью примерно 80 км/ч, включил поворотник, перестроился в левую полосу для совершения обгона впереди движущегося транспортного средства, совершил его обгон, включил поворотник, чтобы перестроиться обратно в правую полосу движения, начал смещаться вправо, почувствовал удар в заднюю часть своего автомобиля. Перед перестроением автомобиль Ауди SQ7 не видел.

Представитель третьего лица ФИО4 - ФИО5 в судебном заседании просила в иске отказать в полном объеме.

Выслушав пояснения участков процесса, исследовав и оценив материалы дела с точки зрения относимости, допустимости и достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В соответствии с п. 1 ст. 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

В силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина или юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании.

В силу пп. 4 п. 1 ст. 387 Гражданского кодекса Российской Федерации права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона и наступления указанных в нем обстоятельств: в частности, при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 07 часов 30 минут по адресу: <адрес>, автодорога Спасск-Клепики-Рязань, 60 км + 800 м, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Ауди SQ7, государственный регистрационный знак №, принадлежащего ООО ПКФ «СтанкоАртель», под управлением ФИО8 и автомобиля ГАЗ 2705, государственный регистрационный знак № принадлежащего ИП ФИО12, под управлением ФИО4

Согласно сведениям об участниках дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ в результате данного дорожно-транспортного происшествия вышеуказанные автомобили получили механические повреждения.

Постановлением инспектора ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ административное производство, возбужденное в отношении ФИО4, прекращено ввиду отсутствия в его действиях состава административного правонарушения.

Постановлением инспектора ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ административное производство, возбужденное в отношении ФИО8, прекращено ввиду отсутствия в его действиях состава административного правонарушения.

Указанные обстоятельства подтверждаются исследованными в судебном заседании копиями: сведений об участниках дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, объяснений ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ, объяснений ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ, постановлений о прекращении производства по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, схемы места совершения дорожно-транспортного происшествия.

В судебном заседании также установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ИП ФИО2 и ФИО4 был заключен трудовой договор, в соответствии с которым ФИО4 был принят на работу к ИП ФИО2 на должность водителя-экспедитора.

Из пояснений третьего лица ФИО4 следует и не оспаривалось ответчиком ИП ФИО2 в судебном заседании, что в момент дорожно-транспортного происшествия водитель ФИО4 управлял автомобилем, принадлежащим ИП ФИО2, и выполнял поручение работодателя по перевозке груза.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что третье лицо ФИО4 на момент дорожно-транспортного происшествия – 11.10.2021 года находился в трудовых отношениях с ИП ФИО2 и выполнял трудовые обязанности водителя-экспедитора.

В силу статьи 1068 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным данной главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (пункт 1).

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Из содержания приведенных выше норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых или гражданско-правовых отношений с собственником этого источника повышенной опасности, не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность в таком случае возлагается на работодателя, являющегося владельцем источника повышенной опасности.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что надлежащим субъектом ответственности по заявленным САО «ВСК» исковым требованиям о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, является работодатель ФИО4 – ИП ФИО2

В судебном заседании установлено, что автомобиль Audi SQ7, государственный регистрационный знак № был застрахован в САО «ВСК» по договору добровольного комбинированного страхования автотранспортных средств №.

Гражданская ответственность ИП ФИО2 на момент дорожно-транспортного происшествия застрахована не была.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 обратился в САО «ВСК» с заявлением № о наступлении страхового события, приложив необходимые документы.

Специалистом ООО «Рязанский Региональный Центр независимой экспертизы» ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ был произведен осмотр принадлежащего ООО ПКФ «СтанкоАртель» автомобиля на предмет повреждений и составлен акт осмотра транспортного средства №, в котором перечислены механические повреждения автомобиля Ауди SQ7.

Специалистом ООО «Рязанский Региональный Центр независимой экспертизы» ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ был произведен дополнительный осмотр принадлежащего ООО ПКФ «СтанкоАртель» автомобиля на предмет повреждений и составлен акт осмотра транспортного средства №, в котором перечислены механические повреждения автомобиля Ауди SQ7.

Согласно заказ-наряду ООО «Лидер Авто» от ДД.ММ.ГГГГ стоимость восстановительного ремонта автомобиля Audi SQ7, государственный регистрационный знак №, составила 1 884 332 рубля 76 копеек.

ДД.ММ.ГГГГ ООО «Лидер Авто» в адрес САО «ВСК» был направлен счет № Р0056460-1 от ДД.ММ.ГГГГ за ремонт и техническое обслуживание автомобиля Audi SQ7, государственный регистрационный знак <***>, на сумму 1 884 332 рубля 76 копеек.

ДД.ММ.ГГГГ САО «ВСК» был составлен страховой акт № о выплате страхового возмещения.

Платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ САО «ВСК» было перечислено ООО «Лидер Авто» 1 884 332 рубля 76 копеек.

Вышеуказанные обстоятельства подтверждаются исследованными в судебном заседании копиями: страхового полиса № от ДД.ММ.ГГГГ, заявления № о наступлении события от ДД.ММ.ГГГГ, акта осмотра транспортного средства № от ДД.ММ.ГГГГ, акта осмотра транспортного средства № от ДД.ММ.ГГГГ, заказ-наряда ООО «Лидер Авто» от ДД.ММ.ГГГГ, счета № № от ДД.ММ.ГГГГ, страхового акта № от ДД.ММ.ГГГГ, платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ.

Обращаясь в суд с настоящим иском, представитель САО «ВСК» ссылался на то, что вина участков дорожно-транспортного происшествия не установлена и является обоюдной.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству ответчика ИП ФИО1 по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой было поручено эксперту ИП ФИО11

Согласно заключению эксперта ИП ФИО11 № от ДД.ММ.ГГГГ стоимость восстановительного ремонта автомобиля Audi SQ7, государственный регистрационный знак № №, принадлежащего ООО ПКФ «СтанкоАртель», по среднерыночным ценам в <адрес> на дату дорожно-транспортного происшествия - ДД.ММ.ГГГГ составляет: 2 269 300 рублей.

Место столкновения автомобиля Audi SQ7, государственный регистрационный знак №, и автомобиля ГАЗ-2705, государственный регистрационный знак №, находится на правой, относительно направления в сторону <адрес> стороне дороги, на некотором расстоянии до условного перпендикуляра, проходящего через крайнюю переднюю габаритную точку автомобиля Audi SQ7, в его конечном положении, зафиксированном на схеме места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ (при условии, что с момента остановки и до момента фиксации данное транспортное средство не перемещалось). Определить координатное расположение данного места столкновения в данном случае экспертным путем не представляется возможным ввиду отсутствия достаточной совокупности следов и признаков в районе места происшествия. Автомобили после столкновения переместились до конечного места расположения, зафиксированного на схеме места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ (при условии, что с момента остановки и до момента фиксации данные транспортные средства не перемещались). При этом определить фактические траектории перемещения транспортных средств в данном случае экспертным путем не представляется возможным ввиду отсутствия следов их перемещения на дороге.

В дорожно-транспортной ситуации, сложившейся ДД.ММ.ГГГГ в 7 часов 30 минут на 60 км+800 метров автодороги Спас-Клепики-Рязань, водитель автомобиля ГАЗ-2705, регистрационный знак <***>, ФИО4 с технической точки зрения должен был руководствоваться требованиями пунктов 8.1, 8.2, 8.4, 9.1, 9.7, 10.1, 19.5 Правил дорожного движения Российской Федерации. В дорожно-транспортной ситуации, сложившейся ДД.ММ.ГГГГ в 07 часов 30 минут на 62 км+800 метров автодороги Спас-Клепики-Рязань, водитель автомобиля Audi SQ7, государственный регистрационный знак №, ФИО8 с технической точки зрения должен был руководствоваться требованиями пунктов 9.1, 9.7, 9.10, 10.1, 10.3, 19.5 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Расстояние от автомобиля Аudi SQ7 до автомобиля ГАЗ-2705 в момент, когда водитель ФИО8 имел объективную возможность обнаружить, что автомобиль ГАЗ-2705 попадает в опасную зону, отражено в материалах дела, и составляет 100 м. Таким образом, в данной дорожно-транспортной ситуации при вышеуказанных исходных данных водитель автомобиля Аudi SQ7 ФИО8, двигаясь с максимально разрешенной скоростью в районе места происшествия 90 км/ч, располагал технической возможностью путем применения экстренного торможения предотвратить имевшее место столкновение, поскольку остановочный путь данного автомобиля меньше расстояния от автомобиля Аudi SQ7 до автомобиля ГАЗ-2705, в момент, когда водитель ФИО8 имел объективную возможность обнаружить, что автомобиль ГАЗ-2705 попадает в опасную зону. Следовательно, в действиях водителя автомобиля Аudi SQ7, государственный регистрационный знак №, ФИО8 с технической точки зрения усматривается несоответствие предъявляемым к нему требованиям п.п. 10.1, 10.3 Правил дорожного движения Российской Федерации. В отношении действий водителя автомобиля ГАЗ-2705, регистрационный знак №, ФИО4 с технической точки зрения решить поставленный вопрос не представляется возможным, поскольку не представляется возможным экспертным путем определить, создавал ли он в процессе перестроения опасность для движения автомобиля Аudi SQ7 либо, уже закончив маневр перестроения, совершал прямолинейное движение в пределах крайней левой полосы, не создавая тем самым до определенного момента опасной обстановки водителю автомобиля Аudi SQ7.

Тормозной путь автомобиля Audi SQ7, государственный регистрационный знак <***>, при скорости его движения перед торможением 120 км/ч в условиях места рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия определяется равным 90,6 м, тормозной путь автомобиля Audi SQ7, государственный регистрационный знак <***>, при скорости его движения перед торможением 90 км/ч в условиях места рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия определяется равным 52,7 м.

Из пояснений эксперта ФИО13 в судебном заседании следует, что водитель автомобиля Аudi SQ7 ФИО8, двигаясь с максимально разрешенной скоростью в районе места происшествия 90 км/ч, располагал технической возможностью путем применения экстренного торможения предотвратить имевшее место столкновение Действия водителя Audi SQ7 ФИО8 находятся в прямой причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием.

Проанализировав и оценив вышеуказанное заключение эксперта № 2-282/2023 от 26.07.2023 года суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям статей 55, 59 - 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку при проведении судебной экспертизы эксперт детальным образом исследовал обстоятельства происшествия, механизм столкновения, характер и локализацию повреждений транспортных средств, а также их конструктивные особенности, и в результате анализа всех имеющихся материалов пришел к выводам, изложенным в данном заключении.

Указанное заключение является мотивированным, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы не противоречат другим представленным в дело доказательствам.

Оснований не доверять выводам указанного заключения эксперта и показаниям эксперта, данным им в судебном заседании, у суда не имеется, поскольку эксперт имеет необходимую квалификацию, предупрежден об уголовной ответственности и не заинтересован в исходе дела. Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено.

Проверяя довод истца о наличии обоюдной вины в действиях водителей ФИО8 и ФИО4 и наличии оснований для возложения на ответчика материальной ответственности за вред, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю Audi SQ7, суд учитывает, что предусмотренная ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность по возмещению вреда наступает при условии доказанности наличия вреда, противоправности поведения причинителя вреда и его вины, размера причиненного вреда, а также причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

Отсутствие хотя бы одного из вышеперечисленных условий служит основанием для отказа в удовлетворении иска о возмещении ущерба.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд принимает во внимание, что согласно заключению эксперта ИП ФИО13 № 2-282/2023 водитель автомобиля Audi SQ7 ФИО8 располагал технической возможностью путем применения экстренного торможения предотвратить имевшее место столкновение.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что водитель ФИО8 при возникновении обнаруженной им опасности для движения в виде движущегося впереди прямолинейно автомобиля ГАЗ-2705 в нарушение п.п. 10.1, 10.3 Правил дорожного движения Российской Федерации не предпринял возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, в результате чего совершил с ним столкновение.

Достаточные и бесспорные доказательства, свидетельствующие о противоправности поведения водителя ФИО4, то есть нарушении им Правил дорожного движения Российской Федерации, находящихся в причинно-следственной связи с имевшим место дорожно-транспортным происшествием, истцом в материалы дела не представлены.

Принимая во внимание вышеизложенное, оценив в совокупности доказательства, собранные по делу в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установленные в ходе судебного разбирательства фактические обстоятельства дела, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований САО «ВСК» к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании суммы выплаченного страхового возмещения.

Согласно ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрение дела.

Согласно статье 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Поскольку суд пришел к выводу об отказе истцу в удовлетворении исковых требований к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании суммы выплаченного страхового возмещения, оснований для возмещения истцу понесенных по делу судебных расходов по оплате государственной пошлины не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Страхового акционерного общества «ВСК» к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании суммы выплаченного страхового возмещения - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Рязанского областного суда через Московский районный суд г. Рязани в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья/подпись

Копия верна: Судья Е.С. Мухина

Мотивированное решение по делу изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.