Дело № 2-110/2023 УИД 22RS0017-01-2023-000099-15

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 июня 2023 года с. Новоегорьевское

Егорьевский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Алонцевой О.А.

при секретаре Шерстобитовой О.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «ЭСК «Энергомост» к ФИО1 ФИО7 о взыскании материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Представитель истца Общества с ограниченной ответственностью «ЭСК «Энергомост» (далее по тексту - ООО «ЭСК «Энергомост») обратился в суд с иском к ответчику ФИО1 о взыскании материального ущерба, причиненного работником. В обоснование требований указано, что согласно заключенному трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ ответчик принят на работу в ООО «ЭСК «Энергомост» на должность водителя в структурное подразделение - обособленное подразделение Новая Чара вахтовым методом: 2 месяца вахты, 1 месяц отдыха. Трудовые обязанности ФИО1 закреплены Правилами внутреннего трудового распорядка Работодателя, Рабочей инструкцией водителя автомобиля. Также с ответчиком заключен договор о полной материальной индивидуальной ответственности.

ФИО1 выполнял трудовые обязанности на объекте строительства «Горно-металлургический комбинат «Удокан» на автомобиле КАМАЗ КМУ № государственный регистрационный знак №

В сентябре 2022 года при проведении проверки данных системы мониторинга транспорта «Виалон» и путевых листов работы автомобиля КАМАЗ КМУ №, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ специалистами службы мониторинга транспорта ООО «ЭСК «Энергомост» было выявлено 20 фактов недолива дизельного топлива, которое зафиксировано системой мониторинга транспорта «Виалон». Расхождение между количеством топлива, которое зафиксировала система мониторинга и количеством топлива, которое получил водитель ФИО1 согласно данным путевых листов и заправочных ведомостей, составило 2 670 литров.

При получении топлива ФИО1 в путевых листах и в заправочных ведомостях указывал большее количество топлива, чем фиксировала система мониторинга транспорта.

В результате расхождения количества топлива, отраженного в первичных учетных документах и количества, зафиксированного системой мониторинга транспорта, у истца в бухгалтерском учете образовались неподтвержденные излишки.

По данному факту истцом была создана комиссия для проведения служебного расследования, на основании которого истец пришел к выводу о виновности водителя ФИО1 в указанных выше расхождениях количества дизельного топлива, то есть, получении ФИО1 топлива в большем размере, чем зафиксировано системой мониторинга транспорта за период с февраля по июль 2022 года, указании им недостоверных данных о количестве полученного топлива, в результате чего 2 670 литров дизельного топлива не было использовано работником ФИО1 для работы транспортного средства работодателя, чем работодателю причинен ущерб в размере 165 032,70 руб.

Со ссылкой на трудовое законодательство РФ, истец просит взыскать с ФИО1 в свою пользу сумму материального ущерба в размере 165 032,70 руб.

В судебном заседании представитель истца ФИО3, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования поддержала в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении. После перерыва в судебном заседании участия не принимала.

Представитель ответчика ФИО6, действующий на основании ордера от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании исковые требования не признал в полном объеме, указывая, что вина ФИО1 истцом не доказана. Причинно-следственной связи между расхождением количества дизельного топлива в документации истца и действиями ФИО1 не доказано.

Суд, заслушав представителя истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела и оценив собранные по нему доказательства, приходит к следующему.

Основные права и обязанности работника и работодателя определены в статьях 21 и 22 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью второй статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан, в частности, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; бережно относиться к имуществу работодателя (в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества) и других работников; незамедлительно сообщить работодателю либо непосредственному руководителю о возникновении ситуации, представляющей угрозу жизни и здоровью людей, сохранности имущества работодателя (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества).

В соответствии с частью первой статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя (в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества) и других работников, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, требований охраны труда; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Работодатель обязан обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей (абзац пятый части второй статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Общие положения о материальной ответственности сторон трудового договора, определяющие обязанности стороны трудового договора по возмещению причиненного другой стороне ущерба и условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора, содержатся в главе 37 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью первой статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с этим кодексом и иными федеральными законами.

Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации «Материальная ответственность работника» определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат (часть первая статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть вторая статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 239 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

В соответствии со статьей 241 Трудового кодекса Российской Федерации за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть первая статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба приведен в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации.

Порядок определения размера причиненного работником работодателю ущерба предусмотрен статьей 246 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно части первой которой размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

В силу части первой статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно части второй статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном Кодексом (ч. 3 ст. 247 ТК РФ).

В соответствии с п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Из приведенных правовых норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что по общему правилу необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Как следует из материалов дела, на основании заключенного трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО1 принят на работу в ООО «ЭСК «Энергомост» на должность водителя в структурное подразделение - обособленное подразделение Новая Чара. Трудовые обязанности ФИО1 определены Правилами внутреннего трудового распорядка Работодателя (далее - ПВТР), Рабочей инструкцией водителя. Этой же датой с ответчиком заключен договор о полной материальной индивидуальной ответственности №, ответчик ознакомлен с данными документами.

ДД.ММ.ГГГГ согласно договору №, заключенному между исполнителем ООО «Арджет» и заказчиком ООО «ЭСК «Энергомост» утверждено соглашение о предоставлении заказчику абонентского обслуживания по мониторингу транспорта, контроля расхода топлива с использованием систем GPS/ГЛОНАС, установленного на транспорте заказчика.

ДД.ММ.ГГГГ согласно акту установки, на транспортное средство - КАМАЗ КМУ государственный регистрационный знак №, принадлежащий ООО «ЭСК «Энергомост», исполнителем работ - ООО «Антарес» установлено оборудование дистанционного учета топлива, включая ёмкостный датчик-измеритель «ЭСКОРТ ТД-100».

Как указывает истец, на основании анализа сведений системы мониторинга «Виалон» (оригинальное наименование «Wialon»), заправочных ведомостей, путевых листов автомобиля КАМАЗ КМУ № сотрудниками ООО «ЭСК «Энергомост» было выявлено несоответствие количества выданного и заправленного топлива для указанного транспортного средства.

В целях проверки данных обстоятельств, на основании приказа ООО «ЭСК «Энергомост» №-п-ОД от ДД.ММ.ГГГГ истцом создана комиссия для проведения служебной проверки по указанным фактам. Выводы комиссии оформлены актом от ДД.ММ.ГГГГ по результатам служебной проверки (далее - акт проверки), из которых следует, что комиссией подтвержден факт недостачи дизельного топлива водителем ФИО1 общим объемом 2760 литров, вследствие чего решено инициировать взыскание материального ущерба с ФИО1 в судебном порядке.

В своем объяснении от ДД.ММ.ГГГГ, данном в рамках проводимой служебной проверки ФИО1 пояснял, что оформлением путевых листов занимался диспетчер. Заправка его автомобиля осуществлялась с автомобиля «УРАЛ» государственный регистрационный знак <***>, которую производили водители автомобиля «УРАЛ», при этом заправка топливом производилась непосредственно в бак автомобиля ФИО1, и ни на какие другие нужды не использовалась. Причины расхождения заправленного топлива с данными мониторинга ему не известны, так как контроль мониторинга в его обязанности не входит.

Данные пояснения свидетельствуют о несогласии ФИО1 с заключением проведенной служебной проверки, о чем он собственноручно указал при ознакомлении с актом проверки ДД.ММ.ГГГГ.

Для установления всех обстоятельств, имеющих правовое значение, судом у истца истребованы все материалы служебной проверки в отношении ФИО1, на основании которых истцом сделаны выводы о виновности ФИО1

Так, из акта проверки следует, что причиной расхождения данных фактически заправленного топлива в автомобиль КАМАЗ КМУ государственный регистрационный номер № с данными мониторинга системы «Виалон», в общем объеме 2760 литров, что нанесло материальный ущерб работодателю в сумме 165 032,7 руб., явилось ненадлежащее выполнение установленных трудовых обязанностей водителем ФИО1, а именно: Рабочей инструкции (п. 3.1.1) - водитель автомобиля должен знать нормы расхода топлива, перед началом рабочей смены проверять наличие топлива, получать путевую документацию, (п. 3.1.2) - в процессе работы обязан обеспечивать экономное расходование автомобильного топлива, (п. 3.1.3) - в рабочее время производить заправку автомобиля топливом, получать путевой лист, производить оформление путевых документов.

При этом доказательств не исполнения, либо не надлежащего выполнения выше указанных обязанностей ФИО1 материалы проверки не содержат. В акте проверки указано, что ФИО1 указывал большее количество топлива, чем фиксировала система мониторинга транспорта, при этом при исследовании путевых листов и ведомостей учета горюче-смазочных материалов на заправку транспортных средств, машин и механизмов, установлено, что ФИО1 проставлялась только подпись в подтверждение получения заправленного топлива, сведения о его количестве вносились в ведомость материально-ответственным лицом, а в путевой лист - заправщиком, однако материалы служебной проверки не содержат объяснения данных лиц. Более того, не смотря на то, что в своем объяснении ФИО1 пояснил, что заправка его автомобиля дизельным топливом осуществлялась из авто-топливозаправщика, что не оспаривалось представителем истца в судебном заседании, однако, в рамках служебной проверки не оценивалась исправность счетчиков топливо - раздаточной аппаратуры, с использованием показателей которой проставлялись отметки о количестве заправленного топлива в автомобиль ФИО1 При этом, как следует из материалов дела, и пояснений представителя истца, топливозаправщиками являются работники ООО «ЭСК «Энергомост», однако, при проведении проверки в отношении ФИО1, данные лица также не опрашивались работодателем.

Согласно представленной по запросу суда информации ООО «ЭСК «Энергомост», контроль путевой документации и выполненных работ водителями осуществляется диспетчерами управления механизации и транспорта ООО «ЭСК «Энергомост». Контроль системы мониторинга топлива в ООО «ЭСК «Энергомост» осуществляется специалистами по системам мониторинга транспорта в соответствии с их должностной инструкцией.

Пунктами 4.1.1, ДД.ММ.ГГГГ Инструкции специалиста по системам мониторинга транспорта - ФИО4, разработанной и утвержденной ДД.ММ.ГГГГ, предусмотрен мониторинг данным специалистом поступающей информации относительно передвижения транспорта, местоположения, пройденного километража, расхода топлива, контроль слива топлива и заправки транспортных средств; проверка в текущем режиме данных путевых листов (пробег, расход, заправки, сливы) с данными программы мониторинга автотранспорта.

Согласно представленной должностной инструкции диспетчера ООО «ЭСК «Энергомост», обязанность по составлению и ведению путевых листов с целью учета работы транспортных средств, учет расходования горюче-смазочных материалов, а так же своевременное предоставление отчетных документов (путевых листов, ведомостей), возложена именно на диспетчера (п. 3), при этом в соответствии с п. 4 должностной инструкции именно диспетчер: заполняет, выдает и принимает путевые листы, проверяет правильность заполнения, вносит в них необходимые дополнения и корректировки, учитывает фактический расход топлива по данным путевым листам, с целью исключения необоснованного списания топлива, ежемесячно составляет отчет по списанию ГСМ. Представленные путевые листы автомобиля КАМАЗ КМУ государственный регистрационный номер № за период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не содержат сведений о несоответствии сведений спидометрового оборудования фактически израсходованному топливу, его перерасходу, либо экономии, использованию транспортного средства не по назначению. Путевые листы подписаны соответствующими должностными лицами и приняты для бухгалтерского учета, что в свою очередь ставит под сомнение выводы служебной проверки о получения ФИО1 топлива в большем размере, чем фактически было использовано при выполнении порученных ему работ.

Оценивая ссылку истца на показания датчика учета топлива (ДУТ) в качестве доказательства обоснованности требований, суд критически относится к выводу о корректности работы данного датчика, установленного на транспортное средство КАМАЗ КМУ государственный регистрационный номер № ввиду следующего.

Как следует из акта проверки показаний ДУТ (контрольного слива/заправки топлива) от ДД.ММ.ГГГГ, по результатам контрольной заправки указанного транспортного средства, проведенной с участием ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ в 07-41 час. на протяжении 5 минут производилась контрольная заправка топлива автомобиля КАМАЗ КМУ государственный регистрационный номер №. Количество фактически заправленного топлива составило 241 л. Показания системы ДУТ отразили 230 л, т.е. разница между показаниями системы мониторинга GPS/ГЛОНАС и фактическими, как указано в акте, составила 11 литров или 4% (п. 4 акта).

Как пояснила представитель истца в судебном заседании, данная погрешность является допустимой и не влияет на выводы о виновности ФИО1 в недоливе топлива в бак управляемого им автомобиля.

Вместе с тем, установленная при контрольной заправке погрешность (4%) превышает заявленную техническими характеристиками погрешность измерений датчика «Эскорт ТД-100» в рабочей области (1%), что следует из паспорта данного ДУТа (п.2.3). Причины такого расхождения работодателем не устанавливались.

Кроме того, по расчету суда, при установленных истцом данных, погрешность составляет не 4%, а 4,56%.

Также указанный выше акт проверки показаний ДУТ содержит явные, не оговоренные в акте, исправления непосредственно в результатах контрольной заправки (количестве литров) и неоговоренные приписки (в графе специалист мониторинга транспорта).

Оценивая позицию истца, что осведомленность водительского состава об использовании работодателем системы «Виалон» и наличии оборудования и датчиков контроля предполагается, так как водители в силу своих трудовых обязанностей проводят проверку технического состояния автомобиля, контролируют исправность топливной аппаратуры и других механизмов и систем, от которых зависит расход топлива, суд находит данную позицию несостоятельной применительно к исковым требованиям, по той причине, что оборудование системы мониторинга «Виалон» не относится к техническому компоненту транспортного средства, за которым должен и может следить водитель автомобиля, так как не влияет на его техническое состояние, на контроль исправности топливной аппаратуры, и других механизмов и систем, от которых зависит расход топлива, и не влияет на его топливно-экономические показатели. Сами трудовые отношения между истцом и ответчиком возникли ДД.ММ.ГГГГ на основании заключенного трудового договора №, т.е. после установки выше указанного оборудования «Виалон», и не предусматривают каких-либо обязанностей или ответственности со стороны ответчика по его использованию, напротив, по информации истца, доступ водителям к системе мониторинга водителям не предоставляется, он открыт только для диспетчеров, механиков, специалистов по системам мониторинга транспорта и руководителей управления механизации и транспорта.

Распорядительный документ о внедрении, использовании и ответственности, включая материальную, программного обеспечения «Виалон» в ООО «ЭСК «Энергомост» не издавался, данная система мониторинга топлива в ООО «ЭСК «Энергомост» является инструментом работодателя для контроля и мониторинга собственного транспортного парка, в связи с чем суд полагает, что данные, полученные с ее помощью без установленных объективных обстоятельств и доказательств, не могут быть использованы в качестве установления вины работника в причинении ущерба.

Согласно правовой позиция, изложенной в пункте 7 Обзора практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника (утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ ДД.ММ.ГГГГ), необходимым условием привлечения работника к материальной ответственности является наличие у работодателя ущерба, который должен быть подтвержден доказательствами, отвечающими требованиям закона.

Аналогичная позиция изложена в Определениях Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №

Проанализировав действующее законодательство Российской Федерации, суд приходит к выводу, что истцом - ООО «ЭСК «Энергомост», как работодателем, не доказаны обстоятельства, необходимые для возложения на работника материальной ответственности за причиненный ущерб, в частности, период и причины возникновения ущерба, противоправность поведения ФИО1, причинная связь между его поведением и наступившим ущербом, и, как следствие, о недоказанности истцом заявленных требований, и отказывает истцу в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Обществу с ограниченной ответственностью «ЭСК «Энергомост» в удовлетворении исковых требований к ФИО1 ФИО8 о взыскании материального ущерба отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в <адрес>вой суд путем подачи апелляционной жалобы через Егорьевский районный суд <адрес> в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья О.А. Алонцева

Мотивированный текст решения изготовлен 05.07.2023