Дело № 2-825/2023

УИД: 33RS0017-01-2023-000662-88

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

26 мая 2023 года город Радужный

Владимирской области

Собинский городской суд Владимирской области в составе

председательствующего Трефиловой Н.В.,

при секретаре Балясниковой Е.Г.,

с участием

представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

представителя Б,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Радужный Владимирской области гражданское дело по иску УФНС России по Владимирской области к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения,

установил :

УФНС России по Владимирской области обратилось в суд с иском к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения в сумме 206 441,00 руб.

В обосновании заявленных требований истцом УФНС России по Владимирской области указано, что ФИО2 состоит на налоговом учете в УФНС России по Владимирской области. 11 февраля 2003 года она представила в налоговый орган налоговую декларацию по налогу на доходы физических лиц за 2002 год в связи с приобретением в собственность квартиры по адресу: <...>. После проведения камеральной налоговой проверки налоговой декларации по налогу на доходы физических лиц за 2002 год налоговым органом в 2003 году ФИО2 был предоставлен имущественный налоговый вычет по указанной декларации в размере 33 311,25 руб. 28 марта 2003 года налоговым органом на банковский счет ФИО2 был произведен возврат налога на доходы физических лиц в сумме 4 330,00 руб.

В целях получения имущественного налогового вычета в связи с приобретением другого объекта недвижимости – квартиры, расположенной по адресу: <...>, ФИО2 в налоговый орган были представлены следующие налоговые декларации по налогу на доходы физических лиц: 25 февраля 2014 года за 2013 год, заявленная к возврату сумма налога – 28 284,00 руб.; 26 февраля 2015 года за 2014 год, заявленная к возврату сумма налога – 27 128,00 руб.; 28 января 2016 года за 2015 год, заявленная к возврату сумма налога – 23 456,00 руб.; 28 января 2017 года за 2016 год, заявленная к возврату сума налога – 15 706,00 руб.; 18 января 2018 года за 2017 год, заявленная к возврату сумма налога – 19 929,00 руб.; 5 февраля 2019 года за 2018 год, заявленная к возврату сумма налога – 18 174,00 руб.; 21 января 2020 года за 2019 год, заявленная к возврату сумма налога – 19 206,00 руб.; 18 января 2021 года за 2020 год, заявленная к возврату сума налога – 23 108,00 руб.; 24 января 2022 года за 2021 года, заявленная к возврату сумма налога – 31 450,00 руб.

Решениями инспекции о возврате суммы излишне уплаченного налога ФИО2 ошибочно произведены возвраты сумм по налогу на доходы физических лиц в размере 206 441,00 руб. по второму объекту, а именно: 2013 год в сумме 28 284,00 руб. (решение № 13328 от 26 июня 2014 года); 2014 год в сумме 27 128,00 руб. (решение № 4296 от 16 июня 2015 года); 2015 год в сумме 23 456,00 руб. (решение № 1391 от 21 марта 2016 года); 2016 год в сумме 15 706,00 руб. (решение № 609 от 7 марта 2017 года); 2017 год в сумме 19 926,00 руб. (решение № 947 от 27 февраля 2018 года); 2018 год в сумме 18 174,00 руб. (решение № 72011 от 2 июля 2019 года); 2019 год в сумме 19 206,00 руб. (решение № 89858 от 25 марта 2020 года); 2020 год в сумме 23 108,00 руб. (решение № 23756 от 31 марта 2021 года); 2021 год в сумме 31 450,00 руб. (решение № 30211 от 21 марта 2022 года).

Налоговым органом было установлено, что правовые основания повторного использования ФИО3 имущественного налогового вычета по НДФЛ за 2013-2021 годы отсутствовали. Уведомлением № 1273 от 9 сентября 2022 года ФИО2 было предложено предоставить уточненную декларацию по НДФЛ за 2013-2021 годы. Однако ФИО2 уточненную налоговую декларацию не представила, возврат денежных средств не произвела.

Представитель истца УФНС России по Владимирской области ФИО1 (л.д. NN) в судебном заседании исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске, дала объяснения, аналогичные содержанию иска.

Ответчик ФИО2, ее представитель Б (допущенная к участию в деле на основании определения суда, занесенного в протокол судебного заседания от 26 мая 2023 года) против удовлетворения исковых требований возражали, ссылаясь на недоказанность истцом факта обращения ответчика в налоговый орган в 2003 году с налоговой декларацией по налогу на доходы физических лиц и предоставления имущественного налогового вычета в 2003 году. Указали на пропуск истцом срока исковой давности, отсутствие со стороны ответчика злоупотребления правом.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

На основании ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса (п. 1).

В силу п. 3 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Порядок предоставления налоговых вычетов предусмотрен ст. 220 Налогового кодекса Российской Федерации (далее также - НК РФ). Имущественный налоговый вычет предоставляется в размере фактически произведенных налогоплательщиком расходов на новое строительство либо приобретение на территории Российской Федерации одного или нескольких объектов имущества, указанного в подпункте 3 пункта 1 настоящей статьи, не превышающем 2 000 000 руб. Повторное предоставление налоговых вычетов, предусмотренных подпунктами 3 и 4 пункта 1 статьи 220 данного Кодекса, не допускается.

Федеральным законом от 23 июля 2013 года № 212-ФЗ «О внесении изменения в статью 220 части второй Налогового кодекса Российской Федерации», вступившим в силу с 1 января 2014 года, внесены изменения, касающиеся, возможности получения имущественного налогового вычета до полного использования его предельного размера без ограничения количества объектов недвижимого имущества, расходы по приобретению или строительству которых могут учитываться в составе имущественного налогового вычета. При этом, исходя из положений пункта 2 статьи 2 Закона № 212-ФЗ, нормы указанного Закона применяются к налогоплательщикам, которые впервые обращаются в налоговые органы за предоставлением имущественного налогового вычета, и в отношении объектов недвижимого имущества, приобретенных налогоплательщиком после 1 января 2014 года.

Согласно п. 7 ст. 220 НК РФ имущественные налоговые вычеты предоставляются при подаче налогоплательщиком налоговой декларации в налоговые органы по окончании налогового периода, если иное не предусмотрено настоящей статьей.

Имущественные налоговые вычеты, предусмотренные подпунктами 3 и 4 пункта 1 настоящей статьи, могут быть предоставлены налогоплательщику до окончания налогового периода на основании его обращения с письменным заявлением к работодателю (далее в настоящем пункте - налоговый агент), если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, при условии представления налоговым органом налоговому агенту подтверждения права налогоплательщика на получение имущественных налоговых вычетов.

Налогоплательщик направляет в налоговый орган заявление о подтверждении права на получение имущественных налоговых вычетов, предусмотренных подпунктами 3 и 4 пункта 1 настоящей статьи, и документы, предусмотренные подпунктом 6 пункта 3 и пунктом 4 настоящей статьи. Заявление должно быть рассмотрено налоговым органом в срок, не превышающий 30 календарных дней со дня подачи налогоплательщиком в налоговый орган в письменной форме, либо электронной форме по телекоммуникационным каналам связи, либо через личный кабинет налогоплательщика указанных заявления и документов (п. 8 ст. 220 НК РФ).

Таким образом, положения новой редакции ст. 220 НК РФ применяются к правоотношениям, возникшим после 1 января 2014 года, право на получение имущественного налогового вычета, возникшее у физического лица до указанной даты, регулируется нормами НК РФ в редакции, действовавшей до внесения в них изменений, даже если эти отношения не завершены на начало 2014 года.

В силу ст. 88 НК РФ камеральная налоговая проверка проводится по месту нахождения налогового органа на основе налоговых деклараций (расчетов) и документов, представленных налогоплательщиком, а также других документов о деятельности налогоплательщика, имеющихся у налогового органа.

Камеральная налоговая проверка проводится уполномоченными должностными лицами налогового органа в соответствии с их служебными обязанностями без какого-либо специального решения руководителя налогового органа в течение трех месяцев со дня представления налогоплательщиком налоговой декларации (расчета).

Если камеральной налоговой проверкой выявлены ошибки в налоговой декларации (расчете) и (или) противоречия между сведениями, содержащимися в представленных документах, либо выявлены несоответствия сведений, представленных налогоплательщиком, сведениям, содержащимся в документах, имеющихся у налогового органа, и полученным им в ходе налогового контроля, об этом сообщается налогоплательщику с требованием представить в течение пяти дней необходимые пояснения или внести соответствующие исправления в установленный срок.

Таким образом, решение о предоставлении имущественного вычета принимается налоговым органом в рамках регламентируемой нормативными предписаниями процедуры исходя из комплексной оценки права заявителя.

Как установлено в ходе судебного заседания и следует из материалов дела, на основании договора купли-продажи от 11 января 2001 года ФИО4 (ранее – ФИО5) Г.Н. купила квартиру, расположенную по адресу: <...>, за 91 000,00 руб. (л.д. NN.).

11 февраля 2003 года ФИО3 представила в налоговый орган налоговую декларацию по налогу на доходы физических лиц за 2002 год в связи с приобретением в собственность квартиры по адресу: <...>. После проведения камеральной налоговой проверки налоговой декларации по налогу на доходы физических лиц за 2002 год налоговым органом в 2003 году ФИО2 был предоставлен имущественный налоговый вычет по указанной декларации в размере 33 311,25 руб. 28 марта 2003 года налоговым органом на счет ФИО2 был произведен возврат налога на доходы физических лиц в сумме 4 330,00 руб. (л.д. 100-102).

От ФИО2 в налоговый орган поступили налоговые декларации по налогу на доходы физических лиц формы 3-НДФЛ с расчетом имущественного налогового вычета по расходам на приобретение объекта недвижимого имущества по адресу: <...>, право собственности на которое зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ: 25 февраля 2014 года за 2013 год, заявленная к возврату сумма налога – 28 284,00 руб.; 26 февраля 2015 года за 2014 год, заявленная к возврату сумма налога – 27 128,00 руб.; 28 января 2016 года за 2015 год, заявленная к возврату сумма налога – 23 456,00 руб.; 28 января 2017 года за 2016 год, заявленная к возврату сума налога – 15 706,00 руб.; 18 января 2018 года за 2017 год, заявленная к возврату сумма налога – 19 929,00 руб.; 5 февраля 2019 года за 2018 год, заявленная к возврату сумма налога – 18 174,00 руб.; 21 января 2020 года за 2019 год, заявленная к возврату сумма налога – 19 206,00 руб.; 18 января 2021 года за 2020 год, заявленная к возврату сума налога – 23 108,00 руб.; 24 января 2022 года за 2021 года, заявленная к возврату сумма налога – 31 450,00 руб. (л.д. NN). В качестве правоустанавливающего документа к налоговой декларации представлен договор купли-продажи квартиры от 17 января 2013 года.

Налоговым органом приняты решения о возврате ФИО2 сумм излишне уплаченного налога на доходы физических лиц в размере 206 441,00 руб.: решением № 13328 от 26 июня 2014 года за 2013 год в сумме 28 284,00 руб.; решением № 4296 от 16 июня 2015 года за 2014 год в сумме 27 128,00 руб.; решением № 1391 от 21 марта 2016 года за 2015 год в сумме 23 456,00 руб.; решением № 609 от 7 марта 2017 года за 2016 год в сумме 15 706,00 руб.; решением № 947 от 27 февраля 2018 года за 2017 год в сумме 19 926,00 руб.; решением № 72011 от 2 июля 2019 года за 2018 год в сумме 18 174,00 руб.; решением № 89858 от 25 марта 2020 года за 2019 год в сумме 19 206,00 руб.; решением № 23756 от 31 марта 2021 года за 2020 год в сумме 23 108,00 руб.; решением № 30211 от 21 марта 2022 года за 2021 год в сумме 31 450,00 руб. (л.д. NN).

В ходе проведенных работ по актуализации сведений в информационных ресурсах налоговых органов, налоговым органом установлено, что ранее ФИО2 за период 2002 год представлена налоговая декларация по налогу на доходы физических лиц с заявленным имущественным налоговым вычетом, в которой заявлен имущественный налоговый вычет в связи с приобретением объекта недвижимости - квартиры, расположенной по адресу: <...>. В этой связи уведомлением № 1273 от 9 сентября 2022 года ФИО2 предлагалось представить уточненную налоговую декларацию по форме 3-НДФЛ за 2013-2021 годы (л.д. 94-95), что ФИО2 сделано не было.

Поскольку ФИО2 воспользовалась имущественным налоговым вычетом по НДФЛ по объекту недвижимого имущества, приобретенному до 1 января 2014 года, оснований для получения налогового вычета в отношении расходов в связи с приобретением еще одного объекта недвижимости она не имела в силу положений ст. 2 Федерального закона от 23 июля 2013 года № 212-ФЗ «О внесении изменений в статью 220 части второй Налогового кодекса Российской Федерации».

Как следует из правовых позиций, изложенных в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24 марта 2017 года № 9-П, Налоговый кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо специальных правил, регулирующих основания и порядок взыскания денежных средств, неправомерно (ошибочно) выделенных налогоплательщику из бюджета в результате предоставления ему имущественного налогового вычета по налогу на доходы физических лиц, но и не исключает возможность обратиться в этих целях к общим механизмам, направленным на обеспечение как полноты и своевременности исполнения налогоплательщиками возложенных на них налоговых обязанностей, так и соблюдения налоговыми органами, составляющими централизованную систему, законодательства о налогах и сборах.

Реализация налогоплательщиком права на получение налогового вычета обусловлена проведением налоговым органом оценки представленных им документов в ходе камеральной налоговой проверки (статьи 78, 80 и 88 Налогового кодекса Российской Федерации), т.е. получение налогоплательщиком выгоды в виде налогового вычета основывается на принятии официального акта, которым и признается субъективное право конкретного лица на возврат из бюджета или зачет излишне уплаченных сумм налога на доходы физических лиц. При таких обстоятельствах выявленное занижение налоговой базы по указанному налогу вследствие неправомерно (ошибочно) предоставленного налогового вычета не может быть квалифицировано как налоговая недоимка в буквальном смысле, под которой в Налоговом кодексе Российской Федерации понимается сумма налога, не уплаченная в установленный законодательством о налогах и сборах срок (пункт 2 статьи 11), поскольку конкретный размер обязанности по уплате налога, с учетом заявленного налогового вычета, определяется налоговым органом и именно в этом размере налоговая обязанность подлежит исполнению налогоплательщиком в установленный срок.

Факт предоставления налогового вычета без законных на то оснований должен быть достоверно выявлен в надлежащей юридической процедуре, требующей изучения тех же документов, исследования тех же фактических обстоятельств, которые были положены в основу принятия первоначального решения налогового органа, а при необходимости - получения и анализа дополнительных сведений. Следовательно, изъятие в бюджет соответствующих сумм налога, в отношении которых ранее принято решение об их возврате налогоплательщику или об уменьшении на их размер текущих налоговых платежей, означает необходимость преодоления (отмены) решения налогового органа, предоставившего такой вычет.

Однако камеральная налоговая проверка как форма текущего документального контроля, направленного на своевременное выявление ошибок в налоговой отчетности и оперативное реагирование налоговых органов на обнаруженные нарушения, не предполагает, как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, возможность повторной проверки уже подвергавшихся камеральному контролю налоговых деклараций (Определение от 23 апреля 2015 года № 736-О).

Таким образом, обращение для целей взыскания с налогоплательщиков денежных средств, полученных ими вследствие неправомерно (ошибочно) предоставленного имущественного налогового вычета, к общим (стандартным) налоговым процедурам, закрепленным, в частности, в статьях 48, 69, 70 и 101 Налогового кодекса Российской Федерации, хотя оно и не исключено, не может рассматриваться как обеспечивающее необходимые и достаточные возможности правомерного возврата в бюджет соответствующей налоговой задолженности.

Содержащееся в главе 60 ГК РФ правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения, предусматривающее в рамках его статьи 1102 возложение на лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретателя) за счет другого лица (потерпевшего), обязанности возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса (пункт 1), а также применение соответствующих правил независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2), по существу, представляет собой конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3).

Вместе с тем данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и, соответственно, обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям. Применительно к налоговой выгоде, которая получена налогоплательщиком в виде необоснованного возмещения сумм налога из бюджетной системы, а потому не может признаваться частью принадлежащего ему на законных основаниях имущества, это означает, что отказ от взыскания таких сумм в бюджетную систему, мотивированный исключительно отсутствием установленной законом процедуры, приводил бы к последствиям, несовместимым с требованиями Конституции Российской Федерации, ее статьи 35 во взаимосвязи со статьями 17 (части 1 и 3) и 55 (часть 3), и общими принципами права, в силу которых конституционные гарантии права собственности предоставляются в отношении того имущества, которое принадлежит субъектам прав собственности и приобретено ими на законных основаниях, а также являлся бы недопустимым отступлением от обусловленного взаимосвязанными положениями статей 19 (части 1 и 2) и 57 Конституции Российской Федерации требования равенства налогообложения, порождая ничем не обоснованные преимущества для одних налогоплательщиков, которым имущественный налоговый вычет был предоставлен необоснованно, в соотношении со всеми иными налогоплательщиками, притом что никто из них правом на получение имущественного налогового вычета не наделен.

Конкретизируя применительно к налоговым правоотношениям приведенные правовые позиции, выраженные в постановлениях от 27 апреля 2001 года № 7-П и от 24 июня 2009 года № 11-П, Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что установление временных пределов осуществления мер государственного принуждения в налоговой сфере направлено на защиту таких конституционных ценностей, как стабильность и определенность публичных правоотношений, обеспечение надлежащих условий хозяйствования, поддержание баланса публичных интересов государства и частных интересов субъектов гражданско-правовых отношений (Постановление от 14 июля 2005 года № 9-П, Определение от 8 февраля 2007 года № 381-О-П).

Следовательно, период, в течение которого в целях исправления допущенной налоговым органом ошибки денежные средства, неправомерно (ошибочно) предоставленные налогоплательщику, могут быть с него взысканы, должен быть, по возможности, оптимально ограниченным.

Между тем при применении общих правил исчисления срока исковой давности к заявленному в порядке главы 60 ГК РФ требованию налогового органа о взыскании с налогоплательщика денежных средств, полученных им по решению налогового органа в качестве имущественного налогового вычета по налогу на доходы физических лиц при отсутствии законных оснований для его предоставления, следует учитывать специфику соответствующих правоотношений, имеющих - несмотря на вынужденное использование гражданско-правовых средств защиты имущественных прав публичного субъекта - публично-правовую природу. Иное приводило бы к недопустимому игнорированию лежащего в основе организации этих правоотношений принципа баланса частных и публичных интересов, поскольку позволяло бы возлагать на налогоплательщика, добросовестное поведение которого не подвергается сомнению, чрезмерное бремя негативных последствий спустя значительное время с момента ошибочного предоставления ему имущественного налогового вычета без тех же самых гарантий, которые ему обеспечивает налоговое законодательство, и ставило бы его в ситуацию правовой неопределенности.

Принимая во внимание, что заявленное требование налогового органа о взыскании с налогоплательщика сумм, перечисленных ему в качестве имущественного налогового вычета при отсутствии установленных законом оснований для его предоставления, основано на публично-правовой обязанности по уплате налога, исчисление срока исковой давности, предусмотренного статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, должно осуществляться в соответствии с конституционными принципами равенства и справедливости и в системной связи с общими принципами и иными нормами налогового законодательства, то есть не с учетом правил статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на основании Налогового кодекса Российской Федерации, предписания которого о сроках принудительной реализации имущественных интересов сторон налоговых правоотношений являются адекватным отражением баланса публичных и частных начал в этих правоотношениях и, соответственно, в условиях действующего правового регулирования должны рассматриваться как имеющие ориентирующее значение применительно к решению вопроса о взыскании с налогоплательщика сумм неправомерно, в том числе ошибочно полученного имущественного налогового вычета.

То обстоятельство, что налогоплательщик мог добросовестно заблуждаться относительно законности основания получения имущественного налогового вычета, а налоговый орган по тем или иным причинам не опроверг правомерность заявленных им требований, не может служить основанием для невозврата задолженности перед бюджетной системой, образовавшейся в результате неправомерного предоставления налогоплательщику имущественного налогового вычета. В свою очередь, государство в лице уполномоченных органов должно эффективно и своевременно решать вопросы обеспечения уплаты в полном объеме причитающихся бюджетной системе налоговых средств, а налогоплательщики, действующие добросовестно, не могут быть поставлены в ситуацию недопустимой неопределенности возможностью предъявления в любой момент требований о возврате полученного ими имущественного налогового вычета по мотиву неправомерности независимо от времени, прошедшего с момента решения вопроса о его предоставлении.

Соответственно, в случае, если предоставление имущественного налогового вычета было обусловлено ошибкой самого налогового органа, такое требование может быть им заявлено, поскольку законом не установлено иное, в течение трех лет с момента принятия ошибочного решения о предоставлении имущественного налогового вычета (в случае, если предоставление суммы вычета производилось в течение нескольких налоговых периодов, - с момента принятия первого решения о предоставлении вычета). Если же предоставление имущественного налогового вычета было обусловлено противоправными действиями налогоплательщика (представление подложных документов и т.п.), то налоговый орган вправе обратиться в суд с соответствующим требованием в течение трех лет с момента, когда он узнал или должен был узнать об отсутствии оснований для предоставления налогоплательщику имущественного налогового вычета.

С учетом действующего правового регулирования, принимая во внимание изложенные правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, добросовестность гражданина при разрешении требований налогового органа презюмируется, бремя доказывания недобросовестности ответчика при получении имущественного налогового вычета и предъявлении необходимых документов и информации возлагается на истца.

Налоговым кодексом Российской Федерации предусмотрена обязанность налогового органа по своевременной надлежащей проверке поданного заявления, в результате которой в установленные сроки должны были выявиться имеющиеся несоответствия и направлено сообщение налогоплательщику с предъявлением требованием о предоставлении пояснении либо внесении исправлений.

Данная обязанность налоговым органом своевременно не была исполнена.

Проводимая налоговым органом при предоставлении заявленного повторного имущественного налогового вычета камеральная налоговая проверка является формой текущего документального контроля, направленного на своевременное выявление ошибок в налоговой отчетности и оперативное реагирование на обнаруженные нарушения.

Таким образом, при проведении надлежащей камеральной проверки налоговым органом, у него не имелось препятствий для установления факта повторного обращения ФИО2 за получением имущественного вычета.

С учетом того, что налоговым законодательством установлен порядок устранения ошибок и противоречий в сведениях при предоставлении налоговой декларации, суд не усматривает в действиях ФИО2 по предоставлению декларации с соответствующими сведениями противоправного характера.

В силу положений п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность гражданина (в данном случае ФИО2) по заявленным требованиям презюмируется.

Таким образом, в нарушении ст. 56 ГПК РФ истцом (налоговой инспекцией) доказательств противоправного поведения ответчика не представлено. В рассматриваемом случае заявленное истцом обогащение вызвано ошибочным решением самого налогового органа о предоставлении имущественного налогового вычета в связи с приобретением ответчиком иного объекта недвижимости, а не вследствие предоставления налогоплательщиком подложных документов с заявлением о предоставлении указанного вычета.

Исходя из вышеизложенной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, учитывая публично-правовой характер налоговых отношений и разумно предполагаемую осведомленность налогового органа о нарушении имущественных интересов государства, а также отсутствие в действиях ФИО2 по предоставлению декларации с соответствующими сведениями противоправного характера, суд приходит к выводу о необходимости определения начала течения срока исковой давности с момента принятия истцом первого решения о предоставлении ответчику имущественного налогового вычета, то есть с 26 июня 2014 года.

С иском УФНС России по Владимирской области обратилось 25 апреля 2023 года (л.д. NN таким образом, суд приходит к выводу о пропуске истцом срока исковой давности, что является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 24 марта 2017 года № 9-П, поскольку предметом судебного разбирательства в рамках конкретного дела является в том числе законность и обоснованность действий налогового органа, проверка соблюдения им указанного срока должна быть осуществлена судом самостоятельно, то есть правило п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения, применению не подлежит. Иные, помимо взыскания собственно суммы денежных средств, полученных в результате неправомерно предоставленного имущественного налогового вычета, правовые последствия могут наступать для налогоплательщика лишь при подтверждении того, что неосновательное обогащение явилось следствием противоправных действий самого налогоплательщика, и только в рамках мер государственного принуждения, предусмотренных законодательством о налогах и сборах.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения иска не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил :

в удовлетворении иска УФНС России по Владимирской области (ОГРН <***>) к ФИО2 (ИНН NN) о взыскании неосновательного обогащения - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Владимирский областной через Собинский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: подпись (Н.В. Трефилова)

Дата принятия решения в окончательной форме – 2 июня 2023 года.