Дело №а-437/2023
24RS0№-51
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ Р.Ф.
13 февраля 2023 года <адрес>
Железнодорожный районный суд <адрес> в составе:
председательствующего судьи Каплеева В.А.,
при секретаре Ельцове И.А.,
с участием административного истца ФИО1 (посредством видеоконференцсвязи),
представителя административного ответчика ФКЛПУ КТБ-1 ГУФСИН Р. по <адрес> ФИО2,
представителя административных соответчиков Ф.Р., ФКУЗ МСЧ-24 Ф.Р., также являющейся представителем заинтересованного лица ГУФСИН Р. по <адрес> ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Ф.Р., ФКЛПУ КТБ-1 ГУФСИН Р. по <адрес>, ФКУЗ МСЧ-24 Ф.Р. об оспаривании содержания в психоневрологическом отделении КТБ-1, взыскании компенсации,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с административным иском к ФКЛПУ КТБ-1 ГУФСИН Р. по <адрес> об оспаривании действий, взыскании компенсации. В обоснование требований указал, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержался в ФКЛПУ КТБ-1 ГУФСИН Р. по <адрес> в психоневрологическом отделении без соответствующего постановления суда вопреки требованиям закона. До того никаких действий, создающих угрозу своей жизни и здоровью, либо другим лицам, не совершал. Несмотря на это, к нему применяли медицинские меры принудительного характера, поили психотропными препаратами и ставили уколы, в результате чего административный истец испытывал боль, физические и психологические страдания. Кроме того, в этот период он содержался в бесчеловечных условиях: в палатах содержалось по 12 человек на 20 кв.м., были двухярусные кровати, индивидуальные гигиенические наборы не выдавались. Пищу принимали прямо в палатах, сидя на кроватях. На ночь палаты закрывались на замок, в палаты выдавались пластиковые бутылки для отправления естественных надобностей, в ночное время из палат в туалет не выпускали. Ежедневная прогулка не предоставлялась. В совокупности с принимаемыми препаратами для истца были созданы условия, унижающие его честь и достоинство. В выписном эпикризе указана информация, не соответствующая действительности, о том, что якобы истец был судим по ст. 105 УК РФ на 15 лет. Административный истец просит взыскать с административного ответчика денежную компенсацию в размере 666 666 руб., обосновывая требования тем, что побывал в невыносимых и дьявольских условиях.
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ административный иск принят к производству, к участию в деле в качестве административных ответчиков привлечены Ф.Р. и ФКУЗ МСЧ-24 Ф.Р., в качестве заинтересованного лица – ГУФСИН Р. по <адрес>.
Административный истец ФИО1, участвующий в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи, доводы административного искового заявления поддержал. Суду пояснил, что в период нахождения в ФКУ ИК-5 он активно отстаивал свои права, писал множество обращений и жалоб. В качестве ответной меры ДД.ММ.ГГГГ его признали злостным нарушителем порядка отбывания наказания и в этот же день в качестве дополнительного наказания отправили в психоневрологическое отделение. Лечили его там недобровольно, волеизъявления на лечения он не давал. Просил учесть, что даже в выписном эпикризе указано, что он отказывался от лечения. К нему применяли принудительные меры медицинского характера, «вкалывали» психотропные препараты. На двери его палаты находилась решетка, которую на ночь закрывали другие осужденные, работающие в КТБ в качестве санитаров, и выдавали бутылки для отправления естественных надобностей. В период содержания в КТБ он находился в нескольких палатах. Все палаты были одинаковые, в каждой из них находилось 12 человек, стояли двухъярусные кровати. В той палате, фотографии которой представлены суду, он не находился, в ней имеется зеркало, а в его палаты зеркало давали только 2 раза в день в пользование.
На вопросы суда административный истец пояснил, что действительно перед направление в КТБ-1 объявлял голодовку, но делал это осознано и добровольно, в качестве знака протеста на действия ИК-5. Он подал заявление о голодовке и объяснил сотрудникам учреждения, почему это сделал. Голодал всего 4 дня, угрозы его жизни при этом не было. Самоповреждения не наносил и не угрожал их нанести, такие случаи были в 2006 году, когда он отбывал наказание в воспитательной колонии. Не обратился в суд в 3-месячный срок, поскольку после возвращения в ИК-5 некоторое время «отходил» от тяжелых медицинских препаратов, потом в мае 2022 года прочитал УПК и понял, что его принудительно лечили незаконно.
Представитель административных соответчиков Ф.Р., ФКУЗ МСЧ-24 Ф.Р. и заинтересованного лица ГУФСИН Р. по <адрес> ФИО3 против удовлетворения иска возражала, поддержала доводы отзыва. Пояснила, что административный истец проходил лечение в соответствие с Федеральным законом «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», не принудительно, а на основе добровольного информированного согласия. Госпитализировался в ТБ-1 экстренно, потому что отказывался от приема пищи, угрожал самоповреждением, что является экстренным основанием для госпитализации, с такими показаниями в психоневрологическом отделении лечат и других осужденных. Если бы административный истец в ходе лечения отказался бы от всех видов медицинских вмешательств, он был бы возвращен в ФКУ ИК-5, но таких заявлений административный истец не делал.
В письменных возражениях на административный иск представитель ФКУЗ МСЧ-24 Ф.Р. также указала, что осужденный ФИО1 находился под наблюдением медицинских работников филиала «Медицинская часть №» ФКУЗ МСЧ- 24 Ф.Р. (МЧ-13).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осмотрен врачом-психиатром МЧ-13 в связи с объявлением голодовки (5 дней), аутоагрессией, от лечения в условиях стационара МЧ-13 отказался. В связи с длительностью голодовки, опасностью критического ухудшения соматического, психического состояния, угрозой суицида и самопорезами в экстренном порядке направлен в филиал «Туберкулезная больница №» ФКУЗ МСЧ-24 Ф.Р. (ТБ-1) с диагнозом «эмоционально-неустойчивое расстройство личности, импульсивный тип. Демонстративно-шантажное поведение».
ДД.ММ.ГГГГ истец был этапирован в ТБ-1, при поступлении в соответствии со ст. 20 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» больному в доступной форме было разъяснено о целях, методах оказания медицинской помощи, связанных с ними рисках, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи. Пациент в установленном дал информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство. Был госпитализирован в психиатрическое отделение. Лечение в стационаре назначено согласно клиническим рекомендациям «Специфические расстройства личности», утв. Министерством здравоохранения РФ ДД.ММ.ГГГГ.
Истец намеренно вводит суд в заблуждение, так как требования, изложенные в исковом заявлении, опровергаются данными медицинской документации. Права и законные интересы ФИО1 не были нарушены действиями сотрудников МСЧ-24, к полномочиям которых отнесено оказание медицинской помощи, действия сотрудников соответствуют действующему законодательству, не нарушают прав и законных интересов ФИО1, каких-либо незаконных действий сотрудниками МСЧ-24 в отношении истца допущено не было, в связи с чем, исковое заявление ФИО1 является необоснованным и несостоятельным.
Представитель административного ответчика ФКЛПУ КТБ-1 ГУФСИН Р. по <адрес> ФИО2 против удовлетворения иска возражала, поддержав доводы отзыва. Пояснила, что требования нормативных правовых актов при принудительном содержании ФИО1 не были нарушены. Вопреки представлению прокурора, доказательствами подтверждается, что в палате, где тот содержался, не было допущено превышение допустимой наполняемости.
В письменном отзыве указала, что осужденный ФИО1 прибыл ДД.ММ.ГГГГ в ФКЛПУ КТБ-1 ГУФСИН Р. но <адрес> для прохождения лечения в филиале «Туберкулезная больница №» ФКУЗ МСЧ-24 Ф.Р. в связи с имеющейся заболеванием. После проведения медицинского осмотра сотрудниками МСЧ-24 согласно имеющегося заболевания распределён в психоневрологическое отделение (ПНО) в палату №.
Психоневрологическое отделение размещено на 2-м этаже 4-этажного лечебного корпуса, имеет 80 койко-мест. Палата № имеет площадь 20,2 кв.м., рассчитана на 4 спальных места, в палате установлено 4 тумбочки, 4 односпальных кровати, 4 табурета, палата оборудована раковинами для умывания с холодной и горячей водой, имеет окно размером 2,0м.х1,7 м., посредством которого производится естественная вентиляция. Лечебное отделение имеет санитарный узел с унитазами и чашами генуа, запирающими устройствами не оборудован. Палаты психоневрологического отделения запирающими устройствами не оборудованы. В любое время суток осужденные имеют возможность беспрепятственно перемещаться по лечебному отделению, в том числе посещать туалет для отправления естественных потребностей. В лечебном отделении имеется комната для раздачи и приема пищи, которая оборудована столами и табуретами в необходимом количестве, навесными шкафами, электроплитой, раковинами для ручной мойки посуды, сушильными шкафами и. т.д. Для хранения продуктов питания установлен холодильник, который находится в исправном состоянии.
Переоборудование палат психоневрологического отделения не проводилось. Нормативы обеспечения жилой площадью осужденных в палатах, в том числе палате №, соответствуют норме жилой площади, установленной ст. 99 УИК РФ, в расчете 5 кв.м. на одного осужденного. Доводы истца о содержании совместно с 12-тью осужденными в палате площадью 20,2 м2 и расположении в палате двухъярусных кроватей выдуманы и ничем не подтверждены, так как двухъярусные кровати не предусмотрены в данном отделении. Прогулки ФИО1 предоставлялись ежедневно согласно графика вывода осужденных на прогулку, продолжительностью 1 час, что подтверждается справкой начальника отдела безопасности. В соответствии с требованиями приказа МЮ РФ от 17.06.2013г. № срок хранения архива видеонаблюдения с видеокамер составляет 30 суток. В больницах, имеющих в своей структуре психиатрические и инфекционные отделения (палаты), устанавливается режим, обеспечивающий соответствующую изоляцию и надзор за поведением этой категории больных. Действия КТБ соответствуют действующему законодательству, не нарушают прав и законных интересов ФИО1, каких-либо незаконных действий сотрудниками КТБ в отношении ФИО1 допущено не было, в связи с чем административное исковое заявление ФИО1 является необоснованным.
Суд, выслушав пояснения сторон административного дела, исследовав материалы дела, приходит к следующему.
В соответствии с ч. 1 ст. 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.
Согласно ч. 2 ст. 227 КАС РФ по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, судом принимается одно из следующих решений: об удовлетворении полностью или в части заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными, если суд признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и об обязанности административного ответчика устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление; об отказе в удовлетворении заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными.
В соответствии с ч. 8 ст. 226 КАС РФ, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд проверяет законность решения, действия (бездействия) в части, которая оспаривается, и в отношении лица, которое является административным истцом, или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление. При проверке законности этих решений, действий (бездействия) суд не связан основаниями и доводами, содержащимися в административном исковом заявлении о признании незаконными решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, и выясняет обстоятельства, указанные в частях 9 и 10 данной статьи, в полном объеме.
Согласно ч. 9 ст. 226 КАС РФ, если иное не предусмотрено КАС РФ, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет: нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лица, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление; соблюдены ли сроки обращения в суд; соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения; соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающие а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействие); б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами.
В силу ч. 11 ст. 226 КАС РФ, обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 данной статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 данной статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенных государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).
Согласно ч.ч. 1, 5 ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении. При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 данной статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.
В соответствии со ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией.
Права и свободы человека и гражданина в силу ст. 18 Конституции Российской Федерации являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.
В соответствии со ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.
Положениями частей 1-2 статьи 12.1 УИК РФ предусмотрено, что лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение. Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.
Согласно разъяснениям, данным в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.
Как разъяснено в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации. В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).
Разрешая требования административного истца о нарушении его прав при оказании медицинской помощи, суд учитывает следующее.
В силу ч. 6 ст. 12 УИК РФ осужденные имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения. Частями 1, 2, 5 статьи 101 УИК РФ предусмотрено, что лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации. В уголовно-исполнительной системе для медицинского обслуживания осужденных организуются лечебно-профилактические учреждения (больницы, специальные психиатрические и туберкулезные больницы) и медицинские части, а для содержания и амбулаторного лечения осужденных, больных открытой формой туберкулеза, алкоголизмом и наркоманией, - лечебные исправительные учреждения. Порядок оказания осужденным медицинской помощи, организации и проведения санитарного надзора, использования лечебно-профилактических и санитарно-профилактических учреждений органов здравоохранения и привлечения для этих целей их медицинского персонала устанавливается законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, и федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения.
В силу требований статей 18, 19 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», каждый имеет право на охрану здоровья и на медицинскую помощь. Пациент имеет право, в том числе: на профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям; получение консультаций врачей-специалистов; на отказ от медицинского вмешательства.
Положениями частей 1, 4, 9, 10 статьи 20 данного Федерального закона предусмотрено, что необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи.
При отказе от медицинского вмешательства гражданину, одному из родителей или иному законному представителю лица, указанного в части 2 данной статьи, в доступной для него форме должны быть разъяснены возможные последствия такого отказа.
Медицинское вмешательство без согласия гражданина, одного из родителей или иного законного представителя допускается: 1) если медицинское вмешательство необходимо по экстренным показаниям для устранения угрозы жизни человека и если его состояние не позволяет выразить свою волю или отсутствуют законные представители (в отношении лиц, указанных в части 2 данной статьи); 2) в отношении лиц, страдающих заболеваниями, представляющими опасность для окружающих; 3) в отношении лиц, страдающих тяжелыми психическими расстройствами; 4) в отношении лиц, совершивших общественно опасные деяния (преступления); 5) при проведении судебно-медицинской экспертизы и (или) судебно-психиатрической экспертизы; 6) при оказании паллиативной медицинской помощи, если состояние гражданина не позволяет выразить ему свою волю и отсутствует законный представитель.
Решение о медицинском вмешательстве без согласия гражданина, одного из родителей или иного законного представителя принимается: в отношении лиц, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 данной статьи, - судом в случаях и в порядке, которые установлены законодательством Российской Федерации.
В силу положений пунктов 1, 3 статьи 4 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» психиатрическая помощь оказывается при добровольном обращении лица и при наличии его информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство, за исключением случаев, предусмотренных данным Законом.
Лицо, обратившееся за оказанием психиатрической помощи, один из родителей или иной законный представитель лица, указанного в части второй настоящей статьи, имеют право отказаться от медицинского вмешательства или потребовать его прекращения, за исключением случаев, установленных настоящим Законом.
Пунктом 2 статьи 5 данного Закона РФ предусмотрено, что все лица, страдающие психическими расстройствами, при оказании им психиатрической помощи имеют право на предварительное согласие и отказ на любой стадии от использования в качестве объекта испытаний методов профилактики, диагностики, лечения и медицинской реабилитации, лекарственных препаратов для медицинского применения, специализированных продуктов лечебного питания и медицинских изделий, научных исследований или обучения, от фото-, видео- или киносъемки.
Согласно ч. 1 ст. 26 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» лица, задержанные, заключенные под стражу, имеют право на оказание медицинской помощи в соответствии с законодательством Российской Федерации.
Порядок оказания медицинской помощи в названный период времени регламентировался Порядком организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утв. Приказом Минюста Р. от ДД.ММ.ГГГГ № (далее - Порядок).
Как установлено п. 2 Порядка, оказание медицинской помощи лицам, заключенным под стражу, или осужденным осуществляется структурными подразделениями (филиалами) медицинских организаций, подведомственных Ф.Р., и СИЗО УИС, подчиненных непосредственно Ф.Р., а при невозможности оказания медицинской помощи в медицинских организациях УИС - в иных медицинских организациях государственной и муниципальной системы здравоохранения.
В силу п.п. 5, 9 Порядка, осужденные направляются в медицинские организации УИС для оказания медицинской помощи в стационарных условиях. В случае невозможности оказания медицинской помощи в одном из структурных подразделений медицинской организации УИС лица, заключенные под стражу, или осужденные направляются в иные структурные подразделения медицинской организации УИС или медицинские организации, где такая медицинская помощь может быть оказана.
Пунктом 17 Порядка предусмотрено, что при обострении (декомпенсации) психического расстройства у лица, содержащегося под стражей, или осужденного, он направляется для оказания медицинской помощи в стационарных условиях в специализированную больницу медицинской организации УИС или медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях. После завершения лечения лицо, содержащееся под стражей, или осужденный по прибытии в учреждение УИС осматривается врачом-психиатром.
В случаях, когда психическое состояние лица, заключенного под стражу, или осужденного представляет непосредственную опасность для себя или окружающих, медицинская помощь оказывается врачом-психиатром медицинской организации УИС или медицинской организации до прибытия бригады скорой медицинской помощи или госпитализации указанного выше лица в специализированную больницу или медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях.
В соответствии с пунктами 123, 124 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста Р. от ДД.ММ.ГГГГ № (далее – Правила внутреннего распорядка, в настоящее время утратили силу, но действовали на момент рассматриваемых событий), лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации. В исправительном учреждении осуществляется: медицинское обследование и наблюдение осужденных в целях профилактики у них заболеваний, диспансерный учет, наблюдение и лечение, а также определение их трудоспособности.
Справкой по личному делу подтверждается, что ФИО1, осужденный приговором Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ к лишению свободы на срок 5 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, отбывает наказание в ФКУ ИК-5 ГУФСИН Р. по <адрес> (далее также ФКУ ИК-5).
Представленным приговором от ДД.ММ.ГГГГ подтверждено, что согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы ФИО1 психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, не страдал и не страдает. У него обнаруживается эмоционально-неустойчивое расстройство личности, осложненное зависимостью от алкоголя средней стадии. Во время деяния, в котором обвиняется, мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих деяний и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. На момент проведения экспертизы может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. Нуждается в применении лечения и медицинской реабилитации от алкоголизма.
ФКУЗ МСЧ-24 Ф.Р. является медицинской организацией, подведомственной Ф.Р., подчиненной непосредственно Ф.Р.. К числу филиалов ФКУЗ МСЧ-24 относится филиал медицинская часть № (МЧ-13), осуществляющий медицинское обслуживание осужденных, содержащихся в ФКУ ИК-5, и филиал Туберкулезная больница № (ТБ-1), осуществляющий медицинское обслуживание осужденных, переведенных в ФКЛПУ КТБ-1 ГУФСИН Р. по <адрес> для обследования и лечения.
№
Согласно историй болезни (результаты осмотра врача-психиатр) истец жалоб при поступлении не предъявлял.
Врачом-психиатром описано следующее состояние административного истца при поступлении: №
№.
ДД.ММ.ГГГГ у административного истца врачом-психиатром отобрано информированное добровольное согласие на все виды медицинских вмешательств (без приведения конкретных видов вмешательств). Административный истец факт подписания такого документа не отрицал.
В истории болезни приведены результаты проведенных медицинских обследования – №
№
№
№
№
№
№
№
№
№
№
№
№
№
При разрешении требования административного истца в данной части, суд также учитывает разъяснения, приведенные в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания»: при рассмотрении административных дел, связанных с непредоставлением или ненадлежащим оказанием лишенному свободы лицу медицинской помощи, судам с учетом конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь следует принимать во внимание законодательство об охране здоровья граждан, а также исходить из того, что качество необходимого медицинского обслуживания, предоставляемого в местах принудительного содержания, должно быть надлежащего уровня с учетом режима мест принудительного содержания и соответствовать порядкам оказания медицинской помощи, обязательным для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, и стандартам медицинской помощи. Суд, оценивая соответствие медицинского обслуживания лишенных свободы лиц установленным требованиям, с учетом принципов охраны здоровья граждан может принимать во внимание, в частности, доступность такого обслуживания (обеспеченность лекарственными препаратами с надлежащими сроками годности), своевременность, правильность диагностики, тождественность оказания медицинской помощи состоянию здоровья, лечебную и профилактическую направленность, последовательность, регулярность и непрерывность лечения, конфиденциальность, информированность пациента, документированность, профессиональную компетентность медицинских работников, обеспечение лишенного свободы лица техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида.
Оценив доказательства, применив приведенные правовые нормы, суд приходит к выводу, что административные ответчики не доказали соблюдение в отношении административного истца требований ст. 4 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» о добровольном оказании медицинской помощи в части предоставления права административному истцу отказаться от медицинского вмешательства или потребовать его прекращения.
Из материалов административного дела следует, что административный истец помещался в организацию, оказывающую психиатрическую помощь, без соответствующего решения суда, вынесенного в порядке УПК РФ или КАС РФ. Следовательно, административный истец не был ограничен в возможности в любое время отказаться от медицинского вмешательства.
Из материалов дела следует, что административный истец действительно при поступлении дал свое согласие на медицинское вмешательство, однако весь период нахождения на лечении ТБ-1 прямо и недвусмысленно требовал от сотрудников организации прекращения лечения, причем не только устно: в медицинской карте отражено, что ФИО1 «исподтишка» писал жалобы на врачей, требуя выписки. При таких обстоятельствах суд не может согласиться с возражениями административного ответчика о том, что ФИО1 проходил психиатрическое лечение исключительно добровольно и от него не отказывался.
В материалы дела действительно не представлено письменного отказа административного истца от медицинского вмешательства по форме приложения № к Приказу Минздрава Р. от ДД.ММ.ГГГГ №н. Вместе с тем, административный ответчик не доказал, что у административного истца вообще имелась соответствующая возможность, что ему хотя бы раз за период лечения в понятной для пациента форме разъяснялась необходимость написания письменного заявления или предлагался бланк такого заявления. В записях в медицинской карте отказы административного истца прокомментированы записями врача-психиатра о том, что тот разъясняет необходимость лечения, но нигде не приведены сведения, что ФИО1 после своих требований выписки отказался подписывать письменный отказ от медицинских вмешательств, или что ему была предоставлена такая возможность.
При оценке доказательств по данному делу следует учитывать, что несмотря на то, что в данном случае рассматривается вопрос оказания медицинской помощи, должностные лица медицинской части исправительных учреждений наделены властными полномочиями, реализуют административные и иные публично-властные полномочия по исполнению и применению законов в сфере охраны здоровья в отношении лиц, находящихся в местах лишения свободы, то есть правоотношения, возникающие в связи с необходимостью предоставления административному истцу медицинской помощи не основаны на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности. Ввиду изложенного, именно административный ответчик должен доказать достаточными и достоверными доказательствами то, что права административного истца при оказании психиатрической медицинской помощи не были нарушены, и у него имелась возможность их реализации. С учетом такого очевидного нежелания административного истца получать оказываемую ему психиатрическую помощь, с учетом того, что административный истец лишен возможности подать заявление об отказе от медицинского вмешательства, минуя самого административного ответчика, одна лишь только ссылка на отсутствие письменного заявления не может являться доказательством соблюдения вышеприведенных прав административного истца.
Наконец, суд считает необходимым отметить, что административными ответчиками в качестве повода для экстренной госпитализации ФИО1 в психоневрологическое отделение обозначена в медицинской документации не необходимость сокращения количества его жалоб и обращений, а угроза для здоровья по причине голодовки, возможности суицида. Вместе с тем, из записей об осмотрах врача-психиатра следует, что большая часть наблюдения и бесед с пациентом сводилась тем или иным образом к количеству написанных ФИО1 жалоб на администрацию ФКУ ИК-5, к критике ФИО1 собственного поведения относительно написания им большого количества жалоб, как будто должностными лицами даже не бралось в расчет, что такие жалобы могли быть и обоснованными. В записях врача-психиатра анализ аутоагрессивного поведения, суицидальных намерений у административного истца, что и служило поводом для его экстренной госпитализации, отсутствует вовсе.
При анализе доказанности нарушения прав административного истца в оспариваемой части суд учитывает, что последствия оспариваемых административным истцом действий заключаются не только в переводе его в больничную палату, но и в применении нейролептиков, указанных в листе назначений, что прямо затрагивает его психическое состояние. С учетом разъяснений, приведенных в Обзоре практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека № (2020), утв. Верховным судом Российской Федерации, помещение в психиатрическое учреждение и проведение лечения в нем против воли пациента представляет собой одну из форм лишения свободы и подпадает под сферу действия положений статьи 9 Международного пакта о гражданских и политических правах. Недобровольная госпитализация может применяться лишь в качестве крайней меры и в течение как можно более короткого периода времени, и должна подкрепляться надлежащими процессуальными и материальными гарантиями, установленными законом. Процедуры должны обеспечивать уважение мнений лица, а также обеспечивать, чтобы любые его представители действительно представляли и защищали чаяния и интересы данного лица.
С учетом характера лечения, оказываемого административному истцу, суд признает, что действия ФКУЗ МСЧ-24, связанные с оказанием медицинской помощи ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, являлись незаконными, что повлекло нарушение его личных неимущественных прав.
Разрешая требования административного истца об оспаривании условий содержания в ФКЛПУ КТБ-1 ГУФСИН Р. по <адрес> (далее также ФКЛПУ КТБ-1), суд учитывает следующее.
В соответствии с ч. 4 ст. 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации права и обязанности осужденных определяются УИК РФ исходя из порядка и условий отбывания конкретного вида наказания.
Согласно части 9 статьи 16 УИК РФ наказание в виде лишения свободы исполняется колонией-поселением, воспитательной колонией, лечебным исправительным учреждением, исправительной колонией общего, строгого или особого режима либо тюрьмой, а в отношении лиц, указанных в статье 77 УИК РФ, следственным изолятором.
Основные положения материально-бытового обеспечения осужденных регламентируются статьей 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.
В силу частей 1-2 статьи 99 УИК РФ норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров.
Осужденным предоставляются индивидуальные спальные места и постельные принадлежности. Они обеспечиваются одеждой по сезону с учетом пола и климатических условий, индивидуальными средствами гигиены (как минимум мылом, зубной щеткой, зубной пастой (зубным порошком), туалетной бумагой, одноразовыми бритвами (для мужчин), средствами личной гигиены (для женщин).
Приказом Ф.Р. от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» установлены нормы обеспечения мебелью, инвентарем и предметами хозяйственного обихода для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, уголовно-исполнительной систем (приложение №). Данным приказом предусмотрено следующее оснащение жилых помещений исправительного учреждения: кровать металлическая – 1 на человека, тумбочка – 1 на 2 человек, табурет – 1 на одного человека, умывальник (рукомойник) – 1 на 10 человек, часы настенные – 1 на секцию.
В силу ч. 1 ст. 93 УИК РФ осужденные, отбывающие лишение свободы в запираемых помещениях, штрафных изоляторах, дисциплинарных изоляторах, помещениях камерного типа, единых помещениях камерного типа, общих и одиночных камерах, если они не работают на открытом воздухе, имеют право на прогулку, продолжительность которой устанавливается статьями 118, 121, 123, 125, 127, 131 и 137 УИК РФ. В силу норм статьи 123 УИК РФ осужденные, отбывающие наказание в исправительных колониях строгого режима, имеют право пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью полтора часа. При хорошем поведении осужденного и наличии возможности время прогулки может быть увеличено до трех часов.
В соответствии с Уставом ФКЛПУ КТБ-1 ГУФСИН Р. по <адрес> (далее также ФКЛПУ КТБ-1) является лечебно-профилактическим учреждением для содержания, амбулаторного и стационарного лечения осужденных, исполняющим уголовные наказания в виде лишения свободы.
Как установлено судом, фактически в период лечения административный истец содержался в ФКЛПУ КТБ-1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в психоневрологическом отделении.
Суду представлено экспертное заключение филиала ФКУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии Ф.Р. по Сибирскому федеральному округу» в <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что психоневрологическое отделение ФКЛПУ КТБ-1 размещается на 2 этаже 4-этажного лечебного корпуса кирпичного исполнения. Отделение на 80 коек организовано для оказания специализированной помощи больным с психическими расстройствами, острыми наркологическими состояниями, неврологическими заболеваниями. Палатная секция: 14 палат на 80 коек общей площадью 428,3 кв.м., площадь на одну койку 5,3 кв.м. Столовая 31,1 кв.м. отвечает норме, туалет – 3,1 кв.м. при норме 3,0 кв.м. на палату, душевая 11,8 кв.м. соответствует норме. Кладовая личных вещей больных 8 кв.м. при норме 0,2 кв.м. на 1 койку, большая часть личных вещей хранится на складе больницы. Вывод: занижена площадь кабинета заведующего, набор помещений и площади остальных помещений отвечают требованиям СанПиН.
Внутренние инженерные коммуникации всех подразделений КТБ-1 подключены к городским централизованным сетям питьевого и горячего водоснабжения, канализации и теплоснабжения. Отопление центральное. Результаты измерений микроклимата в теплый период: 25-25,1 при нормативе 20-28 градусов Цельсия, влажность 31-32,3 при нормативе 15-70%. Результаты измерений в холодный период: температура 23-23,5 при нормативе 20-25, для процедурных 19-24 градусов Цельсия. Влажность 27,3-32,7 при нормативе 15-75.
Все помещения обеспечены естественным освещением через боковые оконные проемы и искусственным освещением люминесцентными лампами в потолочных светильниках с рассеивателем. Уровни искусственной освещенности на рабочих поверхностях в кабинетах медицинского назначения соответствуют гигиеническим нормативам. Воздухообмен в помещения обеспечивает посредством естественного притока воздуха через оконные и дверные проемы, а также общеобменных механических приточно-вытяжных систем вентиляции.
Суду предоставлен технический паспорт здания по <адрес> в <адрес> (поэтажный план с экспликацией). На данном плане ответчиком выделено помещение № площадью 20,2 кв.м. размерами 3,6 кв.м. на 5,6 кв.м. с умывальником.
Суду представлены фотографии палаты №, которыми подтверждается, что в нем имеется 4 спальных места на 4 односпальных кроватях, имеется 4 табурета и 4 тумбочки, умывальник, зеркало, мусорное ведро, светильник.
На поэтажном плане отмечена туалетная комната 9,5 кв.м. Суду представлены ее фотографии, на которых запечатлены напольные унитазы (в закрывающихся на дверь кабинках) и писсуары. Общее техническое и санитарное состояние отделки и оборудования на представленных фотографиях оценивается как удовлетворительное и опрятное.
Суду представлена ведомость выдачи материальных ценностей, которым подтверждается, что ФИО1 под роспись получил 1 гигиенический набор и хозяйственное мыло.
Согласно представленного распорядка дня психоневрологического отделения в нем предусмотрена ежедневная прогулка с 17 до 18 часов. Поскольку проведение прогулки конкретными осужденными административным ответчиком не фиксировалось, дополнительных доказательств реализации административным истцом соответствующего права не представлено. Представлена фотография прогулочного двора, облагороженного и с озеленением.
Суд отмечает, что если исходить из данных технического паспорта о помещении № по поэтажному плану 2-го этажа, площадь палаты составляет 5,05 кв.м. на 1 спальное место, что соответствует требованиям УИК РФ. Вместе с тем, ни в одном из представленных суду документов, включая медицинские, не указан номер палаты, в которой содержался ФИО1 Суду даны пояснения о том, что учет по палатам в ФКЛПУ КТБ-1 не ведется.
То, что ФИО1 содержался в палате №, является утверждением административного ответчика. Административный истец, в свою очередь, утверждает, что содержался в различных палатах, между которыми переводился в период лечения, и ни одна из этих палат не соответствует той, фотографии которой представлены суду.
Установлено, что административный истец многократно обращался с жалобами и заявлениями о принудительном лечении и ненадлежащем содержании. В ответах на его обращения и в заключениях, данных должностными лицами ФКУЗ МСЧ-24 Ф.Р., указано об отсутствии нарушений закона.
Красноярской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в ИУ представлены материалы проверки по обращению ФИО1 Как указывает прокурор в сопроводительном письме, документальных данных о палатах, в которых содержался ФИО1, не имеется; проводился осмотр палат № и №, в которых содержался ФИО1 по его собственному утверждению.
В акте осмотра заместителем прокурора указано, что площадь палаты № составляет 14,5 кв.м., на входной двери имеется засов в открытом положении и неработающий, в палате находятся 4 спальных места. Площадь палаты № составляет 20 кв.м., запирающих устройств не имеет, палата оборудована 10 койками, из которых 8 образуют тандемы в 2 яруса.
В ходе проверки прокурору (как и суду) представлена справка о том, что информация о палатном размещении пациентов не подлежит учету. В медицинской документации и журналах нет данных о конкретных лицах (и об их числе), содержащихся в одной палате с ФИО1
Ранее в 2021 году прокурором проводилась проверка, по результатам которой ДД.ММ.ГГГГ начальнику ФКЛПУ КТБ-1 вносилось представление об устранении нарушений законодательства в деятельности учреждения. В данном представлении перечислены нарушения закона, в большей части не связанные с условиями содержания ФИО1 (незаконное длительное содержание в учреждении осужденных после завершения курса их лечения, нарушение трудовых прав трудоустроенных осужденных и т.д.).
В отношении психоневрологического отделения в представлении указано, что осужденные, трудоустроенные в отделениях КТБ-1 в качестве подсобных рабочих и уборщиков, фактически выполняют функции санитаров без соответствующего образования и навыков, в том числе по поручению врачей выполняют мягкую фиксацию больных, тогда как использование пациентов для применения мер физического стеснения является необоснованным. Также указано, что таким осужденным необоснованно предоставлено право проживания в палатах лечебных отделений и возможность одеваться в одежду больных. Также указано, что на одного осужденного, проходящего лечение, норма жилой площади в лечебных отделениях составляет менее 5 квадратных метров, в том числе в психиатрическом отделении.
На данное представление начальником ФКЛПУ КТБ-1 ДД.ММ.ГГГГ дан ответ, в котором должностное лицо частично соглашается с наличием указанных прокурором нарушений, а в части указывает на то, что действия учреждения являются законными. В отношении нарушений УИК РФ по норме жилой площади в ответе указано, что нарушения норм жилой площади стали возможным в силу безусловного исполнения требования ч. 3 ст. 3 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».
Поскольку между представленным суду поэтажным планом с отмеченным помещением №, и актом осмотра прокурора, выявлено противоречие, ответчику предложено предоставить видеозапись (а не только фотографии) осмотра коридора психоневрологического отделения.
Из представленной суду видеозаписи следует, что палата № в действительности не соответствует помещению № (которое согласно экспликации вообще является не палатой, а кабинетом), поскольку не расположена сразу за лестницей, а находится через несколько помещений от нее прямо по коридору. В ходе судебного разбирательства представитель административного ответчика указала суду, что, по всей видимости, ФИО1 содержался в помещении № на поэтажном плане (площадь 21,6 кв.м.). Если вести отсчет помещений от столовой, то палата № будет помещением № (22,1 кв.м.).
Оценивая доказательства в указанной части, суд также учитывает обязанность доказывания соблюдения требований УИК РФ, возложенную на административного ответчика ФКЛПУ КТБ-1. Суд приходит к выводу, что предоставленные суду доказательства и объяснения административных ответчиков не подтверждают соблюдение в отношении ФИО1 требований ч. 1 ст. 99 УИК РФ об обеспечении в лечебно-профилактических учреждениях УИС нормы жилой площади не менее 5 кв.м.
Объяснения административного истца о недостаточности площади палат подтверждаются результатами проверки прокурора, из которых следует, что в палате площадью 14,5 кв.м. на 1 осужденного приходится 3,6 кв.м., в палате площадью 20 кв.м. – 2 кв.м. Вопреки доводам представителя ФКЛПУ КТБ-1 о том, что в ПНО нет палат меньше 20 кв.м., на поэтажном плане и экспликации отмечены палаты площадью 10,4 кв.м. (пом. 25), 14,4 кв.м. (пом. 26) и 16,1 кв.м. (пом. 15).
Административный ответчик не представил доказательств содержания административного истца в конкретной палате, а также материалы количественного учета осужденных в палатах, в связи с чем не доказал выполнение требований ст. 99 УИК РФ. Изначально представленные схемы и пояснения о содержании административного истца в помещении № по экспликации впоследствии были опровергнуты другими доказательствами, поэтому суд не может признать доказанными объяснения административного ответчика о содержании административного истца в конкретной палате. Суд также отмечает, что в ответе на представление прокурора начальник ФКЛПУ КТБ-1 не оспаривал факт превышения наполняемости палат психоневрологического отделения, ссылаясь только на недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
Вместе с тем, ссылки на недопустимость отказа в оказании медицинской помощи, приводящую к приему больных осужденных сверх лимитов наполняемости, сами по себе не устраняют нарушение требований уголовно-исполнительного законодательства и не нивелируют факт нарушения прав осужденных: как разъяснено в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, отсутствие вины органов и лиц, наделенных публичными полномочиями, в нарушении прав, свобод и законных интересов административного истца (заявителя) не является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (заявления). Более того, устанавливая факт переполненности палат ФКЛПУ КТБ-1, прокурор также установил и факт необоснованного содержания в нем годами лиц после завершения их лечения, то есть такая переполненность является в том числе следствием действий самого учреждения.
Переполненность палат в лечебно-профилактическом учреждении УИС суд признает явным и существенным ухудшением положения административного истца, что, безусловно усугублялось вышеизложенным нарушением порядка оказания психиатрической помощи, и не было сглажено какими-либо компенсационными механизмами со стороны ответчиков.
В остальной части выполнение требований УИК РФ в отношении административного истца суд находит доказанным: камеры оснащены требуемой в соответствии с законом мебелью, распорядком дня предусмотрено предоставление прогулок. Фотографиями, видеозаписью административного ответчика и актом осмотра прокурора подтверждается, что палаты психоневрологического отделения не запираются, а значит административный истец имел возможностью пользоваться санузлом. Выдача административного истцу гигиенического набора также документально подтверждена.
При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии оснований для признания незаконными действий ФКЛПУ КТБ-1 ГУФСИН Р. по <адрес>, связанные с условиями содержания ФИО1 в исправительном учреждении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в части нарушения требований ч. 1 ст. 99 УИК РФ.
Частью 1 статьи 219 КАС РФ установлено, что административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов. Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе, по уважительной причине) срока обращения в суд является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении административного иска (часть 8 статьи 219 КАС РФ).
Обязанность доказывания соблюдения срока обращения в суд возлагается на лицо, обратившееся в суд (пункт 2 части 9, часть 11 статьи 226 КАС РФ).
В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 КАС РФ трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.
Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», дополнивший КАС РФ нормой ст. 227.1, вступил в силу ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, на возникшие у административного истца после ДД.ММ.ГГГГ требования о взыскании компенсации в полном объеме распространяются положения ст. 227.1 КАС РФ, в том числе связанные со сроками предъявления соответствующих заявлений.
Нарушение прав административного истца являлось длящимся и завершилось ДД.ММ.ГГГГ. Срок обращения в суд истек ДД.ММ.ГГГГ. Административный иск подан ДД.ММ.ГГГГ с пропуском установленного срока.
Суд также учитывает разъяснения, приведенные в п. 42 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № (2020), утв. Президиумом Верховного Суда РФ ДД.ММ.ГГГГ: отказ в удовлетворении административного искового заявления исключительно по мотиву пропуска срока обращения в суд, без принятия судом мер, направленных на выяснение обстоятельств, объективно препятствовавших обращению в суд в установленный законом срок, без установления иных обстоятельств, предусмотренных ч. 9 ст. 226 КАС РФ, а также без исследования фактических обстоятельств административного дела является недопустимым и противоречит задачам административного судопроизводства.
Законоположения КАС РФ закрепляют обязанность суда при решении вопроса о пропуске срока обращения в суд в порядке гл. 22 КАС РФ выяснять причины такого пропуска. Задачами административного судопроизводства являются защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, укрепление законности и предупреждение нарушений в сфере административных и иных публичных правоотношений (пп. 2 и 4 ст. 3 КАС РФ). Одними из принципов административного судопроизводства являются законность и справедливость при рассмотрении и разрешении административных дел, которые обеспечиваются не только соблюдением положений, предусмотренных законодательством об административном судопроизводстве, точным и соответствующим обстоятельствам административного дела правильным толкованием и применением законов и иных нормативных правовых актов, в том числе регулирующих отношения, связанные с осуществлением государственных и иных публичных полномочий, но и получением гражданами и организациями судебной защиты путем восстановления их нарушенных прав и свобод (п. 3 ст. 6, ст. 9 КАС РФ).
При таких обстоятельствах пропуск срока на обращение в суд сам по себе не может быть признан достаточным основанием для принятия судом решения об отказе в удовлетворении административного искового заявления без проверки законности оспариваемых административным истцом действий.
Оценив конкретные обстоятельства пропуска административным истцом срока на обращение в суд, суд полагает необходимым учесть состояние психического здоровья административного истца и проведение ему лечения нейролептиками, которые ему назначены в выписном эпикризе для применения в том числе после ДД.ММ.ГГГГ. Суд учитывает характер нарушения прав и положение административного истца, в связи с чем полагает необходимым срок на обращение в суд восстановить.
Поскольку судом установлено нарушение требований уголовно-исполнительного законодательства, и названный факт одновременно нарушает личные неимущественные права административного истца, требование административного истца о присуждении ему компенсации за нарушение условий содержания и порядка оказания медицинской помощи подлежит удовлетворению.
Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 494-ФЗ не определяет размер компенсации, которую суды могут присудить при установлении нарушения условий содержания в исправительном учреждении, но соотносит размер компенсации с признаками установленных нарушений, в частности, с их характером, продолжительностью, последствиями и вредом, причиненном здоровью заявителя, при его наличии.
Определяя размер компенсации, суд учитывает характер допущенных нарушений, их последствия в виде психиатрического лечения при непредоставлении возможности отказа от его проведения, в виде содержания в стесненных условиях, что прямым и очевидным образом затрагивает неимущественные права административного истца. Суд также учитывает продолжительность нарушения прав (1 месяц 14 дней), состояние здоровья и индивидуальные особенности административного истца.
При таких обстоятельствах суд полагает разумным, справедливым, отвечающим характеру нарушения прав административного истца и последствиям такого нарушения размер компенсации, равный 40 000 рублей.
На основании ч. 4 ст. 227.1 КАС РФ при рассмотрении судом требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении интересы Российской Федерации представляет главный распорядитель средств федерального бюджета в соответствии с ведомственной принадлежностью органа (учреждения), обеспечивающего условия содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.
В соответствии с пп. 1 ч. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.
В силу пп. 6 и 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний (утв. Указом Президента РФ от ДД.ММ.ГГГГ №) Ф.Р. осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.
Соответственно, денежная компенсация, на которую вправе претендовать административный истец, подлежит взысканию с Российской Федерации в лице Ф.Р.. В силу ч. 9 ст. 227.1 КАС РФ настоящее решения в части взыскания компенсации подлежит немедленному исполнению.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180, 227-227.1 КАС РФ,
РЕШИЛ:
Требования административного искового заявления ФИО1 удовлетворить.
Признать незаконными действия ФКЛПУ КТБ-1 ГУФСИН Р. по <адрес>, связанные с условиями содержания ФИО1 в исправительном учреждении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.
Признать незаконными действия ФКУЗ МСЧ-24 Ф.Р., связанные с оказанием медицинской помощи ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по 29.12.2021
Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний в пользу ФИО1 за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания в исправительном учреждении денежную компенсацию в размере 40 000 рублей. Настоящее решение в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в <адрес>вой суд через Железнодорожный районный суд <адрес> в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья В.А. Каплеев
Решение принято в окончательной
форме ДД.ММ.ГГГГ.