Копия Дело № 2-2442/2022

УИД: 16RS0050-01-2021-006378-14

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 сентября 2022 года г. Казань

Приволжский районный суд г. Казани Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Прытковой Е.В., при секретаре судебного заседания Мухамматгалиевой А.А., с участием помощника прокурора Приволжского района г. Казани Гайнутдинова Р.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4, ФИО2, ФИО3 о выселении из жилого помещения и признании утратившими права пользования жилым помещением со снятием с регистрационного учета,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4, ФИО2, ФИО3 о признании утратившими право пользования жилым помещением, выселении со снятием с регистрационного учета.

В обоснование иска указано, что истцу принадлежит на праве собственности жилое помещение: квартира, общей площадью 67,8 кв.м, кадастровый номер №, расположенная по адресу <адрес>. Право собственности истица на квартиру зарегистрировано в установленном законом порядке на основании договора купли-продажи квартиры от 16 декабря 2013 года, о чем в Едином государственном реестре недвижимости 24 декабря 2013 года сделаны записи регистрации №, истице выдано свидетельство о государственной регистрации права от 24 декабря 2013 года.

В соответствии с выпиской из домовой книги от 16 февраля 2021 года в настоящее время в квартире по адресу: <адрес>, зарегистрированы и проживают ФИО4, ФИО2, ФИО3 Как указывает истец, ответчики не являются членами её семьи, законных оснований для занятия квартиры, принадлежащей истцу, ответчики не имеют, добровольно сняться с регистрационного учета и выселиться из квартиры отказываются. Проживание ответчиков в квартире истца без законных на то оснований препятствует в реализации прав собственника жилого помещения.

На основании изложенного истец просил суд: признать ответчиков утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>, и выселить их из спорного жилого помещения со снятием с регистрационного учета; взыскать с ответчиков расходы по оплате государственной пошлины в размере 600 рублей.

Ранее решением Приволжского районного суда г. Казани от 21 июня 2021 года исковые требования ФИО1 к ФИО4, ФИО2, ФИО3 о признании утратившими право пользования жилым помещением, выселении со снятием с регистрационного учета, были удовлетворены. Решением постановлено: признать ФИО4, ФИО2, ФИО3 утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>; выселить ФИО4, ФИО2, ФИО3 из жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>. (том 1, л.д. 86)

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 15 ноября 2021 года решение Приволжского районного суда г. Казани от 21 июня 2021 года было оставлено без изменения. (том 1, л.д. 170)

Определением судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 03 февраля 2022 года решение Приволжского районного суда г. Казани от 21 июня 2021 года, и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 15 ноября 2021 года, отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции. (том 1, л.д. 244)

При этом суд кассационной инстанции отметил следующее.

При новом рассмотрении суду первой инстанции следует проверить довод стороны истца, изложенный в суде кассационной инстанции, о добровольном выезде ФИО2 из спорного жилого помещения, поскольку в силу положений статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, регламентирующей права и обязанности именно тех граждан, которые проживают совместно с собственником в принадлежащем ему жилом помещении, в случае добровольного выезда в другое место жительства право пользования жилым помещением бывшего члена семьи собственника, в котором он проживал вместе с собственником жилого помещения, может быть прекращено независимо от того, что в момент приватизации спорного жилого помещения бывший член семьи собственника жилого помещения имел равное право пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, и сам по себе факт наличия у ФИО2 права пользования жилым помещением на момент его приватизации в случае ее последующего добровольного отказа от этого права не может служить безусловным основанием для вывода о сохранении за ней права пользования жилым помещением бессрочно.

Правовые последствия отсутствия бывших членов семьи собственника жилого помещения в жилом помещении по причине выезда из него Жилищный кодекс Российской Федерации не регламентирует.

Исходя из аналогии закона (статья 7 Жилищного кодекса Российской Федерации) к ситуации, связанной с выездом из жилого помещения бывших членов семьи собственника, подлежат применению положения статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации, а также разъяснения, содержащиеся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. №14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации».

Согласно этим разъяснениям, суду необходимо выяснить, по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

При этом также необходимо учитывать, что отсутствие у гражданина, добровольно выехавшего из жилого помещения в другое место жительства, в новом месте жительства права пользования жилым помещением по договору социального найма или права собственности на жилое помещение само по себе не может являться основанием для признания отсутствия этого гражданина в спорном жилом помещении временным, поскольку согласно части 2 статьи 1 Жилищного кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права. Намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением по договору социального найма может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определенными действиями, в совокупности свидетельствующими о таком волеизъявлении гражданина как стороны в договоре найма жилого помещения.

В случае установления судом первой инстанции факта выезда ФИО2 из спорного жилого помещения, суд первой инстанции должен дать правовую оценку приведенным выше обстоятельствам применительно к настоящему делу.

При повторном рассмотрении дела представитель истца в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО4 – ФИО5 – с исковыми требованиями истца не согласилась, просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Ответчик ФИО2, действующая в своих интересах, а также интересах несовершеннолетнего ФИО3, в судебное заседание не явилась, извещена, представила письменный отзыв, в котором просила о рассмотрении дела в её отсутствие.

Представитель третьего лица УФМС России по РТ на судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Выслушав лиц участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав и оценив представленные материалы, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

В силу части 4 статьи 3 Жилищного кодекса Российской Федерации никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены данным Кодексом и другими федеральными законами.

Как следует из положений частей 1, 2 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации (в редакции на дату заключения договора приватизации), к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке.

Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности.

Частью 2 статьи 60 Жилищного кодекса Российской Федерации определено, что договор социального найма жилого помещения заключается без установления срока его действия.

Таким образом, право пользования жилым помещением по договору социального найма как для нанимателя, так и для членов его семьи каким-либо сроком не ограничено.

В соответствии со статьей 2 Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», граждане Российской Федерации, занимающие жилые помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде, включая жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), на условиях социального найма, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. Жилые помещения передаются в общую собственность либо в собственность одного из совместно проживающих лиц, в том числе несовершеннолетних.

Согласно пункту 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Из буквального толкования указанной нормы следует, что право пользования жилым помещением членом семьи прежнего собственника при переходе права собственности к другому лицу может быть сохранено в случаях, установленных законом.

В силу части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

В соответствии со статьей 19 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» действие положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

В пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» разъяснено, что к названным в статье 19 Вводного закона бывшим членам семьи собственника жилого помещения не может быть применен пункт 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как, давая согласие на приватизацию занимаемого по договору социального найма жилого помещения, без которого она была бы невозможна (статья 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. N 1541-I "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации"), они исходили из того, что право пользования данным жилым помещением для них будет носить бессрочный характер и, следовательно, оно должно учитываться при переходе права собственности на жилое помещение по соответствующему основанию к другому лицу (например, купля-продажа, мена, дарение, рента, наследование).

Из материалов дела следует, что квартира, расположенная по адресу: <адрес>, на основании договора купли-продажи от 16 декабря 2013 года и передаточного акта от 16 декабря 2013 года принадлежит ФИО1

Право собственности за истцом зарегистрировано в установленном законом порядке, о чем в Едином государственном реестре недвижимости 24 декабря 2013 года сделана запись регистрации №.

Согласно выписке из домовой книги, в указанном жилом помещении с 18 сентября 1992 года зарегистрирована ФИО4, с 13 августа 2019 года – ФИО2, приходящаяся ФИО4 дочерью, и с 23 марта 2012 года - ФИО3, приходящийся ФИО2 сыном.

Указанные лица до настоящего времени зарегистрированы по указанному адресу.

Обращаясь с исковым заявлением, истец указал, что ответчики до настоящего времени периодически проживают в указанной квартире, добровольно выселиться из указанного жилого помещения и сняться с регистрационного учета отказываются. Ответчики не являются членами семьи истицы, законных оснований для занятия указанной квартиры ответчики не имеют.

Возражая против исковых требований, ответчицы ФИО4, ФИО2 указали, что не прекращали пользоваться вышеуказанной квартирой, проживают в ней, в данной квартире находятся их личные вещи, по данному адресу они получают почтовую корреспонденцию.

Согласно пояснениям ответчицы ФИО2, её право пользования спорной квартирой носит бессрочный характер, поскольку она отказалась от приватизации данного жилого помещения, следовательно, по смыслу статьи 19 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса РФ» к ней не применяются положения части 2 статьи 292 Гражданского кодекса РФ. Ответчица указывает, что право пользования квартирой носит бессрочный характер, и она добровольно не отказывалась от указанного права.

Также ответчица ФИО2 пояснила, что требование истца основано на ничтожной сделке, поскольку цепочка договоров купли-продажи, последовательно заключавшихся на протяжении небольшого периода времени, являются притворной сделкой, прикрывающей договор залога недвижимого имущества, выданного в обеспечение договора займа от 28 октября 2013 года. По просьбе супруга ФИО2 – ФИО3 в счет обеспечения оплаты взятых им денежных средств, ФИО6 оформила договор купли-продажи квартиры. В обоснование доводов сторона ответчика представила текст договора займа от 28 октября 2013 года, по условиям которого ФИО4 получила от ФИО7 заем в размере 2 000 000 рублей.

Таких же доводов придерживалась в судебном заседании ФИО4

Отменяя решение Приволжского районного суда г.Казани от 21 июня 2021 года, апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 15 ноября 2021 года по указанному делу, Шестой кассационный суд общей юрисдикции в определении от 03 февраля 2022 года указал, что в случае приобретения жилого помещения в порядке приватизации в собственность одного из членов семьи, проживающих совместно в этом жилом помещении, лица, отказавшиеся от его приватизации, но давшие согласие на её осуществление, получают самостоятельное право пользование указанным жилым помещением.

На основании чего суд кассационной инстанции предписал при новом рассмотрении дела установить, имели ли члены семьи ФИО4 в момент приватизации равные права пользования этим жилым помещением, с лицом, его приватизировавшим, и приобрели ли данные лица право пользования указанным жилым помещением.

Одновременно суд кассационной инстанции указал на необходимость проверки доводов истицы о добровольном выезде ответчицы ФИО2, и носит ли данный выезд временный или постоянный характер.

Частью 4 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что указания вышестоящего суда о толковании закона являются обязательными для суда, вновь рассматривающего дело.

Из материалов реестрового дела судом установлено, что право собственности ФИО4 на квартиру № дома № по <адрес> возникло на основании договора на передачу жилого помещения в собственность граждан от 26 февраля 2011 года, заключенного между руководителем Аппарата Администрации Муниципального казенного учреждения «Администрация Приволжского района» ФИО8, с одной стороны, и ФИО4 с другой стороны.

По состоянию на дату заключения указанного договора в данной квартире были зарегистрированы по месту жительства ФИО4 и её дочь ФИО2, что подтверждается выпиской из домовой книги, имеющиеся в материалах реестрового дела.

Ответчик ФИО3, был зарегистрирован по месту жительства квартире № дома № по <адрес> 23 марта 2012 года, после приватизации спорной квартиры. (том 1, л.д. 12)

В материалах реестрового дела также имеется заявление ФИО2, согласно которому она не возражает против передачи вышеуказанного помещения в собственность ФИО4 При этом, от участия в приватизации указанного помещения она отказалась, что подтверждается её подписью.

В ходе судебного разбирательства ответчики последовательно указывали о том, что они продолжают проживать по месту своей регистрации.

Данный факт также подтвержден показаниями свидетелей ФИО9, ФИО3, опрошенных в судебном заседании.

Так свидетель ФИО9 дала показания в судебном заседании, согласно которым с 2013 года ФИО4, ФИО2 из спорной квартиры не выезжали, постоянно проживали по указанному адресу.

Свидетель ФИО3 в судебном заседании дал показания, согласно которым он является бывшим супругом ФИО2 Его тёща ФИО10 предложила ему помощь в обеспечении оплата долга, который он взял у ростовщиков. При этом был оформлен договор залога квартиры, который на регистрацию в Управление Росреестра не предъявлялся. В качестве дополнительного обеспечения оплаты долга ФИО2 снималась с регистрационного учета, однако, фактически никуда не выезжала, проживала в спорной квартире, после погашения основой суммы долга в 2019 году, была вновь прописана собственником жилого помещения. Займодавцы стали предъявлять к ФИО3 требования по оплате процентов, потому квартира не была возвращена в собственность ФИО10

На основании имеющихся в материалах дела доказательств, в том числе пояснений ответчиков, суд признает установленным факт проживания ответчиков в квартире № дома № по <адрес>.

Учитывая, что ФИО2 на момент передачи квартиры являлась членом семьи ФИО4, она проживает в указанном жилом помещении до настоящего времени, из квартиры не выселялась, добросовестно иполяет обязанность по оплате коммунальных платежей, к ответчице ФИО2 не может быть применен пункт 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как давая согласие своей матери ФИО4 на приватизацию занимаемого по договору социального найма жилого помещения, без которого она была бы невозможна (статья 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. N 1541-I "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации"), она исходила из того, что право пользования данным жилым помещением для неё будет носить бессрочный характер и, следовательно, оно должно учитываться при переходе права собственности на жилое помещение по соответствующему основанию к другому лицу.

Следовательно, ФИО2 не может быть признана утратившей право пользования вышеуказанным жилым помещением, а также выселена из него, в связи с чем, в части исковых требований к указанному ответчику надлежит отказать.

Что касается ответчиков ФИО4 и ФИО3, то в указанной части суд полагает требования истицы подлежащими удовлетворению.

Согласно статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Таким образом, законодатель признает наличие у собственника трех необходимых и исключительных полномочий в их совокупности: владеть – реально обладать объектом собственности; пользоваться – извлекать из него пользу, выгоду; распоряжаться – определять юридическую судьбу объекта собственности.

Следовательно, истица, как собственник квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, вправе относиться к принадлежащему им жилому помещению как к своему - своей волей и в своем интересе.

Так, ФИО4 добровольно отказалась от прав на указанное жилое помещение, заключив договор купли-продажи от 26 августа 2013 года с ФИО11

Что касается ФИО3, то указанное лицо на момент подписания договора передачи жилого помещения в собственность ФИО4 не был зарегистрирован в указанном помещении, в связи с чем каких-либо жилищных прав на данную квартиру у него не возникло.

Из материалов дела также не следует, что ответчики ФИО4 и ФИО3 приходятся членами семьи истицы.

Как установлено частью 1 статьи 35 Жилищного кодекса Российской Федерации, в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

Статьей 7 Закона РФ «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и места жительства в пределах Российской Федерации» предусмотрено, что снятие гражданина Российской Федерации с регистрационного учета по месту жительства производится органом регистрационного учета в случаях выселении из занимаемого жилого помещения или признания утратившим право пользования жилым помещением – на основании вступившего в законную силу решения суда.

В связи с изложенным право пользования жилым помещением у ответчиков ФИО4 и ФИО3 подлежит прекращению, а указанные ответчики подлежат выселению из спорного жилого помещения.

К доводам ответчиков о притворности сделок по отчуждению квартиры и прикрытия договора залога, обеспечивающего заемные обязательства, суд относится критически.

Как установлено частью 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Пунктом 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Так, заемщик ФИО7 стороной договоров купли-продажи спорной квартиры не являлся. Доказательств заинтересованности между истицей и ФИО11, ФИО12, которые являлись собственниками указанной квартиры после её продажи ФИО4, не представлено. Следовательно, квартира № дома № по <адрес> не находилась под каким-либо контролем займодавца.

Более того, в материалах дела имеются договоры аренды нежилого помещения от 01 января 2014 года, от 01 января 2015 года, заключенные между ФИО1 (арендодатель) и ФИО4 (арендатор), по условиям которых ФИО4 приняла во временное пользование и владение вышеуказанное жилое помещение.

В соответствии с заключением эксперта Федерального бюджетного учреждения «Средне-Волжский региональный центр судебной экспертизы» № 1902/08-2 от 03 августа 2022 года, изготовленным на основании определения суда о назначении судебной экспертизы по ходатайству представителя ответчика ФИО4, подпись от имени ФИО4 в договоре аренды жилого помещения: квартиры № дома № по <адрес> от 01 января 2014 года, расположенная на третьем листе документа в графе: «Арендатор: ФИО4» на строке: «Арендатор:____» выполнена самой ФИО4 Установить кем, самой ФИО4, ФИО2 или другим лицом (лицами) выполнены подпись от имени ФИО4 в договоре аренды нежилого помещения: квартиры № дома № по <адрес> от 01 января 2015 года не представилось возможным из-за непригодности исследуемых подписей для проведения идентификационного почерковедческого исследования. (том 2, л.д. 58, 93-100)

Оснований не доверять заключению эксперта не имеется, поскольку оно выполнено экспертом, предупрежденным судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, кроме того, эксперт имеет необходимые образование и квалификацию, опыт работы для производства такого рода экспертиз.

Заключая договоры аренды жилого помещения, ответчик ФИО4 своим поведением демонстрировала утрату титула собственника, что также подтверждает необоснованность доводов ответчика о притворности сделок.

Таким образом, исковое заявление подлежит частичному удовлетворению.

На основании статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчиков ФИО4, ФИО3 в пользу истицы в солидарном порядке подлежит взысканию государственная пошлина в размере 600 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 56, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил :

Исковое заявление ФИО1 <данные изъяты> к ФИО4 <данные изъяты>, ФИО2 <данные изъяты> ФИО3 <данные изъяты> о выселении из жилого помещения и признании утратившими права пользования жилым помещением со снятием с регистрационного учета, удовлетворить частично.

Признать ФИО4, ФИО3 утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>.

Выселить ФИО4, ФИО3 из жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>.

Решение о выселении является основанием для снятия с регистрационного учета ФИО4, ФИО3 из жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>.

Взыскать с ФИО4, ФИО3 солидарно в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 600 рублей.

В удовлетворении исковых требований к ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан в апелляционном порядке через Приволжский районный суд г. Казани в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 26 сентября 2022 года.

Судья (подпись) Прыткова Е.В.

Копия верна

Судья Прыткова Е.В.

Решение14.10.2022