Решение по делу № 2-402/2022 от 18.11.2022 | Рыбинский городской суд (Ярославская область)

Категория дела О возмещении ущерба Гражданское None

Краткое содержание дела Все четыре части решения кратко

Вводная частькто, когда и о чём судился

<ФИО> обратилась в суд с иском (с учетом уточнения) к ПАО «ОДК-Сатурн» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 5 000 000 рублей, расходов на приобретение в сумме 222 000 рублей

Описательная частьчто требовал истец и что отвечал ответчик

В судебном заседании истец <ФИО>, ее представители <ФИО>, Морозова С.Н. поддержали исковые требования в полном объеме по изложенным в иске доводам и основаниям. Представитель истца Морозова С.Н. в судебном

Мотивировочная частьчем суд руководствовался и почему так решил

Выслушав истца и его представителей, представителей ответчика, заключение прокурора, исследовав материалы гражданского дела, медицинскую документацию на имя <ФИО>, суд приходит к следующим выводам. Оценивая в совокупности

Резолютивная частьитоговое решение суда

Удовлетворить иск частично.

Суды по аналогичным делам принимают разные решения

Посмотреть все аналогичные дела →

Дело № 2-402/2022

УИД 76RS0013-02-2021-004010-60

Мотивированное решение изготовлено 18 ноября 2022 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Рыбинский городской суд Ярославской области в составе:

председательствующего судьи Голованова А.В.,

при секретаре Шагиной К.С.,

с участием прокурора Рыбина А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Рыбинске 31 октября 2022 года дело по иску ФИО1 к ПАО «ОДК-Сатурн» о возмещении вреда и компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском (с учетом уточнения) к ПАО «ОДК-Сатурн» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 5 000 000 рублей, расходов на приобретение <данные изъяты> в сумме 222 000 рублей, судебных расходов по оплате услуг по составлению искового заявления в размере 10000 рублей.

Иск обоснован следующим: ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была принята на работу к ответчику ОАО «НПО «САТУРН» в цех № на должность <данные изъяты>. С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 переведена в корпус № на должность <данные изъяты>. Согласно приказу от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 находилась в отпуске по уходу за ребенком с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Согласно протокола проведения исследования (испытаний) и измерений шума № от ДД.ММ.ГГГГ фактический уровень вредного фактора не соответствует гигиеническим нормативам. Согласно протокола проведения исследования (испытаний) и измерений вибрации № от ДД.ММ.ГГГГ фактический уровень вредного фактора не соответствует гигиеническим нормативам. Согласно протокола оценки эффективности средств индивидуальной защиты на рабочем месте № от ДД.ММ.ГГГГ рабочее место соответствует требованиям обеспеченности работника СИТЗ. Однако, истцу комбинезона, ботинок, рукавиц, каски, наушников, куртки, перчаток не выдавали. Согласно карты № специальной оценки условий труда от ДД.ММ.ГГГГ рекомендовано: применение средств звукопоглощения (снижение уровня шума); организация рационального режима труда и отдыха (снижение времени воздействия вибрации).

С <адрес> дополнительным соглашением от № № работнику был установлен режим рабочего времени: продолжительность рабочей недели 36 часов, продолжительность рабочего дня 6 часов. ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с работником был расторгнут на основании п.3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно карте специальной оценки условий труда, рабочее место (техник по наладке и испытаниям) имеет ряд вредных (опасных) факторов, в связи с чем. Работникам, выполняющим трудовые функции предоставляются гарантии и компенсации.

В соответствии с п. 9 паспорта здоровья работника № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного ГУЗ ЯО «Городская больница №6» г. Рыбинск, к вредным и опасным производственным факторам отнесены 1.3.5. - Смеси углеводородов: нефти, бензины (Р), керосины, уайт-спирит (Р), мазуты, битумы, асфальты, каменноугольные и нефтяные смолы (К), пеки (К), возгоны каменноугольных смол и пеков (К), масла минеральные (К) (не полностью очищенные минеральные масла, сланцевые смолы (АК) и масла (АК)); 3.5. - Производственный шум на рабочих местах с вредными и (или) опасными условиями труда, на которых имеется технологическое оборудование, являющееся источником шума; 3.8. - Пониженная температура воздуха в производственных помещениях и на открытой территории (при отнесении условий труда по данному фактору по результатам аттестации рабочих мест по условиям труда к вредным условиям); 3.4.2. - Общая вибрация.

На основании паспорта здоровья работника № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного ГУЗ ЯО «Городская больница №6» г. Рыбинск, паспорта здоровья работника № от ДД.ММ.ГГГГ, паспорта здоровья работника № от ДД.ММ.ГГГГ, медицинских противопоказаний не выявлено, истец была годна к вышеуказанным работам. График работы ответчик ПАО «ОДК-САТУРН» не менял, ставил работать в вечернюю смену.

В соответствии с аудиограммой № от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 было выявлено снижение <данные изъяты>. Согласно заключения сурдолога консультативной поликлиники ГБУЗ ЯО «Областная клиническая больница» от ДД.ММ.ГГГГ поставлен диагноз <данные изъяты>.

В соответствии с заключением заведующего отделением оториноларингологии ГБУЗ ЯО Областная клиническая больница ФИО21 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 поставлен диагноз - <данные изъяты>

Согласно справки ЗАО «НьюКо» от ДД.ММ.ГГГГ стоимость <данные изъяты> аппарата <данные изъяты> на ДД.ММ.ГГГГ составляет 111 000 руб.

Причинами произошедшего с истцом являются не удовлетворительная организация производства работ по контролю со стороны должностных лиц ответчика за соблюдением безопасных методов работы и не предоставлением работнику средств индивидуальной защиты. Работодатель не убедился в том, что ФИО1 могла по состоянию своего здоровья исполнять возложенные на нее обязанности, в том числе при проведении работ с вредными условиями труда; отсутствие надлежащей организации труда повлекло то обстоятельство, что истец работала без средств индивидуальной защиты, что свидетельствует о том, что со стороны руководства не принимались должные меры по контролю за соблюдением безопасных методов работы и применения средств индивидуальной защиты.

В результате полученного заболевания ФИО1, причинен моральный вред, размер компенсации которого она оценивает в 5 000 000,00 рублей.

В качестве правовых основании истец ссылается на ст. 151, п. 1 ст. 1064, п. 1, абз. 2 п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 21, 220 и 237 Трудового индекса Российской Федерации, абз. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», ст. ст. 24, 131 - 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением суда к участию по делу в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ГУ - Ярославское региональное отделение Фонда социального страхования РФ.

В судебном заседании истец ФИО1, ее представители ФИО2, Морозова С.Н. поддержали исковые требования в полном объеме по изложенным в иске доводам и основаниям.

Истец ФИО1 дополнительно пояснила, что в ДД.ММ.ГГГГ при поступлении на работу в ПАО «ОДК-Сатурн» была полностью здорова. В ДД.ММ.ГГГГ забеременела, на две недели потеряла <данные изъяты>. Устно обращалась к работодателю о переводе на более легкие работы, получила отказ, в ДД.ММ.ГГГГ ушла в декретный отпуск, <данные изъяты> был восстановлен в ходе лечения. После декретного отпуска <данные изъяты> было отмечено в ДД.ММ.ГГГГ по результатам профосмотра. В ДД.ММ.ГГГГ была вынуждена уволиться с работы из-за проблем со здоровьем у ребенка. В ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>, был установлен диагноз: <данные изъяты>. В проведении операции в Ярославской областной больнице было отказано. Когда была беременна, обращалась к работодателю, чтобы отстранили от вредных работ. Когда <данные изъяты> и вышла с больничного, работодатель не предпринял никаких мер для перевода меня на более легкие работы. Средства индивидуальной защиты не выдавались, обращалась к бухгалтеру, начальнику, руководителю устно.

Представитель истца Морозова С.Н. в судебном заседании пояснила, что заключения первичной и повторной судебно-медицинских экспертиз не могут быть приняты судом в качестве надлежащих доказательств, являются неполными, к производству повторной судебно-медицинской экспертизы не были привлечены <данные изъяты>. Доказательств того, что нарушение <данные изъяты> обусловлено генетическим заболеванием, не представлено. Доводы о том, что работодателем не были обеспечены безопасные условия труда, нашли подтверждение, работа осуществлялась при наличии факторов производственной вредности, средства индивидуальной защиты ФИО3 не выдавались. Указанные обстоятельства находятся в причинно-следственной связи с заболеванием. Срок давности не пропущен.

Представитель истца ФИО4 в судебное заседание после перерыва не явился. Ранее просил об удовлетворении заявленных требований, поддержал доводы, изложенные в письменной позиции по иску (л.д. 195-198). Экспертами оценено и указано в качестве основной причины последствий для здоровья истицы заболевание – <данные изъяты>, о котором нет никаких данных, и его проявление, признаков которого не выявлено в ходе экспертизы. Оценка возможных причин развития <данные изъяты> у истца ФИО1, в рамках конкретной экспертизы не дана. При рассмотрении дела установлено воздействие на организм ФИО1 факторов производственной вредности. Установлены допущенные работодателем нарушения требований охраны труда в части обеспечения безопасных условий труда (невыполнение перевода на облегченные условия труда при беременности, невыдача спецодежды и средств индивидуальной защиты от воздействия вредных производственных факторов, ненаправление на обследование врачом профпатологом при наличии фактора производственной вредности и нарушений состояния здоровья, которые могли быть вызваны этими факторами вредности и др. При этом нарушения состояния здоровья истицы диагностированы в период действия вредных производственных факторов, продолжали развиваться в дальнейшем. Заболевание, проявлениями которого могли быть обусловлены нарушения состояния здоровья истицы, было диагностировано значительно позже; анамнестические, клинические и инструментальные данные о его развитии, течении и проявлениях скудны и недостоверны. Экспертные исследования по делу являются фрагментарными, не совпадают по объему и содержанию, не позволяют в полном объеме оценить данные о нарушениях здоровья истицы и соотнести их с другими доказательствами по делу.

Представители ответчика ПАО «ОДК-Сатурн» по доверенности ФИО5, ФИО6 в судебном заседании возражали относительно заявленных требований, ввиду отсутствия причинно-следственной связи, заболевания ФИО1 с ее профессиональной деятельностью на предприятии, расследование профессионального заболевания не проведено, поддержали доводы, изложенные в письменных возражениях (том 1, л.д. 90-93, 169-170, том 3, л.д. 202).

Представитель ответчика ФИО6 в судебном заседании пояснила, что фактический стаж работы истца во вредных условиях составил менее трех лет. При трудоустройстве на работу истцу было известно, что данная должность предполагает работу с вредными условиями труда. ФИО1 прошла предварительный медицинский осмотр, проходила ежегодные осмотры, противопоказаний выявлено не было. Паспорт здоровья оформляется в одном экземпляре, находится в мед.учреждении, по окончанию осмотра выдается гражданину и хранится у него. В адрес ПАО «ОДК Сатурн» паспорт здоровья не направлялся, работодатель не знал и не мог знать о том, что работнику противопоказана работа в период беременности и родов с вредными условиями труда. Истец какой-либо справки из женской консультации или заключения, заявления о переводе её на работу с легкими условиями труда не предоставляла. Если ФИО1 считала, что ей не выданы средства индивидуальной защиты, то она должна была обратиться в суд в предусмотренные ст. 392 ТК РФ сроки, в настоящее время истцом сроки пропущены. Карты учета выдачи СИЗ на предприятии не сохранились в связи с истечением срока хранения. Результатами специальной оценки условий труда зафиксирован факт наличия на рабочем месте техника по наладке и испытаниям средств индивидуальной защиты. Заключением комиссии экспертов по результатам повторной судебно-медицинской экспертизы от 10.10.2022 установлено, что воздействие производственного шума не может являться причиной возникновения <данные изъяты> ФИО1 Истцом также не доказан размер компенсации морального вреда.

Представитель третьего лица ГУ - Ярославское региональное отделение Фонда социального страхования РФ извещен о дате, времени и месте судебного заседания надлежаще, направил отзыв.

Суд

определил:

рассмотреть дело при имеющейся явке, в отсутствие неявившихся участников процесса.

Выслушав истца и его представителей, представителей ответчика, заключение прокурора, исследовав материалы гражданского дела, медицинскую документацию на имя ФИО1, суд приходит к следующим выводам.

Согласно положениям частей 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить, в т.ч.:

- приобретение за счет собственных средств и выдачу средств индивидуальной защиты и смывающих средств, прошедших подтверждение соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке, в соответствии с требованиями охраны труда и установленными нормами работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением;

- оснащение средствами коллективной защиты;

- организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, соблюдением работниками требований охраны труда, а также за правильностью применения ими средств индивидуальной и коллективной защиты;

- информирование работников об условиях и охране труда на их рабочих местах, о существующих профессиональных рисках и их уровнях, а также о мерах по защите от воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов, имеющихся на рабочих местах, о предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты, об использовании приборов, устройств, оборудования и (или) комплексов (систем) приборов, устройств, оборудования, обеспечивающих дистанционную видео-, аудио- или иную фиксацию процессов производства работ, в целях контроля за безопасностью производства работ.

Приказом Минздравсоцразвития России от 01.06.2009 N 290н (ред. от 12.01.2015) утверждены «Межотраслевые правила обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты».

Пунктом 9 Межотраслевых правил установлено, что работодатель обязан обеспечить информирование работников о полагающихся им СИЗ. При проведении вводного инструктажа работник должен быть ознакомлен с настоящими Правилами, а также с соответствующими его профессии и должности типовыми нормами выдачи СИЗ.

СИЗ, выдаваемые работникам, должны соответствовать их полу, росту, размерам, а также характеру и условиям выполняемой ими работы (п.12).

Работодатель обязан организовать надлежащий учет и контроль за выдачей работникам СИЗ в установленные сроки (п.13.).

Сроки пользования СИЗ исчисляются со дня фактической выдачи их работникам.

Выдача работникам и сдача ими СИЗ фиксируются записью в личной карточке учета выдачи СИЗ, форма которой приведена в приложении к настоящим Правилам.

Работодатель вправе вести учет выдачи работникам СИЗ с применением программных средств (информационно-аналитических баз данных). Электронная форма учетной карточки должна соответствовать установленной форме личной карточки учета выдачи СИЗ. При этом в электронной форме личной карточки учета выдачи СИЗ вместо личной подписи работника указываются номер и дата документа бухгалтерского учета о получении СИЗ, на котором имеется личная подпись работника.

Допускается ведение карточек учета выдачи СИЗ в электронной форме с обязательной персонификацией работника.

Статьей 237 ТК РФ предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 ТК РФ).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (п.46).

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (п.47).

Судом установлено, что ФИО1 на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ принята на работу в ОАО «НПО «Сатурн» (в настоящее время ПАО «ОДК-Сатурн») на должность <данные изъяты>.

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 переведена на должность <данные изъяты>.

В соответствии с п. 14 Трудового договора истцу был установлен режим рабочего времени: продолжительность рабочей недели 40 часов, продолжительность рабочего дня 8 часов.

В соответствии с дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ № работнику ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ был установлен режим рабочего времени: продолжительность рабочей недели 36 часов, продолжительность рабочего дня 6 часов.

Согласно приказу от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 находилась в отпуске по уходу за ребенком с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ФИО1 был расторгнут на основании пункта 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, что подтверждается приказом об увольнении от ДД.ММ.ГГГГ №.

В материалы дела представлена медицинская документация на ФИО1

Из медицинской карты амбулаторного больного <данные изъяты> на имя ФИО1:

<данные изъяты>

Из медицинской карты амбулаторного больного № из Ярославской областной клинической больницы на имя ФИО1:

<данные изъяты>

Из медицинской карты на имя ФИО1 ГБУЗ ЯО «Городская больница №6»:

<данные изъяты>

Определением суда от 03.02.2022 года по делу назначена комплексная комиссионная экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГУЗ ЯО «Ярославское бюро судебно-медицинской экспертизы».

В рамках производства экспертизы членом экспертной комиссии ФИО22 ДД.ММ.ГГГГ в условиях кабинетов ГБУЗ ЯО «ОКБ» проведено обследование ФИО1 Согласие на осмотр получено. По результатам анализа представленных материалов и обследования ФИО1 членом экспертной комиссии ФИО22:

«ФИО1 впервые обратилась в сурдологический кабинет ГБУЗ ЯО ОКБ 07.11.2019г., установлен диагноз: <данные изъяты>.

До обращения к врачу <данные изъяты> ФИО1 в восьмилетнем возрасте был установлено и лабораторно подтверждено заболевание: <данные изъяты> Данным заболеванием страдает также мать и дети ФИО1

При последующих визитах к ДД.ММ.ГГГГ: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ наблюдается <данные изъяты>

<данные изъяты>

Анализ предоставленных аудиограмм от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, выполненных при прохождении профосмотров, позволяет установить наличие <данные изъяты>

В результате последнего обследования слуха ДД.ММ.ГГГГ пациентке поставлен диагноз: <данные изъяты>

Диагностированное врачом <данные изъяты>

<данные изъяты>

Согласно заключения эксперта № комиссия экспертов ГУЗ ЯО «Ярославское бюро судебно-медицинской экспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ пришла к следующим выводам.

1. Ответы на вопросы № 1, № 2, № 3:

- с учетом имеющегося у ФИО1 диагноза <данные изъяты>, возможно ли определить время начала заболевания <данные изъяты>?;

- имеется ли причинно-следственная связь между исполнением ФИО1 трудовых обязанностей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности <данные изъяты>?;

- могло ли возникнуть имеющееся у ФИО1 заболевание <данные изъяты> в результате иных причин, не связанных с трудовой деятельностью в ПАО «ОДК Сатурн»?

<данные изъяты> - наследственное заболевание, характеризующееся повышенной <данные изъяты>. Со слов ФИО1 данным заболеванием, кроме нее, страдает ее мать и дети.

По данным результатам обследования в рамках настоящей экспертизы у ФИО1 на апрель 2022 г. имеется <данные изъяты>.

<данные изъяты>. Анализ предоставленных аудиограмм от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, выполненных при прохождении периодических медицинских осмотров, позволяет установить наличие <данные изъяты>

Причиной возникновения у ФИО1 <данные изъяты> является заболевание <данные изъяты>. Воздействие производственного шума не может являться причиной возникновения <данные изъяты>.

<данные изъяты>

По данным представленной медицинской документации, у ФИО1 <данные изъяты> впервые зафиксировано при <данные изъяты>, ухудшение наблюдалось в ДД.ММ.ГГГГ. <данные изъяты>

Определить причину возникновения <данные изъяты> у ФИО1 не представляется возможным. ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ рекомендовано пройти <данные изъяты>.

Таким образом, у ФИО1 наличие и прогрессирование заболевания: <данные изъяты> не находится в причинно-следственной связи с трудовой деятельностью в ПАО «ОДК Сатурн» т.к. <данные изъяты> и его прогрессирующее течение обусловлено врожденным наследственным заболеванием - <данные изъяты>.

2. Ответ на вопрос № 4: Произошла ли стойкая утрата общей и профессиональной трудоспособности ФИО1 в связи с поставленным диагнозом: <данные изъяты> каков процент стойкой утраты трудоспособности?

Согласно данным представленных на проведение судебно-медицинской экспертизы медицинских документов, ФИО1 не обследовалась в Центре профессиональной патологии и не направлялась на медико-социальную экспертизу по вопросу проведения медико-социальной экспертизы по цели «установление степени утраты профессиональной трудоспособности», соответственно вопрос об установлении степени УПТ в учреждении медико-социальной экспертизы не рассматривался.

Таким образом, в рамках данной судебно-медицинской экспертизы отсутствуют основания для рассмотрения вопроса об установлении ФИО1 процентов утраты профессиональной трудоспособности.

Процент стойкой утраты общей трудоспособности в соответствии с «Таблицей процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействий воздействия внешних причин», являющейся приложением к «Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (утверждены приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н) так же не может быть установлен ФИО1, т.к. не усматривается воздействие внешних причин как причины возникновения <данные изъяты>

Эксперт ФИО7 в судебном заседании 26.07.2022г. поддержала выводы экспертного заключения ГУЗ ЯО «Ярославское бюро судебно-медицинской экспертизы», пояснила, что специалистом в области сурдологии, оторинолорингологии не является.

Определением суда от 09 августа 2022 г. по делу назначена повторная комплексная комиссионная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам АНО Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» (АНО «Судебный эксперт»).

Согласно выводам экспертного заключения АНО «Судебный эксперт» № от ДД.ММ.ГГГГ:

По вопросу 1: Какие заболевания <данные изъяты> имеются у ФИО8?

По данным амбулаторной карты ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. ГБУЗ ЯО «Городская больница №6» г. Рыбинска от <данные изъяты>

По данным медицинской карты амбулаторного больного № ФИО1 <данные изъяты>

По данным аудиограммы <данные изъяты>.

По данным аудиограммы <данные изъяты>

Согласно аудиограмме <данные изъяты>

По заключению <данные изъяты> консультативной поликлиники ГБУЗ ЯО «Областная клиническая больница» от ДД.ММ.ГГГГ поставлен диагноз - <данные изъяты>

По данным медицинской карты амбулаторного больного № ЯОКБ «...Сурдологический центр ГБУЗ ЯО «ОКБ» <данные изъяты>.

По данным медицинской карты амбулаторного больного № ЯОКБ <данные изъяты>.

Рекомендован <данные изъяты>.

В соответствии с заключением заведующего отделением отоларингологии ГБУЗ ЯО «Областная клиническая больница» ФИО21 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 поставлен диагноз -<данные изъяты>, консультация <данные изъяты> - к.м.н. ФИО22, <данные изъяты>.

В рамках судебно-медицинской экспертизы к.м.н. врачом сурдологом-отоларингологом ФИО22 ДД.ММ.ГГГГ в условиях кабинета ГБУЗ ЯО «ОКБ» проведено обследование ФИО1, установлен диагноз: <данные изъяты>.

По данным заключения КТ височных костей № от ДД.ММ.ГГГГ: <данные изъяты>

По данным аудиограммы № от ДД.ММ.ГГГГ соответствует клинический диагноз: <данные изъяты>

По вопросу 2: Какова давность возникновения заболеваний <данные изъяты> у ФИО1?

Анализ представленных аудиограмм от ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ позволяет установить прогрессирующее <данные изъяты>. Точно установить давность заболевания с ДД.ММ.ГГГГ не представляется возможным, так как <данные изъяты> исследование № от ДД.ММ.ГГГГ выполнялось при наличии диагноза <данные изъяты>. А имеющиеся при <данные изъяты> изменения аудиограммы регистрируют, как правило всегда, ухудшение звукопроведения (<данные изъяты>). Наряду с этим, при длительном течении <данные изъяты> наступает <данные изъяты>. <данные изъяты>, что выражается высокой <данные изъяты>, чего не отмечено у ФИО1, так как характер изменения <данные изъяты> при вероятном обострении <данные изъяты> носит специфический характер, установить давность заболевания с ДД.ММ.ГГГГ исходя из данных осмотра <данные изъяты> затруднительно. К тому же, в осмотре <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ указано отсутствие жалоб ФИО1, тем самым отсутствовало нарушение <данные изъяты>.

Первые жалобы на <данные изъяты> зарегистрированы ДД.ММ.ГГГГ 5 данных медицинской карты амбулаторной карты больного № в "<данные изъяты>". Также отмечено <данные изъяты> во время беременности. Выставлен диагноз: <данные изъяты>

Стоит отметить некорректность термина <данные изъяты>, так как <данные изъяты> возникают по причине взрывной силы воздушной волны, чего не отмечено в медицинской документации ФИО1

Исследование <данные изъяты> у больных с <данные изъяты> целесообразно проводить начиная с раннего возраста, поскольку дебют <данные изъяты> может развиваться в первые десять лет жизни. Наиболее часто встречается <данные изъяты>, реже - <данные изъяты>. При выявлении <данные изъяты> тактика ведения должна определяться соответственно клиническим рекомендациям при данной патологии.

Исходя из данных медицинских документов, можно лишь предположить, что <данные изъяты> наступило ранее, но клинический диагноз <данные изъяты> установлен в ДД.ММ.ГГГГ

По вопросу 3: Каковы причины возникновения заболеваний <данные изъяты> у ФИО1?

Основной причиной возникновения заболеваний <данные изъяты> у ФИО1 является наследственное генетическое заболевание <данные изъяты>

Причина заболевания <данные изъяты>

<данные изъяты>

По вопросу 4: Могли ли возникнуть данные заболевания в результате воздействия неблагоприятных производственных факторов (внешних воздействий) в период работы ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ПАО «ОДК -Сатурн»?

Основное заболевание ФИО1 - <данные изъяты>, обусловлено генетическими факторами, оценить степень тяжести которых не представляется возможным по причине отсутствия какой- либо информации в представленных медицинских документах.

Воздействие производственного шума не может являться причиной возникновения <данные изъяты> ФИО1 <данные изъяты>, зафиксированный в ДД.ММ.ГГГГ на <данные изъяты> не находится в причинно-следственной связи с производственной вредностью, так как наступил спустя два года после увольнения ФИО1 из ПАО «ОДК-Сатурн».

По вопросу 5: Могли ли возникнуть данные заболевания в результате иных причин, не связанных с трудовой деятельностью в ПАО «ОДК - Сатурн»?

<данные изъяты>

Оценивая в совокупности пояснения участников процесса, письменные материалы дела, заключения судебных экспертиз, медицинскую документацию на ФИО1, суд приходит к выводу об отсутствии допустимых, объективных и достаточных доказательств наличия прямой причинно-следственной связи между воздействием вредных производственных факторов в период работы истца в организации ответчика и возникновением заболеваний <данные изъяты> у ФИО1

При таком положении оснований для взыскания в пользу ФИО1 с ПАО «ОДК-Сатурн» компенсации морального вреда в связи с возникшими заболеваниями <данные изъяты>, а также денежной суммы на приобретение <данные изъяты> – не имеется.

При этом доводы стороны истца о ненадлежащем обеспечении работодателем в период работы ФИО1 в условиях воздействия вредных факторов средствами индивидуальной защиты, заслуживают внимания.

Право истца на безопасные условия труда, обязанность работодателя по выдаче средств индивидуальной защиты закреплены, как в указанных выше нормативно-правовых актах, так и в локальных нормативных актах ответчика, в т.ч. Правилах внутреннего трудового распорядка (т.1 л.д. 119).

Так, в материалы дела представлены паспорта здоровья работника № от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 23 – 35)

Согласно п. 9 паспортов здоровья от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ в составе условий труда сохраняются вредные производжственные факторы: 3.5. - Производственный шум на рабочих местах с вредными и (или) опасными условиями труда, на которых имеется технологическое оборудование, являющееся источником шума; 3.4.2. - Общая вибрация

В материалы дела представлены иные документы, подтверждающие наличие указанных выше вредных производственных факторов в соответствующие периоды работы истца :

- заключения периодических медицинских обследований ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 111-114);

- карта специальной оценки условий труда № от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 115, 135)

- протоколы проведения исследований (испытаний) и измерений шума, вибрации, световой среды, (т.1 л.д. 117, 119, 120)

При этом, суд принимает во внимание, что в заключениях периодических медицинских обследований ФИО1 отсутствует подпись последней.

Ни карты специальной оценки условий труда, ни протоколы проведения исследований (испытаний) и измерений не содержат перечня конкретных СИЗ, которыми работодатель обязан обеспечить работника в силу имеющихся вредных производственных факторов.

Не содержат такого перечня СИЗ трудовой договор с истцом и дополнительные соглашения к нему (т.1 л.д. 101-102, 105-106)

Протокол оценки эффективности средств индивидуальной защиты на рабочем месте № от ДД.ММ.ГГГГ по должности «<данные изъяты> №» (т.1 л.д. 123) содержит перечень СИЗ, которыми должен был обеспечиваться истец в период работы, но подпись истца в данном протоколе также отсутствует.

В материалы дела не представлено допустимых и объективных доказательств выдачи конкретных СИЗ истцу в период работы, а также доказательств надлежащего информирования работника относительно подлежащих выдаче ей в силу условий работы СИЗ.

Доводы стороны ответчика о том, что подтверждающие факт выдачи СИЗ документы, а именно карты учета выдачи СИЗ, уничтожены в связи с истечение срока их хранения, не могут служить достаточным доказательством надлежащего выполнения работодателем обязанности по выдаче соответствующих СИЗ.

Стороной ответчика в судебном заседании заявлено о пропуске истцом срока обращения в суд с требованием о взыскании компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем требований по выдаче СИЗ.

В соответствии со статьей 392 Трудового кодекса РФ, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При наличии спора о компенсации морального вреда, причиненного работнику вследствие нарушения его трудовых прав, требование о такой компенсации может быть заявлено в суд одновременно с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав либо в течение трех месяцев после вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полностью или частично.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ (Постановление от 17.03.2004 г. N 2 "О применении судами РФ ТК РФ" в ред. от 28.12.2006 г. N 63), в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствующие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Из части 3 статьи 392 Трудового кодекса РФ и статьи 56 ГПК РФ следует, что уважительность причин пропуска срока обращения в суд в настоящем споре доказывается истцом. Выражение "должен был узнать" означает, что работник в силу его обычных знаний, в том числе правовых, и жизненного опыта мог и должен был узнать о нарушении его трудовых прав. При этом действует презумпция, что работник мог или должен был узнать о нарушенном праве в момент такого нарушения, а потому обязанность доказывания обратного (не мог и не должен был) возлагается на работника. Таких доказательств истцом не представлено.

Истец в судебном заседании ссылалась на то, что СИЗ от воздействия производственного шума и общей вибрации ей не выдавались; какие конкретно СИЗ в период работы ей были положены, она не знает; о нарушении своих прав на безопасные условия работы в виде невыдачи СИЗ она узнала только после подачи настоящего иска в суд, в ходе судебного разбирательства.

Указанные доводы истца стороной ответчика не опровергнуты.

При таких обстоятельствах достаточных оснований полагать, что ФИО1 без уважительной причины пропущен срок обращения в суд по требованию о взыскании компенсации морального вреда в связи с ненадлежащим выполнением работодателем безопасных условий труда в части обязанности по выдаче СИЗ, у суда не имеется.

Учитывая, что работодателем нарушено право истца на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, в связи с необеспечением ее средствами индивидуальной защиты, суд полагает наличие оснований для взыскания в пользу работника компенсации морального вреда.

Доводы истца о том, что в период ее беременности ФИО1 обращалась к работодателю с просьбой о переводе на более легкие условия труда, в чем истцу было отказано, оспаривается стороной ответчика, объективными доказательствами не подтверждены.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств дела, учитывает характер нравственных страданий и переживаний истца вследствие необеспечения ее средствами индивидуальной защиты в период работы у ответчика, период работы истца у ответчика, отсутствие доказательств возникновения у истца каких-либо заболеваний (вреда здоровью) в результате нарушения работодателем обязанности по выдаче СИЗ, степень вины причинителя вреда, а также требования разумности и справедливости.

На основании изложенного, суд считает необходимым взыскать с ПАО «ОДК-Сатурн» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

На основании ст. 100 ГПК РФ с ответчика ПАО «ОДК-Сатурн» подлежат взысканию понесенные ФИО1 судебные расходы по оплате юридических услуг адвоката Морозовой С.Н. в размере 10 000 руб. (т.1 л.д. 51).

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ПАО «ОДК-Сатурн» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей с зачислением в бюджет городского округа город Рыбинск.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Удовлетворить иск частично.

Взыскать с ПАО «ОДК «Сатурн» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт №):

- компенсацию морального вреда 50 000 руб.,

- судебные расходы – 10 000 руб.

Взыскать с ПАО «ОДК-Сатурн» государственную пошлину в размере 300 рублей с зачислением в бюджет городского округа город Рыбинск.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Рыбинский городской суд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Судья А.В. Голованов

В ряде случаев суды приходят к противоположным выводам

Актуальная практика 2025–2026 →