Решение по делу № 2-3624/2025 от 21.10.2025 - об установлении факта трудовых отношений, восстановлении на работе, взыскании заработной платы, возложении обязанности, компенсации времени вынужденного прогула, морального вреда, за несвоевременную выплату заработной платы.

66RS0003-01-2025-002101-85

Дело № 2-3624/2025

Мотивированное решение изготовлено 21.10.2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Екатеринбург 07.10.2025

Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Самойловой Е.В.,

при секретаре Татаркиной А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ИП ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, восстановлении на работе, взыскании заработной платы, возложении обязанности, компенсации времени вынужденного прогула, морального вреда, за несвоевременную выплату заработной платы,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд к ИП ФИО2, ООО «Проагро» с вышеуказанными требованиями.

В обосновании иска указано, что 05.12.2024 по результатам собеседованияистец принята на работу к индивидуальному предпринимателю ФИО2 на должность, бухгалтер. Согласно информации, размещённой в объявлении о вакансии на портале «Авито», предлагалась должность бухгалтера с заработной платой в диапазоне от 60 000 до 110 000 рублей.В ходе собеседования были обсуждены все ключевые аспекты должности, в том числе заработная плата, что полностью соответствовало информации, указанной в объявлении о вакансии в сети Интернет.10.12.2024 истец допущена работодателем к исполнению своих трудовых обязанностей в качестве бухгалтера. На собеседовании обещано, что при начале трудовой деятельности будет заключён трудовой договор, однако на вопросы, когда он будет подписываться, от работодателя ответа не поступало.Помимо оговоренного функционала в декабре 2024 года, истец помогла устранить ошибку в регистрационных документах ООО «Проагро», из-за которой ИП ФИО2, как руководитель ООО «Проагро, не мог получить ЭЦП и отправлять отчетность по ТКС. Так же были отфактурованы поставки за октябрь, ноябрь, декабрь 2024 года покупателю ТД «Перекресток» в системе EDI, и получена по ним оплата. Истец взяла на себя дополнительную работу, потому что у штатных сотрудников не хватало квалификации для её выполнения.27.01.2025 истец пришла на рабочее место. В кабинете за рабочим компьютером, работал новый бухгалтер. Индивидуальный предприниматель ФИО2 пояснил, что истец уволена без объяснения причин. Приказ о приеме на работу, не издан и не подписан. Приказ об увольнении не издан и не подписан. Не произведен полный расчет за отработанное время. Не внесена запись в трудовую книжку. Не произведены выплаты в ОСФР за отработанное время, что напрямую влияет на накопительную часть пенсии и размер ИПК.А также, не уплачены налоги в доход государства как налоговым агентом с доходов физического лица в размере 13%.Заработная плата за отработанное время с 05.12.2024 по 27.01.2025 выплачена частично, через бухгалтерию и под расписку в размере 10 000 рублей. Кроме того, истец указала, что по устной договоренности с руководителем за дополнительную плату в размере 20 000 рублей, ею были подготовлены и отправлены отчеты в ИФНС, Росстат, СФР по ООО «Проагро» за отчетный период 2024 год.Выполненная дополнительно работа по организации и настройке учетной системы в программе 1С «Бухгалтерия» на предприятии оценивается истцом в размере 50 000 рублей из расчета 2 500 руб./час. Эта работа выполнялась вместо обеденного перерыва на протяжении 20 дней. Итого, невыплаченная заработная плата, составляет - 190639,40 рублей.

В связи с чем, обратившись в суд, истец просила:

установить факт трудовых отношений с ИП ФИО2 в должности бухгалтера с 10.12.2024 по 11.04.2025;

обязать ИП ФИО2 внести запись в трудовую книжку о приеме на работу на должность бухгалтера с 10.12.2024;

обязать ИП ФИО2 внести запись в трудовую книжку об увольнении по основаниям пункт 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации с 11.04.2025.

взыскать с ИП ФИО2 невыплаченную заработную плату в размере 190 639 руб. 40 коп. состоящую из: оплаты за отработанное время в декабре - 51 267 руб. 92 коп., оплаты за отработанное время в январе - 69 371 руб. 48 коп.оплата за дополнительно выполненные работы как непредусмотренные трудовыми обязанностями - 70 000 руб.;

взыскатьсИП ФИО2 средний заработок за время вынужденного прогула с 27.01.2025 по 11.04.2025 в размере 126 662 руб.

возложить на ИП ФИО2 обязанность произвести отчисления страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование в отношении ФИО1, в установленном налоговым законодательством порядке, за период с 10.12.2024 по 11.04.2025;

взыскатьсИП ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Впоследующем, требования иска уточнены (л.д. 118). Истец просила:

установить факт трудовых отношений в должности бухгалтера ИП ФИО2 с 10.12.2024 по 26.01.2025;

обязать ИП ФИО2 внести запись в трудовую книжку о приеме на работу на должность бухгалтера с 10.12.2024;

восстановить истца на работе в должности бухгалтера у ИП ФИО2

обязать ИП ФИО2 оформить трудовой договор в соответствии с требованиями Трудового кодекса Российской Федерации и характером работы бухгалтера.

взыскатьсИП ФИО2 невыплаченную заработную плату в размере 101563,37 рублей, состоящую из: оплаты за отработанное время в декабре - 55857,07 рублей и оплаты за отработанное время в январе - 60882,30 рублей.

взыскатьсИП ФИО2 средний заработок за время вынужденного прогула с 27.01.2025 по 18.08.2025 в сумме 242398,60 рублей.

возложить на ИП ФИО2 обязанность произвести отчисления страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование в установленном налоговым законодательством порядке, за период с 10.12.2024 по 18.08.2025;

взыскать компенсацию за задержку заработной платы в размере 32418,43 рублей, состоящую из суммы компенсации за декабрь 2024 - 16775,74 рублей и суммыкомпенсации за январь 2025 года - 15642,69 рублей;

взыскатьсИП ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.

В судебном заседании истец от требований иска к ООО «Проагро» отказалась.

Истец ФИО1 в судебном заседании требования уточненного иска поддержала.

Ответчик ИП ФИО2, его представитель ФИО3 в судебном заседании против иска по доводам отзывов (л.д. 71-74, 134-136) возражали, указав, что между сторонами существовали гражданско-правовые отношения. При этом такое оформление истец предложила сама, предоставив договор, который не был своевременно подписан со стороны ответчика.

Представитель третьего лица ООО «Авис» ФИО4 в судебном заседании пояснил, что истец 10.02.2025 была трудоустроена на должность ведущего бухгалтера и уволена 21.03.2025. При приеме на работу ФИО1 оформлена на основную ставку, сведений о том, что она была в это время трудоустроена в иной организации третьему лицу представлено не было.

Представители третьих лиц Инспекция Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга, Отделение фонда пенсионного и социального страхования РФ по Свердловской области в судебном заседание не явились, извещены надлежащим образом, уважительных причин неявки суду не представили.

В связи с чем, судом определено рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав лиц, участвующих в деле, мнение прокурора Каменева Г.Д., полагавшего требования иска заявленными обосновано, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждой имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно части 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя. Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя. Получение работником экземпляра трудового договора должно подтверждаться подписью работника на экземпляре трудового договора, хранящемся у работодателя (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (часть 1 статьи 67.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15) в пункте 18 содержатся разъяснения о том, что при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода - ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника;расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте;документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

Отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Не оформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам, исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации, необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года N 15).

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Между тем, ответчик данных доказательств суду не представил.

Так, ответчиком не оспаривается, что истец с 10.12.2024 выполняла для ответчика работы по бухгалтерскому и налоговому сопровождению деятельности индивидуального предпринимателя, работала с программой 1С.

Из иска следует, что ответчик надлежащим образом не оформил трудовые отношения несмотря на неоднократные обращения. Ответчик, в свою очередь, указывает, что об оформлении трудовых отношений речи не шло, между истцом и ответчиком возникли гражданско-правовые отношения.

В тоже время, ответчик не отрицает, что ФИО1 обустроено рабочее место на производственной площадке «Ситиферма»по адресу: <...>, литера Г, находящейся в аренде у ответчика, предоставлен компьютер для работы, истец работала по графику, поскольку как видно из переписки (л.д. 76), относительно неявки либо опоздания истец сообщала ответчику. За свою работу истец получила оплату в сумме 43637 рублей.

Ответчик, отрицая доводы иска о наличии трудовых отношений каких-либо доказательств тому не представил, каких-либо актов выполненных работ, договоров оказания услуг либо подряда представлено не было. Представленный договор об оказании услуг по бухгалтерскому обслуживанию датирован 28.12.2025, не подписан, и сторонами указаны ФИО1 и ООО «Проагро» (л.д. 79-82), акт приемки-передачи выполненных работ от 24.01.2025, 27.01.2025 не подписаны (л.д. 94-96). Доводы ответчика относительно наличия у истца статуса индивидуального предпринимается (л.д. 89-93) не исключает возможность заключения трудового договора и оформления отношений как с физическим лицом – работником. Также не состоятельны доводы ответчика относительно отсутствия согласования условий работы с ФИО1 в виде личного осуществления трудовой функции, поскольку обстоятельств опровергающих доводы истца о том, что работа лично ею осуществлялась ответчик суду не представил.

В данном случае, достаточным условием установления факта трудовых отношений является отсутствие оформления какого-либо иного гражданско-правового договора, составления акта выполненных работ, наличие не оспоренного факта ежедневного выполнения работы истцом по поручению руководителя, оплата данной работы. Само по себе отсутствие трудового договора, приказа о приеме на работу не исключает возможности признания отношений между сторонами трудовыми. Доказательств того, что истец исполнял трудовые обязанности в иной должности, ответчиком не представлено. Не могут быть приняты во внимание доводы ответчика о том, что отказ от оформления трудовых отношений был инициативой самого работника, следовательно, работник сам способствовал этому, а последующее обращение в суд является злоупотреблением правом со стороны работника и может являться основанием для отказа в удовлетворении иска, поскольку допустимыми доказательствами не подтверждены. Кроме того, в силу закона обязанность по надлежащему оформлению трудовых либо гражданско-правовых отношений возлагается на работодателя (часть 3 статьи 11, часть 2 статьи 22, статьи 57, 65, 66 Трудового кодекса Российской Федерации), в связи с чем он не вправе возлагать последствия несоблюдения законодательства на работника.

Поскольку в судебном заседании установлено, что с 10.12.2024 между истцом и ответчиком достигнуто соглашения о личном выполнении ФИО1 определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; была обеспечен работодателем условиями труда; а также возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд), то суд приходит к выводу, что требования ФИО1 в части установления факта трудовых отношений с ИП ФИО2 в должности бухгалтера с 10.12.2024 подлежит удовлетворению. Соответственно, требования истца относительно внесения в трудовую книжку записи о приеме на работу с 10.12.2024, являющиеся производными от требований об установлении факта трудовых отношений, - также подлежат удовлетворению. В свою очередь, у суда отсутствует возможность обязать ИП ФИО2 оформить трудовой договор в соответствии с требованиями Трудового кодекса Российской Федерации и характером работы бухгалтера, поскольку условия трудового договора индивидуальны, истец не раскрыл требования в этой части, а именно какие условия должны содержаться в трудовом договоре, требования иска также подлежат отклонению.

Оценивая требования иска в части восстановления на работе с 27.01.2025, суд приходит к следующему.

Судом установлено достоверно и не отрицается сторонами, 27.01.2025 истец по прибытию на работу, увидела, что за ее рабочим столом сидит другой сотрудник – новый бухгалтер. Из пояснений истца следует, что ответчик уволил ее без объяснения причин. Документального оформления окончания трудовых отношений не представлено ответчиком.

В связи с чем, суд полагает, что по сути, увольнения по основаниям, предусмотренным ст. 77 либо ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации не состоялось.

В рассматриваемом случае сторона ответчика на всем протяжении рассмотрения дела занимала принципиальную позицию об отсутствии сФИО1 трудовых отношений. Каких-либо действий по оформлению прекращения трудовых отношений с истцом при возникновении таких оснований ответчиком предпринято не было. Соответственно, период после 27.01.2025 суд полагает необходимо рассматривать применительно к ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации, то есть как период незаконного лишения возможности трудиться.

В этой связи не имеет правового значения доводы истца относительно нарушения ответчиком положений ч. 4 ст. 261 Трудового кодекса Российской Федерации.

В свою очередь, из материалов дела следует, что истец с 10.02.2025 по 21.03.2025 была трудоустроена в ООО «АВИС» на должности ведущего бухгалтера. Для истца работа являлась основной согласно сведениям ОСФР по СО (л.д. 124-126), что в ходе рассмотрения дела подтвердил представитель третьего лица.

Соответственно, факт трудовых отношений истца с ИП ФИО2 должен быть ограничен 09.02.2025, то есть датой, предшествующей трудоустройству истца на новом месте работы.

Истец в судебном заседании последовательно настаивала на том, что трудовые отношения независимо на обстоятельства трудоустройства у иного работодателя необходимо признать до настоящего времени, восстановив истца на работе с 27.01.2025.

Действительно, положения трудового законодательства не содержат запрета относительно восстановления на работе работника, уволенного без законного основания, в том случае, если к моменту вынесения судом соответствующего решения такой работник уже устроился на другую работу. В этом случае работнику предоставляется право выбора, у какого из двух работодателей он намерен дальше работать.

В связи с чем, применительно к рассматриваемому спору в отсутствие факта увольнения (поскольку судом установлен только факт незаконного отстранения истца с 27.01.2025), требования истца о восстановлении на работе удовлетворению не подлежат. Соответственно, право у истца на выбор работодателя отсутствует.

Что касается требований о взыскании заработной платы, суд приходит к следующему.

Так, согласно доводам истца, сторонами согласована заработная плата в размере от 60000 до 110000 рублей в месяц.

В соответствии с п.23 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15 при рассмотрении дел о взыскании заработной платы по требованиям работников, трудовые отношения с которыми не оформлены в установленном законом порядке, судам следует учитывать, что в случае отсутствия письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы, получаемой работниками, работающими у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальнымпредпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации (часть 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации, статья 133.1 ТК РФ, пункт 4 статьи 1086 Гражданского кодексаРоссийской Федерации).

В соответствии с представленной справкой Управления Федеральной службы статистики по Свердловской области и Курганской области, размер заработной платы в среднем по профессиональной группе в соответствии с должностью истца составил 61626 рублей (л.д. 51-52).

Принимая во внимание изложенное, отсутствие заключения между сторонами в установленной форме соглашения о размере оплаты труда, отрицание ответчиком договоренностей о размере оплаты труда при трудоустройстве, допуск истца до работы с 10.12.2024 без оформления трудовых отношений, суд полагает необходимым при определении задолженности по плате труда руководствоваться данными статистического учета, то есть в размере заработной платы 61626 рублей в месяц.

Таким образом, учитывая, что судом установлен факт трудовых отношений за период с 10.12.2024 по 09.02.2025, то суд полагает, что при определении размера задолженности необходимо руководствоваться следующим.

Согласно производственному календарю за период 10.12.2024 по 31.12.2024 предусмотрена норма рабочих 21, истец отработала 14 дней. Расчет: 61626 х 14 / 21 = 41084 рублей

В январе 2025 года истец должна была отработать норму рабочего времени в полном объеме, то есть на ответчике лежит обязанность оплатить 61626 рублей.

В феврале 2025 года расчет должен осуществляться за 6 рабочих дней (01.02.2025-09.02.2025) при норме 20 рабочих дней, соответственно, задолженность составляет 61626 х 6 / 20 = 18487,80 рублей.

Соответственно, общая сумма заработной платы за период 10.12.2024 по 09.02.2025 составляет 121 197,80 рублей.

Принимая во внимание, что истцом получено от работодателя согласно распискам 43637 рублей, сумма задолженности в пользу истца должна быть взыскана в размере 77560,80 рублей (121 197,80 - 43637) за вычетом НДФЛ.

Требования иска в части взыскания с ИП ФИО2 среднего заработка за время вынужденного прогула с 27.01.2025 по 18.08.2025 в сумме 242 398,60 рублей подлежат отклонению, поскольку за период с 27.02.2025 по 09.02.2025 судом требования разрешены с применением положений ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации, основания для взыскания среднего заработка с 10.02.2025 по 18.08.2025 не имеется.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 419 Налогового кодекса Российской Федерации плательщиками страховых взносов признаются лица, производящие выплаты и иные вознаграждения физическим лицам, являющиеся страхователями в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования, в том числе организации.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 420 Налогового кодекса Российской Федерации объектом обложения страховыми взносами для плательщиков, указанных в абзацах втором и третьем подпункта 1 пункта 1 статьи 419 Кодекса, если иное не предусмотрено этой статьей, признаются выплаты и иные вознаграждения в пользу физических лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (за исключением вознаграждений, выплачиваемых лицам, указанным в подпункте 2 пункта 1 статьи 419 Кодекса), в рамках трудовых отношений и по гражданско-правовым договорам, предметом которых являются выполнение работ, оказание услуг.

В соответствии с абзацами 3 и 4 пункта 2 статьи 14 Федерального закона от 15 декабря 2001 года N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации" страхователи обязаны своевременно и в полном объеме уплачивать страховые взносы в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации и вести учет, связанный с начислением и перечислением страховых взносов в фонд; представлять в территориальные органы страховщика документы, необходимые для ведения индивидуального (персонифицированного) учета, а также для назначения (перерасчета) и выплаты обязательного страхового обеспечения.

Согласно пункту 1 статьи 11 Федерального закона от 1 апреля 1996 года N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" страхователи представляют предусмотренные пунктами 2 - 6 данной статьи сведения для индивидуального (персонифицированного) учета в органы Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по месту своей регистрации, а сведения, предусмотренные пунктом 8 данной статьи, - в налоговые органы всоответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

В силу пункта 2 статьи 6 этого же Федерального закона в общей части индивидуального лицевого счета указываются, в том числе заработная плата или доход, в том числе на которые начислены страховые взносы в соответствии с законодательством Российской Федерации (подпункт 12), сумма начисленных страхователем данному застрахованному лицу страховых взносов (подпункт 13).

В соответствии с пунктом 8 статьи 11 указанного Федерального закона страхователь представляет о каждом работающем у него застрахованном лице (включая лиц, заключивших договоры гражданско-правового характера о выполнении работ (об оказании услуг), договоры авторского заказа, договоры об отчуждении исключительного права на произведения науки, литературы, искусства, издательские лицензионные договоры, лицензионные договоры о предоставлении права использования произведения науки, литературы, искусства, в том числе договоры о передаче полномочий по управлению правами, заключенные с организацией по управлению правами на коллективной основе) сведения о сумме заработка (дохода), в том числе на который начислялись страховые взносы, сумме начисленных страховых взносов в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Из названных норм права следует, что страховые взносы на обязательное пенсионное страхование исчисляются из сумм дохода (заработка) работника. На страхователей (работодателей) законодательством возложена безусловная обязанность своевременно и в полном объеме начислять и уплачивать страховые взносы, предоставлять пенсионному органу и (или) налоговому органу сведения, необходимые для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в отношении каждого работника. В число обязательных сведений входят сведения о суммах ежемесячного заработка работника.

Поскольку ответчик обязательства по оплате страховых взносов не исполнил, то требования в это части заявлены обосновано и подлежат удовлетворению.

Оценивая требования иска в части взыскания компенсации за несвоевременную выплату заработной платы, суд приходит к следующему

Согласно ч. 1 ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации (в ред. Федерального закона от 30.01.2024 N З-ФЗ) при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм и (или) не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение неначисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Поскольку судом установлено, что с 09.02.2024 выплат истцу за работу не поступало, то суд полагает, что требования о взыскании компенсации заявлены обосновано и подлежат удовлетворению за период с 10.02.2024 по 07.10.2025 из расчета 67477,90 рубля (77560,80-13%).

Расчет:

Период Ставка, % Дней Компенсация,

10.02.2025-08.06 2025 21 118 11147,20

09.06.2025-27.07.2025 20 49 4408,50

28.07.2025-14.09.2025 18 49 3967,65

15.09.2025-07102025 17 23 1758,90

Всего: 21282,25 рублей, которые также подлежат выплате за вычетом НДФЛ.

Оценивая требования иска в части взыскания компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями либо бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

При этом Трудовой кодекс Российской Федерации не предусматривает необходимости доказывания работником факта несения нравственных и физических страданий в связи с нарушением его трудовых прав.

Установив факт нарушения трудовых прав истца в связи с отсутствием надлежащего оформления трудоустройства, невыплатой заработной платы в срок, чем истцу, безусловно причинен моральный вред, суд в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в его пользу компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает фактические обстоятельства дела, степень нравственных переживаний истца в связи с невыплатой заработной платы в полном объеме, неофомлением истца, требования разумности и справедливости, и считает необходимым удовлетворить требования в сумме 10 000 рублей, полагая эту сумму способствующей восстановлению прав истца с соблюдением баланса интересов сторон. Более того, согласно пояснениям истца, в настоящее время она трудоустроена, соответственно, не лишен возможности получать доход. Указанное не может не отразиться на размере требуемой компенсации морального вреда.

При этом, оценивая доводы ответчика об отказе в удовлетворении требований в связи с применением срока давности обращения в суд, суд приходит к следующему.

Сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении (часть вторая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

В настоящем случае, истец обратился в суд согласно протокола проверки электронной подписи 25.04.2025 (пятница) (л.д. 23), что ответчиком не учтено при исчислении срока обращения в суд истца. Таким образом, истец не пропустил срок обращения в суд по требованиям об установлении факта трудовых отношений, ка не пропустил годичный срок обращения в суд по требованиям о взыскании заработной платы.

В тоже время, требования о восстановлении на работе заявлен истцом 04.08.2025, то есть спустя 7 месяцев со дня, когда ей стало известно о незаконном отстранении от работы (по мнению истца - увольнении).

В соответствии с частью пятой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Разъяснения по вопросам пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора содержатся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" (далее также - постановление Пленума Верховного СудаРоссийской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15), и являются актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В абзаце третьем пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 обращено внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке (абзац четвертый пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда от 29 мая 2018 г. N 15).

В абзаце пятом пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 отмечено, что обстоятельства, касающиеся причин пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, и их оценка судом должны быть отражены в решении (часть 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из приведенного следует, что работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, которой предусмотрены как общие, так и специальные сроки для обращения в суд за разрешением определенных категорий трудовых споров.

То есть фактически истец действительно по требованиям о восстановлении на работе пропустила срок обращения в суд, при этом, требования данные заявлены в качестве уточнения, когда дело рассматривалось судом уже 2 месяца и 8 дней, причин позднего обращения в суд с настоящими требованиями истец не указала. В органы прокуратуры и ГИТ по СО истец обращалась до подачи в суд настоящих требований (л.д. 16-17), в связи с чем, текст ответов не дает возможности убедиться в том, что причиной обращения являлось увольнения, из письма ГИТ по СО следует, что оценены доводы истца об отсутствии трудовых отношений. Указанное является также дополнительным основанием для отказа в иске в части восстановления на работе.

В связи с удовлетворением исковых требований в части, взысканию с ответчика в доход бюджета подлежит государственная пошлина в размере 16 000 рублей (ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. ст. 50, 61.1.Бюджетного кодекса Российской Федерации, ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации).

Суд при вынесении решения оценивает исследованные доказательства в совокупности и учитывает, что у сторон не возникло дополнений к рассмотрению дела по существу, стороны согласились на окончание рассмотрения дела при исследованных судом доказательствах, сторонам также было разъяснено бремя доказывания в соответствии с положениями ст.ст.12,35,56,57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1, - удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений ФИО1 (<***>) с ИП ФИО2 (ИНН <***>) в должности бухгалтера за период с 10.12.2024 по 09.02.2025.

Обязать ИП ФИО2 (ИНН <***>) внести в трудовую книжку ФИО1 (<***>) запись о приеме на работу в должности бухгалтера с 10.12.2024.

Обязать ИП ФИО2 (ИНН <***>) произвести отчисления в Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области в отношении ФИО1 (<***>).

Взыскать с ИП ФИО2 (ИНН <***> ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (<***>) невыплаченную заработную плату в размере 77560,80 рублей за вычетом НДФЛ, компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы в размере 21282,25 рублей за вычетом НДФЛ, компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1, - отказать.

Взыскать с ИП ФИО2 (ИНН <***>) в доход бюджета государственную пошлину в размере 16000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Кировский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца со дня изготовления решения в окончательном виде.

Судья Е.В. Самойлова