Гражданское дело № 2-10510/2025
УИД: 77RS0016-02-2025-014233-20
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
21 августа 2025 года г. Москва
Мещанский районный суд г. Москвы
в составе председательствующего судьи Городилова А.Д.,
при секретаре Дерюгиной Е.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-10510/2025 по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации о возмещении убытков, компенсации морального вреда, судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации, третьи лица: Главное управление Федеральной службы судебных приставов России по Хабаровскому краю и Еврейской автономной области, отдел судебных приставов по г. Амурску и Амурскому району, Главное управление Федеральной службы судебных приставов по Краснодарскому краю, Лазаревское районное отделение судебных приставов г. Сочи ГУФССП России по Краснодарскому краю, о возмещении убытков, компенсации морального вреда, судебных расходов.
Требования иска мотивированы тем, что 10.03.2022 года Арбитражным судом Хабаровского края вынесено решение по делу N А73-16639/2021 о взыскании с ООО “Камелот” в пользу истца денежных средств в размере 526 971,25 руб. Оригинал исполнительного листа серии ФС N 037979275 от 28.07.2022 года и заявление о возбуждении исполнительного производства 09.09.2022 года были представлены истцом в ОСП по г. Амурску и Амурскому району, где 20.09.2022 года возбуждено исполнительное производство N 107484/22/27013-ИП, а впоследствии также N 24739/23/27013-ИП. Как установлено Амурской городской прокуратурой, с 03.10.2022 года по 02.12.2022 года судебным приставом-исполнителем меры к исполнению исполнительного производства не принимались, исполнительное производство находилось без движения в течение двух месяцев. В связи с бездействием службы судебных приставов истец был вынужден обращаться с жалобами к старшему судебному приставу и в прокуратуру. Полагает, что судебным приставом-исполнителем грубо нарушено законодательство об исполнительном производстве, поскольку исполнительное производство было возбуждено спустя два месяца после получения исполнительного документа. Кроме того, мировым судьей судебного участка N 1 судебного района Надымского городского суда ЯНАО по делу N 2-1-247/2022 истцу были выданы исполнительные листы серии ВС N 099554617 (дубликат серии ВС N 099554513) о взыскании с ИП ФИО2 денежных средств в размере 10 195 руб., серии ВС N 099554539 о взыскании с ИП ФИО2 денежных средств в размере 47 495,51 руб. В возбуждении исполнительных производств истцу неоднократно отказывалось, кроме того, впоследствии несвоевременно были распределены денежные средства, в связи с чем через Госуслуги истец был вынужден обращаться с жалобами в Лазаревское РОСП, Адлерское РОСП в г. Сочи, органы прокуратуры. Для разрешения сложившихся ситуаций истцу пришлось обратиться к услугам юриста, за услуги которой им оплачены денежные средства в размере 136 000 рублей. Данная сумма является его убытками, поскольку если бы судебные приставы-исполнители своевременно выполнили свои обязанности по исполнительным производствам, ему не пришлось бы обращаться к услугам юриста. С учетом изложенного, просит взыскать с Российской Федерации в лице ФССП России в свою пользу убытки в размере 136 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 50 000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 080 руб.
В судебное заседание истец ФИО1, извещенный надлежащим образом, не явился, явку представителя не обеспечил.
Иные лица в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела. В представленном отзыве ГУФССП России по Хабаровскому краю и Еврейской автономной области просило отказать в удовлетворении иска в связи с отсутствием со стороны истца доказательств наличия условий, необходимых для взыскания ущерба по правилам ст. ст. 15, 1069 ГК РФ, а также каких-либо доказательств причинения истцу нравственных страданий и, как следствие, оснований для взыскании компенсации морального вреда.
Руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие сторон.
Суд, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные сторонами доказательства, доводы сторон, приходит к следующим выводам.
Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Участвуя в регулируемых гражданским законодательством отношениях, возникающих при возмещении вреда, причиненного частным лицам, Российская Федерация выступает на равных началах с иными участниками этих отношений. Действуя в рамках дискреционных полномочий в сфере правового регулирования (статья 71, пункт "о", Конституции Российской Федерации), государство тем не менее не может использовать такое правовое регулирование, которое приводило бы к неравенству публично-правовых образований и частных лиц (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.07.2005 года N 8-П).
Статьей 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В ст. 16 ГК РФ указано, что убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.
В силу ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
Из содержания указанных норм следует, что гражданин вправе рассчитывать на то, что действия государственных органов будут соответствовать требованиям закона, а вред, причиненный незаконными действиями государственных органов, подлежит возмещению в полном объеме. Требование о возмещении вреда может быть удовлетворено судом при наличии в совокупности четырех условий: факта причинения истцу вреда, совершения ответчиком определенных неправомерных действий (бездействия), причинной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившим у истца вредом, вины причинителя. При этом обязанность доказать законность их действий должна быть возложена на соответствующий орган или должностное лицо.
Таким образом, для правильного разрешения дела надлежит установить наличие или отсутствие виновного действия (бездействия) судебного пристава-исполнителя и возникновение у истца убытков вследствие виновных действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя.
Из материалов дела следует, что 10.03.2022 года Арбитражным судом Хабаровского края вынесено решение по делу N А73-16639/2021 о взыскании с ООО “Камелот” в пользу истца денежных средств в размере 526 971,25 руб. Оригинал исполнительного листа серии ФС N 037979275 от 28.07.2022 года и заявление о возбуждении исполнительного производства 09.09.2022 года были представлены истцом в ОСП по г. Амурску и Амурскому району, где 20.09.2022 года возбуждено исполнительное производство N 107484/22/27013-ИП.
С целью установления имущественного и финансового положения должника судебным приставом-исполнителем направлены запросы в Пенсионный фонд Российской Федерации, ГИБДД, ФНС/ЕГРЮЛ, финансово-кредитные организации, операторам сотовой связи и др.
В результате принятых мер установлено наличие у должника автотранспортных средств, в связи чем 20.09.2022 года судебным приставом-исполнителем 20.09.2022 года вынесено постановление о запрете регистрационных действий.
Кроме того, установлено наличие счетов, открытых на имя должника в Дальневосточном филиале ПАО “Промсвязьбанк”, филиале “Корпоративный” ПАО “Совкомбанк”, в связи с чем 03.10.2022 года судебным приставом-исполнителем вынесены постановления об обращении взыскания на денежные средства должника, находящиеся в банке или иной кредитной организации.
С указанного времени, вплоть до 02.12.2022 года, судебным приставом-исполнителем меры к исполнению взыскания не предпринимались, исполнительное производство находилось без движения в течение двух месяцев, что установлено проведенной на основании обращения истца прокурорской проверкой (ответ Амурской городской прокуратуры от 30.12.2022 года N 1676-2022/20080004/Он806-22), в ходе которой установлено, что исполнительные действия, совершенные судебным приставом-исполнителем, являются недостаточными, совершены при полном отсутствии заинтересованности в своевременном исполнении взыскания; фактически исполнение требований исполнительного документа поставлено в зависимость от волеизъявления директора ООО "Камелот", которым самостоятельно, несмотря на требование судебного пристава-исполнителя, на свое усмотрение определены размер и периодичность перечисления денежных средств в счет погашения задолженности. В ходе проведенной проверки установлены факты бездействия судебного пристава-исполнителя при исполнении взыскания по исполнительному производству N 107484/22/27013-ИП от 20.09.2022 года. По результатам проверки врио руководителя ГУФССП России по Хабаровскому краю и Еврейской автономной области внесено представление об устранении нарушений законодательства об исполнительном производстве.
Из ответа Амурской городской прокуратуры от 22.02.2023 года N 1676-2022/20080004/Он95-23 следует, что городской прокуратурой проведена проверка по обращению ФИО1 по вопросу бездействия ОСП по Амурскому району при взыскании задолженности с ООО "Камелот" в размере 526 971,25 руб., в ходе которой установлено, что по результатам проверки 29.12.2022 года врио руководителя ГУФССП России по Хабаровскому краю и Еврейской автономной области внесено представление об устранении нарушений законодательства об исполнительном производстве. Согласно информации о результатах рассмотрения представления, сумма задолженности ООО "Камелот" в размере 526 971,25 руб. полностью взыскана, перечислена взыскателю, исполнительное производство окончено в связи с фактическим исполнением требований, содержащихся в исполнительном документе; судебным приставам-исполнителям ФИО3, ФИО4, ФИО5, у которых на исполнении находилось исполнительное производство, строго указано о недопущении нарушений законодательства об исполнительном производстве.
Кроме того, мировым судьей судебного участка N 1 судебного района Надымского городского суда ЯНАО по делу N 2-1-247/2022 истцу были выданы исполнительные листы серии ВС N 099554617 (дубликат серии ВС N 099554513) о взыскании с ИП ФИО2 денежных средств в размере 10 195 руб., серии ВС N 099554539 о взыскании с ИП ФИО2 денежных средств в размере 47 495,51 руб.
Как следует из ответа прокуратуры Лазаревского района г. Сочи от 01.08.2024 года N 1144ж23/20030010/Он1872-24, исполнительный лист серии ВС N 099554617 от 03.05.2024 года о взыскании денежных средств с ФИО2 в пользу ФИО1 поступил в Лазаревское РОСП г. Сочи ГУФССП России по Краснодарскому краю 21.05.2024 года, при этом, исполнительный лист зарегистрирован лишь в ходе проведенной прокуратурой на основании обращения взыскателя проверки 28.06.2024 года, кроме того, в нарушение требований Федерального закона от 02.10.2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" судебный пристав-исполнитель бездействовал более 1 месяца и вынес постановление об отказе в возбуждении исполнительного производства лишь 28.06.2024 года.
Одновременно, в данном письме истцу разъяснено, что указанное постановление, несмотря на нарушенные сроки, вынесено обоснованно, т.к. в исполнительном листе отсутствовали сведения, предусмотренные ч. 5 ст. 13 Федерального закона от 02.10.2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (дата рождения взыскателя, место рождения взыскателя, дата рождения должника, место рождения должника). Учитывая изложенное, основания для принятия иных мер прокурорского реагирования отсутствуют.
Кроме того, прокуратурой Лазаревского района г. Сочи было рассмотрено обращение ФИО1 о нарушении законодательства об исполнительным производстве и по иным вопросам (письмо от 05.09.2024 года N1144ж23/20030010/Он2273-24). Отмечено, что ранее прокуратурой района рассмотрены обращения, содержащие аналогичные доводы, по результатам рассмотрения которых дан мотивированный ответ N 1144ж23/20030010/Он2164-24; разъяснено, что исполнительный лист серии ВС N 09955617, направленный в его адрес, в связи с технической ошибкой доставлен обратно отправителю (Лазаревский РОСП г. Сочи ГУФССП России по Краснодарскому краю). Проведенной проверкой исполнительного листа и постановления об отказе в возбуждении исполнительного производства установлено, что в возбуждении исполнительного производства отказано неправомерно. Учитывая изложенное, прокуратурой Лазаревского района г. Сочи принесен протест на постановление об отказе в возбуждении исполнительного производства, который 04.09.2024 года рассмотрен и удовлетворен, постановление отменено. Кроме того, по результатам проверки исполнительного листа 23.08.2024 года исполнительный лист серии ВС N 09955617 направлен Лазаревским РОСП г. Сочи ГУФССП России по Краснодарскому краю по месту нахождения должника в адрес Адлерского РОСП г. Сочи ГУФССП России по Краснодарскому краю.
В свою очередь, прокуратурой Адлерского района г. Сочи также были рассмотрены обращения ФИО1 по вопросу соблюдения законодательства об исполнительном производстве (письмо от 23.12.2024 года N 1850ж2024/Он5326-24. Установлено, что на исполнении в Адлерском РОСП г. Сочи ГУФССП России по Краснодарскому краю находилось исполнительное производство N 192501/24/23022-ИП от 05.09.2024 года в отношении должника ФИО2 с предметом исполнения - взыскание имущественного характера в размере 10 195,12 руб. в пользу взыскателя ФИО1 Взысканные по исполнительному производству денежные средства перечислены на расчетный счет взыскателя 12.12.2024 года, исполнительное производство окончено в связи с фактическим исполнением требований исполнительного документа 21.12.2024 года. Выявленные нарушения, связанные с несвоевременным распределением взысканных денежных средств отражены в подготавливаемом обобщенном представлении руководителя ГУФССП России по Краснодарскому краю.
Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 ссылается на то, что судебный пристав-исполнитель продолжительное время не возбуждал исполнительное производство по взысканию задолженности с ООО “Камелот”, а в возбуждении исполнительных производств в отношении ИП ФИО2 ему неоднократно отказывалось, несвоевременно были распределены денежные средства по исполнительным производствам, что впоследствии признано незаконным проведенными по данным фактам прокурорскими проверками, а он был вынужден обратиться к юристу, за услуги которого он оплатил 136 000 руб., чем ему причинены убытки.
При этом, после поступления от должников денежных средств во исполнение исполнительных производств, денежные средства были перечислены на счет взыскателя, а исполнительные производства прекращены их фактическим исполнением.
Статьей 2 Федерального закона от 02.10.2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" установлено, что задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций.
Исполнительное производство осуществляется на принципах: законности; своевременности совершения исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения; уважения чести и достоинства гражданина; неприкосновенности минимума имущества, необходимого для существования должника-гражданина и членов его семьи, в том числе сохранения заработной платы и иных доходов должника-гражданина ежемесячно в размере прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации (прожиточного минимума, установленного в субъекте Российской Федерации по месту жительства должника-гражданина для соответствующей социально-демографической группы населения, если величина указанного прожиточного минимума превышает величину прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации); соотносимости объема требований взыскателя и мер принудительного исполнения (статья 4 указанного федерального закона).
Пунктом 1 ст. 12 Федерального закона от 21.07.1997 года N 118-ФЗ "Об органах принудительного исполнения Российской Федерации" определено, что в процессе принудительного исполнения судебных актов и актов других органов, предусмотренных Федеральным законом "Об исполнительном производстве", судебный пристав-исполнитель принимает меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов.
Судебный пристав-исполнитель вправе совершать исполнительные действия и принимать меры принудительного исполнения, предусмотренные ст. ст. 64, 68 Федерального закона от 02.10.2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве".
Исполнительными действиями согласно ст. 64 Закона об исполнительном производстве являются совершаемые судебным приставом-исполнителем в соответствии с настоящим Федеральным законом действия, направленные на создание условий для применения мер принудительного исполнения, а равно на понуждение должника к полному, правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе.
В приведенной выше статье приведен перечень исполнительных действий, который вправе совершать судебный пристав-исполнитель. Между тем, перечень исполнительных действий, приведенный в ч. 1 ст. 64 Федерального закона "Об исполнительном производстве", не является исчерпывающим, и судебный пристав-исполнитель вправе совершать иные действия, необходимые для своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов (п. 17 ч. 1 названной статьи), если они соответствуют задачам и принципам исполнительного производства (ст. ст. 2 и 4 Федерального закона "Об исполнительном производстве"), не нарушают защищаемые федеральным законом права должника и иных лиц (п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 года N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства").
При этом, судебный пристав-исполнитель, определяя на свое усмотрение круг исполнительных действий и мер принудительного характера, которые необходимо принять для исполнения требований исполнительного документа, должен выбрать конкретные исполнительные действия и меры принудительного исполнения (их перечень, характер, объем и последовательность) исходя из потенциально оптимального соотношения эффективности этих действий и мер, временных затрат на их совершение и поведения должника и взыскателя.
В силу положений ст. ст. 64 и 68 Закона об исполнительном производстве судебный пристав-исполнитель является процессуально самостоятельным лицом, определяющим на свое усмотрение тот круг исполнительных действий и мер принудительного исполнения, которые необходимо принять для исполнения требований исполнительного документа.
Из системного толкования приведенных положений федерального законодательства следует, что с момента возбуждения исполнительного производства судебный пристав-исполнитель самостоятельно определяет в какой период и какие исполнительные действия и меры принудительного исполнения необходимо применить в каждом конкретном случае, исходя из характера требований исполнительного документа и обстоятельств дела, с учетом принципов целесообразности и достаточности.
В абз. 3 и 5 п. 15 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что бездействие судебного пристава-исполнителя может быть признано незаконным, если он имел возможность совершить необходимые исполнительные действия и применить необходимые меры принудительного исполнения, направленные на полное, правильное и своевременное исполнение требований исполнительного документа в установленный законом срок, однако, не сделал этого, чем нарушил права и законные интересы стороны исполнительного производства.
Исходя из положений ч. 1 ст. 36 Федерального закона от 02.10.2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", содержащиеся в исполнительном документе требования должны быть исполнены судебным приставом-исполнителем в двухмесячный срок со дня возбуждения исполнительного производства, за исключением требований, предусмотренных частями 2 - 6 настоящей статьи.
Сам по себе факт продолжения исполнения требований исполнительного документа за пределами двухмесячного срока, предусмотренного вышеуказанной нормой права, не может, бесспорно, свидетельствовать о бездействии судебного пристава-исполнителя, поскольку данный срок не является пресекательным, законодательство об исполнительном производстве не устанавливает последствий нарушения данного срока, и с его истечением не происходит прекращение исполнительных действий.
Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 года N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства", согласно которой содержащиеся в исполнительном документе требования должны быть исполнены судебным приставом-исполнителем в установленные частями 1 - 6 статьи 36 Закона "Об исполнительном производстве" сроки. Неисполнение требований исполнительного документа в срок, предусмотренный названным Законом, само по себе не может служить основанием для вывода о допущенном судебным приставом-исполнителем незаконном бездействии (п. 15).
Закон об исполнительном производстве наделяет судебного пристава-исполнителя широкой дискрецией в осуществлении полномочий, предоставляя ему право выбирать конкретные наиболее целесообразные и оправданные фактической ситуацией исполнительные действия. Перечень исполнительных действий, предусмотренных ст. 64 Закона об исполнительном производстве, не является закрытым, следовательно, судебный пристав-исполнитель вправе совершать и иные действия, направленные на создание условий для применения мер принудительного исполнения, а равно на понуждение должника к полному, правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе.
Бездействие судебного пристава-исполнителя может быть признано незаконным, если он имел возможность совершить необходимые исполнительные действия и применить необходимые меры принудительного исполнения, направленные на полное, правильное и своевременное исполнение требований исполнительного документа в установленный законом срок, однако не сделал этого, чем нарушил права и законные интересы стороны исполнительного производства. Например, незаконным может быть признано бездействие судебного пристава-исполнителя, установившего отсутствие у должника каких-либо денежных средств, но не совершившего всех необходимых исполнительных действий по выявлению другого имущества должника, на которое могло быть обращено взыскание, в целях исполнения исполнительного документа (в частности, не направил запросы в налоговые органы, в органы, осуществляющие государственную регистрацию имущества и (или) прав на него, и т.д.).
По смыслу ст. 121 Федерального закона от 02.10.2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", ст. 360 КАС РФ, необходимым условием для признания действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего незаконными является установление нарушений прав и интересов заявителя оспариваемым действием (бездействием).
При этом, невыполнение судебным приставом-исполнителем всех заявленных взыскателем и необходимых, по его мнению, исполнительных действий и запросов, не может рассматриваться как бездействие судебного пристава, нарушение им требований законодательства об исполнительном производстве, поскольку совершенные судебным приставом-исполнителем исполнительные действия и предпринятые меры принудительного исполнения в рамках спорного исполнительного производства при исполнении требований исполнительного документа в пользу административного истца, их объем, виды, последовательность, применительно ко времени, прошедшему со дня возбуждения исполнительного производства, а также установленному законом сроку исполнения требований исполнительного документа отвечают целям и задачам исполнительного производства, при этом отсутствие у должника достаточного имущества и денежных средств, препятствующее своевременному исполнению решения в полном объеме, не может быть поставлено в вину судебному приставу-исполнителю, которым приняты меры принудительного исполнения, совершены исполнительные действия, направленные на создание условий для принудительного исполнения судебного решения.
Также, следует отметить, что отсутствие положительного результата для взыскателя от проводимых судебным приставом-исполнителем действий не может служить основанием для констатации бездействия должностного лица.
В п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 года N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства" разъяснено, что постановления, действия (бездействие) судебного пристава-исполнителя и иных должностных лиц ФССП России могут быть оспорены в суде как сторонами исполнительного производства (взыскателем и должником), так и иными лицами, которые считают, что нарушены их права и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению ими прав и законных интересов либо на них незаконно возложена какая-либо обязанность (ч. 1 ст. 218, ст. 360 КАС РФ, ч. 1 ст. 198 АПК РФ, ч. 1 ст. 121 Закона об исполнительном производстве).
Согласно ст. 122 Закона об исполнительном производстве жалоба на постановление должностного лица службы судебных приставов, его действия (бездействие) подается в течение десяти дней со дня вынесения судебным приставом-исполнителем или иным должностным лицом постановления, совершения действия, установления факта его бездействия либо отказа в отводе. Лицом, не извещенным о времени и месте совершения действий, жалоба подается в течение десяти дней со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о вынесении постановления, совершении действий (бездействии).
Аналогичные положения содержит и Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации, регулирующий порядок осуществления административного судопроизводства при рассмотрении и разрешении административных дел, возникающих из административных и иных публичных правоотношений и связанных с осуществлением судебного контроля за законностью и обоснованностью осуществления государственных или иных публичных полномочий.
В п. 80 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 года N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства" разъяснено, что защита прав взыскателя, должника и других лиц при совершении исполнительных действий осуществляется по правилам главы 17 Федерального закона от 02.10.2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", но не исключает применения мер гражданской ответственности за вред, причиненный незаконными постановлениями, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя (ст. 1069 ГК РФ).
Согласно п. 82 указанного Постановления по делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя и причинением вреда.
Иск о возмещении вреда, причиненного незаконными постановлением, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя, предъявляется к Российской Федерации, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств - ФССП России (п. 3 ст. 125, ст. 1071 ГК РФ, пп. 1 п. 3 ст. 158 БК РФ).
По смыслу положений действующего законодательства для удовлетворения исковых требований о взыскании в счет вреда, причиненного незаконными действиями (бездействиями) ответчика, денежных средств, необходимо наличие совокупности двух условий - факт нарушения такого права именно лицом, к которому предъявляются требования и наличие причинно-следственной связи между нарушением права и возникшими убытками, а также размер убытков. При отсутствии хотя бы одного из названных условий решения, действия (бездействия) не могут быть признаны незаконными.
Такая совокупность условий в рассматриваемой ситуации не установлена.
С учетом представленных доказательств, в судебном заседании не установлен факт причинения вреда, вина причинителя вреда и причинно-следственная связь между незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя и причинением вреда.
Кроме того, каких-либо доказательств, свидетельствующих о существенном нарушении прав взыскателя на правильное и своевременное исполнение требований, указанных в исполнительных документах, истцом не представлено.
Ответы прокуратуры, такими доказательствами являться не могут, поскольку действующее законодательство содержит исчерпывающий перечень оснований для признания бездействия судебного пристава-исполнителя незаконным. Данные ответы не подтверждают наличие причинно-следственной связи между причинением убытков истцу в рамках исполнительных производств и бездействием судебных приставов-исполнителей.
Ответственность по ст. 1069 ГК РФ наступает на общих условиях ответственности при причинении вреда, но при наличии указанных в ней специальных условий, которые выражаются во властно-административных действиях государственных органов, должностных лиц.
Представленными суду ответами прокуратуры на обращения ФИО6 не может быть установлена причинно-следственная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда (судебного пристава-исполнителя) и наступившими у потерпевшего (ФИО6) неблагоприятными последствиями, поскольку такое право предоставлено суду.
Позднее возбуждение исполнительных производств, факт задержки без уважительной причины перечисления судебными приставами-исполнителями денежных средств взыскателю (истцу по делу) в рамках исполнительных производств, не привело к утрате возможности взыскания задолженности, так как исполнительные производства окончены их фактическим исполнением.
Материалами дела подтверждается, что судебными приставами-исполнителями меры принудительного исполнения, направленные на исполнение судебных решений в пользу истца, принимались, должностными лицами использовался перечень полномочий, предоставленных им законом для исполнения требований исполнительных документов.
При этом, невыполнение судебными приставами-исполнителями всех заявленных взыскателем и необходимых, по его мнению, исполнительных действий и запросов, не может рассматриваться как бездействие судебных приставов, нарушение ими требований законодательства об исполнительном производстве, поскольку совершенные судебными приставами-исполнителями исполнительные действия и предпринятые меры принудительного исполнения в рамках спорных исполнительных производств при исполнении требований исполнительных документов в пользу истца, их объем, виды, последовательность, применительно ко времени, прошедшему со дня возбуждения исполнительных производств, а также установленному законом сроку исполнения требований исполнительного документа, отвечают целям и задачам исполнительного производства, при этом, отсутствие у должника достаточного имущества и денежных средств, препятствующее своевременному исполнению решения в полном объеме, не может быть поставлено в вину судебным приставам-исполнителям, которыми приняты меры принудительного исполнения, совершены исполнительные действия, направленные на создание условий для принудительного исполнения судебного решения.
Достаточных доказательств наличия причинной связи между бездействием судебных приставов-исполнителей и возникновением у истца имущественного вреда в заявленном размере, а также несение такого имущественного вреда не представлено.
Гражданское законодательство рассматривает возмещение убытков как один из способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) и в этом смысле вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя, в том числе в результате принятия им не соответствующего закону или иному нормативному правовому акту постановления, подлежит возмещению.
Обязанность доказывания данных обстоятельств лежит на лице, заявляющем требование о возмещении вреда.
Деликтная ответственность за причинение убытков наступает при наличии ряда условий: подтверждения со стороны лица, требующего возмещения убытков, наличия состава правонарушения, наступления вреда и его размера. противоправности поведения причинителя вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями, вины причинителя вреда. Отсутствие какого-либо одного из указанных условий исключает возможность привлечения лица (ответчика) к деликтной ответственности.
Бремя доказывания наличия и размера вреда, а также причинно-следственной связи между возникшим вредом (убытками) и действиями причинителя вреда лежит на истце, который в силу ст. 56 ГПК РФ должен доказать наличие вышеперечисленных условий для возмещения убытков.
Однако, таких доказательств по делу истцом в материалы дела не представлено.
Заявленные исковые требования о возмещении убытков состоят из требования о взыскании расходов на оказание юридической помощи.
Ссылки истца, что указанные расходы необходимо расценивать именно как убытки, основаны на ошибочном понимании норм материального и процессуального права. В данном случае, заявленные расходы истцом были понесены при оспаривании действий (бездействия) судебных приставов-исполнителей в ходе вышеуказанных исполнительных производств в органах прокуратуры, в связи с чем, правовых оснований для оценки заявленных требований в качестве убытков в порядке гражданского судопроизводства не имеется.
Согласно разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы, обусловленные рассмотрением, разрешением и урегулированием спора во внесудебном порядке (обжалование в порядке подчиненности, процедура медиации), не являются судебными издержками и не возмещаются согласно нормам главы 7 ГПК РФ, главы 10 КАС РФ, главы 9 АПК РФ (пункт 3).
Таким образом, рассматриваемые расходы лица по договорам на оказание юридических услуг не могут быть отнесены к категории расходов, возможных к оценке в качестве убытков, причиненных при реализации государством (его должностными лицами) публичных полномочий и подлежащего возмещению за счет казны государства.
Кроме того, все указанные истцом исполнительные производства были окончены фактическим исполнением.
Таким образом, права и законные интересы истца были восстановлены.
Учитывая вышеизложенное и указанные нормы материального права, доводы истца о том, что ему причинены убытки виновными действиями (бездействием) должностных лиц службы судебных приставов, являются недоказанными и необоснованными.
В этой связи суд, с учетом установленных обстоятельств и приведенных выше норм материального права, наряду с разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, приходит к выводу об отсутствии необходимых в силу ст. ст. 15, 1069 ГК РФ условий для возложения на государство ответственности в виде возмещения убытков, а потому заявленные ФИО1 исковые требования не подлежат удовлетворению.
Кроме того, истцом заявлены требования о взыскании морального вреда в размере 50 000 руб.
Статьей 151 ГК РФ установлено, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Пунктом 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом.
Пунктом 2 ст. 1101 ГК РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно п. 12 Постановления N 33, обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом, вины причинителя вреда (ст. ст. 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Истец должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В п. 14 Постановления N 33 указано, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.
Согласно разъяснениям, изложенным в п. 18 Постановления N 33, наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.
Однако, истец не представил в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств, подтверждающих причинение ему физических и нравственных страданий.
С учетом установленных по делу обстоятельств, на основании ст. ст. 151, 1099, 1100 ГК РФ, истцом не представлено доказательств, обосновывающих факт и размер морального вреда, доказывающего вину ответчиков, а также причинно-следственную связь между действиями ответчиков и моральным вредом истца. Доказательств того, что действиями ответчиков каким-либо образом нарушены права истца, последним не представлено. В связи с чем, суд приходит к выводу о том, что основания для взыскания морального вреда также отсутствуют.
В силу положений статей 88, 93, 98, 100, 103 ГПК РФ оснований для возврата или зачета государственной пошлины, возмещения стороне истца судебных расходов за счет другой стороны нет, так как возмещение судебных расходов возможно только стороне, в пользу которой состоялось решение.
На основании изложенного, и руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации о возмещении убытков, компенсации морального вреда, судебных расходов - отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Мещанский районный суд г. Москвы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.
Решение суда изготовлено в окончательной форме 13 марта 2026г.
Судья А.Д. Городилов