Решение по делу № 2-518/2023 от 20.03.2023

*****

УИД 26RS0012-01-2023-000093-04

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 марта 2023 года город Ессентуки

Ессентукский городской суд Ставропольского края

в составе:

председательствующего судьи Емельянова В.А.

при секретаре судебного заседания Пиляевой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению М.П.М. к Федеральному государственному бюджетному учреждению «Санаторно-курортный комплекс «Северокавказский» Министерства обороны Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

М.П.М. обратился в суд с иском к Федеральному государственному бюджетному учреждению «Санаторно-курортный комплекс «Северокавказский» Министерства обороны Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований, указано, что в отношении М.П.М. , и его жены, З.Г.Ф., медиками «Филиала «Санаторий Ессентукский» МО РФ допущены нарушения основной врачебной заповеди: «Не навреди». Здоровью истца, и здоровью его жены, З.Г.Ф., нанесен большой вред, в том числе и моральный.

Из-за действий военных медиков истец получил большое нервное потрясение, большой стресс и потерял сон. Для исключения отрицательного воздействия стресса и бессонницы на сердце и голову (головной мозг), он вынужден был принимать капли настойки Пустырника, Валокордина, таблетки Глицина. То же самое была вынуждена принимать и его жена. <дата> истец обратился с просьбой - «Заявлением...» установленной формы в военный санаторий - «Филиал «Санаторий Ессентукский» МО РФ о предоставлении семейной путевки. Путевка была предоставлена сроком на 21 день, с <дата> по 03 октября. 2022 года. Истец и его жена прибыли в санаторий <дата>, в Приемное отделение. Ими были предъявлены и сданы комплект документов на право лечения в санатории МО РФ, в т.ч. «Справка врача об отсутствий- контактов с больными инфекционными заболеваниями, в течение предшествующих 7 [семи] календарных дней, выданной за 3 календарных дня до отъезда в санаторий (т.е. в санаторий мы прибыли здоровыми).

С истцом и его женой, З.Г.Ф., были заключены договоры об оказании санаторием санаторно-курортного лечения. Приемным отделением санатория были выданы «Санаторно-курортные книжки», выделен прекрасный, двухкомнатный номер для проживания, назначен лечащий врач. Были согласованы номенклатура и количество лечебных процедур, которые истец и его жена без промедления начали получать. Часть лечебных процедур была платной. Стоимость платных процедур составляла около 30 тысяч рублей. Проживание, с бесплатным лечением (на двоих) стоило около 70 тысяч рублей. Итого ими было уплачено санаторию около 100 тысяч рублей.

На 10-тый день пребывания и лечения в санатории, <дата> у истца появилось повышение температуры тела до 37,7°С, которое было и на следующий день. <дата> санаторием была вызвана скорая помощь и истец был доставлен в Инфекционное отделение горбольницы. В отделении ему был сделан Экспресс тест (назально) на COVID-19, который был положительным и он был оставлен в Инфекционном отделении. В Инфекционном отделении он находился с <дата> по <дата>.

<дата> у него была проведена ПЦР-диагностика и выдана <дата>. Она дала отрицательный результат и он был выписан. Таким образом, больным, инфицированным COVID-19, истец был четверо суток, с <дата> и по <дата>. При этом врачом, проводившим его лечение, ему было заявлено, что он, М.П.М. , с <дата>, для лиц, его окружающих, не опасен. Аналогичные действия, с некоторыми изменениями, были проведены санаторием и в отношении З.Г.Ф., заболевшей повышением температуры тела позже истца на двое суток. У нее, доставленной <дата> в Инфекционное отделение горбольницы экспресс тест на COV1D-19 взятый назально, был положительным. Поскольку температура тела у З.Г.Ф. была относительно невысокой, 37°С, она получила «Направление на лечение и изоляцию по месту пребывания». Прибывшую с этими документами в санаторий З.Г.Ф. приняла старшая медсестра лечебного отделения, отделения теперь уже бывшего нашего пребывания, ФИО1 Михайловна, которая и определила ей, З.Г.Ф. «место пребывания, лечения и изоляции». Этим местом оказался город-курорт Ессентуки, в котором у З.Г.Ф. не было не родственников, ни друзей, ей было предложено искать квартиру. З.Г.Ф. оказалась в чужом для неё городе, в бедственном положении, без жилья и средств существования. Она была выписана из санатория <дата> без денег. Их остаток, за неиспользованные лечебные процедуры и проживание (успели до заболевания получить около 30% от намеченного им числа) возвращался З.Г.Ф. санаторием двумя частями: <дата> в сумме 43 683 рубля и <дата>- в сумме 12 200 рублей.

Из-за необходимости приобретения лекарств, оплаты жилья и продуктов питания, З.Г.Ф. была вынуждена обращаться за матпомощью к родственникам. Ее дочь, живущая в Томске, дважды прислала ей по 10 тысяч рублей.

После самостоятельного лечения, З.Г.Ф. в Инфекционном отделении горбольницы, <дата> сдала (назально) экспресс тест на COVID-19. Результат был отрицательным.

Дальнейшим их положением, после выздоровления, санаторий не интересовался, несмотря на то, что срок действия путевки был до <дата>, чем ответчик нарушил п. 2.6 Договора ***** «Об оказании санаторно-курортных услуг...», который гласит, что в случаях кратковременного перевода «Пациента» из «Санатория» в другие лечебные учреждения, «Пациент» принимается в «Санаторий» на оставшийся срок, указанный в путевке.

Кроме того, согласно п.6.2 Договора N52625 «Об оказании санаторно- курортных услуг...» от <дата>, <дата> истцом была сделана попытка путем телефонного разговора с начальником санатория Н.Л.Д. решить вопрос «мирно», без суда. Попытка, не по его вине, была неудачной.

В санаторий истец и его жена прибыли здоровыми. Заболели COVID-19 практически одновременно, на 10-тый день пребывания в санатории (прибыли <дата> заболели <дата>). Из санатория они не отлучались, на экскурсии не ездили, различные мероприятия в клубе не посещали. Утверждает, что санаторий не обеспечил ему и его жене, безопасное нахождение, в части COVID-19, на его территории.

На основании изложенного, просит суд:

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения «Санаторно-курортный комплекс «Северокавказский» Министерства обороны Российской Федерации в пользу М.П.М. компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Представитель истца М.П.М. – Т.Т.А. в судебном заседании требования искового заявления М.П.М. поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика Федерального государственного бюджетного учреждения «Санаторно-курортный комплекс «Северокавказский» Министерства обороны Российской Федерации ФИО2 в судебном заседании просил отказать в удовлетворении исковых требований по основаниям, изложенным в представленных возражениях. В возражениях указано, что по прибытии М.П.М. с женой - З.Г.М. на санаторно- курортное лечение в филиал «Санаторий «Ессентукский», <дата>, с ними были заключены договоры об оказании санаторно-курортных услуг военнослужащим, военным пенсионерам, членам их семей и гражданскому персоналу ВС РФ ***** и 2626 от <дата> и дополнительные соглашения к указанным договорам.

Согласно условиям дополнительного соглашения, «Пациент» обязуется в случае возникновения инфекционного заболевания госпитализироваться в инфекционную или перепрофилированную больницу на территории КМВ, или изолироваться вне санатория для получения амбулаторного лечения.

На период нахождения в санатории М.П.М. и З.Г.М. эпидемиологическая обстановка в <адрес> по данным Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по <адрес> складывалась следующим образом: среднее количество зараженных по <адрес> в период с 13 по <дата> составило 867 человек, средний коэффициент распространения инфекции (Rt), вычисляемый как среднее количество людей, которых инфицирует один больной до его изоляции - 1,01. При этом постановлением Роспотребнадзора РФ ***** от <дата> были отменены все ограничительные мероприятия по COVID-19 и отдыхающие санатория могли свободно перемещаться по городу за пределами санатория.

Во время пребывания в санатории М.П.М. и З.Г.Ф. заболеваний COVID-19 среди отдыхающих или сотрудников не зарегистрировано.

Несмотря на отмену ограничительных мероприятий, противоэпидемический режим в филиале направлен на недопущение на территорию инфекционных больных и раннее выявление заболевших с обязательным направлением на консультацию к врачу инфекционисту, что и было выполнено в отношении М.М.П. и З.Г.Ф. Соответственно, всем работникам не менее 3-х раз за рабочую смену производится термометрия, а отдыхающим 2 раза в сутки. В рабочих кабинетах медицинского персонала, в санузлах и в местах общего пользования установлены диспенсеры с кожными антисептиками, через каждые 2 часа проводится проветривание помещений и обработка контактных поверхностей в местах общего пользования, использование бактерицидных облучателей-рециркуляторов в местах общего пользования и в рабочих кабинетах медицинского персонала, в медицинских кабинетах дезинфекция контактных поверхностей производится после каждого пациента и др. Каждый пациент по прибытии проходит инструктаж по порядку проведения санаторно-курортного лечения, отдельный раздел посвящен противоэпидемическим и ограничительным мерам при угрозе распространения COVID-19.

Согласно утвержденным 14.12.2022г. заместителем Министра здравоохранения Российской Федерации Временным методическим рекомендациям «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19), версия 17 от <дата>, инкубационный период COVID-19 составляет от 2 до 14 суток. Учитывая длительность инкубационного периода новой коронавирусной инфекции COVID-19 и тот факт, что у истца и его жены не определены штаммы коронавируса, не исключается вероятность инфицирования истца в период его следования в санаторий железнодорожным транспортом. Кроме этого, истец не учитывает тот факт, что за пределами территории военных городков они получали питьевое лечение минеральной водой «Ессентуки Новая» и «Ессентуки 4», где контактировали с людьми и поверхностями (например, двери, краны в источниках минеральной воды и т.п.), которые могли быть инфицированы COVID-19.

Согласно вышеуказанным Временным методическим рекомендациям «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19)», передача инфекции осуществляется воздушно-капельным, воздушно-пылевым и контактно-бытовым путями. Ведущим путем передачи SARS-CoV-2 является воздушно-капельный, который реализуется при кашле, чихании и разговоре на близком (менее 2 метров) расстоянии. Возможен контактно-бытовой путь передачи, который реализуется во время рукопожатий и при других видах непосредственного контакта с инфицированным человеком, а также через поверхности и предметы, контаминированные вирусом.

При этом санаторий не может нести ответственность за организацию противоэпидемических мероприятий в питьевых бюветах на территории города. Все контакты отдыхающих, в том числе и заявителя, за пределами санатория отследить невозможно, так как за исключением времени приема пищи и получения процедур, они могут свободно перемещаться по городу в связи с отменой Роспотребнадзором РФ ограничительных мероприятий по COVID-19.

Таким образом, утверждение М.П.М. о том, что он и его жена заразились COVID-19 непосредственно в санатории является необоснованным.

Направление М.П.М. и З.Г.М. на госпитализацию в инфекционную больницу в связи с отсутствием в санатории условий для изоляции пациентов полностью соответствует условиям заключенных договоров №*****, 2626 и дополнительных соглашений к ним и подтверждают тот факт, что М.П.М. и З.Г.Ф. с момента поступления в санаторий знали, что лечение больных инфекционными заболеваниями на территории филиала не проводится.

Кроме этого, пункт 5.1. СГ1 <дата>-20 (ред. от <дата>) предписывает госпитализацию лиц с подтвержденным диагнозом COV1D-19 или с подозрением на данное заболевание, в том числе по эпидемиологическим показаниям (проживание в общежитии, отсутствие возможности самоизоляции при наличии в окружении указанных лиц, лиц относящихся к группе риска). Отсутствие возможности изоляции в условиях санатория обусловлено тем, что пункт 4.2.4. СП <дата>-20 предписывает использовать для временной изоляции пациентов с инфекционными заболеваниями или подозрением на них боксы или боксированные палаты. Пункт 3.5 СП 158.13330.2014 дает чёткую характеристику изолятору: боксированная палата (изолятор) - это комплекс помещений, предназначенный для изоляции больного, состоящий из палаты, санузла (или слива), шлюза между палатой и коридором, а согласно п. 4.5.8. СП <дата>-20, боксированные помещения оборудуется раздельными системами приточно-вытяжной вентиляции с механическим и (или) естественным побуждением и должна исключать обратный переток воздуха между помещениями. Кроме этого, боксированных помещений в санатории не имеется, поскольку устройство таких помещений в санатории не предусмотрено Руководством по работе военного санатория (дома отдыха), утвержденным начальником ГВМУ МО РФ в 2017 году. В соответствии с приказом Министра здравоохранения РФ от 19.03.2020г. *****н, вышеуказанные боксированные помещения предусмотрены в организациях, оказывающих медицинскую помощь в стационарных условиях (п. 2.17. Приложения ***** названного приказа).

Выписка из санатория З.Г.Ф. произведена в соответствии с пунктом 1 дополнительного соглашения к договору ***** от <дата>. так как размещение на территории санатория больной COVID-19, не имея возможности полноценной изоляции, могло создать угрозу заражения COVID-19 для отдыхающих филиала и соответствует СП <дата>-20.

Денежные средства за неиспользованные дни санаторно-курортного лечения, в соответствии с п. 2.7. договоров №***** и 2626 от <дата>, были возвращены истцу и его жене на основании их письменных заявлений. При этом М.П.М. возвращено за неиспользованные дни санаторно-курортного лечения 11 119 рублей, за неполученные платные медицинские услуги 12 550 рублей, всего 23669,00 рублей. З.Г.Ф. возвращено за неиспользованные дни санаторно-курортного лечения 20014,00 рублей, за неполученные платные медицинские услуги 12200,00 рублей, всего 32214 рублей. Общая сумма возвращенных пациентам денежных средств составила 55 883 рубля.

Согласно пункту 23 приказа Министра обороны РФ ***** от <дата>, при досрочном убытии граждан из санаторно-курортного учреждения за указанными лицами сохраняется право на использование оставшихся дней санаторно-курортного лечения в другое время. Ни М.П.М. . ни З.Г.Ф. после выздоровления по вопросу возобновления санаторно-курортного лечения не обращались.

По утверждению М.П.М. , его здоровью и здоровью его жены, З.Г.Ф., нанесен большой вред, в том числе и моральный, так как вследствие перенесённого стресса они потеряли сон и вынуждены принимать капли настойки Пустырника, Валокордина, таблетки Глицина. Однако документально нанесение вреда здоровью не подтверждено, сведений о назначении врачом принимаемых медикаментов, не имеется.

М.П.М. в исковом заявлении отмечает недостатки по размещению больных в инфекционной больнице. Однако санаторий не может нести ответственность за условия размещения больных в инфекционной больнице <адрес>.

Таким образом, утверждения М.М.П., изложенные им в исковом заявлении, не соответствуют действительности, не имеют документального подтверждения и соответственно не подлежат удовлетворению.

Оценив письменные доказательства и материалы гражданского дела, их относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

Согласно п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> ***** «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

На основании ст. 1096 ГК РФ вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем).

Согласно п. 1 ст. 1095 ГК РФ вред, причиненный жизни, здоровью гражданина вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

В соответствии со ст. 98 Федерального закона от <дата> № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» - медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии с п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> ***** «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

В силу ст. 15 Закона Российской Федерации от <дата> ***** «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Согласно абз. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу абз. 2 ст. 151, п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Судом установлено и следует из материалов дела, что на основании заявления М.П.М. от <дата> о предоставлении ему и его жене З.Г.Ф.. санаторно-курортной путевки, М.П.М. и З.Г.Ф. предоставлены путевки в санаторно-курортное учреждение Министерства Обороны Российской Федерации в филиал «Санаторий «Ессентуки».

<дата> между филиалом «Санаторий «Ессентукский» и М.П.М. был заключен договор ***** об оказании санаторно-курортных услуг военнослужащим, военным пенсионерам, членам их семей и гражданскому персоналу ВС РФ на период с <дата> по <дата>.

К указанному договору заключено дополнительное соглашение от <дата>, из п. 1 которого следует, что в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19) и других острых вирусных инфекций (ОРИ), в целях профилактики возникновения и распространения массовых инфекционных заболеваний на территории санатория, а также на основании Федерального закона от <дата> № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», дополнен п. 2.3 договора ***** от <дата> абзацами следующего содержания: в случае возникновения инфекционного заболевания госпитализироваться в инфекционную или перепрофилированную больницу на территории КМВ или изолироваться вне санатория для получения амбулаторного лечения; при констатировании с больным ОРИ изолироваться в специально выделенной палате на срок 14 дней со дня последнего контакта с больным и соблюдать требования к изоляции.

Договор ***** от <дата> и дополнительно соглашение от <дата> подписаны собственноручно М.П.М.

<дата> между филиалом «Санаторий «Ессентукский» и З.Г.Ф. был заключен договор ***** об оказании санаторно-курортных услуг военнослужащим, военным пенсионерам, членам их семей и гражданскому персоналу ВС РФ на период с <дата> по <дата>.

Договор ***** от <дата> и дополнительно соглашение от <дата> подписаны собственноручно З.Г.Ф.

Из выписного эпикриза на больного М.П.М. следует, что он находился на лечении в ГБУЗ «Ессентукская ГКБ» в период с <дата> по <дата> с клиническим диагнозом: коронавирусная инфекция, вызванная (COVID-19, подтвержденная, легкое течение (экспресс тест на COVID-19 от <дата> положительный.

<дата> З.Г.Ф. выдано направление на обследование доя установления причины заболевания.

Согласно представленному исследованию мазка из ротоглотки (COVID-19) (экспресс-тест) результат –антиген SARS-CoV-2 отрицательный.

Из переводного эпикриза *****, представленного филиалом санаторий «Ессентукский» ФГБУ СКК «Северокавказский» МО РФ следует, что М.П.М. проведено стандартное лечение по программе ***** (без активного лечения), в том числе, минеральная вода Ессентуки Новая по 100 мл. 3 раза в день, употребление которой происходит в Новой питьевой галерее, расположенной за пределами санатория по <адрес>. Аналогичный выписной эпикриз ***** предоставлен в отношении З.Г.Ф.

При поступлении в санаторий, М.П.М. и З.Г.Ф. представлены справки о том, что у них не выявлено инфекционных заболеваний.

<дата> М.П.М. на имя начальника филиала «Санаторий «Ессентуки» подано заявление на возврат денежных средств за неиспользованные платные медицинские услуги. Из справки следует, что М.П.М. возвращены денежные средства в размере 12 550 рублей, также представлено платежное поручение ***** от <дата> о переводе денежных средств в размере 12 550 рублей М.П.М.

Также <дата> З.Г.Ф. подано заявление о возврате стоимости санаторно-курортной путевки с <дата> по <дата>.

На основании платежного поручения ***** от <дата> З.Г.Ф. возвращены денежные средства в размере 20 014 рублей – за санаторно-курортную путевку.

На основании платежного поручения ***** от <дата> З.Г.Ф. возвращены денежные средства в размере 350 рублей – за курортный сбор.

На основании платежного поручения ***** от <дата> З.Г.Ф. возвращены денежные средства в размере 12 200 рублей – за медицинскую услугу.

На основании платежного поручения ***** от <дата> З.Г.Ф. за супруга М.П.М. возвращены денежные средства в размере 11 119 рублей – за санаторно-курортную путевку.

Из книги пропускного пункта КПП ***** санатория следует, что М.П.М. и З.Г.Ф. в период с <дата> по <дата> неоднократно покидали территорию санатория.

Согласно утвержденным <дата> заместителем Министра здравоохранения Российской Федерации Временным методическим рекомендациям «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19), инкубационный период COVID-19 составляет от 2 до 14 суток. Учитывая длительность инкубационного периода новой коронавирусной инфекции COVID-19 и тот факт, что у истца и его жены не определены штаммы коронавируса, не исключается возможность инфицирования истца М.П.М. и его супруги З.Г.Ф. в период их следования в санаторий железнодорожным транспортом.

Также истец и его супруга получали питьевое лечение минеральной водой «Ессентуки Новая» и «Ессентуки 4», прием которой, осуществляется за пределами санатория, где возможен был контакт с другими людьми.

Во временных методических рекомендациях «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» указано, что передача инфекции осуществляется воздушно-капельным, воздушно-пылевым и контактно-бытовым путями. Ведущим путем передачи SARS-CoV-2 является воздушно-капельный, который реализуется при кашле, чихании и разговоре на близком (менее 2 метров) расстоянии. Возможен контактно-бытовой путь передачи, который реализуется во время рукопожатий и при других видах непосредственного контакта с инфицированным человеком, а также через поверхности и предметы, контаминированные вирусом.

При этом, как правильно указано в возражениях ответчика, санаторий не может нести ответственность за организацию противоэпидемических мероприятий в питьевых бюветах на территории города. Все контакты отдыхающих, в том числе и истца, за пределами санатория отследить невозможно, так как за исключением времени приема пищи и получения процедур, они могут свободно перемещаться по городу в связи с отменой Роспотребнадзором РФ ограничительных мероприятий по COVID-19.

Из вышеизложенного следует, что истцом не представлено доказательств тому, что заболевание коронавирусной инфекцией произошло по вине санатория или на территории санатория.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований М.П.М. к Федеральному государственному бюджетному учреждению «Санаторно-курортный комплекс «Северокавказский» Министерства обороны Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Ставропольского краевого суда в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения через Ессентукский городской суд Ставропольского края.

Мотивированное решение суда изготовлено 27 марта 2023 года

Председательствующий, судья: В.А. Емельянов