Дело № 2-1705/2023
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
г. Севастополь 28 июня 2023 года
Ленинский районный суд города Севастополя в составе: председательствующего судьи Байметова А.А., при секретаре Пеньчук В.Н., с участием ответчика ФИО1, ее представителя – адвоката Кричун М.М., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Зингер Спб» к ФИО1 о взыскании денежной суммы компенсации за нарушение исключительных прав,
установил:
Общество с ограниченной ответственностью «Зингер СПб» (далее – ООО «Зингер СПб», истец) обратилось с иском к ФИО1 (далее – ответчик) с требованием о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака по свидетельству с номером государственной регистрации № в виде словесного обозначения «ZINGER», зарегистрированного в Государственном реестре товарных знаков, знаков обслуживания Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ, со сроком действия исключительного права до ДД.ММ.ГГГГ.
Истец требует взыскать: 62500 рублей в качестве компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак; судебные издержки в размере 8483 рубля, из которых: 160 рублей – стоимость товара, 123 рубля – почтовые расходы, 200 рублей – государственная пошлина за получение выписки из ЕГРИП, 8000 рублей – расходы на фиксацию правонарушения.
В обоснование своего требования истец ссылается на то, что в торговой точке по адресу: <адрес>, магазин «Ландыш», - ДД.ММ.ГГГГ представителем ООО «Зингер СПб» был зафиксирован факт продажи от имени Индивидуального предпринимателя ФИО1 товара – маникюрные инструменты – с признаками контрафактности. На спорном товаре содержится обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком №.
Согласно сведениям ЕГРН деятельность Индивидуального предпринимателя ФИО1 прекращена ДД.ММ.ГГГГ по ее личному заявлению.
Факт реализации указанного товара подтверждается кассовым чеком от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 160 рублей, самим товаром, видеосъемкой продажи товара.
Как указывает истец в своем иске, в силу ст. 1225 ч. 1 п. 14 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) товарные знаки, знаки обслуживания являются охраняемыми объектами интеллектуальной собственности.
Согласно ст. 1477 ГК РФ товарный знак – обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей.
Статьей 1484 часть 1, часть 2 ГК РФ предусмотрено, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак, принадлежит исключительное право, в частности, на размещение товарного знака на товаре, предлагаемого к продаже.
Согласно ст. 1229 ч. 1 ГК РФ другие лица не вправе использовать средства индивидуализации без согласия правообладателя.
Ответчик не получал соответствующего разрешения от правообладателя.
Согласно ст. 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей по усмотрению суда, исходя из характера нарушения.
Согласно ст. 1515 ч. 4 п. 2 ГК РФ размер компенсации может определяться как двукратная цена стоимости права использования товарного знака, которая обычно взимается за правомерное использование товарного знака.
Истцом в материалы дела представлена копия лицензионного договора, заключенного между ООО «Зингер СПб» и индивидуальным предпринимателем ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ. Как видно из этого договора, правообладатель предоставил ИП ФИО2 право на использование товарного знака по свидетельству № за ежегодное вознаграждение в размере 750 000 рублей. Исходя из этой суммы, истец определяет размер компенсации как 750000 : 12 = 62 500 рублей.
Также истец в подтверждение действия лицензионного договора с ИП ФИО2 указывает на произведенную ИП ФИО2 оплату вознаграждения лицензиару платежными поручениями № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ.
Ответчик и его представитель в судебном заседании с иском не согласились, представили возражения на иск, просили в иске отказать по основанию ст. 1487 ГК РФ, согласно которой не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.
Также ответчиком представлен расчет суммы компенсации за нарушение исключительного права, выполненный с учетом лицензионного соглашения с ООО «Глобал», действовавшим на дату фиксации нарушения со стороны ответчика.
Представитель истца участия в судебном процессе своего представителя не обеспечил, просил рассмотреть дело в его отсутствие.
По основанию ст. 167 ч. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания.
Изучив материалы дела, выслушав ответчика и его представителя, исследовав и оценив представленные письменные доказательства в их совокупности, суд пришел к выводу о возможности частичного удовлетворения искового требования по следующим основаниям.
Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ представитель истца приобрел в торговой точке ответчика, в магазине «Ландыш», расположенном по адресу: <адрес>, - товар: маникюрные ножницы, на упаковке которого присутствуют изображения, схожие до степени смещения с товарным знаком по свидетельству №.
В отличие от оригинальной продукции, на товаре отсутствовали указания на правообладателя, сведения об импортере.
В подтверждение факта приобретения у ответчика указанного товара, истцом представлен кассовый чек от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 160 рублей, видеозапись приобретения спорного товара, реализованный товар.
В адрес ответчика направлена претензия, в которой правообладатель уведомил ответчика о том, что, осуществляя деятельность по продаже указанных товаров, с использованием принадлежащего правообладателю товарного знака ответчик нарушил права правообладателя. В претензии правообладатель потребовал прекратить нарушение прав, а также выплатить компенсацию в размере 62500 рублей.
Ответчик на претензию истца не отреагировал.
В этой связи истец, полагая, что ответчик нарушил его исключительные права на результат интеллектуальной деятельности, обратился в суд с настоящим исковым заявлением.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.
Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не предусмотрено иное.
Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. При этом отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).
Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.
Согласно части 1 статьи 1484 ГК РФ, лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.
Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.
При этом товарный знак может быть использован как при его нанесении на товар (в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ), так и при изготовлении самого товара. Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака, в том числе, на товарах, на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации (часть 2 статьи 1484).
При этом Согласно части 3 указанной статьи, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.
Факт продажи ответчиком контрафактного товара 13.02.2021 года подтверждается товарным чеком, видеосъемкой, произведенной при приобретении спорного товара в вышеуказанной торговой точке; ответчик факта продажи товара не отрицает.
Согласно абзацу 3 пункта 55 Постановления Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10) при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.
Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.
Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.
Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или семейную тайну.
В соответствии со статьей 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.
Согласно статьи 77 ГПК РФ аудио- и видеозаписи допускаются в качестве доказательств по делу.
Ведение видеозаписи (в том числе и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье 14 ГК РФ и части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которым каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.
Оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 67 ГПК РФ, суд считает, что факт нарушения ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав подтвержден.
Реализованный ответчиком товар (маникюрные ножницы) по своему роду, виду и функциональному назначению относится к товарам 08 класса МКТУ, то есть к товарам, в отношении которых зарегистрирован товарный знак истца.
Доказательства того, что истец как обладатель исключительных прав на товарный знак № дал ответчику свое согласие на его использование, в материалах дела отсутствуют.
Таким образом, ответчик нарушил принадлежащие истцу исключительные права в форме распространения товара.
В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.
Пункт 4 статьи 1515 ГК РФ предусматривает два варианта определения компенсации за незаконное использование товарного знака:
1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;
2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.
Истцом выбран способ взыскания компенсации в соответствии с положениями подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в сумме 62 500 рублей как двукратная стоимость права использования товарного знака по лицензионному договору, заключённому ДД.ММ.ГГГГ с индивидуальным предпринимателем ФИО2.
Ответчик, указывая на необходимость определения иного размера стоимости права использования товарного знака, ссылается на то, что во время реализации контрафактного товара действовал лицензионный договор от ДД.ММ.ГГГГ, заключённый истцом с Обществом с ограниченной ответственностью «Глобал» (далее – ООО «Глобал»), в котором стороны договора определили иную сумму стоимости использования лицензиатом товарного знака по свидетельству №.
В этой связи суд ссылку истца на лицензионный договор от ДД.ММ.ГГГГ с ИП ФИО2 считает несостоятельной, поскольку условия лицензионного договора от ДД.ММ.ГГГГ с ИП ФИО2 о стоимости права использования товарного знака не могут в полной мере подтвердить сведения о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование спорного товарного знака, за период, предшествующий заключению этого лицензионного договора.
Суд приходит к выводу, что следует учесть в качестве доказательства, достоверно подтверждающего стоимость права использования спорного товарного знака в период совершения нарушения – ДД.ММ.ГГГГ – лицензионный договор с ООО «Глобал» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому лицензиар (ООО «Зингер СПб») предоставил лицензиату (ООО «Глобал») неисключительную лицензию в отношении всех товаров 06, 08, 14, 21, 26 класса МКТУ.
Как разъяснено в пункте 61 Постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или у третьих лиц.
Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.
Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в силу чего суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.
Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования соответствующего товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и должна подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права.
Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью суда на основании статьи 67 ГПК РФ.
При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака суду необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования.
На основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, суд устанавливает стоимость, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака.
Представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку, с учетом норм пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель.
Ответчик вправе оспорить рассчитанный на основании лицензионного договора размер компенсации путем обоснования иной стоимости права использования соответствующего товарного знака исходя из существа нарушения, условий этого договора либо иных доказательств, в том числе иных лицензионных договоров и заключения независимого оценщика.
В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства.
Как указывает ответчик в возражениях на исковое заявление, в период реализации контрафактного товара действующим являлся лицензионный договор о предоставлении права использования товарного знака от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный ООО «Зингер СПб» (лицензиар) с ООО «Глобал» (лицензиат), согласно которому лицензиар предоставляет лицензиату на срок действия договора за вознаграждение право использования товарного знака по свидетельству № в отношении товаров 06, 08, 14, 21, 26 классов МКТУ и услуг 35, 42 классов МКТУ; лицензиат вправе использовать товарный знак на всей территории Российской Федерации любым способом по своему усмотрению; за предоставление права использования товарного знака лицензиат уплачивает лицензиару ежеквартальное вознаграждение в размере 60000 рублей.
Сведения о данном договоре содержатся в свидетельстве на товарный знак, а также в судебных актах с участием истца.
Цена договора от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного истцом с ООО «Глобал», является ценой, которая при сравнимых обстоятельствах взималась в период нарушения за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель, в связи с чем должна быть применена в настоящем деле при расчёте компенсации.
Учитывая изложенное, суд, исходя из характера нарушения, фактических обстоятельств дела, приходит к выводу, что двукратная стоимость правомерного использования прав на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № применительно к спорному нарушению составляет 1142 рубля 86 копеек (60000 рублей - размер вознаграждения в квартал : 3 месяца : 7 классов МКТУ в отношении которых предоставлена неисключительная лицензия : 5 способов использования товарного знака х 1 товар относящийся к 8 классу МКТУ х 2) в месяц.
Поскольку судом установлен факт продажи товара ответчиком, а также факт нарушения ответчиком исключительного права истца, требования истца о взыскании судебных издержек подлежат удовлетворению частично согласно статьи 94 ГПК РФ, в размере 46,04 рублей.
Поскольку истцом не представлено доказательств несения почтовых расходов в размере 123 рубля, расходов по оплате государственной пошлины за получение выписки из ЕГРИП в размере 200 руб., а также расходов на фиксацию правонарушения в размере 8000 рублей, то данные расходы не подлежат взысканию с ответчика.
Поскольку исковые требования удовлетворены частично, то с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы на приобретение товара в размере 2,88 руб. пропорционально удовлетворенным требованиям.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд
решил:
Исковое заявление ООО "ЗИНГЕР СПб" к ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав – удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО1 (<данные изъяты>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "ЗИНГЕР СПб" (ИНН <***>) денежную компенсацию за нарушение авторских исключительных прав в размере 1 142,86 рублей, государственную пошлину в размере 45,71 рублей, 2,88 рубля – расходы на приобретение товара.
В остальной части заявленных требований – отказать.
Решение может быть обжаловано в Севастопольский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд города Севастополя.
Судья А.А. Байметов
Мотивированный текст решения составлен 04.07.2023.