Дело № 2-527/2023 УИД 69RS0036-01-2022-006027-15

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

19 апреля 2023 года г. Тверь

Заволжский районный суд г.Твери в составе

председательствующего судьи Беляковой О.А.,

при секретаре Азарниковой О.О.,

с участием представителя истца адвоката Ч.Е.С. представителей ответчика ТвГТУ И.И.А.П.А.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Тверской государственный технический университет» о признании незаконным приказа о расторжении трудового договора в части формулировки основания увольнения, изменении формулировки основания увольнения, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 обратился в суд с вышеуказанным иском к федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Тверской государственный технический университет» (далее – ТвГТУ, сокращенное наименование учреждения согласно сведениям ЕГРЮЛ).

В обоснование иска с учетом его уточнения в порядке ст. 39 ГПК РФ от 21.03.2023 года указывает, что был трудоустроен у ответчика в должности <данные изъяты> в соответствии со срочным трудовым договором от 09.07.2018 года.

24 сентября 2022 года лично обратился к декану инженерно-строительного факультета ТвГТУ А.А.А. с просьбой разрешить переход на дистанционный формат работы в связи с личными обстоятельствами, в этот же день истцом на имя ректора ТвГТУ Т.А.В. направлена служебная записка о переводе на дистанционный формат проведения занятий и в случае отсутствия технической возможности такого перевода об увольнении по собственному желанию с 26.09.2022 года.

27.06.2022 года в ходе телефонного разговора декан А.А.А.. устно сообщил истцу о согласовании его увольнения без отработки и необходимости в связи с этим представить подлинные документы. 30.09.2022 года представителем истца по доверенности Н.Ю.И. ответчику было представлено повторное заявление об увольнении по собственному желанию, однако оно не было принято. 14.10.2022 года ответчиком в адрес истца направлено требование о даче объяснений по поводу отсутствия на рабочем месте в период с 26.09.2022 по 14.10.2022 года, приказом от 25.10.2022 года № 635-3 истец был уволен с занимаемой должности за прогул по основанию, предусмотренному подп. а п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ (далее – ТК РФ). Истец считает свое увольнение по указанному в приказе основанию незаконным, поскольку оно произведено без учета доводов, изложенных истцом в объяснении от 10.10.2022 года, является не соразмерным тяжести совершенного проступка, поскольку ранее истец к дисциплинарной ответственности не привлекался, всегда добросовестно исполнял трудовые обязанности, имел ряд поощрений за добросовестный труд. В связи с изложенным истцом заявлены исковые требования о признании незаконным приказа о расторжении трудового договора № 635-З от 25.10.2022 года в части формулировки основания увольнения, изменении формулировки основания увольнения на «расторжение трудового договора по инициативе работника (собственному желанию) (статья 80 ТК РФ). Нарушение трудовых прав истца незаконным увольнением со стороны ответчика причинило истцу нравственные страдания и переживания, в связи с чем им дополнительно заявлены исковые требования о компенсации морального вреда в сумме 5000 рублей.

Судом на основании ст. 43 ГПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Государственная инспекция труда в Тверской области.

В судебном заседании представитель истца адвокат Ч.Е.С. исковые требования с учетом их уточнения поддержала в полном объеме по доводам, изложенным в тексте иска, просила суд их удовлетворить. Не отрицала факта невыхода истца на работу в ТвГТУ, начиная с 26.09.2022 года. Дополнительно пояснила, что заявление о переводе на дистанционный формат работы или в случае невозможности такого перевода об увольнении истца с занимаемой должности по собственному желанию было передано В.Г.Б. декану инженерно-строительного факультета А.А.А. Поскольку ранее истец осуществлял дистанционную преподавательскую работу, у него не было оснований полагать, что его заявление не будет удовлетворено. Незаконным увольнением истцу были причинены нравственные страдания и переживания, в связи с чем предъявлены исковые требования о компенсации морального вреда.

В судебном заседании представители ответчика И.И.А.П.А.А. иск не признали, просили суд отказать в его удовлетворении в полном объеме. Пояснили, что заявление истца о переводе на дистанционную работу или в случае невозможности такого перевода 26 сентября 2022 года или ранее этой даты работодателю не поступало, об уважительных причинах неявки на работу истец работодателю не сообщал, поэтому невыход истца на работу в период, начиная с 26 сентября 2022 года, был расценен как прогулы, в связи с чем его увольнение по основанию, предусмотренному подпунктом а) пункта 6 части 1 ТК РФ, являлось законным и обоснованным. Кроме того, увольнение в день подачи заявления (26.09.2022 года) являлось невозможным в связи с необходимостью отработки двух недель в целях сохранения непрерывности образовательного процесса в университете, в связи с чем даже в случае предоставления истцом заявления о переводе на дистанционную работу, а в случае невозможности такого перевода об увольнении по собственному желанию 26.09.2022 года его неявка на работу 26.09.2022 года и в последующий период являлась прогулами. Заявление истца о его переводе на дистанционный формат преподавания удовлетворено быть не могло в связи с отсутствием возможности такого преподавания. Неявка на работу в дни, поименованные в актах о прогулах, не обусловлена уважительными причинами, дисциплинарное взыскание в виде увольнения являлось соразмерным тяжести совершенного истцом дисциплинарного проступка, в связи с чем увольнение истца произведено законно, обоснованно, исковые требования удовлетворены быть не могут.

Допрошенный в качестве свидетеля А.А.А. пояснил, что занимает должность декана инженерно-строительного факультета ТвГТУ с 2015 года по настоящее время, где истец работал старшим преподавателем кафедры автомобильных дорог. Истец свидетелю заявления о переводе на дистанционную работу и об увольнении по собственному желанию в случае невозможности такого перевода 26 сентября 2022 года или ранее не передавал. 26.09.2022 года ФИО2 без звонка, без объяснения причин и без предупреждения не вышел на работу. 26.09.2022 года истцу В.Г.Б. ранее сотрудничавшая с истцом в осуществлении коммерческой деятельности и не являющаяся сотрудником университета, в кабинете, расположенном на 1 этаже главного здания ТвГТУ, передала свидетелю для прочтения заявления сотрудников <данные изъяты> о переводе на дистанционную работу, а в случае невозможности такого перевода – об увольнении по собственному желанию. Усомнившись в подлинности подписей ФИО2 и других в заявлениях, свидетель предложил В.Г.Б.. сличить подписи в имеющихся ведомостях, после чего она указанные заявления убрала в ящик письменного стола, просьбу о передаче указанных заявлений в отдел кадров или куда-либо свидетелю не высказывала, намерений их передать куда-либо не выражала. В обязанности свидетеля не входит прием от сотрудников факультета подобного рода заявлений. В приеме и регистрации заявления ФИО2 свидетель не отказывал, кроме того, вопросами трудоустройства занимается секретарь руководителя, общий отдел, куда В.Г.Б. не была лишена возможности подать указанное заявление. По информации, полученной свидетелем от преподавателя С.И.В. они с истцом выехали за пределы РФ, в связи с этим не вышли на работу с 26.09.2022 года.

Допрошенная в качестве свидетеля В.Г.Б. пояснила, что примерно с 2012-2013 года по сентябрь 2022 года работала в научно-производственном центре при ТвГТУ в том числе, совместно с истцом ФИО2, а также старшим преподавателем кафедры автомобильных дорог инженерно-строительного факультета С.И.В.. Свидетель совместно с истцом работала над коммерческими проектами, территориально место работы располагалось в центральном корпусе ТвГТУ по адресу: <адрес> сотрудником ТвГТУ при этом свидетель не являлась. 24 сентября 2022 года, в субботу, свидетелю поступил звонок от С.И.В.. с просьбой срочно приехать на работу. На рабочем месте <данные изъяты> сообщили свидетелю о том, что ими было принято решение о срочном отъезде за пределы Российской Федерации, после чего передали свидетелю заявления каждого из них на имя ректора ТвГТУ с идентичным содержанием – о переводе на дистанционную работу, а в случае невозможности такого перевода – об увольнении по собственному желанию, и попросили передать их декану инженерно-строительного факультета А.А.А.. 26.09.2022 года, в понедельник, свидетель сообщила А.а.А. об отъезде истца и других, а также о том, что у нее имеются такие заявления, в том числе, и заявление ФИО2 А.А.А. пришел в кабинет № и, прочитав указанные заявления, в том числе и заявление истца, высказал сомнение в подлинности подписей и указанные заявления не взял. Передать указанные заявления С.И.В.., ФИО2 какому-либо иному должностному лицу, либо в какой-либо отдел ТвГТУ свидетеля не просили. Полномочия свидетеля на передачу заявления ФИО2 об увольнении в адрес работодателя документально никак не оформлялись, доверенность на право совершения от имени ФИО1 данных действий на имя свидетеля не выдавалась. Если бы истец попросил свидетеля передать указанное заявление куда-либо еще, например, ректору, свидетель бы данную просьбу выполнила, однако такой просьбы не было, в связи с чем указанные заявления свидетель более никуда не передавала. Свидетелю известно, что несколько дней спустя приходили жены С.И.В. и ФИО2, имеющие в соответствии с доверенностями право действовать от их имени, чем окончился их визит, свидетелю не известно. Истец добросовестно выполнял свои трудовые обязанности, дисциплинарных взысканий, претензий по поводу работы со стороны работодателя не имел. После отъезда ФИО2 и других в кабинет № комиссия из сотрудников ТвГТУ с целью составления актов об отсутствии работников на рабочем месте не приходила.

Свидетель П.В.В. пояснила, что примерно с 2013 года по октябрь 2022 года работала в научно-производственном центре при ТвГТУ в том числе, совместно с истцом ФИО2, старшим преподавателем кафедры автомобильных дорог инженерно-строительного факультета С.И.В. а также В.Г.Б.. Свидетель совместно с истцом работала над коммерческими проектами, территориально место работы располагалось в центральном корпусе ТвГТУ по адресу: <адрес>. При выходе на работу в понедельник 26.09.2022 года от В.Г.Б. свидетелю стало известно, что три преподавателя кафедры автомобильных дорог - ФИО2, <данные изъяты> - уехали за пределы Российской Федерации, испугавшись мобилизации, а также о том, что они перед отъездом попросили В.Г.Б. передать их заявления о переводе на дистанционную работу, а в случае невозможности такого перевода – об увольнении по собственному желанию декану инженерно-строительного факультета А.А.А. В этот день А.А.А. пришел в кабинет № и, прочитав указанные заявления, переданные ему В.Г.Б. в присутствии свидетеля, в том числе и заявление истца, высказал сомнение в подлинности подписей и указанные заявления не взял, резолюции на них не поставил. Начиная с 26.09.2022 года, истец ФИО2 на работу в ТвГТУ больше не выходил. Истец в период работы в ТвГТУ добросовестно выполнял свои трудовые обязанности, поддерживал хорошие отношения с руководством, дисциплинарных взысканий, претензий по поводу работы со стороны работодателя не имел. После отъезда ФИО2 и других в кабинет № комиссия из сотрудников ТвГТУ с целью составления актов об отсутствии работников на рабочем месте не приходила.

В судебное заседание истец ФИО2, а также представитель 3-го лица Государственной инспекции труда в Тверской области не явились, о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, представитель 3-го лица письменно просил рассмотреть дело без его участия, в связи с чем судом определено рассматривать дело в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, выслушав объяснения представителей сторон, а также свидетелей, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска, по следующим основаниям.

В соответствии со статьями 191, 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания:

1) замечание;

2) выговор;

3) увольнение по соответствующим основаниям.

К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным пунктами 5, 6, 9 или 10 части первой статьи 81, пунктом 1 статьи 336 или статьей 348.11 настоящего Кодекса, а также пунктом 7, 7.1 или 8 части первой статьи 81 настоящего Кодекса в случаях, когда виновные действия, дающие основания для утраты доверия, либо соответственно аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Не допускается применение дисциплинарных взысканий, не предусмотренных федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине.При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

До применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Дисциплинарное взыскание, за исключением дисциплинарного взыскания за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. Дисциплинарное взыскание за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее трех лет со дня совершения проступка. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Дисциплинарное взыскание может быть обжаловано работником в государственную инспекцию труда и (или) органы по рассмотрению индивидуальных трудовых споров.

В соответствии с подпунктом «а» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей, к коему относится прогул, то есть отсутствие на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 39-41 своего постановления от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснил, что если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту "а" пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено за невыход на работу без уважительных причин, т.е. отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены).

Судом установлено, что на основании срочного трудового договора № от 09.07.2018 года ФИО2 принят на работу в ТвГТУ на должность <данные изъяты>. Согласно условиям трудового договора работа является основной, срок договора – с 11.08.2018 по 30.06.2023 года. В соответствии с условиями трудового договора установлена занятость 0.5 ставки с должностным окладом 7098 года. Продолжительность рабочего времени – нормальная (36-часая рабочая неделя). Согласно дополнительному соглашению № от 26.07.2022 года к трудовому договору с 01.09.2022 года истцу устанавливается оплата труда в размере 0.9 ставки с окладом 23265 руб. в месяц. Срок действия дополнительного соглашения – по 30.06.2023 года.

Начиная с 26.09.2022 года и по 25.10.2022 года включительно комиссией работодателя в составе трех сотрудников составлен ряд актов об отсутствии старшего преподавателя кафедры АДОФ ТвГТУ ФИО2 на рабочем месте в течение шестичасового рабочего дня без уважительных причин.

26, 27, 28 сентября 2022 года, 14.10.2022 года работодателем у ФИО2 истребованы письменные объяснения по факту отсутствия на рабочем месте в период, начиная с 26.09.2022 года.

Факт получения от работодателя требования о представлении объяснений по факту неявки на работу подтверждается истцом как в тексте искового заявления (том 1 л.д. 11 второй абзац сверху), так и в тексте представленных им письменных объяснений по данному факту (том 1 л.д. 145 второй абзац снизу).

10.10.2022 года от представителя ФИО2 по доверенности Н.Ю.И. работодателю поступили письменные объяснения о причинах невыхода на работу, в котором факт такого невыхода им не отрицался, указано на неоднократные попытки подачи заявления об увольнении по собственному желанию (26 сентября 2022 года через В.Г.Б.., 30 сентября через представителя по доверенности Н.Ю.И. и отказом работодателя принять указанные заявления.

Факт невыхода истца на работу, начиная с 26.09.2022 года, помимо его фиксации в соответствующих актах работодателем, подтвержден также свидетелями А.А.А.В.Г.Б.П.В.В.., не отрицался в судебном заседании и представителем истца.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что факт невыхода ФИО2 на работу в период с 26.09.2022 по 25.10.2022 года полностью установлен и подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств, не доверять которым у суда оснований не имеется, поскольку они являются логичными, последовательными и полностью согласующимися между собой.

Проанализировав обстоятельства невыхода истца на работу, установленные в ходе рассмотрения настоящего дела по существу, суд соглашается с выводами работодателя об отсутствии у истца уважительных причин, поскольку доказательств уважительности причин невыхода на работу им не представлено.

Таким образом, суд соглашается с квалификацией ответчиком неявки истца на работу в указанный выше период как прогула. Факт совершения истцом дисциплинарного проступка в виде прогула полностью подтвержден документально.

Сроки и порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности за прогулы в виде его увольнения по основанию, предусмотренному подп. а п. 6 ч. 1 ст. 80 ТК РФ, предусмотренные статьями 191 и 192 ТК РФ, истцом соблюдены.

Право истца на дачу объяснений по обстоятельствам совершения дисциплинарного проступка соблюдено, данным правом истец в лице своего представителя воспользовался.

Каких-либо существенных нарушений процедуры увольнения судом не установлено.

Указанное дисциплинарное взыскание в виде увольнения суд, вопреки доводам истца, считает полностью соразмерным тяжести совершенного истцом дисциплинарного проступка, исходя из длительности допущенных прогулов, а также обстоятельств совершения проступка.

Таким образом, оснований для признания оспариваемого истцом приказа о его увольнении незаконным и его отмены не имеется, в связи с чем исковые требования об изменении формулировки основания увольнения истца и взыскании с ответчика компенсации морального вреда также не подлежат удовлетворению как производные от основного требования о признании незаконным приказа от 25.10.2022 года об увольнении за прогул по основанию, предусмотренному подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 80 ТК РФ.

Не имеет юридического значения и не влияет на вышеизложенные выводы суда о законности и обоснованности увольнения истца факт передачи истцом 26.09.2022 года через свидетеля В.Г.Б.. декану ИСФ А.А.А.. заявления (служебной записки) на имя ректора ТвГТУ с просьбой о переводе истца на дистанционную работу либо увольнении в случае невозможности такого перевода, в связи со следующим.

Действительно, судом из объяснений представителя истца, письменных объяснений истца по факту прогулов, а также пояснений свидетелей А.А.А.В.Г.Б.П.В.В.. установлено, что 26.09.2022 года В.Г.Б. действующая по устной просьбе истца, представила свидетелю А.А.А. для ознакомления указанное заявление истца.

Однако из содержания заявления усматривается, что оно было адресовано на имя ректора ТвГТУ, а не декана ИСФ А.А.А. Данное заявление адресату (ректору ТвГТУ) свидетель В.Г.Б. не передавала.

Передано заявление было не лично работником ФИО1 либо его представителем, имеющим соответствующие полномочия, подтвержденные доверенностью, оформленной по правилам, установленным статьей 185.1 ГК РФ, а В.Г.Б., полномочий на предъявление от имени ФИО1 заявления об увольнении по собственному желанию не имевшей.

Таким образом, передача неуполномоченным лицом В.Г.Б. заявления истца об увольнении лицу, которому указанное заявление адресовано не было (декану А.А.А. вместо ректора ТвГТУ), в качестве надлежащих действий истца, направленных на расторжение заключенного им трудового договора, судом не расценивается, поскольку указанные действия волеизъявления истца на увольнение по собственному желанию 26.09.2022 года не подтвердили и подтвердить не могли.

Увольнение по инициативе работника носит заявительный характер, то есть в любом случае должно подтверждаться соответствующим заявлением, поданным работником работодателю лично либо через представителя, имеющего соответствующие полномочия на совершение таких действий от имени представляемого.

Имея намерение уволиться по собственному желанию либо по соглашению сторон, истец мог и должен был обратиться с соответствующим заявлением к работодателю 26.09.2022 года, в первый день невыхода на работу, лично либо через уполномоченного представителя, однако таких действий не предпринял без наличия к этому объективных препятствий. Указанное заявление могло быть подано истцом в университет также и посредством почтовой связи. При этом подача истцом указанного заявления 26.09.2022 года не освобождала его от явки в указанный день на рабочее место и выполнения трудовых обязанностей.

Данные действия истцом предприняты не были.

Кроме того, в соответствии с частями 1 и 2 статьи 80 ТК РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

То есть, трудовой договор может быть расторгнут в день подачи работником заявления об увольнении лишь при условии достижения его сторонами соответствующей договоренности (соглашения сторон). При отсутствии такового, по общему правилу, установленному ч. 1 статьи 80 ТК РФ, трудовой договор продолжает свое действие в течение двух недель после поступления работодателю от работника предупреждения о предстоящем увольнении.

Доказательств заключения между истцом и ответчиком соглашения об увольнении с 26.09.2022 года (без отработки) не представлено, таким образом, истец, даже представив ответчику 26.09.2022 года надлежащее заявление об увольнении по собственному желанию, был обязан продолжить трудовую деятельность в течение двух последующих недель, чего им сделано без уважительных причин не было.

Попытка обращения к работодателю с заявлением о его увольнении по собственному желанию, по словам истца, предпринятая его представителем Н.Ю.И.. позже (после 26.09.2022 года) также не влияет на вышеизложенные выводы суда о законности и обоснованности увольнения ФИО2, поскольку даже если такое обращение имело место быть, оно было осуществлено уже после пропуска ФИО2 без уважительных причин нескольких рабочих дней, что явилось прогулом, достаточным для его увольнения по соответствующему основанию.

Доводы истца о необоснованном отказе ответчика в переходе на дистанционный формат работы также не принимаются судом, поскольку в силу положений главы 49.1 ТК РФ временный перевод на дистанционную работу является правом, а не обязанностью работодателя.

Заявление ФИО2 о его переводе на дистанционную работу было надлежащим образом разрешено работодателем в требовании от 14.10.2022 года (том 1 л.д. 143) после получения данного заявления в качестве приложения к письменным объяснениям по факту невыхода на работу от 10.10.2022 г. Решение об отказе в удовлетворении данного заявления было получено истцом, не оспаривалось, принято в пределах усмотрения работодателя, поэтому на выводы суда, изложенные в настоящем решении, не влияет.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО2 (паспорт №) к федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Тверской государственный технический университет» №) о признании незаконным приказа о расторжении трудового договора № 635-З от 25.10.2022 года в части формулировки основания увольнения, изменении формулировки основания увольнения, компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке путем подачи апелляционной жалобы в Тверской областной суд через Заволжский районный суд г. Твери в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий О.А. Белякова

Решение в окончательной форме изготовлено 26 апреля 2023 года.

Судья О.А. Белякова