Дело №2-2665/2022
34RS0007-01-2022-004142-31
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
гор. Волгоград 17 ноября 2022 года
Тракторозаводский районный суд г. Волгограда в составе:
председательствующего судьи Буланцевой О.Ю.,
при секретаре Орловой Е.В.,
с участием истца ФИО1,
ее представителя – ФИО2,
представителя ответчика ГАУЗ «Клиническая стоматологическая поликлиника №3» ФИО3, ФИО4,
прокурора Галейченко Е.Н.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГАУЗ «Клиническая стоматологическая поликлиника №3» о возмещении убытков и компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Истец ФИО1 обратилась в суд с указанным иском, в обоснование которого указала, что 01.11.2017г. она обратилась в Клиническую стоматологическую поликлинику №3 с жалобами на ноющие боли, усиливающиеся от всех видов раздражителей, долго не проходящие после устранения раздражителя в зубе №27. После осмотра врачом, проведения обследования ей был поставлен диагноз – хронический фиброзный пульпит зуба №27, К04.0. В ноябре 2017г. зуб был пролечен эндоскопически с пломбированием корневых каналов.
Примерно в марте 2019г. у истца началось обострение хронического верхнечелюстного синусита слева. После длительного, безрезультативного лечения ее направили на КТ-исследование. Согласно заключения, у ФИО1 состояние после гайморотомии слева, инородное металлическое тело, полисинусит.
В связи с непреходящими болями, неэффективностью лечения она была направлена в ГУЗ «Клиническая больница №1», где ей был поставлен диагноз – хронический верхнечелюстной двусторонний гнойный гайморит; инородное тело левой верхнечелюстной пазухи. С 28.12.2021г. по 11.01.2022г. истец проходила стационарное лечение в вышеуказанном лечебном учреждении.
С 20.01.2022г. по 27.01.2022г. ФИО1 проходила стационарное лечение ГУЗ «Клиническая больница №1» с диагнозом: обострение хронического одонтогенного гайморита слева. Была проведена операция гайморотомия слева и удален зуб №27.
С 18.04.2022г. по 29.04.2022г. истец проходила стационарное лечение в ГУЗ «Клиническая больница №1» с диагнозом: обострение хронического правостороннего гнойного верхнечелюстного синусита, где была проведена операция гайморотомия справа.
За все время лечения с 2017г. ФИО1 постоянно испытывала ноющие боли, у нее произошло обострение хронических заболеваний. С 2019г. она начала терять обоняние, которое окончательно исчезло в 2020г., а в 2021г. у нее появились проблемы со слухом.
Истец полагает, что возникшие у нее проблемы и осложнения появились по причине медицинской помощи, оказанной ответчиком с недостатками, а именно некачественным лечением зуба №27, неверная тактика лечения, нарушение клинических рекомендаций при пломбировании корневых каналов и зубопротезировании зубов верхней челюсти, несвоевременная диагностика осложнений и развития гнойно-септических осложнений, недооценка тяжести состояния истца, что и привело к генерализации воспалительного процесса, угрожающего ее жизни и здоровью, а в последующем госпитализации в стационар.
На основании изложенных обстоятельств ФИО1 просит суд, с учетом уточнений от 17.11.2022г., взыскать с ответчика денежные средства в размере 23282 руб. в счет возмещения материального ущерба, а также 300000 руб. в счет компенсации морального вреда.
Истец ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении требований настаивала, пояснила, что оплату по нескольким договорам об оказании платных медицинских услуг производила ее дочь ФИО5 для получения налогового вычета.
Представитель истца ФИО2 в судебном заседании также настаивал на удовлетворении требований, дополнительно пояснив, что сумма в размере 23282 руб. складывается из расходов, понесенных ее доверителем на протезирование верхней челюсти, дальнейшее обследование и приобретение лекарственных препаратов.
Представитель ответчика ГАУЗ «Клиническая стоматологическая поликлиника №3» ФИО3 в судебном заседании пояснила, что ФИО1 действительно проходила лечение в медицинском учреждении на платной основе и по полису ОМС. Поскольку истцом были предъявлены жалобы на проведенное лечение, комиссией врачей проводилась проверка, в результате которой было установлено, что помощь была оказана качественно и в полном объёме, в соответствии с Клиническими рекомендациями (протоколы лечения) при диагнозе болезни пульпы зуба. Вместе с тем, несмотря на отсутствие причинно-следственной связи между лечением зуба №27, выведением пломбировочного материала и обострением у пациентки имеющегося хронического верхнечелюстного синусита и удалением зуба, руководством клиники было принято решение о досудебном урегулировании спора путем выплаты ей расходов на лечение и протезирование в размере 23282 руб., от получения которых она отказалась. В связи с чем, полагает, что требования истца подлежат удовлетворению лишь в части взыскания указанной суммы. Ответчик готов выплатить истцу компенсацию материального ущерба в указанном размере. В случае взыскания компенсации морального вреда просила уменьшить ее размер до 5000 руб.
Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании придерживалась аналогичной позиции, что и представитель ФИО3
Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не прибыла, уведомлена надлежащим образом, возражений по существу заявленных требований не предоставила.
Выслушав участников процесса, заключение прокурора, полагавшего требования истца подлежащими удовлетворению в части компенсации материального ущерба в истребуемом размере, а компенсации морального вреда на усмотрение суда, проверив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
Согласно части 1 статьи 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Закон об основах охраны здоровья) (в ред. действовавшей на момент возникновения правоотношений), медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.
Из части 2 статьи 98 названного выше закона следует, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации не только за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, но и за нарушение прав в сфере охраны здоровья.
Согласно пункту 6 статьи 4 Закона об основах охраны здоровья к основным принципам охраны здоровья относится доступность и качество медицинской помощи.
В пункте 21 статьи 2 данного закона определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Из пункта 2 статьи 64 Закона об основах охраны здоровья следует, что критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 данного федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
В соответствии с пунктом 8 статьи 84 этого же закона к отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей" (далее - Закон о защите прав потребителей).
Согласно статье 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законом и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.
Пунктом 4 статьи 13 названного закона установлено, что исполнитель освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.
Как разъяснено в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.
Согласно пункту 9 данного постановления законодательство о защите прав потребителей применяется к отношениям по предоставлению медицинских услуг в рамках как добровольного, так и обязательного медицинского страхования.
В соответствии с пунктом 5 статьи 4 Закона о защите прав потребителей, если законами или в установленном ими порядке предусмотрены обязательные требования к товару (работе, услуге), продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий этим требованиям.
Таким образом, нарушение установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания медицинской помощи, проведения диагностики, лечения, выполнения послеоперационных процедур является нарушением требований к качеству медицинской услуги, нарушением прав в сфере охраны здоровья, что может рассматриваться как основание для компенсации потребителю морального вреда и возмещения убытков.
Судом установлено и следует из материалов дела, что 01.11.2017г. ФИО1 обратилась в ГАУЗ «Клиническая стоматологическая поликлиника № 3» к врачу-стоматологу-терапевту с жалобами на ноющие боли, усиливающиеся от всех видов раздражителей, долго не проходящие после устранения раздражителя в зубе 27. После проведения осмотра, инструментальных и дополнительных методов исследования, был поставлен диагноз: «Хронический фиброзный пульпит зуба 27, К04.0». Зуб был пролечен эндодонтически, с пломбированием корневых каналов материалом «Эндометазон». После проведения рентгенологического контроля после пломбирования было установлено, что корневые каналы запломбированы плотно, однородно до физиологических верхушек, с незначительным выведением пасты за верхушку корня в небном корневом канале.
Коронка зуба 27 была восстановлена химическим композитом «Композит» с использованием стекловолоконного штифта, установленного в небном корневом канале.
ФИО1 к качеству оказанных услуг претензий не предъявляла, что следует из ее подписей в акте о выполнении договора № 46703/2 на предоставлении платных медицинских услуг (терапевтических и хирургических - трехсторонний) от 07.11.2017, в договоре № 46703/3 на предоставлении платных медицинских услуг (терапевтических и хирургических - трехсторонний) от 25.11.2017.
Пациентке были даны рекомендации по обязательному зубопротезированию зубов верхней челюсти, она была направлена в отделение ортопедической стоматологии.
С 06.06.2018 по 21.06.2018 пациентка ФИО1 находилась на лечении в отделении ортопедической стоматологии ГАУЗ «Клиническая стоматологическая поликлиника №3», где был изготовлен цельнолитой мостовидный протез с опорой на зубы 24, 27.
С 21.06.2018 по 21.01.2020 пациентка ФИО1 в ГАУЗ «Клиническая стоматологическая поликлиника №3» не обращалась.
С 21.01.2020 по 12.10.2020 пациентка ФИО1 проходила лечение в ГАУЗ «Клиническая стоматологическая поликлиника №3». Ей были пролечены зубы 12,22 по поводу кариеса дентина, зуб 17 по поводу хронического апикального периодонтита. Жалоб на заложенность и выделения из носа на момент осмотра и в процессе лечения пациентка не предъявляла.
19.01.2022г. ФИО6 обратилась с жалобами на боли в области верхней челюсти слева, чувство тяжести, гноетечение из левого носового хода. Со слов пациентки ее направили из отделения оториноларингологии ГБУЗ «Волгоградская областная клиническая больница № 1» на консультацию в ГАУЗ «Клиническая стоматологическая поликлиника №3» с целью возможности лечения причинного зуба и проведения оперативного лечения хронического верхнечелюстного синусита слева.
В ходе совместного осмотра в присутствии заместителя главного врача по клинико-экспертной работе ФИО4, заведующего отделением терапевтической стоматологии ФИО7, к.м.н., заведующего отделением ортопедической стоматологии ФИО8, к.м.н. врача-стоматолога-хирурга ФИО9 было установлено следующее. В 1994 году у пациентки впервые был диагностирован хронический верхнечелюстной синусит слева и тогда же была проведена гайморотомия слева. Обострение данного заболевания у нее начались в марте 2019 года. Все это время она постоянно наблюдалась и лечилась в оториноларингологическом отделении ГБУЗ «Волгоградская областная клиническая больница № 1», улучшений от проведенного лечения не наступало. На предоставленных результатах КЛКТ от 05.01.2022 было установлено: гомогенное тотальное затемнение правого и левого верхнечелюстного синуса. Вкрапления рентгеноконтрастного пломбировочного материала в пазухе слева. Корневые каналы зуба 27 заполнены материалом плотно до верхушек, в проекции верхушек корней неравномерное расширение периодонтальной щели. После снятия конструкции было установлено, что показания к удалению зуба 27 отсутствовали.
Учитывая, что на момент осмотра пациентка предъявляла жалобы на постоянные боли, чувство тяжести и гноетечение из левого носового хода, а также длительность протекания заболевания и отсутствие положительной динамики от проводимого лечения, комиссия пришла к выводу направить пациентку в отделение челюстно-лицевой хирургии ГУЗ «Клиническая больница №1» с целью проведения оперативного лечения гайморовой пазухи.
С 20.01.2022 по 27.01.2022 пациентка ФИО1 находилась на лечении в отделение челюстно-лицевой хирургии ГУЗ «Клиническая больница №1» с диагнозом: «Обострение одонтогенного гайморита слева», где был удален зуб 27 и проведена гайморотомия слева.
С 18.04.2022 по 29.04.2022 пациентка ФИО1 находилась на лечение в оториноларингологическом отделении ГБУЗ «Волгоградской областной клинической больницы №1» с диагнозом: «Обострение хронического правостороннего гнойного верхнечелюстного синусита».
На 22.06.2022 пациентка ФИО1 приглашена на комиссионный осмотр с целью досудебного урегулирования.
При экспертизе первичной медицинской документации были выявлены следующие организационно-тактические и лечебно-диагностические дефекты, допущенные, врачом-стоматологом-терапевтом ФИО10, а именно: диагностические мероприятия проведены не в полном объеме (отсутствует ЭОД, ИРОПЗ); прочие виды дефектов лечебных мероприятий (незначительное выведение материала за верхушку корня). Выявленные в ходе проверки дефекты не повлияли на качество оказанных медицинских услуг, помощь была оказана качественно и в полном объеме. Сделан вывод, что удаление зуба 27 и последующие проведенные оперативные вмешательства на верхнечелюстном синусе слева не привели к выздоровлению и к ремиссии хронического верхнечелюстного синусита слева. Предположено, что зуб 27 не являлся причиной возникновения данного заболевания. Прямой причинно-следственной связи между лечением зуба 27, выведением пломбировочного материала и обострением у пациентки, имеющегося хронического верхнечелюстного синусита и удалением зуба не имеется.
Вместе с тем, как следует из заключения комиссии врачей, ФИО1 было предложено урегулировать возникший спор в досудебном порядке путем выплаты ей части расходов, понесенных вследствие снятия цельнолитой мостовидной конструкции с опорой на зубы 24,27, стоимости ранее проведенного лечения зуба 27, ранее проведенного зубопротезирования в области зубов 24, 27.
ФИО1 ответила отказом и обратилась в суд с настоящим исковым заявлением.
В ходе рассмотрения дела представителем истца было заявлено ходатайство о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы для определения причинно-следственной связи между возникшими у истца осложнениями и оказанием медицинской помощи сотрудниками ГАУЗ «Стоматологическая поликлиника №3», а также определении качества, своевременности, нарушения стандартов оказанных услуг по лечению истца.
Определением суда от 17.11.2022 представителю истца было отказано в удовлетворении ходатайства по тем основаниям, что стороной ответчика не оспаривается сумма материального ущерба, которую он готов выплатить истцу в связи с проведенным обследованием и лечением, для чего устанавливать причинно-следственную связь нет необходимости.
При рассмотрении настоящего дела суд исходит из следующего.
Истец ФИО1, как это указано в исковом заявлении и подтверждено истцом в судебном заседании, 01.11.2017г. обратилась в Клиническую стоматологическую поликлинику № 3 для лечения зубов ввиду наличия болей, усиливающихся от всех видов раздражителей, долго не проходящие после устранения раздражителя в зубе №27.
Таким образом, конечной целью обращения ФИО1 за медицинской помощью явилось лечение зубов.
Данное обстоятельство представителями ответчика в судебном заседании оспорено не было, в связи с чем признается судом установленным.
Вместе с тем, как следует из медицинских документов, назначенное и проведенное ФИО1 в ГУЗ «Клиническая стоматологическая поликлиника №3» хирургическое и терапевтическое лечение в период с 01.11.2017г. по 19.01.2022г. к ожидаемому истцом результату не привело.
Более того, в последующем, ФИО1 был удален зуб №27, за лечением которого она обращалась к ответчику.
В связи с тем, что сторона ответчика не настаивала на установлении причинно-следственной связи между произведенным лечением ФИО1 и обострением ее заболеваний в последующем и выразила готовность компенсировать ей расходы, связанные с оплатой обследования и лечения, суд приходит к выводу об удовлетворении требований ФИО1 в указанной части, в связи с чем взыскивает с ответчика 23282 руб. в качестве возмещения материального ущерба.
Разрешая требования истца о компенсации морального вреда, суд приходит к выводу, что заявленная сумма подлежит снижению с учетом принципа разумности и справедливости, при этом отмечая, что стороной ответчика предпринимались попытки урегулировать возникший спор в добровольном порядке как до подачи искового заявления, так и во время рассмотрения дела по существу.
В силу ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей», моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.
Учитывая вышеназванные нормы закона, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 20000 руб., отказав в остальной части исковых требований о компенсации морального вреда.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Взыскать с ГАУЗ «Клиническая стоматологическая поликлиника №3» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации <...> выдан ДАТА ИЗЪЯТА ОВД АДРЕС ИЗЪЯТ) убытки в размере 23282 руб. и компенсацию морального вреда в размере 20000 руб.
В удовлетворении требований ФИО1 к ГАУЗ «Клиническая стоматологическая поликлиника №3» о компенсации морального вреда в размере свыше 20000 руб. – отказать.
Решение может быть обжаловано в Волгоградский областной суд через Тракторозаводский районный суд гор.Волгограда в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.
Мотивированный текст решения изготовлен 24 ноября 2022 года.
Судья, ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ О.Ю.Буланцева
ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ