Дело №2-518/2025
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
17 сентября 2025 года с. Раевский РБ
Альшеевский районный суд Республики Башкортостан в составе: председательствующего судьи Кондрашова М.С., при секретаре судебного заседания Мухаметшиной Р.М., с участием истца старшего помощника прокурора Альшеевского района Республики Башкортостан Уразметовой Р.С., истца ФИО1, представителя ответчика ООО «Раевский мясокомбинат «Альшей-мясо» ФИО2 (по доверенности от 04.10.2024), третьего лица ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Альшеевского района Республики Башкортостан, действующего в интересах ФИО1, к ООО «Раевский мясокомбинат «Альшей-мясо» о компенсации морального вреда,
установил:
прокурор Альшеевского района Республики Башкортостан обратился в суд с иском в интересах ФИО1 к ООО «Раевский мясокомбинат «Альшей-мясо» (с учетом уточнений) о компенсации морального вреда в размере 250 000 рублей.
В обоснование исковых требований указано, что с ФИО1 заключен трудовой договор № от 05 августа 2024 г., согласно которому она принята в ООО «Раевский мясокомбинат «Альшей-мясо» дезинфектором. В соответствии с актом о несчастном случае на производстве от 18 марта 2025 г. (форма Н-1), 18 января 2025 г. с ФИО1 произошел несчастный случай с тяжелым исходом на территории ООО «Раевский мясокомбинат «Альшей-мясо» по адресу: <адрес>. В результате сдавливания между подвижными частями оборудования при промывке шпарчана для свиней с производительностью 120 голов в час в комплекте с двувальной скребмашиной проходного типа SH-2 теплообменником и системой управления. В соответствии с медицинским заключением ГБУЗ РБ Раевская ЦРБ, ФИО1 поступила с диагнозом <данные изъяты> Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья, при несчастных случаях на производстве, указанное повреждение относится к категории «тяжелая». Моральный вред за нравственные и физические страдания, связанные с получением травм в виде переломов, длительного нахождения в нетрудоспособном состоянии, ФИО1 оценивает в 250 000 рублей.
В судебном заседании истец старший помощник прокурора Альшеевского района РБ Уразметова Р.С. уточненные исковые требования поддержала в полном объеме, просила удовлетворить.
Истица ФИО1 в судебном заседании требования поддержала, пояснила, что работает в данной организации с 05.08.2024 года. В тот день пришла на работу, переоделась и прошла в цех, чтобы произвести уборку. Все сотрудники цеха уже уходили. Поскольку шпарчан высокий она вставала на железную лесенку, и смывала шлангом шерсть. В одно время все загудело и ее затянуло. Эту железную лесенку ей никто не выдавал, лесенка стояла в цеху, но поскольку маленькая ростом, она ее использовала. Инструктаж проводила старший мастер. Она вопрос мастеру не задавала, как работать, мыть, если не достает. Эта лесенка стояла в цеху с краю, до нее работала ФИО12, которая показала, как нужно работать, но она про лесенку ни чего не говорила.
Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании уточненные исковые требования не признала.
В отзыве на исковое заявление указано, что считает исковые требования необоснованными. ФИО1 была принята на работу к ответчику на должность дезинфектора в мясожировой цех. Работник подчинялся начальнику мясожирового цеха. В ее обязанности входило: уборка производственных помещений, обработка технологических емкостей и тары, оборудования и специнвентаря. Также входило к общим обязанностям соблюдение Правил внутреннего трудового распорядка и иных локальных актов организации, внутренних правил и норм охраны труда, техники безопасности, производственной санитарии и противопожарной защиты. Истец был ознакомлен с должностной инструкцией дезинфектора, утвержденной Генеральным директором Общества 19 августа 2024 г., а также инструкцией по охране труда для дезинфекторов ИОТ-РМК-028-22, утвержденной Генеральным директором Общества 22 июня 2022 года. ФИО1 прошла вводный инструктаж по профессии, инструктаж на рабочем месте по охране труда и стажировку на рабочем месте, что подтверждается журналом проведенных инструктажей в мясожировом цехе. 18 января 2025 г. в мясожировом цехе в 18.40 ч. ФИО1 во время мойки оборудования «шпарчан-скребмашина», ФИО1 не дождавшись окончания работы слесарей по обслуживанию указанного оборудования, после завершения цикла убоя, в нарушение техники безопасности, начала производить мойку указанного оборудования. Она подвинула подставку под ноги, встала на нее и, наклонившись внутрь корпуса скребмашины, с использованием шланга, начала производить мойку оборудования, не обратив внимания на работающий звуковой сигнал, предупреждающий о производстве технического обслуживания оборудования слесарями. В это время оператор котельной ФИО3 проходил мимо пульта аварийного отключения оборудования, отжал грибок и отключил звуковую сигнализацию. В результате чего шпарчан-скребмашина автоматически заработала. Механизм устройства опустился и прижал туловище ФИО1. Согласно акту о проведении служебного расследования от 20.01.2025 г., комиссия пришла к выводу, что ФИО3 не имел права прикасаться к органам управления шпарчана-скребмашины, трогать кнопки аварийного отключения, тем более, когда работают люди, его задачей было только осуществлять набор воды в шпарчан. ФИО1 не должна была приступать к мойке оборудования, включенную в электросеть. Прокурор, заявляя иск, не в полной мере описывает обстоятельства и причины несчастного случая на производстве, не учитывает грубую неосторожность ФИО1. Фактическим причинителем вреда является ФИО3. Работодатель оказывал и оказывает материальную помощь пострадавшей. Вопрос о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 находится на рассмотрении в Альшеевском МСО СУ СК РФ по РБ. Данное обстоятельство свидетельствует об отсутствии прямой вины ответчика в произошедшем несчастном случае. После произошедшего несчастного случая, ответчик не оставил без внимания пострадавшую, всячески оказывал как психологическую, моральную поддержку так и материальную помощь. Затраты на обследование и лечение ФИО1 компенсировались путем выплат материальной помощи и безвозмездной передачи специальной кровати в больницу, где она проходила лечение. Сотрудники ответчика практически каждый день посещали ФИО1 в больнице, приносили продукты питания, лекарственные средства, приобрели корсет. Ключевые затраты на обслуживание и лечение ФИО1 компенсировались путем выплат материальной помощи в сумме 25 000 рублей. Просит отказать в удовлетворении исковых требований прокурора.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – генеральный директор ООО «Раевский мясокомбинат «Альшеей-мясо» ФИО4 в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещен надлежащим образом.
В письменной позиции указал, что считает исковые требования необоснованными. На момент произошедшего несчастного случая ФИО1 работала в должности дезинфектора уже 5 месяцев. С ней своевременно проводился инструктаж по профессии и стажировка на рабочем месте, что подтверждается журналом проведенных инструктажей в мясожировом цехе. Также она ознакомлена с должностной инструкцией дезинфектора и инструкцией по охране труда. По факту произошедшего несчастного случая на производстве было проведено служебное расследование. В ходе расследования комиссии пришла к выводу, что проявление грубой неосторожности при исполнении трудовых обязанностей, пренебрежение техникой безопасности самого работника ФИО1 и виновные действия оператора котельной ФИО3, привели к несчастному случаю на производстве. Указанные доводы подтверждаются видеоматериалами от 18.01.2025 г., актом о проведении служебного расследования от 20.01.2025 г., объяснением пострадавшей от 20.01.2025 г., протоколом опроса пострадавшего от 07.03.2025 года. Решение о проведении мойки с проникновением внутрь самой скребмашины, принималось ФИО1 самостоятельно, с нарушением требований безопасности. Фактически причинителем вреда ФИО1 является оператор котельной ФИО3. Согласно его объяснений, он отключил звуковую сигнализацию оборудования из-за назойливого звука, что привело к автоматическому запуску оборудования в рабочий режим. Механизм устройства освобождения штуки оборудования «шпарчан-скребмашина», опустился и прижал туловище ФИО1. После произошедшего несчастного случая, они не оставили без внимания пострадавшую, всячески оказывали помощь. Затраты на обследование и лечение ФИО1 компенсировались путем выплат материальной помощи и безвозмездной передачи специальной кровати в больницу, где она проходила лечение. От ФИО1 не поступало в адрес ответчика требований и заявлений о компенсации морального вреда. Из видеоматериалов и объяснений очевидцев происшествия видно, что несчастный случай на производстве возник, в том числе, из-за грубой неосторожности самой пострадавшей, и из-за виновных действий оператора котельной ФИО3
Третье лицо ФИО5 в судебном заседании пояснил, что данное происшествие произошло 18.01.2025 года, после 19 час. Он является работником мясокомбината с 2012 года, в то время работал слесарем ремонта, но в этот день один работник заболел и его перевели работником котельной. При работе он выключил сигнализацию, которая предупреждает о том, что скребмашина находится в рабочем состоянии. Слесаря закончили мыть, крутить барабан, нужно было набрать воду, закрывали боковые крышки шпарчана, для набора воды. Он выключил сигнализацию и все остальное, решетка опустилась. Он не видел, что там ФИО1 находится. Сигнализация предупреждает, что скребмашина находится в рабочем состоянии. Для набора машины она не мешала, поэтому он ее выключил. Прежде чем выключить сигнализацию, нужно было убедиться, что никого нет.
Третьи лиц, не заявляющие самостоятельных требований, относительно предмета спора: ФИО6, представитель ОСФР по РБ в судебное заседание не явились, о рассмотрении дела извещены надлежащим образом.
Участвующие по делу лица также извещались публично путем заблаговременного размещения информации о времени и месте рассмотрения гражданского дела на интернет-сайте Альшеевского районного суда Республики Башкортостан в соответствии со ст. 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации».
В соответствии со статьей 167 ГПК Российской Федерации суд рассмотрел дело в отсутствии не явившихся лиц.
Выслушав истца и ответчика, изучив и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.
Согласно ст. 45 ГПК Российской Федерации, прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан. Заявление в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина может быть подано прокурором только в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд. Указанное ограничение не распространяется на заявление прокурора о защите нарушенных или оспариваемых социальных прав, свобод и законных интересов в сфере защиты семьи, материнства, отцовства и детства.
В соответствии с ч. 2 ст. 209 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), основными принципами обеспечения безопасности труда являются предупреждение и профилактика опасностей, минимизации повреждения здоровья работников.
Согласно части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).
В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом, поскольку, потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
В пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда.
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.
В силу положений ст. 214 ТК РФ, работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников. Работодатель обязан обеспечить соответствие каждого рабочего места государственным нормативным требованиям охраны труда, систематическое выявление опасностей и профессиональных рисков, их регулярный анализ и оценку.
Судом установлено, что в соответствии с трудовым договором № от 5 августа 2024 г. ФИО1 принята на работу в ООО «Раевский мясокомбинат «Альшей-мясо» на должность дезинфектор мясожирового цеха, что также подтверждается приказом о приеме на работу №-л/с от 05 августа 2024 г.
18 января 2025 г. с ФИО1 произошел несчастный случай с тяжелым исходом на территории ООО «Раевский мясокомбинат «Альшей-мясо» по адресу: <адрес>, что подтверждается актом № о несчастном случае на производстве.
Указанный случай признан несчастным случаем на производстве, произведено соответствующее расследование данного несчастного случая, по результатам которого был составлен акт по форме Н-1.
Согласно данному акту, несчастный случай с ФИО1 произошел при промывке шпарчана для свиней с производительностью 120 голов в час в комплекте с двувальной скребмашиной проходного типа SH-2 теплообменником и системой управления.
В акте о расследовании несчастного случая, составленного комиссией по расследованию несчастного случая на производстве в ООО «Раевский мясокомбинат «Альшей-мясо» от 18 марта 2025 г., указаны следующие причины нечастного случая на производстве:
- выполнение работ ФИО3 оператором котельной не соответствующих должностной инструкции; неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в не обеспечении функционирования системы управления охраной труда, в части не обеспечения безопасных условий охраны труда и надлежащего контроля за ходом выполнения работ в мясожировом цехе; несовершенства технологического процесса, выразившегося в недостатках изложения требований безопасности в технологической документации, а именно, в регламенте о системе технического обслуживания и ремонта шпарчан-скребмашины, являющейся эксплуатационной документацией на используемое оборудование, не отражены меры по исключению возникновения опасных ситуаций при эксплуатации технологического оборудования и осуществлении его обслуживания, в том числе мойку; неудовлетворительная организация работ главным инженером ФИО6, выразившаяся в не обеспечении контроля за ходом выполнения работ за подчиненным сотрудником. В момент несчастного случая пострадавшая ФИО1 исполняла трудовые обязанности, обусловленные трудовыми отношениями, находилась на территории работодателя в рабочее время. Данный несчастный случай квалифицируется как несчастный случай, связанный с производством, подлежит оформлению актом Н-1, учету и регистрации в ООО «РМК «Альшей-мясо».
В соответствии со справкой о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве, выданной ГБУЗ РБ Раевская ЦРБ, ФИО1 проходила лечение с 18 января 2025 г. по 07 мая 2025 г. по поводу: <данные изъяты>
Согласно выписного эпикриза ГБУЗ РБ Раевская ЦРБ, ФИО1 находилась на стационарном лечении в хирургическом отделении с 18 января 2025 г. по 07 февраля 2025 г., с диагнозом<данные изъяты>.
В соответствии с актом № от 20 января 2025 г. о проведении служебного расследования по факту произошедшего несчастного случая на производстве, установлено, что комиссия пришла к выводу о том, что несчастный случай произошел в результате нарушения техники безопасности, работниками ФИО1 и ФИО3
Стороной ответчика представлен договор о пожертвовании имущества № от 28 января 2025 г., согласно которому ООО «Раевский мясокомбинат «Альшей-мясо» безвозмездно передало ГБУЗ РБ Раевская ЦРБ следующее оборудование: кровать функциональная медицинская электрическая DB-11А (МЕ-5228Н-04), ЛДСП Венге в количестве 1 штуки, стоимостью 119 040 руб.; матрац противопролежневый по ТУ9396-007-97965187-2013, полиуретановый с наматрасником (2000*900*100 мм) ВиЦыАн-МПП-ВП-08 (ТК-12), в количестве 1 штуки, стоимостью 9 105 рублей.
Также представлены приказ №-КО от 5 марта 2025 г. Генерального директора ООО «Раевский мясокомбинат «Альшей-мясо» о выплате материальной помощи в связи с заболеванием и дорогостоящим лечением сотруднику предприятия ФИО1 в размере 10 000 рублей и приказ №-КО от 15 мая 2025 г. Генерального директора ООО «Раевский мясокомбинат «Альшей-мясо» о выплате материальной помощи в связи с заболеванием и дорогостоящим лечением сотруднику предприятия ФИО1 в размере 15 000 рублей.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № ГБУЗ Бюро судебно-медицинской экспертизы от 16 июня 2025 г., у ФИО1 имелись телесные повреждения в виде <данные изъяты> Полученное повреждение образовалось от травматического воздействия тупыми предметами, не исключается 18 января 2025 г. при обстоятельствах, указанных в постановлении. Указанные повреждения в совокупности, согласно пункту 6.1.11 приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 194Н от 24.04.2008 г., по признаку опасности для жизни, является опасным для жизни повреждением и причинило тяжкий вред здоровью.
Постановлением от 30 июля 2025 г. УУП Отдела МВД России по Альшеевскому району в возбуждении уголовного дела по факту получения производственной травмы работником ООО «РМК «Альшей-мясо» ФИО1 отказано, за отсутствием состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 118 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.
Согласно статье 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Статьей 1101 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (часть 1).
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (часть 2).
Таким образом, установив юридически значимые обстоятельства, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, приняв во внимание, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, и их защита должна быть приоритетной, суд исходит из того, что при исполнении трудовых обязанностей с ФИО1 произошел несчастный случай, в результате которого она получила тяжкий вред здоровью и ей причинены нравственные страдания, которые должны быть компенсированы ООО «Раевский мясокомбинат «Альшей-мясо» как работодателем, не обеспечившим работнику безопасные условия труда.
При определении размера компенсации морального вреда, руководствуясь принципами разумности и справедливости, принимая во внимание все обстоятельства дела, а именно: обстоятельства несчастного случая, наличие вины работодателя в произошедшем несчастном случае на производстве, связанной с неудовлетворительной организацией производства работ, обстоятельства и причины травмирования, характер телесных повреждений, тяжесть перенесенных истцом физических и нравственных страданий в связи с полученной травмой в результате несчастного случая на производстве, длительность лечения и наступивших последствий, суд считает возможным взыскать компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей.
В силу ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
В соответствии со статьями 98, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 рублей.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд
решил:
исковые требования прокурора Альшеевского района Республики Башкортостан, действующего в интересах ФИО1, к ООО «Раевский мясокомбинат «Альшей-мясо» о компенсации морального вреда, удовлетворить.
Взыскать с ООО «Раевский мясокомбинат «Альшей-мясо» (ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 250 000 (двести пятьдесят тысяч) рублей.
Взыскать с ООО «Раевский мясокомбинат «Альшей-мясо» (ОГРН <***>) в пользу муниципального района Альшеевский район Республики Башкортостан государственную пошлину в размере 3000 (три тысячи) рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Коллегию по гражданским делам Верховного суда Республики Башкортостан через Альшеевский районный суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.
Судья: подпись М.С. Кондрашов
Копия верна судья: М.С. Кондрашов
Мотивированное решение суда изготовлено 01 октября 2025 года.