Судья суда 1-ой инстанции

Дело № 33-7518/2023

ФИО6

УИД 91RS0022-01-2022-000791-07

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Симферополь

7 сентября 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего судьи – судей –

Корбута А.О., ФИО7, ФИО8,

при секретаре –

ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО5, третьи лица: нотариус Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО1, нотариус Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО2, о признании завещания, договора дарения недействительными, по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Феодосийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ,

установила:

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратился в Феодосийский городской суд Республики Крым с исковым заявлением к ФИО5 о признании завещания, договора дарения недействительными.

Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ умерла тетя истца ФИО4, которая постоянно проживала и была зарегистрирована по адресу: <адрес>.

Истец указывал, что при обращении ДД.ММ.ГГГГ к нотариусу Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО1 с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО4, ему стало известно о том, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 составила завещание, согласно которому все свое имущество, которое на день ее смерти окажется ей принадлежащим, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно не находилось, она завещала внучатому племяннику ответчику ФИО5 (сыну истца), указанное завещание удостоверено нотариусом Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО2 и зарегистрировано в реестре за №.

Также истцу стало известно, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4, и ответчиком, как одаряемым, заключен договор дарения 1/2 доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, удостоверенный нотариусом Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО2, зарегистрированный в реестре за №.

Истец полагал, что данные завещание и договор дарения являются недействительными, поскольку в силу имевшихся у ФИО4 ряда заболеваний, а также употребления ею при жизни постоянно в течение многих лет алкогольных напитков, она, на момент их совершения, не была способна понимать значение своих действий и руководить ими.

При этом истец отмечал, что умершая ФИО4 с ответчиком (его сыном) не поддерживала отношений, не общалась с ним. У ФИО4 не было своей семьи, истец был единственным близким ей человеком, ФИО4 относилась к истцу как к сыну, они постоянно поддерживали отношения.

Кроме того, истец ссылался на то, что именно он осуществлял уход за ФИО4, хоронил ее, а его сын – ответчик по делу, участия ни в чем не принимал, на похороны не приезжал. После смерти ФИО4 от ее соседей и знакомых истцу стало известно, что ФИО4 неоднократно говорила, что принадлежащую ей квартиру она отписала истцу.

Истец просил:

- признать недействительным договор дарения, согласно которому ФИО4 в 2020 г. подарила 1/2 доли <адрес> в <адрес> ФИО5, что является основанием для отмены регистрации права собственности ФИО5 на данную квартиру;

- признать недействительным завещание, составленное в 2020 году от имени ФИО4 в пользу ФИО5

Решением Феодосийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с указанным решением суда, ФИО3 подал апелляционную жалобу, в которой просит решение Феодосийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ отменить и принять новое решение.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с выводами проведенных по делу посмертной судебно-психиатрических экспертиз относительно психического состояния ФИО4 на день оформления завещания.

Апеллянт указывает, что для правильного разрешения спора необходимо было назначить повторную комплексную комиссионную судебно-психиатрическую экспертизу с привлечением специалиста в области патологии сосудов головного мозга.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчика ФИО5 – ФИО10 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы и просил решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Учитывая, что все лица, участвующие в деле извещены судом апелляционной инстанции о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, не ходатайствовали об отложении слушания дела, на основании ч. 3, 4 ст. 167, ч. 1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения апелляционной жалобы при установленной явке.

Заслушав доклад судьи Корбута А.О., изучив в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, выслушав пояснения представителя ответчика, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебном решении» № 23 от 19 декабря 2003 года, решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Обжалуемое решение суда первой инстанции, по мнению судебной коллегии, соответствует изложенным требованиям.

В соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие нарушения судом первой инстанции при рассмотрении дела допущены не были.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом первой инстанции установлено, а материалами дела подтверждено, что ФИО4, при жизни, на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу: <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 составила завещание, согласно которому все свое имущество, которое на день ее смерти окажется ей принадлежащим, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно не находилось, она завещала ФИО5, указанное завещание удостоверено нотариусом Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО2 и зарегистрировано в реестре за №.

ФИО5 приходился ФИО4 внучатым племянником.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4, как дарителем и ФИО5, как одаряемым, был заключен договор дарения, по условиям которого даритель безвозмездно передала в собственность одаряемого 1/2 долю принадлежащей ей на праве собственности квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, указанный договор дарения удостоверен нотариусом Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО2 и зарегистрирован в реестре за №.

На основании данного договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, за ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ в Государственном комитете по государственной регистрации и кадастру Республики Крым зарегистрировано право общей долевой собственности на 1/2 долю квартиры площадью 44,9 кв.м с кадастровым номером №, расположенной по адресу: <адрес>.

Право общей долевой собственности на иную 1/2 долю квартиры площадью 44,9 кв.м с кадастровым номером №, расположенной по адресу: <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано в Государственном комитете по государственной регистрации и кадастру Республики Крым за ФИО4.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 умерла, о чем ДД.ММ.ГГГГ составлена запись акта о смерти № (свидетельство смерти I-АЯ №, выданное ДД.ММ.ГГГГ 99100013 Феодосийским городским отделом записи актов гражданского состояния Департамента записи актов гражданского состояния Министерства юстиции Республики Крым).

После смерти ФИО4, умершей ДД.ММ.ГГГГ, нотариусом Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО1 заведено наследственное дело №.

Как следует из материалов наследственного дела № после смерти ФИО4, умершей ДД.ММ.ГГГГ, в установленный законом срок, с заявлениями о принятии наследства обратились ее племянник – ФИО3 (истец по делу) и ее внучатый племянник (сын истца) – ФИО5 – наследник по завещанию (ответчик по делу).

По информации Обособленного структурного подразделения «Городская психоневрологическая больница» Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Крым «Феодосийский медицинский центр» за исх. № от ДД.ММ.ГГГГ и за исх. № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно учетно-отчетной медицинской документации ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживавшая по адресу: <адрес>, на учете у врача-психиатра и врача психиатра-нарколога не состояла; на лечении в стационарном отделении в Обособленном структурном подразделении «Городская психоневрологическая больница» не находилась, за медицинской помощью к врачу-психиатру и врачу психиатру-наркологу в поликлиническое отделение не обращалась.

Как следует из справки-характеристики, выданной ДД.ММ.ГГГГ ст. УУП ОУУП и ПДН ОМВД России по <адрес> подполковником полиции ФИО11, на ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживавшую по адресу: <адрес>, ФИО4 проживала по указанному адресу самостоятельно долгое время. За время проживания по данному адресу ФИО4 характеризовалась удовлетворительно. ФИО4, со слов соседей, не была склонна к нарушению общественного порядка и злоупотреблению алкогольных напитков. ФИО4 к административной и уголовной ответственности не привлекалась, в связи с чем, на учете УУП № ОМВД России по <адрес> не состояла.

В связи с заявленным истцом ходатайством о назначении посмертной судебно-психиатрической экспертизы с целью выяснения психического состояния ФИО4, умершей ДД.ММ.ГГГГ, на момент составления ею завещания – ДД.ММ.ГГГГ и заключения ею договора дарения – ДД.ММ.ГГГГ, определением Феодосийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению посмертной судебно-психиатрической экспертизы, составленному Государственным бюджетным учреждением здравоохранения Республики Крым «Крымская Республиканская клиническая психиатрическая больница № им. ФИО12» № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненному экспертами ФИО13, ФИО14 и ФИО15, комиссия экспертов пришла к выводу, что ответить на вопрос: «В каком психическом состоянии находилась ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершая ДД.ММ.ГГГГ, на момент составления завещания – ДД.ММ.ГГГГ и заключения договора дарения – ДД.ММ.ГГГГ, понимала ли она значение своих действий и могла ли руководить ими?» не представляется возможным ввиду противоречивости предоставленных сведений и сложности экспертного случая.

Истец ФИО3, ссылаясь на положения части 2 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с возникшими сомнениями в правильности и обоснованности заключения посмертной судебно-психиатрической экспертизы, составленного Государственным бюджетным учреждением здравоохранения Республики Крым «Крымская Республиканская клиническая психиатрическая больница № им. ФИО12» № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного экспертами ФИО13, ФИО14 и ФИО15, указав, что эксперты не дали ответ на поставленный вопрос, заявил ходатайство о назначении повторной посмертной судебно-психиатрической экспертизы.

Определением Феодосийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ назначена повторная посмертная судебно-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению посмертной судебной психиатрической повторной экспертизы, составленному комиссией судебно-психиатрических экспертов Санкт-Петербургского Государственного казенного учреждения здравоохранения «Городская психиатрическая больница № (стационар с диспансером)» № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненному экспертами ФИО16, ФИО17 и ФИО18, ФИО4 на момент составления завещания – ДД.ММ.ГГГГ и заключения договора дарения – ДД.ММ.ГГГГ обнаруживала признаки органического эмоционально-лабильного (астенического) расстройства сосудистого генеза (Шифр F06.61) (ответ на вопрос №).

Как следует из медицинской документации и материалов дела, она с 1982 года при наблюдении в поликлинике по месту жительства предъявляла жалобы на головокружение, головную боль, общую слабость, полуобморочные состояния, бессонницу, беспокойство. Ей диагностировалась гипертоническая болезнь.

На юридически значимые периоды времени ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ каких-либо данных о наличии у ФИО4 психических нарушений (когнитивного, интеллектуально-мнестического снижения) медицинская документация не содержит. Представленные на флэш-карте видеозаписи от 2017 и 2021 годов информации на юридически значимые периоды 2020 года не содержат. Показания свидетелей носят разноречивый характер и в обоснование экспертного решения взяты быть не могут.

Как следует из медицинской документации и материалов дела, выраженные психические нарушения у ФИО4 были диагностированы лишь в период преходящих нарушений мозгового кровообращения в 2021 году.

Таким образом, на период составления завещания ДД.ММ.ГГГГ и договора дарения ДД.ММ.ГГГГ имевшееся у ФИО4 органическое эмоционально-лабильное (астеническое) расстройство, назначаемые ей медицинские препараты в терапевтических дозах не лишали способности ФИО4 понимать значение своих действий и руководить ими (ответ на вопрос №).

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, оценив в совокупности имеющиеся доказательства, в том числе и заключение экспертов №.2829.1 от ДД.ММ.ГГГГ, по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом фактических обстоятельств дела, пришел к выводу о том, что наследодатель по своему психическому состоянию при составлении и подписании завещания и договора дарения могла понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем не нашел правовых оснований для признания оспариваемого завещания и договора недействительными.

С такими выводами суда первой инстанции соглашается судебная коллегия и считает, что они соответствуют обстоятельствам дела и сделаны с соблюдением норм материального и процессуального права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений данного кодекса, влекущем за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Положениями пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного неспособность наследодателя в момент составления завещания и выдачи доверенностей понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания и доверенностей недействительными, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания и выдачи доверенностей, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

В силу части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 названного кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

В соответствии с частью 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

С учетом изложенных норм права заключение экспертизы не обязательно, но должно оцениваться не произвольно, а в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами.

По мнению суда апелляционной инстанции, заключение посмертной судебной психиатрической повторной экспертизы, составленное комиссией судебно-психиатрических экспертов Санкт-Петербургского Государственного казенного учреждения здравоохранения «Городская психиатрическая больница № (стационар с диспансером)» от ДД.ММ.ГГГГ № соответствует требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и ст. ст. 4, 8, 16, 25 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», выводы, содержащиеся в заключении комиссии экспертов, сомнений не вызывают.

Данное экспертное заключение достаточно полно и ясно по своему содержанию, в связи с чем не имеется сомнений в правильности и обоснованности данного заключения. Кроме того, выводы экспертного заключения не носят вероятностный характер, в связи с чем суд обоснованно принял данное заключение в качестве относимого и допустимого доказательства по делу.

Проверяя доводы апелляционной жалобы о том, что для правильного разрешения спора необходимо было назначить повторную комплексную комиссионную судебно-психиатрическую экспертизу с привлечением специалиста в области патологии сосудов головного мозга, судебная коллегия находит их несостоятельными, поскольку в рассматриваемом случае отказ в назначении повторной экспертизы судом обусловлен отсутствием предусмотренных частью 2 статьи 87 ГПК РФ оснований, при этом несогласие с результатом экспертизы само по себе не свидетельствует о недостоверности заключения.

Действующее гражданское процессуальное законодательство относит к прерогативе судов оценку относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности.

Суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал и оценил представленные доказательства, установил имеющие значение для дела фактические обстоятельства, правильно применил нормы права.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы о том, что судом нарушены нормы материального и процессуального права, подлежат отклонению как основанные на ошибочном понимании указанных норм.

При таких обстоятельствах оснований к отмене решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Феодосийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ – оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано в течение трех месяцев в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий

Судьи