УИД 43RS0035-04-2025-000026-92

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

по гражданскому делу № 2-4/28/2025

18.03.2025 пгт Пижанка

Советский районный суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Данилиной С.А.,

при секретаре Ц.М.Ю,,

с участием помощника прокурора <адрес> К.К.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску С.М.А. к КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

С.М.А. обратился в суд к КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований указано, что 28.01.2023 его мать С.Л.П. с целью обследования перед операцией на глаза была госпитализирована в КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ», так как у нее имелись хронические заболевания – диабет и заболевание сердечно-сосудистой системы. Находясь в больнице, состояние здоровья С.Л.П. ухудшилось, однако, лечащий врач П.Н.Ю. ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 30 минут ее выписал, поставив диагноз «Церебрастеночный синдром». ДД.ММ.ГГГГ состояние здоровья С.Л.П. ухудшилось, и когда С.М.А. повез мать в больницу, С.Л.П. в машине запрокинула голову и потеряла сознание. Доехав до больницы, медицинские работники около 30 минут оказывали реанимационные мероприятия, которые положительного результата не дали, в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ была констатирована смерть С.Л.П. Причиной смерти С.Л.П. явился отек головного мозга. По факту смерти С.Л.П. было возбуждено уголовное дело, производство по которому прекращено. В рамках уголовного дела проведена судебно-медицинская экспертиза и экспертиза качества медицинской помощи С.Л.П., согласно заключению которой медицинская помощь была оказана не в полном объеме, имели место нарушения клинических рекомендаций при нахождении на стационарном этапе лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ», а именно не были проведены диагностические и другие исследования с указанием их перечня (стр. 65-66 Заключения), выявлены дефекты медицинской документации с указанием их перечня (стр.67 Заключения). В то же время экспертом указано, что на фоне наличия у С.Л.П. серьезных хронических заболеваний достоверно определить факторы, повлиявшие на срыв компенсаторных механизмов и наступление смерти в данном случае невозможно (стр.68 Заключения). В данном случае выявленные дефекты оказания медицинской помощи С.Л.П. в виде отдельных недостатков диагностики являются дефектами бездействия, не повлиявшие на течение заболевания, в том числе на ухудшение состояние здоровья пациентки и наступление ее смерти (стр.69 Заключения). Истец считает, что в рамках расследования уголовного дела был установлен факт наличия дефектов оказания медицинской помощи скончавшейся С.Л.П., которые хотя и не явились непосредственной причиной ее смерти, но могли явиться возможным условием неблагоприятного исхода. Просит взыскать с КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей.

Истец С.М.А. в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представители ответчика КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» В.К.К., Б.А.В., действующие на основании надлежащим образом оформленных доверенностей, в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, изложив свою позицию согласно представленному письменному отзыву (л.д.76-132).

Изучив доводы истца, заслушав лиц, участвующих в деле, заключение помощника прокурора района К.К.К., полагавшей, что исковое заявление подлежит удовлетворению частично, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Согласно п.1 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также Закон № 323-ФЗ) здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Закона № 323-ФЗ).

В ст. 4 Закона № 323-ФЗ закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 ст. 2 Закона № 323-ФЗ).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ст. 19 Закона № 323-ФЗ).

В п. 21 ст. 2 Закона № 323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации (ч. 1 ст. 37 Закона № 323-ФЗ).

Из части 2 ст. 98 названного выше Закона следует, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации не только за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, но и за нарушение прав в сфере охраны здоровья.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Закона № 323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2, 3 ст. 98 Закона № 323-ФЗ).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда при оказании гражданам медицинской помощи.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, истец С.М.А. является сыном С.Л.П.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ С.Л.П. находилась на стационарном лечении в КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ».

Во время стационарного лечения пациенту были поставлены основные диагнозы: цереброваскулярная болезнь, церебральный атеросклероз, последствия острого нарушения мозгового кровообращения, правосторонний легкий гемипарес, легкая афазия, вестибулоатаксический синдром, дисциркуляторная энцефалопатия, ожирение третье степени, сахарный диабет второго типа (инсулинопотребный), постоянная фибриляция предсердий, гипертоническая болезнь третья стадия, хроническая сердечная недостаточность 2а и третий функциональный класс. Согласно данным диагнозам С.Л.П. было назначено лечение.

На протяжении лечения у С.Л.П. прослеживалась положительная динамика, уменьшение отеков, одышки, сахар нормализовался. ДД.ММ.ГГГГ на фоне улучшения общего состояния здоровья С.Л.П. была выписана из стационара.

ДД.ММ.ГГГГ состояние здоровья С.Л.П. резко ухудшилось, и С.М.А. повез мать в больницу; по дороге в больницу С.Л.П. потеряла сознание; медицинские работники около 30 минут оказывали реанимационные мероприятия, которые положительного результата не дали, в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ была констатирована смерть С.Л.П.

ДД.ММ.ГГГГ следователем Советского МСО СУ СК России по <адрес> по факту смерти С.Л.П. было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, которое ДД.ММ.ГГГГ прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях медицинских работников КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» составов преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 109, п. «в» ч. 2 ст. 238, ч. 2 ст. 293 УК РФ.

В рамках уголовного дела проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено ООО «Бюро независимой судебно-медицинской экспертизы «Эталон».

Согласно заключению экспертов от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти С.Л.П. явился отек головного мозга с вклинением миндалин мозжечка в большое затылочное отверстие как следствие основного заболевания – цереброваскулярной болезни, протекавшего на фоне гипертонической болезни и сахарного диабета. При исследовании надлежащего оказания медицинской помощи экспертизой выявлены дефекты оказания медицинской помощи. Выявленные дефекты оказания медицинской помощи С.Л.П. в виде отдельных недостатков диагностики являются дефектами бездействия, которые не повлияли на течение заболевания, в том числе на ухудшение состояния здоровья пациентки и наступление ее смерти. Комиссия экспертов пришла к выводу, что причинная связь между дефектами оказания медицинской помощи и ухудшением здоровья, наступлением смерти С.Л.П. отсутствует.

По данным из представленных медицинских документов и просмотра гистологического архива трупа С.Л.П., на момент поступления С.Л.П. в КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» ДД.ММ.ГГГГ у данного пациента имелись следующие заболевания: цереброваскулярная болезнь, церебрастенический синдром, последствия острого нарушения мозгового кровообращения от ДД.ММ.ГГГГ, правосторонний легкий гемипарез, легкая афазия, вестибуло-атактический синдром, дисциркуляторная энцефалопатия 2 степени; полиневропатия нижних конечностей по смешанному типу (диабетического, сосудистого генеза), ухудшение; гипертензивная (гипертоническая болезнь 3 ст. (сахарный диабет, острое нарушение мозгового кровообращения) группа риска 4, хроническая сердечная недостаточность 2а, 3 функциональный класс; постоянная форма фибрилляция предсердий, EHRA 2а, нормоформа; хроническая сердечная недостаточность 2 а, 3 функциональный класс; сахарный диабет 2 типа, декомпенсация, диабетическая непролиферативная ретинопатия обеих глаз, диабетическая полинейропатия нижних конечностей, диабетическая макроангиопатия нижних конечностей, окклюзия берцовых артерий справа, целевой Hblc<7%, ухудшение; ожирение 3 степени; хронический калькулезный холецистит; инфекция мочевыводящих путей, обострение; гидроторакс справа; синдром Рейно левой верхней конечности. Эти коморбидные заболевания, взаимно отягощали течение друг друга и негативно влияли на ее здоровье.

Комиссия экспертов пришла к выводу, что медицинская помощь С.Л.П. была оказана не в полном объеме. Имели место нарушения клинических рекомендаций при нахождении на стационарном этапе лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ», а именно не были проведены следующие диагностические исследования.

В нарушение Клинических рекомендаций «Хроническая сердечная недостаточность», 2020 года, одобренных Научно-практическим Советом Минздрава РФ и размещенные в Рубрикатор клинических рекомендаций, не были выполнены следующие исследования: не проведено исследование уровня ферритина в крови и исследование насыщения трансферрина железом, исследование уровня гликированного гемоглобина в крови, определение активности щелочной фосфатазы в крови, активности гамма- глютамилтрансферазы в крови, исследование уровня свободного трийодтиронина (СТЗ) в крови, исследование уровня свободного тироксина (СТ4) сыворотки крови, исследование уровня тиреотропного гормона (ТТГ) в крови; не проведен ультразвуковой метод дисков (метод Симпсона) с определением объёмов левого желудочка в четырехкамерной и двухкамерной позициях для расчета фракции выброса левого желудочка; не проведена эхокардиография сердца с оценкой диастолической функции с целью определения тяжести структурно-функциональных нарушений, оценки прогноза и выбора тактики лечения; не назначены препараты из группы иАПФ/АРА/ валсартан + сакубитрил, бета- адреноблокаторами и альдостерона антагонистами в том числе для снижения частоты возникновения ФП; не рекомендовались препараты из класса ингибиторов дапаглифлозин и эмпаглифлозин, канаглифлозин.

В нарушение Клинических рекомендаций «Сахарный диабет 2 типа у взрослых», 2022 года, одобренных Научно-практическим Советом Минздрава РФ и размещенные в Рубрикатор клинических рекомендаций, не были выполнены следующие исследования: не проведен пероральный глюкозотолерантный тест (ПГТТ) с 75 г глюкозы; не проведена оценка расчетной скорости клубочковой фильтрации (рСКФ) пациентам с диагностированным сахарным диабетом 2 для определения функции почек; не проведено определение альбумина или соотношения альбумин/креатинин в утренней порции мочи пациентам с диагностированным сахарным диабетом 2 для верификации диабетической нефропатии. Исследование альбумина или соотношения альбумин/креатинин в моче проводится при отсутствии воспалительных изменений в общем анализе мочи или анализе мочи по ФИО1.

В нарушение Клинических рекомендаций «Фибрилляция и трепетание предсердий у взрослых», 2020 года, одобренных Научно-практическим Советом Минздрава РФ и размещенные в Рубрикатор клинических рекомендаций, не были выполнены следующие исследования: не проведено трансторакальное эхокардиография для оценки сердечной структуры и функции.

В нарушение Клинических рекомендаций «Артериальная гипертензия у взрослых», 2020 года, одобренных Научно-практическим Советом Минздрава РФ и размещенные в Рубрикатор клинических рекомендаций, не были выполнены следующие исследования: не проведен расчет скорости клубочковой фильтрации (СКФ) в мл/мин/1,73м2 по формуле Chronic Kidney Disease Epidemiology (CKD-EPI) в специальных калькуляторах; не проведен общий (клинический) анализ мочи с микроскопическим исследованием осадка мочи, количественной оценкой альбуминурии или отношения альбумин/креатинин (оптимально); не проведено исследование на определение липопротеинов низкой плотности; не проведено дуплексное сканирование брахиоцефальных артерий для выявления атеросклеротических бляшек/стенозов внутренних сонных артерий; не проведено исследование выполнение КТ или МРТ головного мозга для исключения инфарктов мозга, микрокровоизлияний и повреждений белого вещества и других патологических образований.

В нарушение Клинических рекомендаций «Когнитивные расстройства у лиц пожилого и старческого возраста», 2020 года, одобренных Научно-практическим Советом Минздрава РФ и размещенные в Рубрикатор клинических рекомендаций, не были выполнены следующие исследования: не проведено исследование по определению уровня гликированного гемоглобина для выявления ранних форм нарушения сахарного обмена; не проведено исследование по определению тиреоидного профиля с исследованием уровней свободного тироксина и тиреотропного гормона в сыворотке крови; не проведено исследование по определению уровня витамина В12 и фолиевой кислоты; не проведены исследования серологического скрининга крови и ликвора на нейроинфекции (с определением суммарных антител к возбудителям иксодовых клещей Borrelia burgdorferi sensu lato, к вирусу иммунодефицита человека ВИЧ-1 и ВИЧ-2, к бледной трепонеме в крови и спинномозговой жидкости), серологического скрининга ликвора на паранеопластические и аутоиммунные энцефалиты; не проведено исследование по определению концентрации гомоцистеина в крови для исключения гипергомоцистеинемии.

Вышеназванные дефекты диагностики не помешали установить верные диагнозы и назначить адекватное лечение, не повлекли негативных последствий и соответственно не состоят в причинно-следственной связи с развитием отека головного мозга, вклинением миндалин мозжечка в большое затылочное отверстие и наступлением смерти.

Таким образом, учитывая установленные по делу обстоятельства, выводы экспертов, изложенные в заключении от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств причинно – следственной связи между действиями (бездействием) медицинских работников и наступившими последствиями в виде смерти С.Л.П., в равно их вины в ее смерти.

Вместе с тем, как следует из экспертного заключения, при оказании медицинской помощи С.Л.П. работнками КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» были допущены дефекты оказания медицинской помощи, которые являются основанием для взыскания денежной компенсации морального вреда в пользу близких родственников умершего.

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 ГК РФ следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно пунктам 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (абзац 2 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно пунктам 25 - 28 вышеуказанного постановления суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда. Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Здоровье как состояние полного социального, психологического и физического благополучия человека, может быть нарушено ненадлежащим оказанием пациенту медицинской помощи, а при смерти пациента нарушается и неимущественное право членов его семьи на здоровье, родственные и семейные связи, на семейную жизнь.

Законодатель, закрепив в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общие правила компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении случаев, когда допускается такая компенсация. При этом согласно п. 2 ст. 150 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с этим кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 48 постановления Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (ст. 19 и части 2, 3 ст. 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 ГК РФ.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.

С учетом изложенного, учитывая приведенные нормы права, установленные в судебном заседании обстоятельства дела, суд приходит к выводу, что имеющиеся дефекты оказания медицинской помощи С.Л.П. могли являться сопутствующим фактором, который повлек смертельный исход пациентки, в силу чего между действиями ответчика и смертью матерью истца имеется опосредованная (косвенная) причинно-следственная связь, которая является основанием для возмещения С.М.А. компенсации морального вреда.

С учетом характера физических и нравственных страданий, фактических обстоятельств, при которых истцу был причинен моральный вред, суд полагает необходимым определить размер компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 196-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования С.М.А. к КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с КОГБУЗ «Пижанская ЦРБ» (ОГРН №, ИНН №) в пользу С.М.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, компенсацию морального вреда в размере 200 000 (двести тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в Кировский областной суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи жалобы через Советский районный суд <адрес>.

Судья С.А. Данилина

Мотивированное решение суда изготовлено 26.03.2025

Судья С.А. Данилина