Решение по делу № 2А-1648/2023 от 04.08.2023 - о компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении.

УИД: 66RS0010-01-2022-002361-50

Дело № 2а-1648/2023

Мотивированное решение составлено 04.08.2023

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

21.07.2023 г. Нижний Тагил

Тагилстроевский районный суд г. Нижнего Тагила Свердловской области в составе

председательствующего судьи Станевич А.В.,

при ведении протокола секретарем Овчарук В.В., помощником судьи Шелегиной Е.В.,

с участием по средствам системы ВКС административного истца ФИО1, представителя административных ответчиков,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 13 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Свердловской области», Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказаний России, Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть № 66 Федеральной службы исполнения наказаний» о компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении,

установил:

административный истец обратился в суд с административным иском к административным ответчикам о компенсации морального вреда в сумме 500 000 руб. в пользу каждого из истцов.

В обоснование административного иска указал, что в период с ../../.... г. по ../../.... г. отбывал наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-13. Ввиду отсутствия в ФКУ ИК-13 карантинного отделения для осужденных к особому режиму, по прибытии в учреждение истец был помещен в камеру помещения штрафного изолятора (ШИЗО) – помещения камерного типа (ПКТ), условия в которой были похожи на условия отбывания наказания в ШИЗО. Так, в камере были ненадлежащие санитарные условия: обитали паразиты, отсутствовала вентиляция, отсутствовал водопровод с горячей водой, туалет не был огорожен, освещение было слабое и искусственное, не имелось условий для написания писем. Норма жилой площади не была обеспечена административному истцу, также он не был обеспечен постельными принадлежностями, индивидуальными средствами гигиены – мылом, зубной щеткой, зубной пастой, туалетной бумагой, одноразовыми бритвами. В период карантина в отношении ФИО1 не было проведено обязательное медицинское обследование, не были обеспечены медицинская обработка по прибытии, последующий медицинский осмотр и наблюдение, не проводилось рентгено-флюорографическое обследование с отражением результатов в амбулаторной карте. Отсутствие возможности соблюдать гигиену зубов привело впоследствии к заболеванию (место расположения обезличено). Кроме прочего, ФИО1 не был ознакомлен с порядком и условиями отбывания наказания, с правами и обязанностями. Административного истца направили для отбывания наказания в ФКУ ИК-13 в нарушение ч. 4 ст. 73 УИК РФ, так как имелись исправительные учреждения с надлежащими условиями отбывания наказания для осужденных особого режима – бывших работников судов и правоохранительных органов – с наличием карантинного отделения, соответствующими жилищно-бытовыми и санитарными условиями. Указанные обстоятельства, с учетом их характера и продолжительности, причинили истцу моральный вред. Факты допущенных в отношении ФИО1 нарушений подтверждаются судебными постановлениями по искам ***., ***., ***. к ФКУ ИК-13, ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России, поскольку ФИО1 содержался в ФКУ ИК-13 в те же периоды совместно с указанными лицами. Причиненный моральный вред истец оценил в 500 000 руб., который и просил взыскать с ФСИН России за счет средств казны Российской Федерации.

Решением Тагилстроевского районного суда г. Нижний Тагил Свердловской области от 10.01.2023 требования ФИО1 удовлетворены частично, с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 взыскана компенсация за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 15 000 рублей, а также уплаченная при подаче иска государственная пошлина в размере 300 рублей. В остальной части административное исковое заявление оставлено без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Свердловского областного суда от 11.05.2023 решение Тагилстроевского районного суда г. Нижний Тагил Свердловской области от 10.01.2023 отменено, административное дело направлено на новое рассмотрение в Тагилстроевский районный суд г. Нижний Тагил Свердловской области.

05.04.2023 от ФИО1 поступило заявление о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя, оказанных в рамках рассматриваемого административного дела, в сумме 22 500 руб. Указанное заявление с согласия участников процесса рассматривается судом в рамках производства по административному делу.

Административный истец ФИО1, участвующий в судебном заседании по средствам системы ВКС, доводы иска поддержал, настаивал на взыскании судебных расходов. Пояснил, что доводы о неоказании медицинской помощи касаются периода его нахождения в карантине по прибытию в исправительное учреждение, то есть с 03.07.2010 по 08.07.2010.

Представитель административных ответчиков ФКУ ИК-13 ГУФСИН России по Свердловской области, ГУФСИН России по Свердловской области, ГУФСИН России ФИО2 в судебном заседании возражал против исковых требований, ссылаясь на то, что административный истец содержался в ФКУ ИК-13 ГУФСИН России по Свердловской области до 27.06.2011, каких-либо требований о признании незаконными действий (бездействия) администрации учреждения не заявлял, пропустил предусмотренный законом срок для обращения с такими требованиями. ФИО1 по прибытии нарушил правила распорядка в связи с чем был помещен в ШИЗО ПКТ. Условия отбывания наказания соответствовали нормам и правилам, с того периода, когда административный истец находился в ФКУ ИК-13 ГУФСИН России по Свердловской области прошло значительное количество времени, была проведена реконструкция всех зданий, представить документы, относящиеся к 2010-2011 годам невозможно. Возражал против удовлетворения заявления о взыскании судебных расходов, полагал, что предмет договора на оказание юридических услуг не конкретизирован, а административный истец не представил доказательств несения данных расходов.

Представитель административного ответчика ФКУЗ «МСЧ № 66 ФСИН России» в судебное заседание не явился, направил письменный отзыв, в котором указал, что ФКУЗ «МСЧ № 66 ФСИН России» образовано 03.12.2013, начало свою деятельность с 01.01.2014, то есть уже по окончании периода нахождения административного истца в ФКУ ИК-13 ГУФСИН России по Свердловской области. До указанной даты медицинское обслуживание заключенных осуществляли медицинские части, входящие в структуру исправительных учреждений, сотрудники которых числились в штате исправительных учреждений, следственных изоляторов. Также пояснили, что в спорном периоде действовал Приказ Минздравсоцразвития РФ № 640, Минюста РФ № 190 от 17.10.2005 «О порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу». Согласно п. 41 данного приказа осужденные, прибывающие в исправительное учреждение, помещались в карантинное отделение на срок до 15 суток, проходили медицинский осмотр с целью выявления инфекционных и паразитарных заболеваний. Также заявил о пропуске ФИО1 срока для обращения с иском в суд, и о завышенном размере компенсации. Административное исковое заявление просил рассмотреть в отсутствие ФКУЗ «МСЧ № 66 ФСИН России».

С учетом положений ст. 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд признал возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившихся в судебное заседание участников судебного разбирательства, извещенных о времени и месте рассмотрения административного дела надлежащим образом.

Заслушав административного истца, представителя административных ответчиков, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 2 ст. 46 Конституции Российской Федерации решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

В соответствии со ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (ч. 1).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с ч. 1 ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (ч. 5).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, чч. 1, 2 ст. 27.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ст.ст. 7, 13 Федерального закона от 26 апреля 2013 года № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», ст.ст. 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», ст.ст. 93, 99, 100 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, п. 2 ст. 8 Федерального закона от 24 июня 1999 года № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», ч. 5 ст. 35.1 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», ст. 2 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»).

Принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 году первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях 31 января 1957 года и 13 мая 1977 года, предусматривают, что санитарные установки должны быть достаточными для того, чтобы каждый заключенный мог удовлетворять свои естественные потребности, когда ему это нужно, в условиях чистоты и пристойности (п. 12).

Все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию (п. 10 Правил). Окна должны быть достаточно велики для того, чтобы заключенные могли читать и работать при дневном свете, и сконструированы так, чтобы обеспечить доступ свежего воздуха, независимо от того, существует ли или нет искусственная система вентиляции (подп. «а» п. 11).

Требования к оконным проемам установлены Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28 мая 2001 года № 161-дсп «Об утверждении норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Министерства юстиции Российской Федерации» (СП 15-01 Минюста России, 2001 года).

Нормы естественной и искусственной освещенности определены требованием СНиП 23-05-95 «Естественное и искусственное освещение», СанПиН 1.2.3685-21 "Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания".

Материально-бытовое обеспечение осужденных к лишению свободы регламентировано в числе прочих норм ч. 1 ст. 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, которой установлены минимальные нормы жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы: в исправительных колониях – два квадратных метра, в тюрьмах – два с половиной квадратных метра, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, – три квадратных метра, в воспитательных колониях – три с половиной квадратных метра, в лечебных исправительных учреждениях – три квадратных метра, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы – пять квадратных метров.

Минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации (ч. 3 ст. 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лечебно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации.

Согласно ч. 4 ст. 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные за преступления, предусмотренные статьей 126, частями второй и третьей статьи 127.1, статьями 205 - 206, 208 - 211, 275, 277 - 279, 281, частями первой, первой.1 и третьей статьи 282.1, частями первой, первой.1 и третьей статьи 282.2, статьей 317, частью третьей статьи 321, частью второй статьи 360 и статьей 361 Уголовного кодекса Российской Федерации, осужденные за иные преступления, в отношении которых имеется информация об их приверженности идеологии терроризма, исповедовании, пропаганде или распространении ими такой идеологии (при отсутствии достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела) и оказании ими в связи с этим в период содержания под стражей, отбывания наказания соответствующего негативного воздействия на других обвиняемых (подозреваемых), осужденных, осужденные при особо опасном рецидиве преступлений, осужденные к пожизненному лишению свободы, осужденные к отбыванию лишения свободы в тюрьме, осужденные, которым смертная казнь в порядке помилования заменена лишением свободы, направляются для отбывания наказания в соответствующие исправительные учреждения, расположенные в местах, определяемых федеральным органом уголовно-исполнительной системы.

В соответствии с ч. 1 ст. 75 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации порядок направления осужденных в исправительное учреждение определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 в период с ../../.... г. по ../../.... г. отбывал наказание в ФКУ ИК-13 ГУ ФСИН России по Свердловской области.

Согласно справкам ФКУ ИК-13 ГУФСИН России по Свердловской области до ликвидации участок особого режима для бывших работников судов и правоохранительных органов предполагал размещение до 10 человек, участок строгого режима – до 100 человек, участок колонии-поселения – до 100 человек и ПФРСИ на 55 мест. ФИО1 в период пребывания в ФКУ ИК-13 за многочисленные нарушения правил порядка отбывания наказания был признан злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания и переведен в строгие условия содержания. Туалетная комната полностью обеспечивает приватность. Выполнена в виде отдельного помещения в жилой камере, со стенами в высоту комнаты, вход в туалетную комнату оснащен плотно закрывающийся деревянной дверью. Освещение в помещениях камер соответствует норме, все окна остеклены бесцветным стеклом. Все камеры оборудованы искусственным дневным и ночным освещением. Централизованное горячее водоснабжение в учреждении отсутствует, для нагрева воды используются бойлеры и проточные, накопительные водонагреватели. Все камеры обеспечены бачками для питьевой воды, согласно требованиям Федерального закона №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», ежедневно в баках сменяется питьевая вода. Все камеры в удовлетворительном техническом состоянии, в соответствии ст. 8 Федерального закона № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения». Проверки микроклиматических параметров и параметров освещенности проводятся регулярно врачом-эпидемиологом отдела ОСЭН филиала ЦГСЭН ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России. Нарушений выявлено не было. Насекомых (вшей и клопов), грызунов обнаружено не было. Дезинсекция и дератизация (обработка от насекомых и грызунов) производится ООО «ЭГИДА». Два раза в неделю осужденные проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Душевая оборудована 3 лейками, все лейки исправном состоянии. Давление воды соответствует норме. Перебоев с подачей водоснабжения нет (л.д. 122-124 том 1, 220-221 том 1).

Каких-либо документов, подтверждающих изложенную в справках информацию, административными ответчиками не представлено, равно как и не представлено документов, отражающих условия содержания осужденных с отбыванием наказания в колонии особого режима, за период с ../../.... г. по ../../.... г..

Более того, не представлено каких-либо документов, позволяющих определить, в каком конкретно помещении был размещен ФИО1 в заявленный период. Суду представлен только акт № 4 от 17.08.2012 об уничтожении несекретных журналов, согласно которому журналы учета осужденных, содержащихся в ЕПКТ, ПКТ, ШИЗО и одиночных камерах за 2008-2011 года уничтожены в связи с неисправимыми повреждениями, возникшими в результате протечки кровли крыши здания административного штаба (л.д. 222-224 том 1).

В материалах личного дела ФИО1 документы о водворении его в штрафной изолятор в период нахождения в ФКУ ИК-13 отсутствуют (л.д. 98 том 2).

Также судом установлено, что имеются вступившие в законную силу решения Тагилстроевского районного суда г. Нижнего Тагила Свердловской области по делам №№ 2-142/2021, 2а-1260/2022.

Так, решением по гражданскому делу № 2-142/2021 от 22.01.2021 установлено, что согласно представлению об устранении нарушений уголовного-исполнительного законодательства РФ от 16.09.2011 № 01-08-2011 в ходе рассмотрения обращения осужденного ***., отбывавшего наказание ФКУ ИК-13 ГУФСИН России по Свердловской области в период с 23.07.2008 по 27.06.2011, по прибытии вместо карантинного отделения ФИО3 помещен в одну из камер помещения ШИЗО-ПКТ, где содержался до 30.07.2008, при этом условия содержания осужденного были приближены к условиям отбывания наказания в штрафном изоляторе. Аналогичные нарушения допускались в отношении всех осужденных к особому режиму, прибывавших в учреждение для отбывания наказания. Также установлено, что ответчиками не предоставлена информация об условиях отбывания наказания осужденных к особому режиму, прибывавших в ФКУ ИК-13 ГУ ФСИН России по Свердловской области, поскольку все материалы уничтожены за давностью хранения (л.д. 95-96 том 1). На основании апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 26.08.2021 указанное решение суда, с уточнением порядка взыскания присужденной суммы компенсации морального вреда, вступило в законную силу (л.д. 93-94 том 1).

Решением по административному делу № 2а-1260/2022 от 17.06.2022 установлено, что согласно указанию ГУИН МЮ РФ от 26.03.2001 № 18/5/2-725, приказа ГУИН МЮ РФ по Свердловской области от 27.11.2001 № 915 в ФКУ ИК-13 был создан участок для лиц, осужденных к отбыванию наказания в исправительной колонии особого режима, находящихся в строгих условиях отбывания наказания. Справка об условиях содержания в камерах ПФРСИ при ФКУ ИК-13 и оборудовании помещений в них не принята судом во внимание, поскольку из объяснений представителя административных ответчиков в судебном заседании следовало, что помещения, в которых содержались административные истцы *** и ***., фактически не существуют по причине имевшей место реконструкции помещений. Также в ходе судебного заседания допрашивался свидетель ФИО1, который пояснил, что находился в запираемом помещении ФКУ ИК-13 с 02.07.2010 по 13.07.2010 и его водили в камеру, где содержались административные истцы. У них в камере был очень тусклый свет, антисанитарные условия, не было моющих средств, вода была только холодная, туалет никак не огорожен. Суд установил, что административными ответчиками не опровергнуты доводы административных истцов о ненадлежащих сантехнических удобствах в камере, недостаточной вентиляции, отсутствии приватной зоны санитарного узла, недостаточного освещения камеры и непроведении мероприятий по санитарной обработке помещения (л.д. 88-90 том 1). На основании апелляционного определения судебной коллегии по административным делам Свердловского областного суда от 11.10.2022 указанное решение суда, с уточнением размера взысканной компенсации морального вреда, вступило в законную силу (л.д. 91-92 том 1).

В ходе судебного заседания был допрошен свидетель ***., который пояснил, что прибыл в ФКУ ИК-13 для отбывания наказания ../../.... г. и убыл из данного учреждения ../../.... г.. По прибытии вместо карантинного отделения он был помещен в одну из камер помещения ШИЗО-ПКТ. Другие осужденные с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима, прибывавшие в ФКУ ИК-13, также размещались в камеры ШИЗО-ПКТ, так как других помещений для них не было. У них в камере был очень тусклый свет, антисанитарные условия, не было моющих средств, вода была только холодная, туалет никак не огорожен. Телевизор, радиоприемник отсутствовали, вместо кроватей были откидные полки, зоны отдыха не было. Пищу принимали в камере, на расстоянии менее метра от туалета, там же спали.

Согласно справке ФКУ ИК-13 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО1 был обеспечен вещевым довольствием – куртка х/б, брюки х/б, рубаха, кальсоны, майка, трусы, фуражка, ботинки, гигиенический набор, зубная щетка, сорочка, носки, тапочки, нательное утепленное белье, матрац, одеяло, подушка, простыня, наволочка, кровать, табурет, тумбочка (л.д. 125-126 том 1).

Согласно материалов надзорного производства № №..., при проведении проверки Нижнетагильской прокуратурой по надзору за исполнением законов в исправительных учреждениях установлено, что ФИО1 ../../.... г. получил костюм х/б, нательное белье х/б, майку, трусы, фуражку, ботинки, полотенце, зубную щетку, носки, сорочку, тапки. ../../.... г. он получил телогрейку, шапку зимнюю, нательное белье теплое (л.д. 69 том 2).

Также в ходе проведения вышеуказанной проверки было установлено, что в материалах личного дела осужденного ФИО1 отсутствует расписка об ознакомлении с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений до момента привлечения его к дисциплинарной ответственности ../../.... г. (л.д. 59-60 том 2).

Кроме того, судом установлено, что имеется вступившее в законную силу решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 19.02.2015 по гражданскому делу № 2-1/2015, которым установлено, что ../../.... г. ФИО1 обращался в медсанчасть за оказанием ему медицинской помощи в связи с зубной болью. Ему был удален (место расположения обезличено) зуб. Перед началам хирургического вмешательства врачом не была проведена диагностика заболевания, после хирургического вмешательства установлено недостаточное назначение медикаментозной терапии: лекарственных средств, физиотерапевтического лечения, отсутствовало наблюдение и местное лечение в послеоперационный период. В пользу ФИО1 в связи с данными недостатками оказанной медицинской помощи была взыскана компенсация морального вреда в сумме 50 000 руб. (л.д. 78-81 том 2).

Согласно копии медицинской карты ФИО1, первичный осмотр был проведен ../../.... г., диагноз – .... После этого ФИО1 обращался за медицинской помощью ../../.... г. с жалобами на потертость в области пяток, поставлен диагноз – ... (л.д. 108 том 2).

Учитывая вышеизложенное, доводы административного истца о допущенных в период с ../../.... г. по ../../.... г. со стороны ФКУ ИК-13 ГУФСИН России по Свердловской области нарушениях, связанных с необеспечением его постельными принадлежностями, индивидуальными средствами гигиены, отсутствием медицинского осмотра, не нашли своего подтверждения, опровергаются представленными в материалы доказательствами.

Доводы о ненадлежащей медицинской помощи, которая привела к потере зубов и необходимости длительного лечения после этого, судом не учитываются, так как по данному факту уже имеется вступившее в законную силу решение суда, которым в пользу административного истца взыскана компенсация морального вреда.

Доводы о том, что ФИО1 направили для отбывания наказания в ФКУ ИК-13 в нарушение ч. 4 ст. 73 УИК РФ, так как имелись исправительные учреждения с надлежащими условиями отбывания наказания для осужденных особого режима – бывших работников судов и правоохранительных органов – с наличием карантинного отделения, соответствующими жилищно-бытовыми и санитарными условиями, судом отклоняются.

Согласно ответа на запрос, ФИО1 прибыл в ФКУ ИК-13 ГУФСИН России по Свердловской области на основании указания ФСИН России, само указание направить невозможно в связи с истечением сроков хранения архивных документов (л.д. 98 том 2).

Таким образом, определение места отбывания наказания относилось к компетенции административного ответчика ФСИН России, принятое решение не являлось произвольным и соответствовало требованиям статьи 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.

Иные доводы, изложенные в административном иске, в частности о ненадлежащих санитарных условиях (наличии паразитов, отсутствии вентиляции, отсутствии водопровода с горячей водой, наличии не огороженного туалета, наличии слабого освещения), о нарушении нормы жилой площади, о не проведении в период карантина медицинской обработки и обследования, о не ознакомлении с порядком и условиями отбывания наказания, с правами и обязанностями, в ходе рассмотрения административного дела не опровергнуты административными ответчиками, в то время как истцом и по его ходатайствам были истребованы документы, подтверждающие данные факты.

Обязанность доказывать отсутствие нарушений установленных правил и норм в силу положений ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации возложена на административных ответчиков.

Соответственно, требования административного истца о компенсации морального вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания в исправительном учреждении подлежат частичному удовлетворению.

Определяя размер компенсации, суд учитывает конкретные обстоятельства дела, состояние здоровья и возраст административного истца, длительность его пребывания в ФКУ ИК-13 ГУФСИН России по Свердловской области, отсутствие наступления негативных последствий, и считает, что требования административного истца о присуждении компенсации подлежат частичному удовлетворению в размере 20 000 рублей. Суд полагает, что данный размер компенсации будет отвечать требованиям пропорциональности, справедливости и соразмерности, поскольку заявленный административным истцом размер компенсации суд полагает чрезмерно завышенным.

Доводы представителя административных ответчиков о пропуске административным истцом срока на обращение в суд с настоящим административным исковым заявлением не принимаются судом во внимание, поскольку к требованиям о взыскании компенсации морального вреда срок исковой давности не применяется, а иных требований административным истцом не заявлено.

Несмотря на то, что к участию в деле в качестве соответчика было привлечено ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 66 Федеральной службы исполнения наказаний», на момент отбывания административным истцом наказания в ФКУ ИК-13 ГУФСИН России по Свердловской области данного ответчика еще не существовало, поэтому какими-либо действиями (бездействиями) ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 66 Федеральной службы исполнения наказаний» права административного истца в части медицинской помощи нарушены не были.

В соответствии с частью 1 статьи 111 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Факт уплаты административным истцом государственной пошлины подтверждается чеком-ордером от ../../.... г. на сумму 300 руб.

Учитывая, что административное исковое заявление ФИО1 подлежит удовлетворению, судебные расходы, понесенные административным истцом и подтвержденные представленными доказательствами, должны быть возмещены административным ответчиком.

На основании статьи 112 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Если сторона, обязанная возместить расходы на оплату услуг представителя, освобождена от их возмещения, указанные расходы возмещаются за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета.

В пунктах 10 - 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием; недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, часть 4 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 4 статьи 2 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 3, 45 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статьи 2, 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги; при определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Из материалов дела следует, что в рамках административного дела ФИО1 оказывались юридические услуги со стороны АНО Центр правовой и социальной поддержки «Юридическая помощь» на основании соглашения об оказании правовой и представительской помощи от ../../.... г. (л.д. 121-122 том 2), и договора на оказание услуг от ../../.... г. с ООО Юридическая компания «ФЕМИДА» (л.д. 128-129 том 2).

В качестве доказательств оплаты представлены чек, квитанция, смета на сумму 12 500 руб. (л.д. 123-125 том 1), чек, квитанция, смета и акт на сумму 10 000 руб. (л.д. 130-133 том 2).

С учетом характера административного спора, предмета административного иска и существа принятого по административному делу решения, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу ФИО1 понесенных издержек, вызванных оплатой услуг представителя.

Учитывая правовую и фактическую сложность дела, продолжительность его рассмотрения судом, объем проделанной представителем работы, суд полагает необходимым уменьшить размер подлежащих взысканию судебных издержек в виде расходов на оплату услуг представителя до 9 700 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части административного иска отказать.

Решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с Федеральной службы исполнения наказаний в пользу ФИО1 судебные расходы в сумме 10 000 руб.

В удовлетворении остальной части заявления о взыскании судебных расходов отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Тагилстроевский районный суд г. Нижнего Тагила Свердловской области.

Судья А.В. Станевич