Дело №2-133/25 УИД 50RS0015-01-2024-004508-81

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОСССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ДД.ММ.ГГГГ года г. Истра

Московской области

Истринский городской суд Московской области в составе:

председательствующего – судьи Климёновой Ю.В.,

при секретаре ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 ФИО10 к ФИО3 ФИО11, ФИО1 ФИО14, ФИО1 ФИО12 в лице законного представителя ФИО1 ФИО13, третьи лица Окружное управление социального развития № Министерства социального развития Московской области, Территориальный отел по вопросам опеки и попечительства № (ЦАО и ЮАО) о признании недействительным договора дарения жилого помещения, применении последствий недействительности сделок,

установил:

ФИО2 обратился в суд с уточненным исковым заявлением к ФИО3, ФИО4, ФИО5 в лице законного представителя ФИО7, просит признать недействительным договор дарения ? доли квартиры, расположенной по адресу: Московская область, г.о. Истра, <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ заключенный между ФИО2 и ФИО3, признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ заключенный между ответчиком ФИО3 и несовершеннолетними детьми ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р. и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., применить последствия недействительности сделок: аннулировать в Едином государственном реестре недвижимости запись от ДД.ММ.ГГГГ. № о государственной регистрации права ФИО3, аннулировать в Едином государственном реестре недвижимости запись от ДД.ММ.ГГГГ № о государственной регистрации права ФИО4, аннулировать в Едином государственном реестре недвижимости запись от ДД.ММ.ГГГГ. № о государственной регистрации права ФИО5, вернуть ФИО2 ? долю в праве собственности на помещение (квартиру) с № по адресу: Московская область, г.о. Истра, <адрес>.

В обоснование заявленных требований истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ с ФИО3 заключен договор дарения ? доли квартиры общей площадью № кв. м, расположенной по адресу: Московская область, г.о. Истра, <адрес>. Считает, что договор дарения является недействительным, поскольку фактически стороны заключили договор купли-продажи, однако денежные средства за квартиру ему не выплачены. Ответчик ФИО3 в период его нахождения на военной службе незаконно представил в Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Московской области через МФЦ г.о. Истра договор дарения доли и осуществил регистрацию своего права собственности на спорную ? долю в праве собственности на квартиру без присутствия и без его ведома.

ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО3 заключил договор дарения, в соответствии с которым безвозмездно передал спорную долю в общую долевую собственность несовершеннолетним детям ФИО4 и ФИО5 по <данные изъяты> доле каждому. Поскольку он не состоит с ФИО3 ни в дружеских, ни в родственных отношениях, которыми мог быть обусловлен безвозмездный характер договора дарения, считает, что оспариваемый договор дарения является ничтожным, что подтверждается и фактом передачи ФИО3 ФИО2 денежных средств в качестве платы за долю в квартире.

Представитель истца ФИО2 по доверенности ФИО18 в судебном заседании уточненное исковое заявление поддержал, просил удовлетворить.

Ответчики ФИО3, ФИО4, ФИО5 в судебное заседание не явились, о времени и мете судебного заседания извещены надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО3 по доверенности ФИО8 в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что договор дарения составлен нотариально, ФИО3 фактически получил ? долю, когда заключил договор дарения. Истец не указал в иске, чем нарушены его права, так как после заключения сделки ФИО2 через <данные изъяты> недели приходил в семью ФИО3, они задолго до совершения сделки познакомились. Ни один документ не содержит, что ФИО3 должен выплатить истцу <данные изъяты> руб. ФИО2 при написании иска скрыл факт, что он получил от ФИО3 <данные изъяты> руб., в дальнейшем была договоренность выплачивать по <данные изъяты> руб. Два года никаких требований и претензий не было. Истец отправлял ФИО3 фото из армии, они оставались в дружеских отношениях.

Представители Окружного управления социального развития № Министерства социального развития Московской области, Территориального отела по вопросам опеки и попечительства № (ЦАО и ЮАО) в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Свидетель ФИО9, допрошенный по ходатайству истца в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, показал суду, что находится в дружеских отношениях с истцом, поэтому он просил сопровождать его на сделке. ФИО3 после заключения сделки сказал, что сейчас денежных средств нет, может их перевести на банковскую карту.

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля, исследовав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства, суд находит заявленные требования подлежащими удовлетворению в части, учитывая следующее.

В силу пункта 1 статьи 421 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации (пункт 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Пункт 88 этого же постановления Пленума разъясняет, что, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Из содержания указанной нормы и разъяснений Пленума следует, что для признания прикрывающей сделки недействительной в связи с ее притворностью суду необходимо установить, что действительная воля всех сторон сделки была направлена на заключение иной (прикрываемой) сделки.

Как разъяснено в пункте 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 8 июля 2020 г., сокрытие действительного смысла такой сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

При наличии сомнений в реальности существования обязательства по сделке в ситуации, когда стороны спора заинтересованы в сокрытии действительной цели сделки, суд не лишен права исследовать вопрос о несовпадении воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий, в том числе, оценивая согласованность представленных доказательств, их соответствие сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, наличие или отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки и т.п.

Из приведенных положений закона и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что особенностью разрешения спора о притворной сделке является выявление действительной воли ее участников вопреки формальной стороне этой сделки. Ключевым признаком притворной сделки является то, что при ее заключении все стороны осознают, на достижение каких правовых последствий она направлена, но действительный смысл и (или) условия сделки скрываются сторонами, в том числе в противоправных целях. При этом стороны притворной сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение в целях скрыть прикрываемую сделку.

В предмет доказывания по делам о признании притворных сделок недействительными входят: факт заключения сделки, действительное волеизъявление сторон на совершение прикрываемой сделки, обстоятельства заключения договора и несоответствие волеизъявления сторон их действиям.

Указанные особенности требуют тщательного подхода судов к определению имеющих значение для дела обстоятельств и оценке доказательств, поскольку стороны изначально пытались скрыть свои действительные намерения и правоотношения.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3 заключен договор дарения ? доли квартиры, расположенной по адресу: Московская область, г.о. Истра, <адрес>. Переход права на ? долю квартиры по договору дарения ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован в ЕГРН.

Как следует из материалов дела, пояснений сторон в судебном заседании, показаний свидетеля, фактически за приобретение ? доли квартиры ФИО2 новым собственником ФИО3 были перечислены денежные средства в размере <данные изъяты> руб. и <данные изъяты> <данные изъяты> руб., что подтверждается выпиской по счету, справкой по операции, квитанциями (л.д №).

Поскольку по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ имело место быть встречное предоставление в виде оплаты цены доли квартиры, данный договор не является дарением. Из пояснений сторон в судебном заседании следует, что действительная воля всех сторон сделки была направлена на переход права собственности на долю квартиры за плату, т.е. по сути, по договору купли-продажи, не носили безвозмездный характер, о чем свидетельствует частичная оплата по договору, в связи с чем, является притворной (ничтожной) сделкой.

Основываясь на установленных по делу обстоятельствах, суд приходит к выводу, что заключенный договор дарения являлся притворной сделкой, прикрывавшей договор купли-продажи. При этом стороны сделки злонамеренно ввели в заблуждение нотариуса, скрыли от него при нотариальном удостоверении договора, истинную цель заключаемой сделки.

Согласно пункту 8 статьи 2 Федерального закона от 30 декабря 2012 года № 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» правило о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащееся в статье 574 ГК РФ, не подлежит применению к договорам, заключаемым после 1 марта 2013 года.

В связи с этим сам спорный договор дарения жилого помещения государственной регистрации не подлежал.

В соответствии с пунктом 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

Переход права собственности на долю квартиры от истца к ответчику ФИО3 зарегистрирован.

Как следует из положений Федерального закона от 13 июля 2015 г. №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, в процессе регистрации правообладатель (или соответственно доверенное лицо) участвует при подаче заявления о государственной регистрации права. С заявлением предоставляются и все необходимые документы. В дальнейшем все процедуры по проверке, регистрации и внесению соответствующей записи в реестр осуществляются компетентными органами, совершение сторонами каких-либо юридически значимых действий в процессе самой регистрации не требуется. Стороны могут лишь отозвать свое заявление до внесения записи о регистрации в реестр.

Исходя из приведенных выше норм права, суд приходит к выводу, что регистрация перехода права собственности на объект недвижимости по заявлению одной стороны в двухсторонней сделке, произведена Управлением Росреестра по Московской области с нарушением действующего законодательства.

Соответственно в силу ст. 572 ГК РФ к такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса о ничтожности притворной сделки.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и несовершеннолетними детьми ФИО19 ДД.ММ.ГГГГ г.р., и ФИО20., ДД.ММ.ГГГГ г.р. заключен договор дарения по № доле каждому квартиры, расположенной по адресу: Московская область, г.о. Истра, <адрес>.

Согласно заключению специалиста, в результате проведенной строительно-технической экспертизы установлено, что ответчик произвел ремонт жилого помещения.

Исходя из того, что неполучение по договору купли-продажи денежных средств не является основанием для признания договора недействительным, поскольку в случае неоплаты товара по договору купли-продажи, предусмотрены иные правовые последствия, чем признание сделки недействительной, полагая доказанным факт частичного исполнения покупателем оспариваемой сделки, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении остальной части исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 193-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО2 ФИО21 – удовлетворить частично.

Признать недействительной регистрацию перехода права собственности на 1/4 долю квартиры, расположенной по адресу: Московская область, г.о. Истра, <адрес>, на основании договора дарения, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 ФИО22 и ФИО3 ФИО23.

Признать договор дарения 1/4 доли квартиры, расположенной по адресу: Московская область, г.о. Истра, <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 ФИО24 и ФИО3 ФИО25, притворной сделкой, прикрывающей договор купли-продажи.

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Московский областной суд через Истринский городской суд Московской области в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий

мотивированное решение

составлено ДД.ММ.ГГГГ