Дело № 2-2744/2023 55RS0005-01-2023-003001-44
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Первомайский районный суд г. Омска в составе председательствующего судьи Шакуовой Р.И.,
при секретаре Корьковой В.М., помощнике судьи Гаюновой Ю.Н.,
рассмотрев в открытом судебном заседании
в городе Омске 11 сентября 2023 года
дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного преступлением,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании причиненного преступлением имущественного ущерба, компенсации морального вреда и судебных издержек. Требования мотивированы тем, что вступившим в законную силу приговором Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. <данные изъяты> УК РФ. В рамках рассмотрения уголовного дела установлен причиненный истцу ущерб на общую сумму 1 432 400 руб., часть из которых в размере 200 000 руб. было возвращено.
Истец в целях улучшения своих жилищных условий продал принадлежащее ему жилое помещение, дополнительно в банке оформил кредит и все денежные средства передал ФИО2 для приобретения квартиры в строящемся доме. С момента передачи денег ФИО1 не имеет жилья и постоянной прописки, живет в подвале. Полагает, что преступлением ему также причинен моральный вред.
Для оказания квалифицированной юридической помощи между потерпевшим и адвокатом Лисмент Е.Р. было заключено соглашение, по которому адвокат осуществлял защиту в ходе предварительного следствия и в суде первой инстанции.
С учетом вышеизложенного просит взыскать с ответчика материальный ущерб, причиненный преступлением, в размере 1 232 400 руб., судебные издержки 50 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб.
Определением Первомайского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу в части требований о взыскании судебных расходов на оказание юридической помощи по уголовному делу прекращено.
В судебном заседании истец ФИО1 поддержал заявленные требования, просил удовлетворить. Дополнительно суду пояснил, что нашел объявление о продаже квартир, вступил в члены ЖСК, внес денежные средства, в последующем приезжая на место предполагаемого строительство дома, понял, что никакого строительства не идет, просил ответчика вернуть деньги, последний вернул только 200 000 руб. Для внесения денег продал принадлежавшую ему комнату в общежитии: <адрес>, <адрес>, а также дополнительно взял кредит в банке ВТБ в размере 600 000 руб. Когда продал комнату, то жил сначала у друга, затем жил в подвале на работе. Прожил в подвале около <данные изъяты> лет, ездил к другу домой, чтобы помыться и постирать вещи. Сейчас друг умер. В настоящее время не имеет иного жилья, прописки также нет, прописаться ему негде, т.к. не имеет родственников, является сиротой, до этого жил в детском доме.
Представитель истца по ордеру Лисмент Е.Р. поддержала исковые требования в полном объеме, просила удовлетворить. Дополнительно суду пояснила, что совершенным преступлением истца был причинен значительный ущерб, иного жилья он не имеет, длительное время жил в подвале, вынужден был выплачивать кредит, порой к ней в адвокатский кабинет приходил пешком ввиду отсутствия денег.
В судебном заседании, организованном посредством ВКС, ответчик ФИО2 признал исковые требования в части имущественного ущерба в заявленном размере, возражал против взыскания компенсации морального вреда.
Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ Вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Из материалов дела следует, что вступившим в законную силу приговором Кировского районного суда <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок <данные изъяты> лет с отбыванием наказания в ИК общего режима.
В ходе рассмотрения уголовного дела установлено, что ФИО2, используя в целях хищения у ФИО1 служебное положение, использовал работников ЖСК «Волгоградский» для составления документов с ФИО1 о приобретении последним <адрес> строящемся <адрес>, не сообщив ни подчиненным работникам, ни ФИО1 о том, что внесенные деньги он истратит не на строительство дома, а на собственную хозяйственную деятельность. На счет ЖСК «Волгоградский» ФИО1 под влиянием обмана перечислил свои деньги ДД.ММ.ГГГГ в сумме 832 400 руб. со счета в ПАО «Банк ВТБ» и 600 000 руб. со счета <данные изъяты> Своими действиями ФИО2 причинил ФИО3 материальный ущерб в особо крупном размере в сумме 1 432 400 руб.
ФИО1 в рамках уголовного дела признан потерпевшим, гражданский иск в рамках уголовного дела им не предъявлялся.
Также указанным приговором установлено, что ФИО2 вернул часть денег в размере 200 000 руб.
Таким образом, размер ущерба составляет 1 232 400 руб., что не оспаривается.
В соответствии со статьей 52 Конституции Российской Федерации права потерпевших от преступлений охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.
Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Вред, причиненный преступлением, подлежит возмещению в полном объеме лицом, виновным в его совершении, кроме случаев, когда законом обязанность возмещения вреда возлагается на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт <данные изъяты> Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N № "О практике рассмотрения судами гражданского иска в уголовном деле").
Таким образом, в рамках уголовного судопроизводства доказана вина ФИО2 в инкриминируемых ему преступлениях, в результате совершения которых истцу был причинен имущественный ущерб на общую сумму 1 232 400 руб., что также следует из данного приговора.
Кроме того, в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела ответчик признал исковые требования в части ущерба на сумму 1 232 400 руб.
С учетом изложенного требования о возмещении материального ущерба в размере 1 232 400 руб. подлежат удовлетворению.
Относительно требований о взыскании компенсации морального вреда в связи с причиненным преступлением суд приходит к следующему.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а признание, соблюдение и защита прав и свобод - обязанность государства.
Конституция Российской Федерации гарантирует охрану законом прав потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью и обязывает государство обеспечить им доступ к правосудию, компенсацию причиненного им ущерба, государственную и судебную защиту их прав и свобод.
Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что применительно к достоинству личности потерпевшего от преступления приведенные конституционные предписания предполагают обязанность государства не только предотвращать и пресекать в установленном законом порядке какие бы то ни было посягательства, способные причинить вред и нравственные страдания личности, но и обеспечивать пострадавшему от преступления возможность отстаивать, прежде всего в суде, свои права и законные интересы, а также защищать собственное достоинство любыми не запрещенными законом способами. Иное означало бы умаление чести и достоинства личности не только лицом, совершившим противоправные действия, но и самим государством (Постановление от ДД.ММ.ГГГГ N 7-П; Определение от ДД.ММ.ГГГГ N 131-О и др.).
Исходя из этого государство, руководствуясь вытекающими из Конституции Российской Федерации принципами правового государства, верховенства права и справедливости, обязано способствовать максимально возможному возмещению потерпевшему от преступления причиненного ему вреда.
Согласно Уголовному кодексу Российской Федерации основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного данным Кодексом (статья 8). При этом общественно опасные последствия совершенного преступления - в зависимости от конструкции его состава (материального либо формального) - могут входить или не входить в число признаков, обязательных для его признания оконченным (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N №
В то же время даже включение законодателем вреда определенного вида (например, имущественного) в качестве обязательного признака состава преступления не означает, что данное деяние не способно повлечь иные общественно опасные последствия, в том числе в виде причинения вреда другого вида (в частности, морального), которые формально остаются за пределами законодательной конструкции состава преступления.
Так, применительно к преступлениям против собственности Конституционный Суд Российской Федерации указывал, что причинение в результате такого рода преступления конкретного материального ущерба не исключает выяснения того, нарушены ли содеянным иные, помимо экономически значимых, права и интересы, охраняемые законом. Соответственно, при оценке последствий подобного преступления - за пределами стоимости утраченного имущества - могут учитываться и признаваться существенными такие обстоятельства, как эстетическое, фамильное, социально-статусное значение вещей и имущественных прав, использование потерпевшим этого имущества в качестве единственно возможного в конкретной жизненной ситуации способа удовлетворить потребность в жилище и др. (Постановление от ДД.ММ.ГГГГ N №).
Указанное обстоятельство, в свою очередь, не исключает возможность возникновения в рамках реализации потерпевшим от преступления конституционного права на компенсацию причиненного ущерба (статья 52 Конституции Российской Федерации) и гражданско-правовых деликтных обязательств, связанных с возмещением морального вреда, в том числе в случаях, когда непосредственным объектом преступного посягательства выступают имущественные права потерпевшего, однако при этом преступление нарушает и его личные неимущественные права либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага.
Любое преступное посягательство на личность, ее права и свободы является одновременно и наиболее грубым посягательством на достоинство личности - конституционно защищаемое и принадлежащее каждому нематериальное благо, поскольку человек как жертва преступления становится объектом произвола и насилия (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1-П и от ДД.ММ.ГГГГ N №).
В соответствии с Конституцией Российской Федерации к числу основных прав и свобод человека и гражданина относится и право каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами (статья 35, часть 2). С учетом этого любое преступление против собственности (обладая - как и всякое преступление - наибольшей степенью общественной опасности по сравнению с гражданскими или административными правонарушениями, посягающими на имущественные права) не только существенно умаляет указанное конституционное право, но и фактически всегда посягает на достоинство личности. В то же время - при определенных обстоятельствах - оно может причинять потерпевшему от преступления как физические, так и нравственные страдания (моральный вред).
Вместе с тем сам факт причинения потерпевшему от преступления против собственности физических или нравственных страданий не является во всех случаях безусловным и очевидным. К тому же характер и степень такого рода страданий могут различаться в зависимости от вида, условий и сопутствующих обстоятельств совершения самого деяния, а также от состояния физического и психического здоровья потерпевшего, уровня его материальной обеспеченности, качественных характеристик имущества, ставшего предметом преступления, его ценности и значимости для потерпевшего и т.д.В этом смысле реализация потерпевшим от преступления против собственности конституционного права на компенсацию причиненного ущерба может включать в себя и нейтрализацию посредством возмещения морального вреда понесенных потерпевшим физических или нравственных страданий, но лишь при условии, что таковые реально были причинены лицу преступным посягательством не только на его имущественные права, но и на принадлежащие ему личные неимущественные права или нематериальные блага.
Осуществляя в рамках дискреционных полномочий регулирование отношений, связанных с реализацией конституционных гарантий прав лиц, потерпевших от преступлений, на доступ к правосудию и на компенсацию причиненного им ущерба, федеральный законодатель, действующий на основании статей 71 (пункты "в", "о"), 72 (пункт "б" части 1) и 76 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, исходил из того, что для защиты прав и законных интересов указанных лиц в первую очередь предназначено уголовное судопроизводство (пункт 1 части первой статьи 6 УПК Российской Федерации). Именно поэтому основным средством судебной защиты прав потерпевшего является рассмотрение в рамках уголовного судопроизводства предъявленного им гражданского иска в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законом.
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, закрепляя процессуальный статус потерпевшего и признавая таковым, в частности, физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, наделил потерпевшего правами стороны в уголовном судопроизводстве (пункт 47 статьи 5, часть первая статьи 42).
Признание лица потерпевшим от преступления против собственности предполагает, что такого рода преступление, нарушая в первую очередь имущественные права потерпевшего, одновременно посягает и на такое важнейшее нематериальное благо, как достоинство личности, а также может посягать и на иные нематериальные блага либо нарушать личные неимущественные права и тем самым - при определенных обстоятельствах - может порождать у этого лица физические или нравственные страдания. Их причинение потерпевшему должно влечь - наряду с возмещением причиненного ему в результате преступления имущественного ущерба - и возникновение у него права на компенсацию морального вреда в рамках предусмотренных законом процедур.
Институт компенсации морального вреда в российской правовой системе имеет межотраслевой характер. Между тем основные правовые нормы, регулирующие отношения, связанные с компенсацией морального вреда, содержатся в гражданском законодательстве.
В частности, в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав (статья 12), что - в свете предписаний статьи 45 (часть 1) Конституции Российской Федерации - позволяет рассматривать ее как гарантированную государством меру, направленную на восстановление нарушенных прав и возмещение нематериального ущерба, причиненного вследствие их нарушения.
Общий принцип компенсации морального вреда (в том числе потерпевшему от преступления) закреплен в части первой статьи 151 ГК Российской Федерации, согласно которой, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Закрепляя в части первой статьи 151 ГК Российской Федерации общий принцип компенсации морального вреда, причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, законодатель не установил каких-либо ограничений в отношении действий, которые могут рассматриваться как основание для такой компенсации.
Исходя из этого Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что компенсация морального вреда как самостоятельный способ защиты гражданских прав, будучи одновременно и мерой гражданско-правовой ответственности, правовая природа которой является единой независимо от того, в какой сфере отношений - публично- или частноправовой - причиняется такой вред, не исключает возможности возложения судом на правонарушителя обязанности денежной компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), ущемляющими в том числе имущественные права гражданина, - в тех случаях и в тех пределах, в каких использование такого способа защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (Постановление от ДД.ММ.ГГГГ N №; определения от ДД.ММ.ГГГГ N 252-О, от ДД.ММ.ГГГГ N № от ДД.ММ.ГГГГ N №, от ДД.ММ.ГГГГ N №, от ДД.ММ.ГГГГ N 2506-О и др.).
Соответственно, действующее правовое регулирование не предполагает безусловного отказа в компенсации морального вреда лицу, которому физические или нравственные страдания были причинены в результате преступления, в силу одного лишь факта квалификации данного деяния как посягающего на имущественные права (определения Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1171-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 2164-О и от ДД.ММ.ГГГГ N 3039-О).
Сходную правовую позицию сформулировал и Пленум Верховного Суда Российской Федерации, который в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу", в частности, указал, что по общему правилу гражданский иск о компенсации морального вреда может быть предъявлен по уголовному делу в тех случаях, когда такой вред причинен потерпевшему преступными действиями, нарушающими его личные неимущественные права (например, права на неприкосновенность жилища, частной жизни, личную и семейную тайну, авторские и смежные права) либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности и др.). В то же время исходя из положений части первой статьи 44 УПК Российской Федерации и статей 151 и 1099 ГК Российской Федерации в их взаимосвязи гражданский иск о компенсации морального вреда подлежит рассмотрению судами и в тех случаях, когда в результате преступления, посягающего на чужое имущество или другие материальные блага, вред причиняется также личным неимущественным правам либо принадлежащим потерпевшему нематериальным благам (например, при разбое, краже с незаконным проникновением в жилище, мошенничестве, совершенном с использованием персональных данных лица без его согласия) (пункт 13).
Отказ в компенсации морального вреда, причиненного гражданину совершенным в отношении него преступлением против собственности, в силу одного лишь факта квалификации данного деяния как посягающего на имущественные права потерпевшего, без установления на основе исследования фактических обстоятельств дела того, причинены ли потерпевшему от указанного преступления физические или нравственные страдания вследствие нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, и тем самым приводит к несоразмерному ограничению права потерпевшего на компенсацию ущерба, причиненного преступлением, к нарушению конституционных гарантий охраны достоинства личности и судебной защиты прав и свобод (Постановление Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-П).
Из приговора следует, что ФИО1 под влиянием обмана перечислил свои деньги ДД.ММ.ГГГГ в сумме 832 400 руб. со счета в ПАО «Банк ВТБ» и 600 000 руб. со счета ОАО «Банк Москвы».
Как пояснил истец 832 400 руб. были у него с продажи принадлежавшей ему комнаты в общежитии, которую продал он с целью улучшения своих жилищных условий, а 600 000 руб. взяты в кредит.
Из материалов дела следует, что ФИО1 на праве собственности принадлежала комната по адресу: <адрес>, <адрес>, на основании договора передачи жилого помещения жилищного фонда социального использования в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ.
В соответствии с индивидуальным тарифным планом-соглашением с членом ЖСК «Волгоградский» от ДД.ММ.ГГГГ ориентировочный срок ввода объекта строительства а эксплуатацию – декабрь 2015 года.
По данным ЕГРН сведения о зарегистрированных правах в отношении ФИО1 отсутствуют.
Из пояснений истца следует, что он продал единственное принадлежавшее ему жилое помещение, а также взял кредит для вложения в строительство дома, тем самым хотел улучшить свои жилищные условия и приобрести квартиру. После продажи комнаты жил сначала у друга, затем в подвале по месту работы около <данные изъяты> лет. Иного жилья не мог приобрести, поскольку расплачивался за кредит, взятый для вложения в строящийся объект.
В приговоре Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ на л.д. <данные изъяты> указаны показания потерпевшего ФИО1 о том, что причиненный ущерб является для него значительным, т.к. живет в подвале около 8 лет из-за подсудимого.
При подаче настоящего иска адрес истца не указан, с указанием, что ФИО1 является лицом без определенного места жительства.
Из копии паспорта 5204 №, выданного ДД.ММ.ГГГГ, следует, что по адресу <адрес>, общ.59, истец был снят с регистрационного учета ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 45).
Из копии паспорта 5221 №, выданного ДД.ММ.ГГГГ, сведения о регистрации ФИО1 отсутствуют.
На вопросы суда относительно проживания длительный период времени в подвале и отсутствии регистрации истец пояснил, что у него нет родственников, он является сиротой, поэтому ему негде жить и прописаться.
Согласно сведениям КОУОО «Тарская адаптивная школа-интернат» следует, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ являлся воспитанником <данные изъяты>
Учитывая вышеизложенное, с учетом фактических обстоятельств дела, материального положения истца, суд полагает, что результате преступления, посягающего на чужое имущество, был также причинен вред личным неимущественным правам истца, таким как право на жилище, достоинство личности, в связи с этим считает необходимым взыскание компенсации морального вреда в размере 150 000 руб.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт <данные изъяты> №) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт <данные изъяты> №) материальный ущерб в размере 1 232 400 рублей, компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.
В остальной части иска отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Омский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей жалобы через Первомайский районный суд <адрес>.
Судья Р.И. Шакуова
Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.