РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
По делу № 2-816/2024 УИД № 43RS0010-01-2025-001025-25
10 сентября 2025 года г. Вятские Поляны Вятскополянский районный суд Кировской области, в составе:
председательствующего судьи Мининой В.А.,
при секретаре Котовой К.О.,
с участием представителя истца адвоката Воробьевой Е.А., ответчика ФИО4,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО5 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда.
В обоснование заявленных требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 08 до 09 часов ФИО4, находясь в офисе <данные изъяты>») по адресу: <адрес>, высказал в его (ФИО5) адрес оскорбительное и неприличное по смыслу и содержанию выражение, унижающее его (ФИО5) честь и достоинство. Постановлением мирового судьи судебного участка № 10 Вятскополянского судебного района Кировской области, исполняющего обязанность мирового судьи судебного участка № 9 Вятскополянского судебного района Кировской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 3000 руб. Постановление вступило в законную силу. Действия ФИО4 вызвали для него (ФИО5) стрессовую ситуацию, в которой он находится до настоящего времени. Ему причинены нравственные страдания, выражающиеся в длительных переживаниях относительно унижения его чести и достоинства, стрессовой ситуации, наступившей в ее результате депрессии. При этом ответчик оскорбил его, находясь на рабочем месте в присутствии коллег. Таким образом, полагает, что действиями ФИО4 ему (ФИО5) причинен моральный вред, выразившийся в <данные изъяты> Нравственные переживания из-за этой ситуации и пережитого публичного унижения им испытываются до сих пор. Оценивая характер и содержания оскорблений, степень и характер его (ФИО5) нравственных страданий, с учетом обстоятельств произошедшего, считает разумным и справедливым определить размер компенсации морального вреда в размере 100 000 руб. Ссылаясь на положения ст. 150, 151, 1100, п.2 ст.1101 ГК РФ, просит суд взыскать с ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.
Истец ФИО5 в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте судебного заседания надлежащим образом. Представил заявление, в котором просил допустить к участию в деле в качестве его представителя адвоката Воробьеву Е.А.
В судебном заседании представитель истца на основании письменного заявления и ордера адвокат Воробьева Е.А. поддержала исковые требования, привела доводы, изложенные в иске. Дополнительно пояснила, что истец ФИО5 с 2014 года до 2022 года работал <данные изъяты> ООО «Вятскополянское жилищное управление», в октябре 2022 года был переведен на должность <данные изъяты>. С января 2025 года по настоящее время работает в должности <данные изъяты>. В 2021 году он перенес <данные изъяты> с этого времени у него серьезные проблемы со здоровьем, которые продолжаются по настоящее время, и любой стресс отрицательно сказывается на состоянии его здоровья. ДД.ММ.ГГГГ всё происходило в рабочем кабинете <данные изъяты>», где находились и вели разговор по рабочим вопросам ФИО5, ФИО3 и ФИО4, который на указанную дату являлся <данные изъяты> <данные изъяты>». В ходе разговора ФИО4 с ФИО3 ФИО4 стал разговаривать резко, на повышенных тонах. Видя, что разговор перерастает в конфликтную ситуацию, ФИО5 стал снимать на видео указанный разговор, воспользовавшись своим телефоном. ФИО4 это не понравилось, он подошел к ФИО5, <данные изъяты>, при этом высказал в адрес ФИО5: «<данные изъяты>…» далее произнес неприличное нецензурное слово. Указанные слова, высказанные ФИО4 одной фразой, звучали оскорбительно и неприлично, были восприняты ФИО5, как унижающие его честь и достоинство, и считает это оскорблением. После травмы головы, имевшей место в <данные изъяты> году, у ФИО5 сохраняются серьезные проблемы со здоровьем, которые продолжаются по настоящее время. Вследствие произошедшего ФИО5 расстроился, у него ухудшилось самочувствие. Указанные события происходили в рабочем кабинете при закрытой двери. Но из него в коридор выходит окно, через которое сотрудники <данные изъяты>» также могли слышать происходящее в кабинете и произнесенные ФИО4 в адрес ФИО5 оскорбительные слова. Всё происходящее быстро распространилось среди коллег. ФИО5 был расстроен, испытывал чувство стыда, унижения, так как полагал, что было подорвана его деловая репутация, что, в свою очередь, повлекло стресс и депрессию. ФИО5 в течение длительного времени занимающий руководящие должности, всегда пользовался уважением у подчиненных и коллег. После произошедшего же ситуация в течение длительного времени обсуждалась в коллективе, что сделало психологический стресс длящимся. Считает доказанным как нанесение ФИО4 истцу ФИО5 оскорбления, выраженного в форме произнесенных в адрес ФИО5 оскорбительных и неприличных слов, так и причинение этим ФИО5 нравственных страданий, то есть морального вреда. Размер компенсации морального вреда в 100 000 руб. считает обоснованным.
Ответчик ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал. Пояснил, что в числе прочих, в том числе и с ФИО5, он являлся соучредителем юридического лица, в последующем преобразованного в ООО <данные изъяты>». С 2019 года он работал в <данные изъяты>» <данные изъяты>, <данные изъяты> в это время был ФИО5 С 2022 года он (ФИО4) стал работать в ООО «Вятскополянское жилищное управление» директором. Когда он (ФИО4) решил разделить и оформить доли каждого из соучредителей ООО, он с должности <данные изъяты> был уволен. Решением Вятскополянского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ он был восстановлен на работе в должности <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ он пришел на работу, зашел в свой кабинет, где уже находились ФИО5 и ФИО3 на его требования освободить кабинет они отказались. Он (ФИО4) разговаривал с ФИО3, разговор пошел на повышенных тонах. ФИО5 в это время стал своим телефоном снимать его (ФИО4) на видео, что ему не понравилось. Он (ФИО4) пошел на ФИО5, стукнул рукой по телефону, выбив из его рук, телефон выпал из рук ФИО5 под стол, оставшись целым. Он (ФИО4) при этом что-то говорил, но никаких серьезных оскорблений с его стороны в адрес ФИО5 произнесено не было. Фразы, которая содержала бы нецензурное слово, оскорбительных слов, за которые он привлечен к административной ответственности, он не произносил. При этом считает, что, поскольку они (участники разговора) были все мужики, работающие в системе ЖКХ, ничего предосудительного в форме высказываемых между ними выражений нет, между ними просто состоялся мужской разговор.
Прокурор, извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явился, представил ходатайство о рассмотрении дела без участия сотрудника Вятскополянской межрайонной прокуратуры.
Суд, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела и видеозапись, оценив все доказательства в совокупности, приходит к следующим выводам.
В соответствии со ст. 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени.
В соответствии со ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь, здоровье достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Абзац десятый статьи 12 Гражданского кодекса РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.
Согласно п. 1 ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Согласно абз.6 пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статьи 150, 151 Гражданского кодекса РФ).
В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, … право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Исходя из положений ст.150 - 152 Гражданского кодекса РФ следует, что закон допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда, причиненного оскорблением. Способ реализации права на защиту от оскорбления чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления требования в гражданско-правовом порядке о компенсации морального вреда является самостоятельным и его применение не обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты, в частности посредством публичной защиты такого права в порядке привлечения к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст.5.61 КоАП РФ, за оскорбление, то есть унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной или иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме. В рамках заявленных в гражданско-правовом порядке требований о компенсации морального вреда, причиненного оскорблением, истец должен представить, доказательства факта высказывания ответчиком в его адрес оспариваемых выражений и их оскорбительный характер, при этом факт их распространения ответчиком третьим лицам в данном случае не является обязательным к доказыванию (Определение Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 19.12.2023 N 88-28986/2023).
В соответствии с пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под нравственными страданиями понимаются страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства унижения, беспомощности, стыда, разочарования, переживания в связи с распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
В ходе судебного разбирательства из представленных документов и пояснений сторон установлено, что истец ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с ДД.ММ.ГГГГ работал в <данные изъяты>») в должности <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ переведен на должность <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ в трудовой договор внесены изменения о переводе с 1,0 ставки заместителя директора на 0,1 ставки <данные изъяты>, где проработал до января 2025 года. С ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время работает в должности <данные изъяты> ООО «ВЖУ» по внешнему совместительству.
Ответчик ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с ДД.ММ.ГГГГ работал <данные изъяты> ООО «ВЖУ», ДД.ММ.ГГГГ переведен на должность <данные изъяты> <данные изъяты>», ДД.ММ.ГГГГ с должности <данные изъяты> ООО «ВЖУ» уволен на основании п.2 ч.1 ст.278 ТК РФ. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 принят на работу в <данные изъяты>-1» на должность <данные изъяты>. Решением Вятскополянского районного суда Кировской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 с ДД.ММ.ГГГГ восстановлен на работе в должности <данные изъяты> <данные изъяты>». ДД.ММ.ГГГГ уволен с должности <данные изъяты> <данные изъяты>-1» на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.
В период между увольнением ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 с должности <данные изъяты> <данные изъяты>» и до восстановления на работе решением суда от ДД.ММ.ГГГГ обязанности <данные изъяты> <данные изъяты>» исполнял ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
Указанные выше обстоятельства сторонами не оспариваются.
Также установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 08 до 09 часов в рабочем кабинете ООО «Вятскополянское жилищное управление» по адресу: <адрес> находились ФИО4, ФИО5 и ФИО3 при этом между ФИО4 и ФИО6 состоялся разговор на повышенных тонах. В ходе их разговора ФИО5 встал из-за стола, достал свой мобильный телефон и стал снимать их разговор на камеру видеозаписи. ФИО4 подошел к ФИО5, ударил рукой по телефону, который выпал из рук ФИО5 и упал на пол.
Указанные обстоятельства также не оспаривается сторонами.
Истец ФИО5, обратившись в суд с иском о взыскании компенсации морального вреда, в исковом заявлении указал, что ФИО4, выбив у него из рук телефон, высказал в его (ФИО5) адрес оскорбительное и неприличное по смыслу и содержанию с использованием нецензурного слова выражение, унижающее его честь и достоинство.
Представитель истца ФИО5 - адвокат Воробьева Е.А. в судебном заседании также пояснила, что в ходе разговора ФИО4 с ФИО3 по рабочим вопросам ФИО4 стал разговаривать резко на повышенных тонах. Видя, что разговор перерастает в конфликтную ситуацию, ФИО5 стал снимать на видео указанный разговор, воспользовавшись телефоном. ФИО4 это не понравилось, он подошел к ФИО5, ударил рукой по телефону, от чего телефон выпал из рук ФИО5, при этом ФИО4 высказал в адрес ФИО5 следующие слова: «<данные изъяты> далее произнес неприличное нецензурное слово. Указанные слова, высказанные ФИО4 одной фразой, звучали оскорбительно и неприлично, были восприняты ФИО5, как унижающие его честь и достоинство, он считает это оскорблением со стороны ФИО4
Ответчик ФИО4, не признавая исковые требования, в судебном заседании пояснил, что после того, как решением суда от ДД.ММ.ГГГГ он был восстановлен на работе в должности <данные изъяты> <данные изъяты>ВЖУ», ДД.ММ.ГГГГ он пришел на работу, зашел в свой кабинет, где уже находились ФИО5 и ФИО3, на его требования освободить кабинет они отказались. Он (ФИО4) разговаривал с ФИО3, разговор пошел на повышенных тонах. ФИО5 в это время стал своим телефоном снимать его (ФИО4) на видео, что ему не понравилось. Он (ФИО4) пошел на ФИО5, стукнул рукой по телефону, выбив из его рук, телефон выпал из рук ФИО5 под стол, оставшись целым. Он (ФИО4) при этом что-то говорил, но никаких серьезных оскорблений с его стороны в адрес ФИО5 произнесено не было. Фразы, которая содержала бы нецензурное слово, оскорбительных слов, за которые он привлечен к административной ответственности, он не произносил. Они все мужики, работающие в системе ЖКХ, и между ними просто состоялся мужской разговор. Настаивает на том, что оскорбительных слов, тем более в нецензурной форме, он в адрес ФИО5 не произносил.
В подтверждение доводов о высказывании ФИО4 в адрес ФИО5 оскорбления, выраженного в оскорбительных словах, в том числе, с использованием нецензурного слова, истцом ФИО5 представлены следующие доказательства.
В частности, истец ссылается на привлечение ответчика ФИО4 к административной ответственности за оскорбление, то есть унижение чести и достоинства, совершенное в отношении него, ФИО5
Установлено, что постановлением мирового судьи судебного участка № 10 Вятскополянского судебного района Кировской области, исполняющего обязанность мирового судьи судебного участка № 9 Вятскополянского судебного района Кировской области от ДД.ММ.ГГГГ по делу № ФИО4 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ с назначением ему наказания в виде административного штрафа в размере 3000 руб. за то, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 08 до 09 часов ФИО4, находясь в помещении ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес> ходе ссоры высказал в адрес ФИО5 оскорбительное и неприличное по смыслу и содержанию выражение, унижающее честь и достоинство ФИО5
Как указано в постановлении, ФИО4 вину в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ не признал, произнесение им в адрес ФИО5 оскорбительных выражений, в том числе фразы, на которую указывают ФИО5 и ФИО6, отрицал.
В то же время, произнесение ФИО4 в адрес ФИО5 оскорбительных и неприличных по смыслу и содержанию выражений, унижающих честь и достоинство ФИО5, установленных постановлением мирового судьи, подтверждается следующими доказательствами.
Согласно ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ административным правонарушением признается оскорбление, то есть унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной или иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме.
Из материалов проверки КУСП № следует, что ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ (дата и время регистрации ДД.ММ.ГГГГ в 10:38), то есть непосредственно сразу после произошедших событий обратился в МО МВД России «Вятскополянский» с заявлением о привлечении ФИО4 к уголовной ответственности за нападение на него на рабочем месте по адресу: <адрес> связи с угрозами в его адрес и оскорблением его личного достоинства (л.д.30).
Определением от ДД.ММ.ГГГГ ст.УУП ОУУП и ПДН МО МВД России «Вятскополянский» материал проверки КУСП 2347 от ДД.ММ.ГГГГ по факту того, что ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ около 08:00 в помещении <данные изъяты>» по адресу: <адрес> высказал в адрес ФИО8 фразу: «<данные изъяты>…» (далее следует слово, которое отражено в определении, но суд полагает невозможным отражать в решении суда), которая для ФИО8 стала оскорбительной, в связи с чем в действиях ФИО4 усматриваются признаки административного правонарушения, предусмотренного ст. 5.61 КоАП РФ, передан в Вятскополянскую межрайонную прокуратуру (л.д.29-об.).
Потерпевший ФИО5 в объяснениях, данных ДД.ММ.ГГГГ старшему УУП ОУУП и ПДН МО МВД России «Вятскополянский» и ДД.ММ.ГГГГ старшему помощнику Вятскополянского межрайонного прокурора, пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 08 до 09 часов в помещении ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес> присутствии ФИО3, при указанных выше обстоятельствах ФИО4, увидев, что он (ФИО5) снимает происходящее на мобильный телефон, разозлился и, подойдя к нему, ударил по телефону, который находился у него (ФИО5) в руке, сказав при этом в его адрес фразу: «<данные изъяты> (далее следует слово, которое суд полагает невозможным отражать в решении суда), чем оскорбил его (ФИО5), унизив его честь и достоинство (л.д.25-об.,32-33)
Старшим УУП ОУУП и ПДН МО МВД России «Вятскополянский» ДД.ММ.ГГГГ и старшим помощником Вятскополянского межрайонного прокурора ДД.ММ.ГГГГ взято объяснение с ФИО3, который пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 08 до 09 часов в кабинете на своем рабочем месте в <данные изъяты>» по адресу: <адрес> ФИО5, встав и выйдя из-за стола, достал свой мобильный телефон и начал снимать разговор его (ФИО3) и ФИО4 на камеру. ФИО4, увидев, что ФИО5 ведет видеосъемку, разозлился, встал и начал подходить к ФИО5, подойдя к которому в его (ФИО3) присутствии ударил по телефону, который находился в руке ФИО5, сказав при этом в адрес ФИО5 фразу: «<данные изъяты>…» (далее следует слово, которое суд полагает невозможным отражать в решении суда). Телефон вылетел из рук ФИО5, а ФИО4 вернулся и снова сел на стул (л.д.25).
Из объяснения ФИО, имеющей высшее образование по специальности «филолог» (диплом о высшем образовании Казанского государственного университета), работающей учителем русского языка и литературы МКОУ «Лицей пгт. Красная Поляна», полученного ДД.ММ.ГГГГ ст.помощником Вятскополянского межрайонного прокурора ФИО2 в ходе проверки по заявлению ФИО5 следует, что выражение: <данные изъяты>» означает «грубый человек», является бранным словом, носит негативный, оскорбительный характер; словосочетание «<данные изъяты> …» (далее следует слово, которое суд полагает невозможным отражать в решении суда) означает наносить удары, колотить, выраженное в нецензурной форме. Таким образом, выражение «<данные изъяты> …» является оскорбительным, содержит признаки унижения чести и достоинства адресата, что является оскорблением, выраженным в нецензурной форме (л.д.28-об).
Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ заместителем Вятскополянского межрайонного прокурора в отношении ФИО4 возбуждено производство по делу об административном правонарушении по признакам ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ, принято решение о направлении указанного постановления в соответствии со ст. 23.1 КоАП РФ для рассмотрения по существу мировому судье судебного участка № 9 Вятскополянского судебного района Кировской области (л.д.24).
ФИО4 в ходе разбирательства по делу об административном правонарушении, в данном старшему помощнику Вятскополянского межрайонного прокурора объяснении вину в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ не признал, произнесение им в адрес ФИО5 оскорбительных выражений, в том числе фразы, на которую указывают ФИО5 и ФИО3, отрицал (л.д.26, 18), вместе с тем, постановление мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ по делу № не обжаловал.
Постановление мирового судьи судебного участка № Вятскополянского судебного района <адрес>, исполняющего обязанность мирового судьи судебного участка № Вятскополянского судебного района <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № вступило в законную силу, как не обжалованное (л.д.18-19).
В рамках настоящего гражданского дела ФИО3 по ходатайству стороны истца допрошен в качестве свидетеля, при этом показал, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 08 до 09 часов в кабинете в <данные изъяты>» по адресу: <адрес> находились он (ФИО1Ю.) и ФИО5 – они сидели за своими столами, затем пришел ФИО4, и между ними завязался разговор, который принял агрессивную со сторону ФИО4 форму. ФИО5 это не понравилось, и он вышел из-за стола и стал снимать ФИО4 телефоном на видео. ФИО4 встал со стула, пошел в сторону ФИО5, который отбежал в его (ФИО6) сторону, оказавшись у стены между столами. ФИО4 подошел к ФИО5 ударил по руке, в которой тот держал телефон, от чего телефон вылетел в его (ФИО6) сторону и упал на пол. При этом сказал слова, о которых он (ФИО6) говорил помощнику прокурора в ходе проверки по делу об административном правонарушении в отношении ФИО4, примерно: «<данные изъяты> далее произнес неприличное нецензурное слово. Видеозапись прекратилась, когда телефон упал, поэтому слова ФИО4 на видео не записались. В кабинете имелась камера видеонаблюдения, которая работала на движение. Но поскольку она направлена была не в сторону ФИО4., она в тот момент не сработала.
По предложению суда свидетель ФИО3 на листе бумаги формата А4 написал слово, произнесенное в его присутствии ФИО4 в адрес истца ФИО5, которое ФИО3 назвал как «неприличное» и «нецензурное».
Представитель истца адвокат Воробьева Е.А., ознакомившись с написанным, подтвердила, что именно с использованием этого слова ФИО4 оскорбил ФИО5 при указанных выше обстоятельствах.
Ответчик ФИО4 произнесение им указанного слова в адрес ФИО5 отрицал.
Сопоставляя слово, написанное свидетелем ФИО3, и фразу, в связи с произнесением которой в адрес ФИО5 ответчик ФИО7 привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ, суд установил, что именно это слово, оцененное педагогом ФИО как нецензурное, составило часть указанной фразы, признанной мировым судьей в постановлении оскорблением, унижающим честь и достоинство ФИО5, выраженным в нецензурной форме.
Таким образом, свидетель ФИО3, предупрежденный об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, подтвердил доводы истца, а также свои пояснения, которые он дал участковому уполномоченному МО МВД России «Вятскополянский» и старшему помощнику Вятскополянского межрайонного прокурора.
Ответчик ФИО4 в судебном заседании не оспаривал оскорбительный характер фразы, на которую указывает истец ФИО5 в качестве оскорбления. Он отрицает сам факт произнесения им указанной фразы в адрес ФИО5
В судебном заседании была просмотрена представленная представителем истца видеозапись с телефона, на которой видно, как ФИО4 поднялся со стула и пошел по направлению к лицу, осуществляющему видеосъемку, и со словами «харкнуть тебе в рожу?» выбил из рук производящего видеосъемку телефон, после чего видеозапись прекратилась.
Ответчик ФИО4 в судебном заседании подтвердил, что на видеозаписи зафиксированы имевшие место события ДД.ММ.ГГГГ в кабинете <данные изъяты> непосредственно предшествовавшие тому, когда он выбил из рук снимавшего его на видео ФИО5 телефон, после чего ведение видеозаписи окончилось. Но настаивал, что фразы, на которую указывают ФИО5 и ФИО3 он не произносил, оскорбляющих слов в адрес ФИО5 не высказывал, нецензурных слов не произносил. Полагает, что они оговаривают его.
Как пояснила в судебном заседании представитель истца ФИО5 – адвокат Воробьева Е.А. и подтвердил свидетель ФИО3, произнесенная в оскорбительных выражениях фраза прозвучала непосредственно сразу после того, как телефон упал и, соответственно, видеозапись прекратилась.
Оценивая представленные сторонами в материалы настоящего дела доказательства, в том числе положенные в основу постановления мирового судьи, которым ФИО4 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ, исходя из зафиксированного видеозаписью поведения ФИО4, предшествовавшего моменту, когда он выбил из рук ФИО5 телефон, суд приходит к выводу, что ФИО4, не остановился на сказанном и после того, как телефон прекратил видеозапись, произнес фразу, на которую указывает истец ФИО5: «<данные изъяты>…», что подтвердил в судебном заседании допрошенный в качестве свидетеля ФИО3
Ответчик ФИО4 в судебном заседании на заинтересованность свидетеля ФИО3 в исходе настоящего дела не ссылался, ФИО3 отрицал какую-либо заинтересованность, а также наличие неприязненных отношений с ФИО4, таковая в ходе судебного разбирательства не установлена. Кроме того свидетеля ФИО3 полностью согласуются с иными имеющимися в материалах дела доказательствами. При таких обстоятельствах основания не доверять показаниям указанного свидетеля у суда отсутствуют.
В соответствии со статьей 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Указанная норма конкретизируется в части 1 статьи 56 ГПК РФ, в силу которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.
В соответствии со ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.
Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
При таких обстоятельствах, основываясь на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, с учетом безусловно установленного поведения ФИО4, предшествовавшего моменту, когда он выбил из рук ФИО5 телефон, суд признаёт установленным нанесение ответчиком ФИО4 истцу ФИО5 оскорбления при обстоятельствах, установленных постановлением мирового судьи судебного участка № 10 Вятскополянского судебного района Кировской области, исполняющего обязанность мирового судьи судебного участка № 9 Вятскополянского судебного района Кировской области от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, и не опровергнутые в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ стороной ответчика.
Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статья 130 УК РФ, статьи 150, 151 ГК РФ).
ФИО5, обратившись в суд с требованиями о компенсации морального вреда, настаивал, что высказывания ФИО4 в его адрес являются именно оскорбительными, выраженными в неприличной нецензурной форме, противоречащими общепринятым нормам морали и нравственности, несут негативный смысл, унижают его честь и достоинство, в результате чего ему причинены морально-нравственные страдания, в связи с чем в порядке реализации права на защиту от оскорбления просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в заявленном размере.
С учетом всех представленных суду доказательств, разрешая заявленный спор, суд признаёт установленным и подтвержденным надлежащими доказательствами, отвечающими требованиям относимости, допустимости и достоверности, что ответчиком ФИО4 совершены действия по унижению чести и достоинства ФИО5, с использованием бранного слова и нецензурной брани, выраженные в устной форме, в присутствии иного лица.
При разрешении вопроса о наличии оскорбления в адресованных ответчиком истцу выражениях, суд принимает во внимание, что честь представляет собой общественную, устойчивую положительную моральную оценку деятельности индивида общественным мнением, объективную оценку личности, определяющую отношение общества к гражданину, а достоинство является внутренней самооценкой собственных качеств, способностей, мировоззрения, своего общественного значения, в связи с чем исходит из того, что оскорблением является акт прямого действия, направленный на подавление интеллектуальной составляющей сознания личности с целью отрицания внутренней самооценки собственных качеств, способностей, мировоззрения, своего общественного значения, отрицания ценности деятельности лица, в связи с чем оскорбление в форме высказывания негативного характера, адресованные конкретному лицу, может нарушить его право на высокую внутреннюю самооценку (достоинство) и на положительное отношение к нему общества (честь).
С учетом изложенного суд приходит к убеждению, что высказанные ФИО4 в адрес ФИО5 выражения, на которые ссылается истец и которые подтверждены совокупностью согласующихся между собой доказательств, в совокупности и в контексте предшествующего поведения ответчика ФИО4, зафиксированного на представленной истцом видеозаписи, имеют оскорбительное содержание и были высказаны ответчиком в адрес истца именно с указанной целью, в связи с чем суд приходит к убеждению, что ответчик совершил действия по оскорблению истца, употребив в его адрес высказывания: «ты <данные изъяты>…», которые являются оскорбляющими его и, как следствие, причиняющими ему нравственные страдания. Спорные высказывания ответчика в адрес истца содержат недопустимые и неприемлемые для общества выражения, уничижительные слова, которые были применены ответчиком в разговоре именно с целью унизить и оскорбить истца, в связи с чем, исходя из обстоятельств дела, суд полагает, что охраняемое законом право на защиту от оскорбления было нарушено ответчиком.
В соответствии, со ст. 29 Конституции РФ каждому гарантируется свобода мысли и слова; никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них; каждый имеет право свободно искать, получать передавать, производить и распространять информацию любым законным способом. Осуществление, указанных прав находится в неразрывном нормативном единстве с положениями ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, и с положениями ч. 1 ст. 21 Конституции РФ, согласно которой достоинство личности охраняется государством, и ничто не может быть основанием для его умаления.
Следовательно, право на выражение своего мнения не означает употребление в нем оскорбительных выражений, унижающих защищаемое конституционными нормами достоинство личности каждого.
Оскорбительные выражения являются злоупотреблением правом на свободу слова и выражения мнения, в связи с чем, в силу статьи 10 Гражданского кодекса РФ, не допускаются.
Поскольку допущенное ответчиком в отношении истца выражения унизили его честь и достоинство, суд приходит к выводу о том, что истец имеет право на взыскание в его пользу компенсации морального вреда в соответствии со ст. ст. 150, 151 Гражданского кодекса РФ.
В соответствии с п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.
Из п. 1 и п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ следует, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
Согласно пункту 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Согласно пункту 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ). Следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из следующего.
Представитель истца ФИО5 - адвокат Воробьева Е.А. привела доводы о том, что в 2021 году ФИО5 перенес <данные изъяты>, в связи с чем у него по настоящее время серьезные проблемы со здоровьем, которые продолжаются по настоящее время, и любой стресс отрицательно сказывается на состоянии его здоровья. После произнесенного ФИО4 в его адрес оскорбления ФИО5 чувствовал себя плохо, у него поднялось давление.
Стороной истца представлены медицинские документы, из которых следует, что действительно ДД.ММ.ГГГГ у ФИО5 имела место <данные изъяты>, в результате которой получил <данные изъяты>.
Свидетель ФИО3 в судебном заседании показал, что после случившегося ФИО5 почувствовал себя плохо. Когда ФИО4 ушел, он (ФИО3) измерил ФИО5 давление – давление было повышенное. ФИО5 принял лекарство, но в течение дня еще чувствовал себя плохо.
Вместе с тем, ухудшение состояния здоровья ФИО5 именно в связи с высказанным ФИО4 в его адрес оскорблением надлежащими доказательствами не подтверждены. Показания свидетеля ФИО3, который медицинским работником не является, сами по себе надлежащим доказательством ухудшения состояния здоровья истца в связи полученным от ответчика оскорблением признаны быть не могут. В медицинское учреждение ФИО5 в связи с указанными событиями не обращался, скорая помощь для оказания ему экстренной медицинской помощи не вызывалась. В связи с указанными обстоятельствами данные доводы стороны истца учтены быть не могут.
В то же время, суд находит заслуживающими внимания доводы представителя истца ФИО5 - адвоката Воробьевой Е.А., которая привела доводы о том, что сведения о том, что ДД.ММ.ГГГГ в рабочем кабинете ООО «ВЖУ» ФИО4 оскорбил ФИО5 быстро распространилось среди коллег, от чего ФИО5 был расстроен, испытывал чувство стыда, унижения, так как полагал, что было подорвана его деловая репутация, что, в свою очередь, повлекло стресс и депрессию. ФИО5 в течение длительного времени занимающий руководящие должности, всегда пользовался уважением у подчиненных и коллег, после произошедшего же ситуация в течение длительного времени обсуждалась в коллективе, что сделало психологический стресс длящимся.
Свидетель ФИО3 в судебном заседании подтвердил, что ФИО5 работает в <данные изъяты>» с самого основания более 18-19 лет, сначала был <данные изъяты>, затем с 2022 года <данные изъяты>. Это очень правильный, порядочный, добрый человек, не признающий несправедливость. В коллективе к нему все относятся с уважением. В кабинете в тот момент больше никого не было. Но всё сказанное ФИО4 в адрес ФИО5 могли слышать работники, находящиеся в приемной через открытое окно, ведущее из кабинета в приемную, так как слух об этом мгновенно разлетелся по коллективу. Считает, что в какой-то мере авторитет ФИО5 был подорван – кто-то из работников может расценить, что к ФИО5, как к руководителю, можно так относиться и так вести себя.
Установлено, что действительно ФИО4 и ФИО5 на момент ДД.ММ.ГГГГ являлись руководителями <данные изъяты>» (<данные изъяты> соответственно). Само по себе произнесение ФИО4 указанного выраженного в нецензурной форме оскорбления является унижающим честь и достоинство ФИО5 При этом ответчиком не опровергнуто, что указанные события распространились среди коллектива, что привело к повышенной степени унижения чести и достоинства потерпевшего, что могло привести к более глубоким нравственным страданиям, независимо от того, что оба они являются мужчинами, работающими в системе ЖКХ, на что ссылался ФИО4
При этом, то обстоятельство, что ФИО4 инициировал выделение долей из ООО, его увольнение с должности <данные изъяты> и последующее восстановление не дает ему основания унижать честь и достоинство ФИО5
Ответчик ФИО4 при определении размера компенсации морального вреда просил учесть его тяжелое материальное положение. При этом просил учесть наличие у него на иждивении троих несовершеннолетних детей (дочь от первого брака в возрасте 13 лет, сын от второго брака 6 лет, а также дочь его супруги от предыдущего брака, но которая также находится на его содержании). Также ссылался на то обстоятельство, что он постоянного места работы не имеет, в связи с чем не имеет возможности содержать семью.
Вместе с тем, с учетом представленных ООО <данные изъяты>» документов, согласно которым ФИО4 в 2025 году имел доход на общую сумму 5 778 803,35 руб. (в т.ч.: п/п № от ДД.ММ.ГГГГ: 1 000 000 руб., п/п № от ДД.ММ.ГГГГ: 300 000 руб., п/п 84 от ДД.ММ.ГГГГ: 1 300 000 руб., п/п 84 от ДД.ММ.ГГГГ: 1 465 221,43 руб., за март 2025 выплачена заработная плата с учетом удержанного НДФЛ в размере 968 893,82 руб., за апрель 2025 с учетом удержанного НДФЛ: 744 688,10 руб.), что ответчиком не опровергнуто, суд приходит к выводу о том, что материальное положение ответчика ФИО4 не может быть признано судом тяжелым.
Определяя размер компенсации морального вреда, исходя из вышеприведенных требований и критериев по правилам ст.1101 ГК РФ, суд принимает во внимание обстоятельства его причинения и характер допущенных ответчиком нарушений, а именно – высказывание оскорбительных выражений ответчиком в адрес истца в присутствии иного лица – коллеги по работе, на рабочем месте, учитывая содержание всего разговора, исходит из степени нравственных и физических страданий истца и руководствуется принципами разумности и справедливости, приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей, который находит достаточным и справедливым.
В удовлетворении остальной части требований о взыскании компенсации морального вреда истцу следует отказать.
Согласно ч.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.
В соответствии с абз. 2 п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (ст. 98, 102, 103 ГПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).
В соответствии с ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к числу которых в ст.94 Гражданского процессуального кодекса РФ отнесены, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами.
В соответствии со ст.100 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Также, на основании ст.103 ГПК РФ, ст.333.19 Налогового кодекса РФ суд взыскивает с ответчика в доход бюджета муниципального образования «Городской округ город Вятские Поляны Кировской области» государственную пошлину в размере 3000,00 руб. по неимущественному требованию о взыскании компенсации морального вреда.
Руководствуясь ст. ст. 194 – 198, 199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ :
Исковые требования ФИО9 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты> (паспорт гражданина Российской Федерации №, выдан ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>, код подразделения №) в пользу ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты> (паспорт гражданина Российской Федерации 33 №, выдан ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> №) компенсацию морального вреда в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда отказать.
Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты> (паспорт гражданина Российской Федерации №, выдан ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>, код подразделения № государственную пошлину в бюджет Муниципального образования городского округа <адрес> в размере 3000 (три тысячи) рублей.
Решение может быть обжаловано в Кировский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Вятскополянский районный суд Кировской области в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Судья В.А. Минина
Мотивированное решение изготовлено 16 сентября 2025 года.